Автореферат: Клинические, психологические и социальные характеристики участников боевых действий и их динамика в процессе групповой психотерапии

Таблица 2

Результаты исследования комбатантов методикой МОПЗ (до психотерапии)

Условные обозначения: S1 Ї шкала конструктивности (А); S2 Ї деструктивности (В); S3 Ї дефицитарности (С); S4 Ї индекс «»; S5 Ї индекс «»

Показатели МОПЗ во всех трех группах выходят за рамки нормы, но в 1-й группе эти изменения наиболее выражены. Оценки интегральных шкал А, В, С, индексов «» и «» показывают, что состояние психического здоровья пациентов 1-й группы при первом исследовании значительно хуже, чем психическое состояние пациентов 2-й и 3-й групп и это определяется наличием трех неблагоприятных тенденций: низким адаптационным потенциалом (низкие показатели шкалы А, р<0,01); выраженной психопатологической стигматизацией (высокие значения по шкале В, р<0,001); недостаточным уровнем психической активности (высокие показатели шкалы С, р< 0,05).

В 1-й группе также более выражено снижение уровня психической компенсации относительно нормы (индекс «», p < 0,001) и снижение уровня психической активности (индекс «, p<0,001).

Таким образом, в структуре личности участников локальных войн преобладают деструктивно-дефицитарные выражения Я-функций при сильном снижении их конструктивных показателей, что указывает на разрыв отношений с самим собой, с другими людьми, с окружающим миром. Наиболее выражены эти изменения в 1-й группе, свидетельствующие о закрепленных после участия в боевых действиях психических изменениях, контрастирующих с требованиями мирной жизни, и что является источником дополнительного стресса и причиной трансформации клинических и личностных проявлений боевой психической травмы у ветеранов. Изменения являются отражением глубинных и трудно курабельных проблем личности, следовательно, терапия должна быть направлена на преодоление чувства отчуждения, невозможности восстановить полноценное личностное функционирование при более активных попытках коммуникации. Это требует стимулирования инициативы, настойчивости, конструктивной дискуссии, эмоционального отреагирования, прежде всего, с помощью механизма конфронтации. Именно такой подход практикуется в личностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии, определивший выбор методики психотерапии ветеранов боевых действий.

Методика психотерапии. Основными целями (мишенями) групповой личностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии после проведенного психолого-психиатрического обследования комбатантов являлись коррекция центральных личностных функций «Я»: агрессии, тревоги, нарциссизма (патологического личностного статуса), максимальное восполнение имеющегося адаптационного дефицита, дефицита коммуникативных и других социальных навыков, деформированных отношений в микросоциуме. По классификации специальной Комиссии совета директоров Международного общества по исследованию травматического стресса применявшийся метод групповой личностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии относится к комбинированному методу, «поддерживающему» и «вскрывающему», где терапевтические интервенции направлены на работу с эмоциями и поведением, возникающими «здесь-и-сейчас», но могут переходить в плоскость «там-и-тогда» при работе с травматическим воспоминанием. Учитывая особенности контингента, например, трудности в контролировании таких сильных эмоций, как гнев и агрессия, повышенную недоверчивость и отчужденность, большое внимание уделялось подготовке к групповой работе. С одной стороны, это создавало мотивацию к занятиям, с другой Ї позволяло избежать негативных последствий при применении конфронтационных и «вскрывающих» техник. Перед групповой работой с каждым участником проводилось индивидуальное мотивационное интервью. При этом демонстрировалось видеоинтервью предыдущих членов групп, где они обращались к будущим участникам, объясняя важность и эффективность этих занятий, и то, как себя следует вести в группе и каких эффектов ожидать.

В разработанном нами краткосрочном (интегративном по своему содержанию) варианте группового метода психотерапии использовались отдельные технические приемы экзистенциальной и гештальт-терапии, вскрывались экзистенциальные проблемы смерти, вины, ответственности, смысла. С целью интенсификации лечебного процесса применялись такие приемы как установление лимита времени с постоянным напоминанием об этом: «Осталось шесть занятий. Достигли ли вы своих целей? Как и на что вы тратите свое время?». Острую конфронтацию осуществляли посредством интенсивной обратной связи и насыщенной эмоциональной поддержки. Конфронтация была направлена не только на поведение и межличностные отношения комбатантов, но на их отношение к смерти, одиночеству, чувству вины, физическим симптомам.

Перед окончанием групповой психотерапии пациентам предлагалось подвести итоги работы в группе и сформулировать те выводы, к которым они пришли (групповой вариант экзистенциальной техники «Эпитафия на Вашем могильном камне, характеризующая вашу жизнь?»). Пациенты могли также видеть материалы, оставшиеся от других групп. С целью интенсификации механизмов конфронтации и эмоциональной поддержки предусматривалась активная позиция психотерапевта.

Результаты экспериментально-психологических исследований участников боевых действий после окончания психотерапии

Результаты исследования по методике SCL-90. От 1-го ко 2-му исследованию достоверно уменьшались следующие показатели. В 1-й группе: выраженное уменьшение по шкалам «агрессия» Ї 1,19 и 0,65 (р< 0,001); «дополнительная» Ї 1,04 и 0,61(р< 0,01); «индекс выраженности дистресса» GSI Ї 0,95 и 0,70 (р< 0,01); «соматизация» Ї 0,99 и 0,76 (р< 0,01); «депрессия» Ї 0,94 и 0,70 (р< 0,05); «тревожность» Ї 1,11 и 0,89 (р< 0,05). Тенденция к достоверности различий установлена по шкалам «фобия» Ї 0,77 и 0,51(р<0,1); «паранояльность» Ї 0,84 и 0,64(р<0,1); «психотизм» Ї 0,65 и 0,47(р<0,1). По другим шкалам изменения не достигали достоверных различий.

Во 2-й группе максимальное уменьшение показателей отмечено по шкале «соматизация»: в 1-м исследовании Ї 1,28, во 2-м Ї 1,06 (р<0,05); «паранояльность» Ї 0,78 и 0,55 (р<0,05); «обсессивность - компульсивность» Ї 1,07 и 0,81 (р< 0,05). Меньшая динамика выявилась по шкале «тревожность» Ї 1,11 и 0,93 (р<0,1). В меньшей степени изменились показатели по шкалам «межличностная сенситивность» Ї на 17,89%, «индекс выраженности дистресса» GSI Ї на 17,02%, «депрессия» Ї на 14,89%, «агрессия» Ї на 13,11%, динамика показателей по этим шкалам статистически недостоверна.

В 3-й группе достоверное уменьшение показателей установлено по шкалам «соматизация» Ї 1,12 и 0,74 (р<0,05), «тревожность» Ї 0,99 и 0,77 (р<0,05) и «дополнительная» Ї 1,0 и 0,75 (р< 0,05). Меньшие изменения произошли по шкалам «агрессия» Ї на 17,82%, «депрессия» Ї 14,29%, «индекс выраженности дистресса» GSI Ї на 10,98%, динамика показателей по этим шкалам статистически недостоверна.

Таким образом, результаты исследования показали, что в процессе групповой психотерапии отмечено статистически достоверное снижение показателей шкал симптоматического опросника SCL-90, что является объективным подтверждением клинико-симптоматического улучшения. Однако исследование динамики шкальных показателей в процессе психотерапии указывает на неравномерность их снижения. Наибольшее улучшение отмечено в группах, которые участвовали в психотерапии. В 1-й группе статистически достоверное улучшение установлено по 9 шкалам. При этом в большей степени это относится к шкалам так называемого невротического регистра. В меньшей степени была затронута шкала «психотизма, но и там отмечается положительная динамика. Во 2-й группе статистически достоверное улучшение отмечено по 4 шкалам. В 3-й группе достоверные изменения произошли по 3 шкалам.

Следует отметить различную динамику изменения шкалы «агрессивность» в 1-й и 2-й группах. Агрессия и способы ее контроля Ї это наиболее заявляемая проблема у комбатантов в групповой работе, много времени уходило на проработку именно этой темы и это касалось как комбатантов 1-й, так и 2-й группы. Но во 2-й группе шкала «агрессивность» изменилась значительно меньше, что, по-видимому, связано с важностью этого свойства психики в условиях боевых действий, а также с тем, что комбатанты 2-й группы могут пользоваться приобретенными психологическими «военными» навыками в условиях мирной жизни, это не требует от них реадаптации.

Результаты исследования по методике ИСТА. При изучении динамики показателей личностных характеристик было выявлено следующее.

Наибольшая положительная динамика была отмечена у ветеранов 1-й группы, выразившаяся в росте значений по 3 шкалам конструктивного выражения Я-функций: агрессии Ї 8,13 и 9,33 (p<0,05), тревоги Ї 7,03 и 8,27 (p<0,05), внешнего Я-отграничения Ї 6,90 и 7,87 (p<0,05), с одновременным снижением показателей по шкалам деструктивности: агрессии Ї 6,63 и 5,83 (p<0,1), нарциссизма Ї 5,50 и 4,10 (p<0,01), а также показателей шкалы дефицитарного внутреннего Я-отграничения Ї 6,17 и 4,60 (p<0,05).

Во 2-й группе после психотерапии отмечено увеличение показателей по шкалам конструктивного выражения Я-функций: внешнего Я-отграничения на 11,08%, нарциссизма на 9,57%, с одновременным снижением показателей по шкале дефицитарной сексуальности на 13,04% и дефицитарного внутреннего Я-отграничения на 9,09%, а также снижение по шкале деструктивного нарциссизма на 10%. При этом не было выявлено статистической значимости по всем шкалам.

В 3-й группе установлено увеличение показателей конструктивной тревоги на 5,4% и конструктивного нарциссизма на 10,34%.Но статистической достоверности изменения этих показателей нет. При этом увеличились показатели шкал деструктивной тревоги Ї 1,93 и 3,33 (p<0,01), дефицитарной сексуальности Ї 1,73 и 2,33 (p<0,01) и дефицитарного нарциссизма Ї 2,83 и 3,43 (p<0,1).

Изложенная динамика структуры личностного статуса ветеранов до и после психотерапии является отражением позитивного эффекта групповой психотерапии. Уменьшаются деструктивно-дефицитарные факторы, укрепляются конструктивные. В 1-й группе изменения наиболее выражены.

Возросла способность к дифференциации и интеграции жизненного опыта. Усилился эмоциональный контроль за своим поведением, способность адекватно воспринимать свои собственные чувства и потребности, а также эмоции и потребности окружающих, следовательно Ї улучшилось социальное функционирование. Выросла самооценка пациентов, уменьшилась зависимость от окружающих, возможность установления и поддержания межличностных контактов и отношений без ущерба своим интересам, критика стала восприниматься без угрозы, окружающие перестали казаться чужими и враждебными. Возросла толерантность к переживанию тревоги. Редуцировалась конфликтность и собственно агрессивность, снизилась склонность к брутальности, взрывам насилия, склонность к обесцениванию других людей и межличностных отношений. Уменьшилась возможность аутоагрессии. Все эти изменения в большей степени произошли у ветеранов 1-й группы, в меньшей Ї во 2-й. В 3-й группе, наряду с положительными тенденциями, выявлено и усиление напряженности патологического личностного статуса за счет усиления деструктивного страха, дефицитарных нарциссизма и сексуальности. Это может быть обусловлено тем, что ветераны 3-й группы воспринимали ситуацию, когда они не участвовали в групповой психотерапии как «несправедливую» по отношению к себе, пытаясь решить ее за счет усиления сформировавшихся негативных личностных паттернов.

Результаты исследования по методике МОПЗ. 1-я и 2-я группы после проведенного лечения с помощью психотерапии были повторно обследованы МОПЗ. Были выявлены изменения по всем измеряемым шкалам (табл. 3). По сравнению с обследованием до проведения психотерапии (табл. 2) в 1-й группе значительно увеличились показатели уровня психической компенсации Ї индекс «» (тенденция к достоверности различий обследований до и после психотерапии оценивалась разностным методом, используемым для связанных выборок, p<0,05) и уровня психической активности Ї индекс «» (p<0,05).

Хотя показатели по-прежнему не достигли нормы и практически сравнялись с аналогичными показателями 2-й группы, которые также увеличились по индексу «» (достоверность различий между данными до и после психотерапии, 0,1>р>0,05) и по индексу «» (достоверность различий между средними значениями до и после психотерапии, p<0,05). Во всех группах уровень индекса «» меньше значений индекса «» (р<0,001). В первом исследовании такая значимая разница отмечалась только во 2-й группе. В 3-й группе во втором исследовании значения индекса «» понизилось на 12,57% и индекса «» на 7,64%, но изменение этих значений статистически недостоверно (табл. 3).

Таблица 3

Результаты исследования комбатантов методикой МОПЗ (после психотерапии)