В ткань анализируемой научной статьи вплетены и элементы разговорной речи, и прежде всего конструкции экспрессивного синтаксиса, активное проникновение которых в письменную речь стало возможным благодаря средствам массовой информации. Как отмечает Н. С. Валгина, актуализированный порядок слов, сегментация, эллиптичность, аффективные разговорные формы «становятся органичными в разных сферах общения», поскольку «усиливают личностное начало в речи, повышают ее диалогичность, снимают безликость и безадресность речи» [4, с. 238].
В лингводидактических текстах вкрапления из разговорной речи обычно используются при апелляции к опыту адресата - при описании процесса обучения, действий учителя и учащихся - и служат своеобразным сигналом конкретных примеров «из жизни», за которыми следуют научные обобщения, или маркером особого рода диалогичности при взаимодействии ученого и практикующего учителя. См.: Что мы ждем от рифмовки, от вспомогательного правила-помощника? Каково их назначение? Разгрузить память? («Да, конечно, еще и рифмовки учи, хороша разгрузочка», - небезосновательно заметит пессимистично настроенный оппонент.) Подменить трудоемкий процесс обучения игрой? («Стоит ли овчинка выделки?» - слышу опять строгий голос.) По-видимому, предлагая ученику вспомогательные приемы запоминания, мы стремимся помочь ему удержать информацию в долговременной памяти; Ну кто станет перебирать все варианты [в алгоритме], чтобы извлечь искомое? Разве что отличник? Так ему и мнемотехника не очень-то нужна. Отсюда еще одно требование к рифмованному алгоритму…
К иностилевым компонентам относятся, на наш взгляд, и устойчивые выражения, которые в зависимости от контекста могут восприниматься и как торжественные книжные, и как ироничные разговорные. Ср.: Раздраженно исправляя допущенные в очередной раз учеником ошибки в маленьком слове никто, смирим свой праведный гнев: успешному усвоению материала препятствует психологическая интерференция. По христианским канонам праведный гнев человека может быть направлен только против его собственных грехов. Говорить же о чувстве праведного гнева, вызванного рутинной учительской работой по исправлению орфографических ошибок, можно, как нам кажется, только с иронией (или самоиронией). С такой же иронией воспринимается и книжное («высокое») восклицание О да, это не высокая поэзия… рядом с рифмованными строчками, помогающими запомнить правило: Вследствие - из-за? Ясно вполне: / Слитно напишем, конечная - е.
К иностилевым компонентам относят также прецедентные тексты, апеллирующие к «культурной памяти» читателя. Между тем выражения типа проблема буриданова осла, оттачивать ремесло, поверяя «алгеброй гармонию», ариаднина нить алгоритма не только помогают уточнить понятие, создавая образ и заставляя работать воображение, выразить оценку, но и включают научный текст в широкий социокультурный контекст, порождающий дополнительные смыслы благодаря ассоциативным связям с «вечными образами культуры» (Ю. М. Лотман). Каждый читатель расшифровывает эти смыслы по-своему в зависимости от языкового, литературного, жизненного опыта.
Подведем итоги. На наш взгляд, иностилевые элементы, сознательно включенные в научный текст, не разрушают, но дополняют строгую инвариантную модель классического научного произведения, «очеловечивают» его, уравновешивают интеллектуальное начало аффективным, позволяя реализовать (совместно с другими языковыми средствами) не только информативную, но и воздействующую функцию.
Автор подобного текста представляется нам мыслящей и чувствующей личностью, способной к гармонизирующему диалогу, хорошо владеющей языковыми ресурсами русского языка и воспринимающей Слово как эстетическую ценность.
Иностилевые элементы в конкретном тексте свидетельствуют о ярком индивидуальном стиле конкретного ученого, а регулярно воспроизводимые в конкретном лингводидактическом дискурсе - составляют особенность дискурса.
Список литературы
1. Барсукова М. И. Медицинский дискурс: стратегии и тактики речевого поведения врача: автореф. дисс. … канд. филол. наук. Саратов, 2007.
2. Болотова Е. Н. Лексикон гуманитарного дискурса: специфика функционирования общенаучных терминов: автореф. дисс. ... канд. филол. наук. М., 2006.
3. Большой толковый словарь русского языка / гл. ред. С. А. Кузнецов. СПб.: Норинт, 1998. 1536 с.
4. Валгина Н. С. Активные процессы в современном русском языке: учебное пособие. М.: Логос, 2001. 304 с.
5. Векшин Г. В. Языки общения и функциональные стили (в их отношении к тексту) // Слово и контекст: филологический сборник к 75-летию Н. С. Валгиной. М.: МГУП, 2002. С. 35-67.
6. Гричин С. В. Стилистические и дискурсивные свойства авторизации в тексте научного произведения // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота. 2010. № 1 (5). Ч. 1. С. 94-96.
7. Доблаев Л. П. Об «интеллектуальном чувстве» необходимой полноты высказывания // Вопросы психологии. 1981. № 3. С. 89-99.