Статья: Китай - Джибути: стратегическое партнерство в Восточной Африке

Исследователи проекта AidData провели анализ влияния транспортных проектов, реализуемых Китаем, на распределение экономической активности по территории государства [34]. Данное исследование особенно актуально для Республики Джибути, поскольку столица является экономическим центром страны. До привлечения китайских инвестиций ключевые порты фактически не имели сообщения друг с другом, железная дорога Этио - Джибути, простроенная во второй половине XX в., находилась в тяжелом состоянии, а сухопутные транспортные коридоры с Эфиопией вовсе отсутствовали.

Первый инфраструктурный проект в 2010 г. был направлен на создание железнодорожного сообщения между грузовой станцией Nagad, южнее столицы Джибути, и портом Doraleh. Станция Nagad являлась конечным пунктом железнодорожного маршрута Этио - Джибути. Данный проект потребовал инвестиций на сумму $36 млн и обеспечил трафик товаров из Эфиопии непосредственно к порту Doraleh [34].

Впрочем, в 2013 г. китайские инвесторы финансировали возведение нового инфраструктурного объекта, имеющего стратегическое значение как для стран-заемщиков, так и для Китая в реализации собственных инвестиций. Данный проект направлен на создание ж/д Аддис-Абеба - Джибути при финансировании Эксим банка Китая на сумму $492 млн (кредит рассчитан на 15 лет, включая льготный период 6 лет) [46]. В Эфиопии в 2013 г. были запланированы несколько проектов на сумму $2,49 млрд по созданию железной дороги между двумя столицами [12].

На Форуме сотрудничества Китай - Африка Эфиопия добилась реструктуризации долга - период выплаты кредита продлевался до 30 лет [47]. Этому примеру последовало Джибути в июле 2019 г., когда льготный период по кредиту, выданному на финансирование создания ж/д Аддис-Абеба - Джибути, заканчивался. Министр экономики и финансов Джибути Ильяс Мусса Давале сообщил о реструктуризации долга, в том числе продлении периода выплат до 30 лет с 10-летним льготным периодом и снижении процентной ставки [48]. В противном случае Джибути в 2019 г. было бы обязано выплатить около 100 млн долларов [49].

Другим инфраструктурным проектом в 2013 г. между Эфиопией и Джибути, профинансированным Эксим банком Китая, стало строительство водопровода Эфиопия - Джибути на сумму 322 млн долл [50]. Задача данного проекта - обеспечить транспортировку питьевой воды объемом 100000 м³ в Джибути [51].

Острой проблемой социально-экономического плана является обеспечение доступа к электричеству. В 2011 г. была построена электролиния между Эфиопией и Джибути, которая покрывает около 60-70% потребления электричества государства [52]. В сфере электроэнергетики с 2016 г. в Джибути планируется несколько масштабных инфраструктурных проектов, направленных на производство электроэнергии и сокращение импорта энергоносителей и электричества. Среди указанных проектов стоит выделить соглашение Shanghai Electric с государственной компанией Electricite de Djibouti о строительстве ветряной электростанции и линии электропередачи (Nagad-HollHollAliSabieh Power Line) [53].

Говоря об инфраструктуре портов, в 2012 г. Китай направил 64 млн долларов на возведение порта Goubet. Данный проект способствует развитию добывающей промышленности Республики, так как до постройки порта экспорт соли составлял 1,200 млн тонн в год [25]. После строительства через порт будет проходить до 5 млн тонн экспорта соли в год. Стоит отметить, что данная инфраструктура также будет обеспечивать экспорт полезных ископаемых из Эфиопии.

В 2015 г. компания Djibouti Port SA опубликовала проект по возведению нового животноводческого порта Damerjog. К 2017 г. строительство завершилось, в результате реализации данного проекта экспорт крупного рогатого скота вырос до 10 млн голов.

В 2016 г. государственная компания Port Djibouti S.A. и китайская компания China Merchant Holding подписали соглашение о строительстве многофункционального порта Doraleh. Проект потребовал финансирования на сумму 344 млн долларов, выплаты по которому рассчитаны на 20 лет, включая льготный период на 7 лет с годовой ставкой 2% [50]. Цель данного проекта - уменьшить время ожидания разгрузки и увеличить количество грузопотока через порты Джибути. Порт имеет прямое сообщение с главной железной дорогой, соединяющей Эфиопию и Джибути. Общие китайские инвестиции составили 590 млн долларов, включая две фазы строительства [54]. Кроме того, через контейнерный терминал Китай сможет экспортировать газ из Эфиопии. Проект, который был начат еще в 2013 г. по разведке месторождений газа в Эфиопии, получил развитие в новом соглашении между правительством Эфиопии и китайскими компаниями China Poly Group и Golden Concord. Данное соглашение было направлено на строительство газопровода из Эфиопии в Джибути, который будет обеспечивать экспорт 3 млн тонн природного газа через контейнерный терминал [55].

Дополняющим элементом транспортной экосистемы стало соглашение между China Merchants Port Holdings и Port of Djibouti S.A. в 2017 г. о создании зоны свободной торговли, которая охватывает территорию около 4800 га и разделена на 4 кластера. Каждый кластер выполняет свою функцию и предоставляет торговые, логистические, бизнеси экспортные услуги для инвесторов и предприятий [56]. Такое сотрудничество откроет Восточную Африку к потоку инвестиций, технологий и способствует интеграции региона в мировую экономику. Ожидается, что к 2025 г. в зоне свободной торговли будет создано около 50 000 рабочих мест, а также будет обеспечен товарооборот на сумму 7 млрд долларов за два года [57]. Однако существует ряд проблем, связанных с созданием и функционированием ЗСТ. К таким проблемам относятся региональная нестабильность, отсутствие технических кадров, климатические условия и медленное развитие экономики, ориентированной преимущественно на логистические услуги [58. С. 35].

В дополнение к этому китайские компании вкладывает финансовые средства в развитие человеческого потенциала Джибути. China Merchants отбирает выдающиеся таланты для обучения в Китае и планирует за 10 лет подготовить в Джибути 5 000 представителей для управления страной. Благотворительный фонд China Merchants в течение трех лет инвестирует в Джибути 2 млн долларов США на строительство учебного центра для обучения местного персонала Джибути и повышения квалификации рабочей силы [59. С. 40].

Таким образом, китайские инвестиции имеют следующие последствия. Во-первых, их привлечение способствует увеличению кредитных обязательств и повышению уровня финансовых рисков. Однако в целях предотвращения рисков, связанных с обслуживанием кредита, КНР использует механизмы реструктуризации и рефинансирования. Во-вторых, большая сумма инвестиций направлена на инфраструктурные мегапроекты, которые влияют на региональный и внутренний бизнес и торговые процессы, способствуя распределению экономической активности между центром государства и сельскохозяйственными районами. В-третьих, создание экосистемы портов и зоны свободной торговли превращает Джибути в ключевой транспортный центр в Восточной Африке в рамках Морского шелкового пути.

Таблица 1 / Table 1

Инфраструктурные проекты КНР в Джибути 2010-2021 г. / China's infrastructure projects on Djibouti 2010-2021

Заключение

Тем самым, исходя из приведенного анализа, можно выделить ряд факторов, обуславливающих становление стратегического партнерства между двумя странами.

Во-первых, Джибути имеет потенциал стать ключевым транспортным узлом китайского геополитического проекта «Один пояс - Один путь» за счет таких факторов, как географическое положение, политическая стабильность и экономическая взаимозависимость с Эфиопией и другими странами региона. Тесное партнерство влияет и на взаимодействие с другими странами, в том числе с Эфиопией. Джибути становится «мостом» между Китаем и Эфиопией. Во-вторых, с точки зрения сотрудничества по линии «Юг - Юг», Джибути, привлекая иностранные инвестиции, главным образом реализует национальные интересы, а именно - стремится к превращению страны в региональный логистический центр на основе создания транспортной экосистемы, дополненной открытием зоны свободной торговли. Помимо инфраструктурных проектов Джибути получает финансирование для реализации проектов водои электроснабжения и экономическую помощь для решения гуманитарных проблем. В-третьих, в контексте дипломатии малых государств это также способствует повышению роли и влияния Джибути в международных организациях. Это становится критически важным ввиду того, что Республика Джибути выступает в качестве ведущей третейской стороны при решении региональных споров. В-четвертых, касательно «дипломатии долговой ловушки» и кредитных обязательств стоит отметить, что Китай предлагает Джибути механизмы реструктуризации для предотвращения проблем, связанных с обслуживанием кредитов. Данные механизмы способствуют как уменьшению рисков финансовых и валютных шоков, так и восстановлению экономики от последствий пандемии COVID-19. В-пятых, ввиду стратегической важности морских путей и необходимости их защиты Китай получает доступ к размещению морской военной базы, что обеспечивает защиту стратегических маршрутов морской транспортной связи и инвестиций в государства Восточной Африки. Тем самым приведенные факторы свидетельствует о становлении стратегического партнерства Китая и Джибути в Восточной Африке.

Библиографический список

1. Дегтерев Д.А. Китайская экспансия в Африку: «свято место пусто не бывает»? // Азия и Африка сегодня. 2005. № 2. С. 35-41.

2. Programm for China-Africa Cooperation in Economic and Social Development. URL: https://www.fmprc.gov.cn/zflt/eng/zyzl/hywj/t157834.htm (дата обращения: 01.07.2020)

3. Zabella A. China in Africa: the history of Sino-African relations, place of Africa in Chinese Foreign Policy and the main spheres of cooperation // Soka University. 2020. Vol. 13. P. 74-89.

4. Kopinsh D., Polus A., Taylor I. Contextualising Chinese engagement in Africa // Journal of Contemporary African Studies. 2011. Vol. 29. No. 2. P. 129-136.

5. Chin G. China's Challenge in Africa: Avoid Blame of Neo-Colonialism. Yale, MacMillan Center for International and Area Studies, 2014.

6. DeBoom M.J. Who is afraid of `debt-trap diplomacy'? Geopolitical narratives, agency and the multiscalar distribution of risk // Area Development and Policy. 2020. Vol. 5. No. 1. P. 15-22.

7. Забелла А.А. Африка во внешнеполитическом курсе КНР // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Всеобщая история. 2017. Т. 9. № 4. C. 341-352. https://doi.org/10.22363/2312-8127-2017-9-4-341-352

8. Дейч Т.Л. Китай в Африке:«неоколониализм» или «win-win» стратегия? // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2018. Т. 11. № 5. C. 119-141. https://doi.org/10.23932/2542-0240-2018-11-5-119-141

9. Liu Xiaoyu, Fu Yan. A New Concept and Model of South-South Cooperation for Sustainable Development // Sustainable Development Economic Guide. 2020. No. 7. P. 47-49. https://doi.org/CNKI:SUN:WT0K.0.2020-07-017

10. Пономаренко Л.В., Соловьева Т.М. КНР - Африка: новые ориентиры взаимоотношений // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. 2015. № 1. C. 32-42.

11. Дейч Т.Л. Китай в борьбе за ресурсы в Африке и арабском мире // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. 2018а. Т. 18. № 3. C. 595-611. https://doi.org/10.22363/2313-0660-2018-18-3-595-611

12. Putting a Dollar Amount on Chinese Loans to Low Income Countries // The China Africa Research Initiative Blog. URL: http://www.chinaafricarealstory.com/2020/06/puttingdollar-amount-on-chinese-loans.html (дата обращения: 01.07.2020).

13. Сопоставление географической структуры российской и китайской помои странам Азии и Африки // Экспертный портал РУДН по международным отношениям. URL: http://ir.rudn.ru/ru/databases/ru-ch-aid (дата обращения 01.07.2020).

14. China Africa Research Initiative. URL: http://www.sais-cari.org/ (дата обращения: 01.07.2020).

15. The China Africa Project. URL: https://chinaafricaproject.com/ (дата обращения: 01.07.2020).

16. AidData. URL: https://www.aiddata.org/ (дата обращения: 01.07.2020).

17. Acker K., Brautigam D., Huang Y. Debt relief with Chinese characteristics // China Africa Research Initiative, School of Advanced International Studies, Johns Hopkins University, Washington, DC. 2020. 43 p.

18. Yuan Sun I., Jayaram K., Kassiri O. Dance of the lions and dragons: how are Africa and China engaging, and how will the partnership evolve? // McKinsey. 2017. 78p.

19. Sun Wei. Djibouti and the Maritime Silk Road // Journal of East China Normal University (Natural Science). 2020. No. 1. P. 170-174. https://doi.org/CNKI:SUN:HDSZ.0.2020S1-037

20. Le Gouriellec S. Djibouti's foreign policy in international institutions: the big diplomacy of a small state // African Foreign Policies in International Institutions. Palgrave Macmillan, New York, 2018. P. 389-402.

21. Филиппов В.Р. Париж vs. Пекин: противостояние на Африканском континенте // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. 2020. Т. 20. № 1. C. 84-96. https://doi.org/10.22363/2313-0660-2020-20-184-96

22. Okolo A.L., Akwu J. O. China's foreign direct investment in Africa's land: hallmarks of neo-colonialism or South-South cooperation? // Africa Review. 2016. Vol. 8. No. 1. P. 44-59.

23. Gosovic B. On the eve of BAPA - 40 - South-South cooperation in today's geopolitical context // Vestnik RUDN. International Relations. 2018. Vol. 18. No. 3. P. 459-478. https://doi.org/10.22363/2313-0660-2018-18-3-459-478