По системе GC не обнаружено каких-либо значимых различий по частотам отдельных генотипов между здоровыми и больными лицами ни по отдельным выборкам, ни суммарно (табл. 3).
Таблица 3
Частоты генотипов и аллелей биохимических маркеров генов в группе больных вибрационной болезнью и в контроле
|
Локус |
Генотип |
Сравниваемая группа |
OR |
P |
||
|
Больные ВБ |
Контроль |
|||||
|
HP |
1-1 |
0,1297 |
0,0704 |
1,97 |
0,02 |
|
|
1-2 |
0,4616 |
0,4648 |
0,99 |
0,99 |
||
|
2-2 |
0,4087 |
0,4648 |
0,80 |
0,17 |
||
|
N |
663 |
213 |
||||
|
Частота аллеля Hp2 |
0,6395 |
0,6972 |
||||
|
2 |
0 |
2,16 |
||||
|
GC |
1-1 |
0,4838 |
0,4714 |
0,95 |
0,80 |
|
|
1-2 |
0,4336 |
0,4449 |
1,05 |
0,82 |
||
|
2-2 |
0,0826 |
0,0837 |
1,01 |
0,93 |
||
|
N |
678 |
227 |
||||
|
Частота аллеля Gc2 |
0,7001 |
0,6938 |
||||
|
2 |
0,76 |
0,51 |
||||
|
EsD |
1-1 |
68,99 |
81,78 |
0,50 |
0 |
|
|
1-2 |
24,39 |
16,71 |
1,61 |
0,005 |
||
|
2-2 |
6,62 |
1,51 |
4,63 |
0 |
||
|
N |
287 |
862 |
||||
|
Частота аллеля EsD1 |
0,8118 |
0,9014 |
||||
|
2 |
11,67 |
3,13 |
||||
|
AcP |
AA |
4,19 |
9,57 |
0,41 |
0,005 |
|
|
AB |
27,97 |
35,25 |
0,71 |
0,02 |
||
|
BB |
51,06 |
39,08 |
1,63 |
0,0003 |
||
|
AC |
0,69 |
5,31 |
0,13 |
0,001 |
||
|
BC |
12,94 |
9,57 |
1,40 |
0,12 |
||
|
CC |
3,15 |
1,21 |
2,63 |
0,03 |
||
|
N |
286 |
11,49 |
||||
|
Частота аллеля a |
0,1853 |
0,2985 |
||||
|
Частота аллеля b |
0,7150 |
0,6149 |
||||
|
2 |
21,36 |
6,38 |
Примечания: N - объём выборки; 2 - тест для оценки соответствия наблюдаемого распределения генотипов ожидаемому исходя из равновесия Харди-Вайнберга; OR - отношение шансов; р - уровень значимости значения 2 при сравнении различий в распределении генотипов между больными и контролем.
В целом распределение генотипов характерно для русского и европеоидного населения. В дальнейшем анализе в качестве контроля использовались данные, полученные для практически здорового взрослого населения г. Новокузнецка.
Среди генотипов флуоресцентной эстеразы самым распространённым оказался EsD 1-1, который достоверно чаще (р<0,001) встречается в выборке населения города по сравнению с больными ВБ. Следует отметить, что генетическая гетерогенность больных ВБ в комплексе с факторами окружающей среды определяет особенности распространённости и клинического течения заболевания. Показана положительная ассоциативная связь EsD 1-2 с ВБ. Третий полиморфный вариант этой системы (EsD 2-2) достоверно чаще встречается и у больных лиц и может рассматриваться как генотип риска. По системе АсР были обнаружены все возможные полиморфные варианты (табл. 3).
По системе ингибитора протеаз (табл. 4) к генотипам риска относятся редкие варианты, главным образом M1S и M2S, связанные с пониженной ингибиторной емкостью крови.
Таблица 4
Частоты генотипов PI и аллелей биохимических маркеров генов в группе больных ВБ и в контроле
|
Локус |
Генотип |
Сравниваемая группа |
OR |
P |
||
|
Больные ВБ |
Контроль |
|||||
|
PI |
M1M1 |
48,98 |
58,98 |
0,67 |
0,001 |
|
|
M1M2 |
30,41 |
22,17 |
1,53 |
0,002 |
||
|
M2M2 |
4,39 |
4,17 |
1,06 |
0,98 |
||
|
M1M3 |
8,11 |
7,47 |
1,09 |
0,79 |
||
|
M2M3 |
1,01 |
2,79 |
0,36 |
0,11 |
||
|
M3M3 |
1,69 |
1,98 |
0,85 |
0,91 |
||
|
MR (M1S, M2S) |
5,41 |
2,44 |
2,28 |
0,007 |
||
|
N |
296 |
1967 |
||||
|
Частота аллеля M1 |
0,6824 |
0,7379 |
||||
|
Частота аллеля M2 |
0,201 |
0,1665 |
||||
|
Частота аллеля M3 |
0,0625 |
0,0712 |
||||
|
Частота аллелей R |
0,0541 |
0,0244 |
||||
|
2 |
30,56 |
138,4 |
Примечания: N - объём выборки; 2 - тест для оценки соответствия наблюдаемого распределения генотипов ожидаемому исходя из равновесия Харди-Вайнберга; OR - отношение шансов; р. - уровень значимости значения 2 при сравнении различий в распределении генотипов между больными и контролем.
К генотипам резистентности можно отнести наиболее распространённый вариант М1М1. Генотип М1М2 показывает положительную ассоциативную связь с ВБ. Генотипами риска оказались гомозиготные варианты АсР bb и AcP cc, генотипами резистентности - AcP aa, AcP ab, AcP ac. По распределению генотипов население Новокузнецка в основном сходно с населением других регионов Сибири и России.
Анализ полиморфизма гена СYP1A1 выявил статистически значимые различия между группой больных ВБ и здоровыми индивидами (табл. 5).
В частности, обладатели полиморфного варианта АА резистентны к развитию болезни, тогда как для генотипа АG полиморфного локуса гена СYP1A1 получена статистически достоверная связь с болезнью (2=4,09; OR=8,0). Полученные данные могут свидетельствовать о возможной предрасположенности лиц с гетерозиготным генотипом АG к развитию вибрационной патологии у работников угольной промышленности.
Таблица 5
Распределение частот полиморфного варианта гена СYP1A1 в группе больных ВБ и здоровых лиц
|
Контингент |
Генотип |
Количество лиц |
|||
|
СYP1A1 AA |
СYP1A1 AG |
СYP1A1 GG |
|||
|
Здоровые лица |
0,9591 |
0,0204 |
0,0204 |
49 |
|
|
Больные |
0,8095 |
0,1428 |
0,0476 |
21 |
|
|
2 |
4,20 |
4,09 |
0,39 |
||
|
ОR |
0,18 |
8,0 |
2,40 |
Возможно, полиморфный вариант G гена CYP1A1 полиморфизма (А1506G), увеличивая активность фермента, приводит к образованию большого количества токсичных интермедиатов, ускорению протекания свободнорадикальных процессов в нервно-мышечном волокне, обуславливая развитие соответствующей патологии у лиц обладателей гетерозиготного варианта генотипа.
Полиморфизм гена CYP1A1 AG приводит к продукции энзима с повышенной активностью. Известно, что «высокоактивные» аллели генов прооксидантов связаны с повышенным риском развития окислительного стресса, приводящего к продукции активных форм кислорода (АФК), способных повреждать структуры клеток.
Полученные результаты согласуются с исследованиями ряда авторов о тератогенном эффекте и возможной ассоциативной связи гетерозиготного генотипа гена CYP1A1 и повышением частоты хромосомных аберраций [12].
Из проанализированных двух изоформ глутатион-S-трансфераз (GSTM1 и GSTT1) для генотипа GSTT1(-) и GSTМ1(-) была выявлена ассоциация с развитием ВБ (2=4,4241). Высокая степень ассоциативной связи, вероятно, обусловлена патологическим изменением органов респираторной, нервной и опорно-двигательной систем.
Функциональные полиморфизмы гена глутатионтрансфераз (+/+) определяют нормальную активность фермента, в то время как лица обладатели гомозиготного генотипа (-/-) в результате недостаточной экспрессии ферментов АО защиты способны потенцировать развитие соответствующей патологии.
Логично предположить, что делеции гена будут приводить к снижению активности ферментов и ухудшать прогноз течения ВБ. В связи с этим необходимо проведение дальнейшего детального изучения и увеличение выборки по данной проблеме.
Таким образом, полученные результаты о генетическом полиморфизме генов в условиях вибрации и угольно-породного запыления могут быть особо ценны при проведении профилактических осмотров и формировании групп повышенного риска развития соответствующей патологии у шахтёров-угольщиков. Исследование продолжается.
Наблюдаемая дифференциальная чувствительность к вибрационной патологии определяется наследственной компонентой, проявляющейся адаптивным процессом или дезадаптацией, сопровождающейся проявлением профессионального заболевания.
Проведенное исследование выявило статистическую сопряжённость некоторых сывороточных и эритроцитарных генотипических маркеров с ВБ.
К статистически значимым генотипам, связанным с риском развития ВБ, относятся: НР 1-1, EsD 2-2, АсР bb и AcP cc, MS и MZ ингибитора протеаз PI; полиморфизм AG гена CYP1A1 и сочетание GSTT1(-)/GSTМ1(-). В ходе проведённого исследования определены генотипы, которые, наоборот, реже встречаются у больных лиц, чем у здоровых. Это EsD 1-1, М1М1 ингибитора протеаз PI, изоферменты кислой фосфатазы AcP aa, AcP ab, AcP ac; полиморфизм AA гена CYP1A1.
Список литературы
1. Артамонова В.Г., Шаталова В.Н. Профессиональные болезни. М.: Медицина, 1996.
2. Балановская Е.В. Генофонд и геногеография населения СССР // Генетика. 1992. Т. 28, № 1. С. 52-75.
3. Вейр Б. Анализ генетических данных. М.: Мир, 1995.
4. Гафаров Н.И., Захаренков В.В., Панев Н.И., Казицкая А.С., Ядыкина Т.К., Замятина Г.С., Зинина М.В. Распределение сывороточных белков и эритроцитарных изоферментов у шахтёров-угольщиков, страдающих вибрационной болезнью // Реализация Глобального плана действий по здоровью работающих в Российской Федерации. Проблемы и перспективы / тезисы докладов / под ред. Н.Ф. Измерова. М., 2009. С. 35-37.
5. Гафаров Н.И., Захаренков В.В., Панев Н.И., Казицкая А.С., Ядыкина Т.К., Лузина Ф.А., Замятина Г.С., Зинина М.В. Биохимическая изменчивость населения крупного промышленного города Кузбасса // Современные проблемы медицины труда, гигиены и экологии человека / материалы XLVI научно-практической конференции с международным участием «Гигиена, организация здравоохранения и профпатология» и семинара «Актуальные вопросы современной профпатологии». Кемерово: ООО «Примула», 2011. С. 96-99.
6. Дранник Г.Н., Дизик Г.М. Генетические системы крови человека и болезни. Киев: Здоровье, 1990.
7. Измеров Н.Ф., Каспаров А.А. Медицина труда. Введение в специальность. М.: Медицина, 2002.
8. Спицын В.А. Биохимический полиморфизм человека (антропологические аспекты). М.: МГУ, 1985. 216 с.
9. Троицкий Г.В., Ажицкий Г.В. Изоэлектрофокусирование белков в самоорганизующихся и искусственных рН-градиентах. Киев: Наукова Думка, 1984.
10. Фрейдин М.Б., Брагина Е.Ю., Огородова Л.М., Пузырев В.П. Полиморфизм генов глутатионтрансфераз (GSTT1 и GSTM1) у больных атопической бронхиальной астмой в Западно-Сибирском регионе // Молекулярная биология. 2002. Т. 36, № 4. С. 1-5.
11. Целоусова О.С., Кочетова О.В., Ахмадишина Л.З., Корытина Г.Ф., Викторова Т.В. Полиморфные варианты генов цитохрома Р450 (CYP1A1, CYP2E1, CYP2D6) в развитии предрасположенности к профессиональному токсическому поражению печени // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН. 2009. № 1 (65). С. 136-140.
12. Thier R., Brьning T., Roos P.H. et al. Markers of genetic susceptibility in human environmental hygiene and toxicology: the role of selected CYP, NAT and GST genes // Int. J. Hyg. Environ. Health. 2003. Vol. 206, N 3. Р. 149-171.
Резюме
УДК 575:613.644
Исследование молекулярно-генетических маркеров риска развития вибрационной болезни у шахтеров-угольщиков Кузбасса. Ядыкина Т.К., Захаренков В.В., Гафаров Н.И., Казицкая А.С., Гуляева О.Н., Панев Н.И., Жукова А.Г., Лузина Ф.А., Зинина М.В., Семенова Е.А. Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний, Новокузнецк
Изучено распределение сывороточных и эритроцитарных генетических маркеров у шахтеров, страдающих вибрационной болезнью. Выявлены типы белков и ферментов, достоверно чаще встречающихся у больных лиц по сравнению со здоровыми. Изучены концентрации НР и Hb у лиц разного возраста с разными генотипами. Распределение частот аллелей и генотипов гена CYP1A1 между выборкой больных и в контроле существенно различается. Генотип AG проявляет статистически достоверную связь с болезнью. Делеция («нулевой» генотип) генов GSTT1/GSTM1 ассоциируется с риском развития вибрационной патологии.