Северный (Арктический) федеральный университет имени М. В. Ломоносова
Игорные клубы и азарт в Петербурге во время Первой русской революции
П.В. Лизунов д-р ист. наук, проф.
Архангельск
Аннотация
В статье рассматривается такое явление, как увлечение карточной игрой в Петербурге в годы Первой русской революции. С конца 1904 -- начала 1905 г. многие столичные клубы, общества и собрания стали превращаться в запрещенные законом «игорные дома», где процветали азартные игры в карты. Происходившее связывали с революционным движением в стране и даже относили к числу правительственных мер, имеющих целью отвлечь общество от политических митингов и собраний. К 1907 г. в столице действовало около 65 антрепренерских и 18 сословных клубов, в которых велась игра в карты. Одним из первых, самым известным и богатым считался игорный клуб при Петровском яхт-клубе. Полиция стремилась держать под контролем игорные заведения, их организаторов, банкометов, игроков и шулеров. Время от времени предпринимались проверки клубов и запрещались особо азартные игры, вроде макао и экарте. В январе 1907 г. петербургский градоначальник В. Ф. фон дер Лауниц запретил игру экарте. В марте 1907 г. по распоряжению нового петербургского градоначальника Д. В. Драчевского были закрыты 12 самых крупных игорных заведений столицы. Приказы и циркуляры о закрытии клубов публиковались в течение 1907 и 1908 гг. Эти меры получили название «борьбы с клубами». Однако несмотря на строгие правительственные меры и полицейские запреты азартные игры и игорные дома в Петербурге продолжали существовать и в последующие годы. Тем не менее властям все же удалось значительно сократить количество игорных клубов и одолеть «игорную вакханалию», царившую в 1905-1906 гг. При этом нет никаких оснований утверждать, что правительство в годы Первой русской революции с помощью азартных игр стремилось отвлечь обывателей от политики. Все игорные клубы открывались учредителями исключительно с целью наживы.
Ключевые слова: карточная игра, азарт, игорный клуб, Петербург, Петровский яхт- клуб, игрок, экарте.
Annotation
карточный революция клуб петербург
Gambling Clubs and Excitement in St. Petersburg during the First Russian Revolution
P. V. Lizunov Doctor in History, Professor, Northern (Arctic) Federal University named after M. V. Lomonosov, Arhangel'sk, Russian Federation;
The article deals with such a phenomenon as a passion for playing cards in St. Petersburg during the years of the First Russian Revolution. From the end of 1904 -- the beginning of 1905, many metropolitan clubs began to turn into illegal “gambling houses”, where gambling cards flourished. What happened was associated with the revolutionary movement in the country and even referred to as government measures aimed at distracting the society from political rallies and meetings. By 1907, there had been about 65 entrepreneurial and 18 state- owned clubs in the capital, where cards were played. The police sought to keep control of gambling establishments, their organizers, bankers, players and cardsharps. From time to time, clubs were checked, and gambling was prohibited. In January 1907, the Petersburg mayor V. F. von der Launitz banned the game йcartй. In March 1907, 12 largest gambling establishments of the capital were closed by order of the new St. Petersburg Mayor D. V. Drachevsky. Orders for the closure of clubs were published during the whole of 1907 and 1908. These measures were called “fight with clubs”. However, despite government measures and police bans, gambling and gambling houses in St. Petersburg continued to exist in subsequent years. Nevertheless, the authorities managed to significantly reduce the number of gambling clubs and overcome the “gambling orgy” that prevailed in 1905-1906. At the same time, there is no reason to assert that the government during the First Russian Revolution sought to divert the average man from politics with the help of gambling. All gambling clubs were opened by the founders solely for the purpose of profit.
Keywords: card game, excitement, gambling club, Petersburg, Petrovsky yacht-club, player, йcartй.
Основная часть
В России игры в карты, как и в кости, зернь и шахматы, были известны еще с XVI столетия и неоднократно запрещались законом Полное собрание законов Российской империи. Собрание 1. (ПСЗ РИ 1). Т. 42. Ч. 1. Указатель алфавитный. СПб., 1830. С. 748; Общий алфавитный указатель ко второму Полному собранию законов Российской империи. Т. 2 (З-О). СПб., 1885. С. 81, 290.. Массовое распространение карточная игра получила в XVIII-XIX вв., о чем свидетельствуют многочисленные воспоминания современников [Булгарин Ф.М.] Воспоминания Фаддея Булгарина: Отрывки из виденного, слышанного и испытанного в жизни. [В 6 ч.]. СПб., 1846-1849; Геттун В. Н. Записки // Исторический вестник. 1880. № 1-3; Дельвиг А. И. Мои воспоминания. Т. 1-4. М., 1912-1913; Греч Н. И. Записки о моей жизни. М., 2000; Григорович Д. В. Литературные воспоминания // Полн. собр. соч.: в 12 т. Т. 12. М., 1896; Загоскин С. М. Воспоминания // Исторический вестник. 1900. Т. 79. № 1; Тютчева А. Ф. При дворе двух императоров: Воспоминания и фрагменты дневников фрейлины двора Николая I и Александра II. М., 1990 и др.. Так, князь П. А. Вяземский в своей «Старой записной книжке» записал: «Нигде карты не вошли в такое употребление, как у нас: в русской жизни карты -- одна из непреложных и неизбежных стихий. Везде более или менее встречается страсть к игре, но к игре, так называемой азартной. Страстные игроки были везде и всегда. Драматические писатели выводили на сцене эту страсть со всеми ее пагубными последствиями» [Вяземский П. А.] Полн. собр. соч. князя П. А. Вяземского в 12 т. Т. 8. СПб., 1883. С. 95..
Действительно, тема карт и карточной игры получила самое широкое отражение в многочисленных художественных произведениях, среди которых особенно известны «Пиковая дама» и «Выстрел» А. С. Пушкина, «Игроки» Н. В. Гоголя, «Маскарад», «Штосс» и «Тамбовская казначейша» М. Ю. Лермонтова, «Свадьба Кречинского» А. В. Сухово-Кобылина, «Война и мир» и «Два гусара» Л. Н. Толстого, «Винт» А. П. Чехова, «Большой шлем» Л. Н. Андреева, «Бег» М. А. Булгакова и др. Играли не только герои произведений, но и сами авторы. Державин, Пушкин, Достоевский, Некрасов, Фет, Шмелев, Маяковский и другие были заядлыми и азартными игроками.
Тема истории карт и карточной игры в российской историографии не нова. Ей посвящены известные научные и публицистические сочинения В. О. Михневича, М. И. Пыляева, Ю. М. Лотмана, Г. Ф. Парчевского, В. В. Шевцова и других авторов Зотов В. Р История карточной игры // Новь. 1886. № 12. С. 163; Пыляев М. И. Азартные игры в старину // Пыляев М. И. Старое житье. СПб., 1897. С. 20-57; Михневич В. О. История карточной игры в России // Исторический вестник. 1901. Т. 83. № 1. С. 141-161; № 2. С. 559-587; № 3. С. 794-1011; Лотман Ю. М. Карточная игра // Лотман Ю. М. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (ХУШ-Х1Х). СПб., 1994. С. 136-163; Парчевский Г. Ф. Карты и картежники: панорама столичной жизни. СПб., 1998; Шевцов В. В. Карточная игра в России (конец XVI -- начало XX вв.): история игры и история общества. Томск, 2006; Говоров И. В. «Продажны все!» Коррупционный скандал в руководстве С.-Петербургской полиции // История Петербурга. 2010. № 5 (56). С. 59-66 и др.. Однако сюжет карточного азарта, появление огромного количества игорных клубов, вовлечение в игру самых разных слоев и возрастов обывателей в период революционных событий 1905-1907 гг. практически не исследовались. При написании данной статьи были использованы самые разные как опубликованные (в основном материалы периодической печати), так и неопубликованные источники из российских архивов. Помимо традиционных методов исторической науки в данном исследовании в качестве основного был применен метод изучения «истории повседневности».
Игры в карты были распространены в самых разных слоях российского общества, преимущественно среди представителей дворянства, особенно военных, и купечества. «Азартная игра, -- писал А. С. Афанасьев-Чужбинский, -- велась и ведется везде, от высших сфер при самой аристократической обстановке до кабацких трущоб, куда не следует ходить без револьвера...» По утверждению автора, «игорные дома гнездились по всему Петербургу» Афанасьев-Чужбинский А. С. Петербургские игроки. СПб., 1872. С. 59.. В карты играли аристократы и вельможи, не чурались азартных игр и при дворе Симанович А. С. Распутин и евреи. Воспоминания личного секретаря Григория Распутина. Рига, 1921. С. 43; Зимин И. В. Взрослый мир императорских резиденций. Вторая четверть XIX -- начало XX в. М., 2011. С. 233..
В секретном донесении начальника Петербургского губернского жандармского управления прокурору Петербургского окружного суда от 14 марта 1874 г. сообщалось: «В последнее время во всех слоях петербургского общества весьма сильно развилась страсть к азартной картежной игре, вследствие этого как число игроков, так и число игорных домов значительно увеличилось: игорные дома можно разделить на две категории: к 1-й относятся игорные дома с роскошной обстановкой, в которых собираются лица, принадлежащие к высшему обществу и вообще люди богатые и где проигрыши доходят до десятков тысяч руб.; ко 2-й категории принадлежат игорные дома, так сказать, средней руки, в которых собираются мелкие чиновники, торговцы, разночинцы и вообще лица среднего сословия, хотя в этих домах игра и ведется мелкая, но и здесь проигрыши часто доходят до нескольких тысяч руб. Эта вторая категория игорных домов, можно сказать, самая вредная, во-первых, потому что здесь игра ведется самым обманным образом, с помощью разных шулерских плутней и завлекательств, вследствие чего часто происходят проигрыши трудовых денег у лиц, завлеченных в игорные дома хитростью» Секретное донесение начальника С.-Петербургского губернского жандармского управления прокурору С.-Петербургского окружного суда от 14 марта 1874 г. // ЦГИА СПб. Ф. 487. Оп. 1. Д. 1617а. Л. 3..
Наблюдение за тем, чтобы азартные игры «нигде не отправлялись», возлагалось на жандармские и полицейские учреждения. Те стремились держать под контролем игорные дома, их владельцев, банкометов, игроков и шулеров. По возможности собирали любые сведения о них ЦГИА СПб. Ф. 487. Оп. 1. Д. 1617а. Л. 1-18; Ф. 965. Оп. 1. Д. 46, Д. 1130. Л. 1-25; Ф. 966. Оп. 2. Д. 10 и др.. Время от времени предпринимались проверки, обыски и задержания лиц, причастных к азартным играм.
В общественных местах, вроде публичных собраний и клубов, уставами официально допускались исключительно коммерческие игры в карты, т. е. «все обыкновенные игры, кроме азартных», и только для своих членов. К коммерческим играм относились винт, преферанс, вист, пикет, рамс, безик, покер, палки, кабала, бостон, шкотт и некоторые другие. В азартные игры в клубах и собраниях играть запрещалось «даже в шутку» под страхом исключения из числа членов Московское купеческое собрание с 1785 г. по 1914 г. / ред. В. А. Никольский. М., 1914. С. 8384, 152., поэтому такие игры, как штосс или банк, велись, как правило, в частных домах при весьма ограниченном числе участников.
Интерес в обществе к играм в карты на деньги в разное время то усиливался, то ослабевал, но играли всегда несмотря на действовавшие запреты. Так, в статье 260 «Устава о предупреждении и пресечении преступлений» запрещались «азартные игры в карты и всякие другие», так же как запрещалось «участвовать в азартных играх и способствовать им» Справка. Уложение о наказаниях. Т. 14. Св. зак. изд. 1890 г. ЦГИА СПб. Ф. 569. Оп. 7. Д. 4б.
Л. 8..
«Клубная Панама»
Необыкновенно широкий размах увлечением карточной игрой в Петербурге совпал с революцией 1905-1907 гг. В это время быстрое и всеохватывающее развитие получила клубная игра в карты на деньги, принявшая характер повальной «игорной эпидемии». Один из журналистов отмечал: «Клубная вакханалия так воцарилась среди петербуржцев, что куда ни повернешься, всюду услышишь одни лишь разговоры о карточной игре. <...> Карточный азарт наподобие грозной эпидемии охватил всех и каждого» [Герцо-Виноградский П. Т] Тайны петербургских клубов новейшей формации. Соч. Лоэн- грина. СПб., 1905. С. 32.. У многих современников распространившаяся в столице игромания ассоциировалась с событиями строительства знаменитого Панамского канала, с его масштабными аферами и махинациями, обогащением нескольких лиц и разорением большинства акционеров. Выражение «клубная Панама» не раз появлялась на страницах газет и журналов того времени как синоним жульничества и обмана.
С конца 1904 -- начала 1905 г. многие столичные клубы, общества и собрания стали постепенно превращаться в запрещенные законом «игорные дома», где процветали азартные игры в карты. Особенно увлекались играми в экарте (в одни козыри), козырный вист, макао (ералаш), терц (терц-можор), кварт-безик, железную дорогу (железка), баккара и др. Наряду со старыми клубами появилось много новых игорных заведений. К 1907 г. в Петербурге насчитывалось около 65 антрепренерских клубов, не считая 18 сословных клубов, в которых велась игра в карты. Драматург и публицист Б. С. Моняк (Б. Алмазов) писал: «Центральные улицы столицы покрылись сетью клубов новейшей формации. Лучшие дома были сняты под клубы, дела которых всегда позволяли платить десятки тысяч за помещения. Один только Невский приютил одно время до 15 подобных вертепов. Первое время они скрывались за флагами всевозможных спортивных обществ, яхт-клубов, охотничьих собраний, обществ велосипедистов, автомобилистов, лыжного, буерного спорта, эстонцев- спортсменов и любителей парусного спорта. Уличенные в подоплеке своего “спорта” эти спортсмены “зеленого поля” стали скрываться за флагами всевозможных “общественных организаций”, и прежние спортивные клубы воскресли под новыми флагами: интеллигентных тружеников, домовладельцев, фотографов, обществ всевозможной помощи, вплоть до врачебной и даже похоронной» Алмазов Б. (Моняк Б. С.) Тайны наших клубов. (Клубная Панама). СПб., 1909. С. 18-19.. Данное явление связывали с революционным движением в стране. И даже относили к числу правительственных мер, имеющих целью отвлечь общество от политических митингов и собраний: «Играйте, во что хотите, но не суйтесь в политику» Азарт. 1906. № 3. С. 34; Меры борьбы против азарта в клубах // Азарт. 1907. № 1. С. 2..
Организация игорных клубов была крайне незамысловатой. Антрепренер договаривался об устройстве карточной игры с руководством какого-нибудь официального общества, в уставе которого имелся пункт о том, что оно «предоставляет своим членам всевозможные развлечения»: концерты, балы, спектакли, чтения и различные игры. Правление общества за возможность открыть при нем игорное заведение получало определенную плату. Чаще всего членам правления предлагались должности старшин игорного клуба. Со временем на этой почве возникла целая спекуляция: 3-4 учредителя «организовывали» всевозможные общества, продавали уставы и сами в качестве старшин становились во главе их. В связи с тем, что для обеспечения успеха необходимы были учредители «с именами», приглашали промотавшихся известных клубменов, обедневших титулованных особ, разных отставных генералов, потомственных дворян из «бывших» людей. В большинстве клубов за порядком следил специальный орган -- совет старшин или дежурный старшина.
Поскольку по нормальному уставу каждое общество было обязано представлять градоначальнику ежегодный отчет о своих доходах и расходах, то заправилы клубов в целях сокрытия действительных сумм вели у себя «двойную клубную бухгалтерию»: частную -- для себя и казенную -- для администрации. В качестве примера такой «клубной бухгалтерии» можно привести случай с закрытием Петровского игорного клуба, проработавшего беспрерывно два года. Ликвидация этого богатого клуба, выручавшего ежедневно до 1,5-3 тыс. руб. с входных билетов, продажи карт и кружечного сбора, дала всего 13 руб. 76 коп. Это факт, запротоколированный полицией и главным управлением местного хозяйства, куда эта «сумма», как полагается, поступила на благотворительные цели. И это не было исключением Меры борьбы против азарта в клубах // Азарт. 1907. № 1. С. 2..
Среди клубных игроков были чиновники, врачи, офицеры, купцы, лавочники, инженеры, приказчики, интенданты, юристы, журналисты, студенты и даже гимназисты, словом -- представители всех слоев общества, всех национальностей и вероисповеданий, за исключением татар-мусульман. Среди азартных игроков было немало представителей прекрасного пола.
При учреждении антрепренерских клубов указывалась какая-либо просветительская или спортивная цель, будто бы ими преследуемая и объединявшая в кружок заинтересованных лиц, например: Общество ремесленников, Художественноартистическое общество, Клуб интеллигентных тружеников, Собрание любителей автомобильного спорта, Чернореченское общественное собрание, Общественное собрание коммерческих промышленников и техников, Российское собрание туристов, Общество фотографов-любителей, Собрание велосипедистов-любителей, Жокей-клуб, Собрание охотников, Петербургское русско-эстонское общественное собрание или клуб Г. Я. Эренпрейса, Охтинское общественное собрание или клуб А. Ф. Неменчинского и др.