Продвижение было хотя и медленным, но безостановочным. К 1745 буры заселили западный берег Гамтоос-Ривер. В 1760 Якобус Кутзее в поисках слоновой кости переправился через Оранжевую Реку, а чуть позже за ним последовали фермеры, осевшие на берегах Оранжевой или обосновавшиеся на Зееку-Ривер (в 1798 году эта река была официально признана границей Капской Колонии, и губернатор Ван Плеттенберг поставил здесь маркер). К 1770 году небольшая группа фермеров жила в районе Сневбергена, который подобно Стромбергу представлял собой один из уступов гигантского внутреннего плато.
Двумя годами позже треккеры достигли Брейнтйес Хоогте и вступили в долину Большой Фиш-Ривер. Сотню лет потомки фермеров, получивших участки на Лисбиик-Стрим, забирались все дальше и дальше, пока некоторые из них не обосновались более чем в тысяче километров от Де Каапа.
Затем, совершенно неожиданно, миграция застопорилась. На севере путь треккерам преградили сухие пространства Намакваленда, на северо-востоке им мешало растущее противодействие бушменов Сневбергена, а на юге буры неожиданно для себя столкнулись с другим миграционным потоком. Сердцем этого встречного вала многочисленных, сильных и мужественных черных обитателей центральной Африки, являлись племена кхоса. Конечно, это было далеко не первое столкновение белого и черного человека в юго-восточной Африке. Хотя путешествия за Гамтоос-Ривер долгое время находились под официальным запретом, с начала столетия охотничьи партии стремились к Большой Фиш-Ривер. Участники этих экспедиций редко отказывали себе в удовольствии увести скот встречавшихся по пути готтентотов, но в 1702 году возле современного города Сомерсет-Ист они столкнулись с грозными кхоса, способными защитить свои стада. В 1736 году произошло еще одно столкновение, в ходе которого черные уничтожили партию белых охотников, углубившихся за Кейскама-Ривер [14, c. 75].
Но теперь, пятьдесят лет спустя, банту столкнулись с белыми людьми, направлявшимися на восток не охотиться, а закладывать фермы и строить дома на земле, которую черные племена считали своей собственностью. Столкновение закончилось битвой, а затем подобием патовой ситуации. В итоге Большая Фиш-Ривер стала наскоро слепленной границей между треккерами и банту. При этом река не представляла собой серьезного препятствия, поскольку в сухой сезон превращалась в тощий ручеек. Она была плохой границей и по другим соображениям: густой кустарник, росший вдоль берегов, предоставлял отличное укрытие угонщикам скота обеих рас. Зато Фиш стала подлинной границей в другом смысле - по ней проходила линия раздела радикально чуждых друг другу культур. Даже сегодня путешественник, пересекающий Фиш-Ривер, не может избавиться от странного сверхъестественного ощущения, что именно сюда уходит корнями многовековая борьба между белыми и черными, продолжающаяся в Южной Африке и ныне.
Прощупав друг друга в ходе первых стычек, противники, недовольно ворча, осели по разным берегам Фиш. Скоро освоившись на новой территории, треккеры и банту принялись совершать регулярные набеги на стада друг друга. Белые проникали на восток вплоть до Буффало и Кей, а черные, в ответ, грабили фермы у самых Плеттенберг-Бей и Книсны [14, c. 80].
4. Войны англичан с зулусами и коса. Расширение капской колонии. Создание колонии Наталь.
.1 Войны англичан с зулусами и коса. Расширение капской колонии
Сопротивление жителей Южной Африки развертывалось в исключительно трудных условиях. Из-за сложных интриг, которые вели друг против друга англичане и буры, африканцы порой не понимали, что обе эти колониальные силы равно опасны для независимости коренных жителей. Часто они пытались лавировать между двумя фронтами, заключая соглашения с тем захватчиком, который в тот момент представлялся им менее опасным. Тем страшнее были последствия подобных ошибок. В то время как африканцы собирали силы для отпора одному чужеземному завоевателю, другой, не менее опасный колониальный грабитель, вероломно прикрывшись маской союзника, подбирался к границам их земель и селений.
Первыми против фермеров-буров, стремившихся к земельным захватам, и английских колонизаторов восстали племена коса. Английские поселенцы еще в XVIII в. достигли реки Фиш и с этого рубежа просачивались на богатые пастбища скотоводов коса. Коса, однако, не могли смириться с непрестанным сокращением их пастбищ, угоном скота, а также с навязанным им соглашением, установившим реку Фиш границей их расселения. Они неизменно возвращались на привычные места выгонов и поселения, особенно в периоды засух.
Война племен коса сначала против бурских, а затем и английских захватчиков продолжалась без малого сто лет. Она фигурирует в колониальной историографии как восемь "кафрских" войн. Первые столкновения с европейцами произошли еще в обстановке вражды между отдельными племенными группами, в частности между вождями Гаика и Ндламбе. Благодаря этому бурские, а главное, английские захватчики с успехом препятствовали образованию единого фронта африканцев и смогли нейтрализовать отдельных вождей. Примером может служить война 1811 г., когда с одобрения Гаики английские отряды предприняли карательные действия против некоторых групп коса под управлением Ндламбе. Перед этим вожди Ндламбе и Тсунгва, подкупленные экстремистскими кругами буров и опиравшиеся на помощь спасавшихся от принудительных работ готтентотов, разбили войска английского генерала Ванделера и подошли к реке Кейман. Поэтому карательные действия англичан отличались жестокостью, они не брали пленных и убивали раненых на поле боя. Разрозненным группам коса было необходимо объединиться и выступить совместно. Такова была обстановка, когда на сцену выступил пророк по имени Нхеле (Макана). Пропагандируя своё учение и "видения", основанные на традиционных африканских и христианских религиозных представлениях, он пытался сплотить коса в борьбе против колониальных эксплуататоров. Его признал только Ндламбе, и английские колонизаторы, спекулируя на этом обстоятельстве, заключили с Гаикой "договор о союзе". В битве с союзниками погибло более 2 тысяч воинов коса и сам Нхеле. Коса лишились всей территории до реки Кейскама: она была присоединена к Капской колонии.
Эта война, четвертая по счету, явилась важным переломным моментом. Угроза колониального завоевания заставила вождей отдельных племен забыть свои распри и выступать впредь совместно. Оборонительные бои укрепили боеспособность союзов племен. В 1834 г. восстали все коса, населявшие пограничные районы. Они были хорошо организованы и применяли новые тактические методы ведения войны. Некоторые колониальные части были уничтожены партизанами. Тем не менее в конце концов англичане снова разбили коса и присоединили к своей колонии все области к западу от реки Кей (1847). Захват Натала сначала иммигрантами-бурами, а в 1843 г. английской колониальной администрацией расколол единую раньше область расселения обеих народностей нгуни - коса и зулу. С этого времени английская администрация упорно стремилась к новым территориальным захватам и окончательному покорению коса. Все договоры с отдельными вождями были аннулированы, поэтому снова вспыхнула война (1850-1852). Сражения отличались особой продолжительностью и упорством. Это было наиболее длительное и организованное восстание коса. Вдохновляемые новым пророком, Мландшени, коса объявили захватчикам "священную войну". К ним примкнули тысячи африканцев, насильно одетых в мундиры колониальных солдат, и готтентотов-полицейских. Вооруженные современным оружием, они существенно усилили антиколониальное восстание. В рождество 1850 г. тысячи воинов коса перешли границы Британской Кафрарии. Руководил этими действиями вождь галека Крели. Подчеркнем, что одновременно против английских войск сражался верховный вождь суто Мошеш, и в 1852 г. его конница численностью 6-7 тысяч человек нанесла англичанам временное поражение [4, c. 263].
И все же был упущен момент, когда восстание могло увенчаться победой, хотя бы временной. Английским колонизаторам снова удалось лживыми посулами привлечь вождей на свою сторону и овладеть последними землями коса в Транскее. Теперь границы английских колоний упирались в территорию племенного объединения зулу. Последний раз отдельные племена коса поднялись против колониального порабощения и полной утраты независимости в 1856-1857 гг. Вожди Крели и Сандили с их племенами на небольшом клочке земли были со всех сторон осаждены английскими войсками, и им угрожала голодная смерть. В этом безвыходном положении под влиянием нового пророка у них появились хилиастические видения будущего: суд божий, верили они, изгонит белых чужеземцев; в "будущем царстве", где христианское вероучение не найдет себе места, восстанут мертвые, прежде всего бессмертные пророки и убитые вожди, и возродится весь утраченный скот. Этим будет положен конец какой бы то ни было политической и экономической зависимости.
Пророк Умлаказар призывал в своих проповедях: "Не сейте, в будущем году колосья взойдут сами. Уничтожайте весь маис и хлеб в закромах; забивайте скот; покупайте топоры и расширяйте краали, чтобы они вместили весь тот прекрасный скот, что восстанет вместе с нами… Бог гневается на белых, которые убили его сына… Однажды утром, пробудившись ото сна, мы увидим ряды столов, уставленных яствами" [9, c. 323]. Поддавшись этим религиозным внушениям, коса забили весь свой скот - один европейские миссионеры называют внушительную цифру: 40 тысяч голов - и стали ждать "последнего суда". После "дня воскрешения", ожидавшегося 18-19 февраля 1857 г., тысячи коса умерли с голоду. Европейские завоеватели, которые якобы должны были покинуть страну из-за недостатка продуктов питания, и не думали уходить. Так активная борьба против колониализма сменилась ожиданием вмешательства сверхъестественных сил и наступления "царства справедливости". В ней, несомненно, черпали силы и надежду загнанные в тупик коса, не знавшие законов общественного развития. Только когда коса убедились, что видения их не сбылись, они в полном отчаянии снова взялись за оружие.
Английские войска без труда одержали победу над полумертвыми от голода людьми. Большая часть коса погибла во время военных действий или умерла голодной смертью. Остальные покорились. Так трагически закончилось почти вековое героическое сопротивление коса. В борьбе с коса колонизаторы обычно сталкивались с отдельными разобщенными племенами, которые только временами объединялись для прямого отпора завоевателям. Значительно более опасным противником были военный союз племен и государство зулу. Верховный вождь зулу Дингаан сначала отнесся очень дружелюбно к бурам и, не понимая их колониалистских замыслов, явно в пику английским поселенцам и захватчикам признал в договоре владения буров в южном Натале. Вскоре, однако, он понял свою ошибку и попытался ее исправить тем, что приказал убить предводителя буров Пита Ретифа и его спутников. Война стала неизбежной. Между зулусской армией и войсками буров началась упорная кровопролитная борьба за земли и пастбища в той части Натала, которая при Шаке принадлежала зулу.
В 1838 г. при поддержке англичан буры перешли в наступление. Напрасно войско Дингаана численностью 12 тысяч человек пыталось захватить лагерь буров, защищенный вагенбургом. Зулу потерпели тяжелое поражение. Поле боя было усеяно телами африканцев, пало 3-4 тысячи человек. Река, в долине которой происходило сражение, с тех нор называется Кровавой - Блад-ривер. Дингаан был вынужден отвести войско на север от реки Тугела. Буры завладели огромными стадами, принадлежавшими раньше зулу, и вынуднли Дингаана заплатить большую контрибуцию скотом. Впоследствии и в этом государстве было немало династических междоусобий, велась борьба за преобладание между отдельными вождями и военачальниками. Буры разжигали недовольство верховным вождем Дингааном, а впоследствии даже принимали непосредственное участие в военных действиях претендентов на трон. В 1840 г. Дингаан был убит. Значительная часть Натала попала в руки бурских колонистов, но зулу сохранили свою независимость, и даже появившиеся следом за бурами английские завоеватели до поры до времени не решались на нее посягнуть.
Однако вожди зулу, будучи не в состоянии примириться с недостатком пастбищ и угрозой колониальной аннексии, снова и снова организовывали сопротивление. В 1872 г. главным вождем зулу стал Кетчвайо (1872-1883). Понимая, сколь велика нависшая над ним опасность, он попытался объединить племена зулу для отпора. Кетчвайо реорганизовал армию, восстановил военные краали и в португальской колонии Мозамбик закупил у европейских купцов современное оружие. К этому моменту, армия зулу насчитывала 30 тысяч копейщиков и 8 тысяч солдат под ружьем. Но конфликт возник раньше, чем рассчитывал верховный вождь. Английские колониальные власти Натала стремились параллельно продвижению в Трансваале полностью подчинить зулу.
В 1878 г. они предъявили Кетчвайо ультиматум, по сути дела лишавший зулусское государство независимости. Англичане требовали признать власть их резидента, допустить на территорию зулу миссионеров, распустить боеспособное зулусское войско, выплатить огромный налог. Совет вождей и военачальников отклонил ультиматум. Тогда в январе 1879 г. английские войска вторглись в Зулуленд. Этой войне, однако, суждено было стать одной из наиболее трудных и кровопролитных кампаний английского колониализма. Вначале зулу удалось нанести колонизаторам ощутимые удары. Их успехи вызвали ряд восстаний на границах Натала и Капской колонии, в том числе среди суто. Лишь после того как английские войска получили от колониальной администрации существенное подкрепление, они смогли разбить зулу. Кетчвайо был взят в плен и выслан на остров Роббен. Однако правительство Великобритании не решилось пока осуществить полную аннексию зулусской территории.
Разделив могущественное государство зулу на 13 племенных территорий, постоянно враждовавших между собой, оно тем самым ослабило его и установило над ним свой косвенный контроль. Кетчвайо был даже временно возвращен из ссылки на условиях признания им фактического британского протектората. Но впоследствии Зулуленд все же был присоединен к английским владениям в Натале, и на его территории установились колониальные отношения эксплуатации в интересах европейских землевладельцев и капиталистов. На всех стадиях доимпериалистической колониальной экспансии африканские народы и племена, становившиеся жертвами первых колониальных захватов, оказывали им сопротивление.
К славным традициям африканских народов, которыми по праву гордятся современные африканцы, относятся оборонительные войны ашанти, коса, басуто и зулу, и также Хадж Омара и его последователей в первые две трети XIX в. К несчастью, возникали они, как правило, еще стихийно. Отдельные племена или племенные союзы, возглавляемые аристократией, т. е. полуфеодальной знати, зачастую выступали против чужеземных завоевателей разобщенно. Как и в предыдущие столетия, многие антиколониальные движения и восстания либо проходили под религиозным флагом обновления ислама, либо, как в Южной Африке, принимали характер христианско-анимистического мессианизма или проповеди пророков. Вера в сверхъестественные силы руководителей не позволяла африканцам реалистически оценивать военное превосходство противников. Видения и пророчества отражают незрелость антиколониального движения, вызванную социальными условиями того периода. Кроме того, сопротивление, осуществлявшееся племенами, неизменно ставило своей целью восстановление старых порядков.
Хотя африканцы решительно и мужественно противостояли колониализму, их борьба была обречена на провал. Слишком велико было социальное, а следовательно, и военно-техническое превосходство Европы, чтобы народы и племена Африки, находившиеся на стадии первобытнообщинного или раннефеодального строя, могли одержать не временную, а прочную победу над ним. Из-за соперничества между различными этническими группами и междоусобий внутри племенной аристократии и феодальной прослойки сопротивление иноземным захватчикам обычно носило непоследовательный, противоречивый характер, а главное, было лишено единства и изолировано от других выступлений такого рода [8, c. 217 - 223].
4.2 Создание колонии Наталь
Однако сами "фоортреккеры" не собирались доверять свою судьбу ни африканским племенам, ни лондонским чиновникам. Буры, имевшие за спиной богатый опыт голландского самоуправления, энергично взялись за формирование государственных органов. Едва обжившившись на новом месте, они в 1838 году избрали Фольксраад (Volksraad - Народный совет) из 24 депутатов и сформировали правительство во главе с Андриесом Преториусом. 12 октября 1839 года уже существующее правительство бурского государства провозгласило создание Республики Наталь (Republiek van Natalia).