Изучая личностные особенности детей на разных стадиях развития, исследователи сравнивали детей, чьи родители какое-то время спустя разводились или расходились, с другими подростками, родители которых продолжали совместную жизнь и дальше. Мальчики из тех семей, которые в дальнейшем распадались, отличались большей импульсивностью, чрезмерной активностью и были более агрессивными по сравнению с другими детьми даже еще за несколько лет до распада семьи, как если бы личности этих детей претерпели определенные эмоциональные деформации вследствие родительской дисгармонии. По мнению исследователей, «поведение конфликтующих между собой, холодных и недоступных родителей еще в предшествующий разводу или расхождению период могло иметь серьезные последствия для развития личности детей, особенно мальчиков». [26]
Ситуация развода и ее воздействие на подростка
В настоящее время изучение этой проблемы приобрело особую актуальность, поскольку во многих странах очень высоко число разводов.
В Казахстане в 2008 году на 1 тысячу населения зарегистрировано 6,3 брака и 3,7 развода. Около половины браков 25-40-летних людей заканчиваются распадом, и в большинстве этих семей имеются дети подросткового возраста
Хотя многие указывают на неблагоприятное влияние развода и разрушения семьи на подростков, однозначного ответа на этот вопрос не существует. Необходимо учитывать целый ряд факторов как предшествующих разводу, так и действующих после него: обстоятельства и причины развода, то, насколько ребенок был подготовлен к возможности ухода из семьи одного из родителей, поведение родителей в данной ситуации, адаптацию родителей после развода и т.д.
Прежде всего необходимо различать:
· непосредственные эмоциональные реакции подростка на развод родителей;
· проблемы, возникающие в период адаптации;
· более отдаленные последствия, влияние развода на личностное развитие и успешность подростка в будущем.
Непосредственные реакции подростка на развод
Непосредственные реакции подростка на развод в большинстве случаев являются достаточно бурными. По оценкам самих подростков, среди жизненных событий, вызывающих стресс, развод родителей стоит на 4-м месте после смерти родителей, братьев и сестер, близких друзей.
Подростки понимают, но не принимают развод. В этот период наиболее распространенными реакциями являются:
· отрицание, отказ верить в случившееся. Подросток утверждает, что у родителей нет серьезных проблем, не хочет слушать их объяснения, надеется, что они передумают и т.д. Многие дети живут надеждой на то, что их родители снова будут вместе: среди 5-7-летних детей на это указали 65,7%, в подростковом и юношеском возрасте эти надежды уменьшаются, но все же сохраняются у 16% опрошенных; страх, тревога и неуверенность в будущем. В силу эгоцентрического восприятия мира подростка прежде всего пугают перемены, которые могут произойти в его личной жизни: необходимость перемены места жительства, школы, круга общения, возможные перемены в материальном положении. Подростки могут стыдиться своих семейных проблем перед сверстниками;
· ребенок чувствует разочарование, обиду;
· чувствует себя брошенным тем родителем, который не живет с ним рядом;
· пробует манипулировать родителями, используя сложившуюся ситуацию;
· становится «идеальным», или наоборот, ведет себя вызывающе, прогуливает школу и занимается тем, что связано с риском (наркотики, кражи в магазинах и т.д.);
· игнорирует одного или обоих родителей;
· у ребенка возникает чувство неспособности иметь долгосрочные отношения;
· гнев и враждебность по отношению к тому из родителей, на которого возлагается вина за развод, или по отношению к обоим; (Подросток может обвинять отца или мать в том, что они бросили семью, заявлять, что он их ненавидит, никогда не простит и т.п.).
· самообвинение; (Некоторые подростки решают, что ответственность за расставание взрослых лежит на них, поскольку они должны были ему воспрепятствовать, или что отец (мать) уходит потому, что дети не оправдали их ожиданий. Мучительные переживания такого рода подросток может тщательно скрывать);
· ревность; (Если отец или мать начинает встречаться с другим человеком и эмоционально привязывается к нему, то подросток чувствует себя заброшенным, боится, что он больше не интересен родителю, а его место в родительском сердце будет занято посторонним человеком).
Проблемы адаптации после развода родителей
Исследования показывают, что в течение первого года после развода как мальчики, так и девочки демонстрируют более тревожное, беспокойное, агрессивное и непослушное поведение в отношениях со сверстниками и взрослыми по сравнению с детьми из не распавшихся семей. [20]
По некоторым данным, последствия разводов сильнее сказываются на мальчиках, чем на девочках. От двух месяцев до года со времени развода они становятся неуправляемыми, агрессивными, теряют самоконтроль, проявляют несамостоятельность и тревожность, инфантильны.
На второй год многие трудности сглаживаются и проблемы начинают уменьшаться, однако только в тех семьях, где дети успешно адаптируются к новой ситуации.
Успешность адаптации ребенка после развода родителей зависит от взаимодействия многих факторов.
Семейная атмосфера до развода. Если развод завершает длительный период ссор, тяжелых переживаний, то он может оказать даже положительное влияние. Некоторые подростки указывали, что перенесли развод легче, чем предшествующие ему конфликты, поскольку до развода боялись физической расправы, стыдились родительских скандалов, переживали из-за чередующихся ссор и примирений родителей. В таких обстоятельствах развод воспринимается как облегчение.
Характер развода. Наиболее неблагоприятное влияние на подростков оказывает развод в форме «боевых действий», включающий обвинения в плохом выполнении супружеских и родительских обязанностей, супружеской неверности, вредных пристрастиях и т.д., особенно если родители вовлекают в свою борьбу детей, заставляют их принимать чью-то сторону или используют в качестве шпионов. Подростки страдают от такого положения и не желают делать выбор между родителями. Развод в относительно спокойной форме, без предъявления взаимных обвинений уменьшает вероятность возникновения страданий у подростка, если родители способны объяснить ребенку, что они разводятся друг с другом, а не с детьми и по-прежнему останутся для них любящими и близкими людьми.
Из всего сказанного, разумеется, не следует вывод о том, что развод или конфликты матерей и отцов сами по себе обязательно причиняют тяжелый ущерб развитию личности детей. Степень переживаемого детьми стресса может существенно зависеть от тяжести родительского конфликта. Эмоциональные деформации их личности могут быть не слишком серьезными, или, по крайней мере, дети могут довольно быстро справляться со своими негативными переживаниями, если родители не переходят к открытым «военным действиям», и если расстаются вполне дружелюбно. В.Е. Каган и его сотрудники представили существенные свидетельства в пользу данной точки зрения. Сравнивая детей разведенных и неразведенных родителей два года спустя после развода, они нашли, что дети из полных семей, но таких, в которых родители постоянно конфликтовали друг с другом, были действительно более агрессивными, чем сыновья мирно расставшихся родителей. Как комментировали исследователи, «в конечном счете, конфликтные отношения между родителями приводят к более неблагоприятным последствиям для детей, нежели их развод». Родительское тепло и любовь также могут служить фактором, смягчающим стрессы и психические напряжения, вызванные распадом семьи. Если родители спокойно и мирно расходятся, то это может причинить ребенку меньше вреда, чем постоянные напряжение и конфликты между родителями в течение значительного периода времени.
Сверстники и родители как модели социального девиантного поведения.
На поведение детей могут оказывать влияние самые различные модели. В качестве таких моделей часто выступают сверстники, показывая им, какую одежду носить, какую музыку слушать, как говорить, как действовать и даже как следует разрешать конфликты и другие социальные проблемы. Особенно важно учитывать, что социально дезадаптированные подростки могут выбирать в качестве моделей для подражания антисоциальные группы, и более того, они могут стремиться копировать поведение подростков, занимающих высокое положение в делинквентной группе. Влияние лидера не ограничивается прямыми командами. Часто оно выражается в том, то члены группы с относительно низким статусом просто копируют поведение аттрактивного, имеющего высокий статус лидера. Саша может начать носить золотую цепочку на шее, потому что Вова, лидер банды, носит такую цепочку, или может начать ходить с высокомерным видом, копируя походку своего обладающего престижем приятеля. Еще более значимо для общества то, что Саша может, подражая Вове, начать употреблять наркотики или совершать другие противозаконные действия.
В качестве моделей для детей могут выступать и их родители, и не приходится удивляться тому, что, как показывают исследования, антисоциальное поведение некоторых подростков могло быть результатом копирования поведения социально девиантных родителей. В качестве примера могут служить результаты исследования Фаррингтона. Значительное число подростков, которые в дальнейшем (к тому времени, когда они уже стали взрослыми молодыми людьми), состояли на учете в связи с криминальным поведением, имели родителей, осужденных за нарушение закона еще до того, как их дети достигли юношеского возраста.
Около половины подростков, имеющих девиантных и не любящих их отцов, стали преступниками. В то же время закон нарушила лишь одна пятая часть тех мальчиков, чьи отцы также были преступниками или алкоголиками, но относились к своим сыновьям с теплотой и любовью.
Насилие порождает насилие.
Почти все исследователи проблем семьи отмечали одну особенность ее членов, склонных к проявлению насилия: многие из этих людей сами были жертвами насилия в детстве. Фактически внимание ученых обращалось на эту черту так часто, что в наше время стало вполне привычным говорить о цикличности проявления агрессивности или, другими словами, о передаче склонности к агрессии от поколения к поколению. Насилие порождает насилие, так утверждают эти исследователи проблем семьи. Люди, которые подверглись насилию в детстве, обычно также приобретают склонность к агрессии. Разумеется, у этого правила есть и исключения, и некоторые специалисты по проблемам семьи задаются вопросом о том, имеются ли реальные доказательства того, что формы жестокого поведения передаются от поколения к поколению. [27]
Жестокое обращение с детьми. Теперь давайте вернемся к вопросу о том, как часто люди, бьющие своих детей, подвергались в детстве насилию со стороны своих родителей. В этом случае прослеживается та же закономерность - агрессия порождает агрессию.
Для ее иллюстрации воспользуемся результатами обследования пациентов психиатрической больницы города Айова-Сити, выполненного специалистами местного университета под руководством Джона Кнутсона. Анализ историй болезни 169 детей, имевших отклонения в поведении, показал, что примерно четверть из них со всей очевидностью подвергались насилию со стороны одного или обоих родителей. Беседуя с отцами и матерями этих детей, исследователи выяснили, что большинство прибегавших к насилию родителей также жестоко наказывались в детстве. Если отец и мать сообщали, что их избивали в детстве, то с вероятностью 50% они сами жестоко обращались со своими детьми. В то же время если в детстве телесным наказаниям подвергался только один из родителей, то вероятность применения насилия против детей снижалась до 32%. Если же родители не подвергались в детстве мерам физического воздействия вовсе, то вероятность применения насилия к детям составляла 17%.
Стычки родителей не обязательно наносят серьезную душевную травму каждому ребенку. Некоторые дети могут не испытывать серьезных последствий семейных ссор или, по крайней мере, испытывать их в такой форме, которая не сразу становится понятной постороннему наблюдателю. Но если даже это и так, то открытые столкновения отца и матери могут рассматриваться в качества фактора риска, повышающего вероятность того, что их ребенок, став взрослым, также будет проявлять склонность к агрессии.
На агрессивность людей может влиять их душевное состояние: агрессивность может повышаться при плохом настроении и снижаться при хорошем. Это означает, что игры, в которые играют люди, могут временно воздействовать на их настроение, а через него и на поведение в отношении других индивидов. Люди, получившие удовольствие от стрельбы из пистолета по мишеням или от того, что, пробегая по темному коридору, смогли поразить из электронного светового ружья всех своих противников, действительно могут испытать прилив доброжелательных чувств на ближайшие несколько минут или даже часов. Однако это состояние будет не результатом их освобождения от позывов к насилию, а следствием их хорошего настроения в данный период времени. Их повышенный уровень дружелюбия будет сохраняться до тех пор, пока они будут находиться в хорошем расположении духа.
Многие дети, и в особенности мальчики, получают удовольствие от игр с детским оружием. Для их родителей бывает довольно трудно, а иногда и просто невозможно заставить своих сыновей прекратить реализацию воображаемой агрессии. Если мальчикам не покупают игрушечные ружья, то для ведения воображаемой стрельбы по выдуманному противнику они готовы использовать палки или просто собственные руки. [15]
Они демонстрируют такое поведение не в силу своей природной агрессивности, а, возможно, из-за своего желания самоутвердиться в окружающем мире. Этим они показывают, пусть и всего лишь тем способом, который кажется подходящим для их недостаточно развитого мужского сознания, что они хотят установить собственный контроль над находящимися вокруг них людьми. Пытаясь стрелять по чужим людям из окружающего их мира, они воображают, что борются с различными враждебными силами, и даже утверждают свой авторитет на будущее. Я полагаю, что они демонстрируют во многом то же самое стремление, что и дети, стремящиеся нажать на кнопку, останавливающую движение эскалатора в метро. Мне кажется, что отцы и матери должны с пониманием относиться к желанию мальчиков установить свой контроль над окружающим миром и разрешать им играть с детским оружием, если они будут настойчиво об этом просить. Однако это не значит, что родители должны поощрять участие своих детей в играх, связанных с проявлением агрессии. Более того, они должны внушать своим отпрыскам мысль о недопустимости умышленного нанесения вреда окружающим их людям.
Взгляды общества на то, кто должен главенствовать в семье, несомненно способствует росту случаев жестокого обращения с детьми. Общество очень долго считало, что дети должны находиться в подчинении у родителей и иметь весьма ограниченные права. В прошлые века отцы и матери могли осуществлять почти неограниченный контроль за действиями своих отпрысков. Так как большинство наших предков были уверены в том, что молодежь склонна к беспорядочной жизни и нуждается в строгом руководстве, то они всегда готовы были наказать своих детей, если считали их поведение предосудительным.
Как развивается конфликт?
Начало конфликта связано, по меньшей мере, с тремя условиями:
) первый его участник сознательно и активно действует в ущерб другому участнику путем физических действий, демаршей, заявлений и т.д.;
) второй участник сознает, что эти действия направлены против него;
) второй участник в ответ предпринимает активные действия против инициатора конфликта; с этого момента можно считать, что он начался.
Из этого следует, что конфликт начинается в случае противоборства сторон. Он возникает лишь тогда, когда стороны начнут активно противодействовать друг другу, преследуя свои цели. Поэтому конфликт всегда начинается как двустороннее (или многостороннее) поведение и ему, как правило, предшествуют инициирующие действия одной из сторон, выступающей в качестве зачинщика конфликта. [25]
Перечень элементов конфликта: