федеральное агентство по образованию рФ
Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Российский государственный гуманитарный университет
Факультет истории искусства
Кафедра истории и теории культуры
Дипломная работа
по специальности 020600 «Культурология»
КРЕСТЬЯНСКАЯ КУЛЬТУРА В РОССИИ ХХ ВЕКА: ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ БИОГРАФИЧЕСКИХ НАРРАТИВОВ
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА 1. ПРОБЛЕМА САМОРЕПРЕЗЕНТАЦИИ КРЕСТЬЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ В РОССИЙСКОЙ И ЗАРУБЕЖНОЙ ИСТОРИОГРАФИИ
1.1 Проблема определения крестьянства и крестьянской культуры
1.2 Крестьянская культура в зеркале разных историографических подходов
1.3 Методологические проблемы изучения крестьянских биографических нарративов
ГЛАВА 2. РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ ДЕТСТВА В КРЕСТЬЯНСКОМ БИОГРАФИЧЕСКОМ НАРРАТИВЕ
2.1 Изучение биографических нарративов крестьян Вологодской, Ленинградской и Новгородской областей: программа исследования, методика сбора и обработки полученных материалов
2.2 Особенности устного биографического нарратива о детстве крестьян Вологодской, Ленинградской и Новгородской областей
2.3 Коллективная память и стратегии меморизации
2.4 Субкультура детства в современном крестьянском биографическом нарративе
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ
ПРИЛОЖЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ
В спектре изучения крестьянской культуры в современной культурологии большой интерес представляют такие источники как рассказы о себе. Замкнутость крестьянской культуры для научного изучения определяет актуальность использования в ее исследовании именно устных источников личного происхождения. На основе биографических нарративов крестьянскую культуру изучают в аспекте экономики, социальной истории, политической истории, этнографии, истории детства. Однако тема самопонимания крестьянином себя, в частности репрезентации крестьянином периодов своей жизни нечасто привлекает внимание ученых как представителей парадигмы научного знания, сформировавшего в рамках урбанистической культуры. В понимании считающейся малорефлексивной культуры крестьянства весьма значимой становится проблема изучения того, как крестьянин сам себя понимает и репрезентирует в своем и не своем круге. В таком аспекте крестьянская культура исследовалась недостаточно, хотя такие исследования необходимы по многим причинам, например, в том числе для решения таких культурологических проблем как понимание межпоколенной трансмиссии культуры, соотношения в ней локального и глобального. Мы видим, что в историографии крестьянской культуры внимание в основном уделялось верованиям, обрядам, быту в рамках преимущественного внимания к архаической культуре, анализу ритуальных действий и т.п.. См., к примеру: Этнография детства. Вып.1-4. М., 1983-1992; Блинова А.Н. Этнография детства немецкого населения Западной Сибири в XX -начале XXI вв. // Омский научный вестник. - Омск, 2007. - № 1 (48), январь. - С. 37-40; Она же. Участие детей в обрядах и обычаях немцев Сибири // Немцы в Сибири: история, язык, культура: Материалы междунар. науч. конф. - Красноярск, 2005. - С. 93-99; Этнопедагогика немецкого населения Западной Сибири в XIX-ХХ вв. // Культурологические исследования в Сибири. - Омск, 2004. - № 3 (14). - С. 67-724; Она же. К вопросу изучения этнографии детства в работах российских ученых // Университеты как регионообразующие научно-образовательные комплексы: Тез. докл. регион. науч. конф., посвященной 30-летию Омск. гос. ун-та им. Ф.М. Достоевского. - Омск, 2004. - Ч. 3. - С. 429-432; и др. Для культурологического исследования, как нам кажется, интерес представляет изучение не только архаического в крестьянской культуре, но и повседневного, и того, как крестьянин видит и репрезентирует окружающую себя действительность и себя в этой картине мира. Особый интерес представляет исследование восприятия крестьянином разных возрастов. В частности, как он видит детство, свой первый период в жизни, как представляется в крестьянстве становление человека, социализация в пространстве сельского сообщества. Таким образом, существует нерешенная на данный период развития исследований крестьянской культуры проблема изучения репрезентации возрастных периодов в крестьянском рассказе о себе. В данной работе мы постарались подойти к ее решению на примере рассмотрения репрезентации в крестьянском биографическом нарративе периода детства.
Объект исследования: крестьянская культура в России в ХХ веке.
Предмет исследования: крестьянские рассказы о детстве как источник по изучению крестьянской культуры.
Цель исследования: рассмотреть особенности репрезентации возрастных периодов в крестьянских рассказах о себе на примере репрезентации периода детства в биографических рассказах крестьян Вологодской, Ленинградской и Новгородской областей 1920х - начала 1960х годов рождения.
Задачи исследования
· Рассмотреть основные дефиниции крестьянства, крестьянской культуры, подходы к изучению крестьянской культуры в целом и к изучению крестьянских биографических нарративов.
· Разработать и применить методику сбора устных биографических нарративов о детстве в крестьянской среде.
· Выявить особенности собранных крестьянских рассказов о детстве, рассмотреть их жанровые, стилевые особенности.
· Рассмотреть репрезентируемые стратегии меморизации и соотношение коллективной и персональной памяти в крестьянском рассказе о детстве.
· Рассмотреть особенности репрезентации субкультуры детства в крестьянском рассказе о детстве.
Обзор литературы
В исследованиях крестьянской культуры на основе биографических нарративов можно выделить несколько подходов. Среди основных, наиболее распространенных подходов к крестьянской культуре в первую очередь следует назвать изучение крестьянской культуры с точки зрения этнографии и ее методов. Такие исследования включают в себя реконструкцию верований, обрядов, фольклора, быта и т.д., получаемую, правда, с помощью, по преимуществу, внешних описаний крестьянства людьми, не принадлежащими к нему. Быт великорусских крестьян-землепашцев. СПб., 1993; Виноградов Г. С. «Страна детей»: Избранные труды по этнографии детства. СПб., 1999; Этнография детства: Традиционные формы воспитания детей и подростков у народов Юж. и Юго-Вост. Азии: Сб. ст. / Отв. ред. И. С. Кон, А. М. Решетов. - М.: Наука, 1988; Мир детства и традиционная культура: Сб. ст. / Сост. Айвазян. - М., 1995.
В качестве особого направления в исследованиях крестьянской культуры стоит выделить этнографию детства. Мир детства изучается в разных предметных контекстах - в связи с семейными отношениями, обрядами жизненного цикла, межпоколенной трансмиссии культуры и др., а также в различных теоретических контекстах - в рамках культурного символизма, реконструкции социальных институтов, стереотипов массового сознанияВиноградов Г. С. «Страна детей»: Избранные труды по этнографии детства. СПб., 1999; Этнография детства: Традиционные формы воспитания детей и подростков у народов Юж. и Юго-Вост. Азии: Сб. ст. / Отв. ред. И. С. Кон, А. М. Решетов. - М.: Наука, 1988; Мир детства и традиционная культура: Сб. ст. / Сост. Айвазян. - М., 1995. Чередникова М. П. «Голос детства из дальней дали... (Игра, магия, миф в детской культуре). М., 2002.. Но ребенок здесь по преимуществу рассматривается как объект изучения, а не как субъект. Для историко-культурных исследований крестьянских самоописаний важны также этнографические исследования возрастного символизма. Кон И.С. К проблеме возрастного символизма // Советская этнография, 1981, № 6. Но, к сожалению, исследования самоописания носителями культуры своего возраста и его характеристик пока редко встречаются.
Особенности воспитания крестьянских детей изучает этнопедагогика, предметом которой является так называемая «народная педагогика» как совокупность педагогических сведений и воспитательного опыта, сохранившихся в обычаях, обрядах, детских играх, игрушках и т.п. Волков Г.Н. Этнопедагогика: Учебник для студентов сред. и высш. пед. уч. заведений. М., 1999; Буторина Т.С. Своеобразие народной педагогики поморцев // Советская педагогика. 1989. № 7; Гришин Д.М., Панарина Г.П. Народные традиции в воспитании. Калуга, 1992; Сокольникова Э. И. Этнопедагогика чувашской семьи. М., 1997; Арабов И.А., Нагорная Г.Ю. Этнопедагогика (Культурологический аспект). Карачаевск, 1999; Кукушкин В.С. Этнопедагогика: Уч. пособие. М., 2002. Но исследователи, работающие в этом направлении редко обращаются к рассказам о себе.
Важными для изучения крестьянской культуры являются исследования языковой картины мира крестьянина, проводящиеся в рамках этнолингвистики. Среди них прежде всего стоит отметить работу С.Е.Никитиной, которая с помощью лингвистического анализа фольклорных текстов и анализа их функционирования исследует особенности народного языкового сознания. Никитина С.Е. Устная народная культура и языковое сознание. М., 1993. Лингвистические исследования биографических нарративов проводятся редко. Можно отметить работу Н.С. Сергиевой. Сергиева Н. С. Время в автобиографическом дискурсе. // Власть. Судьба. Интерпретация культурных кодов. - Саратов : Изд-во Сарат. ун-та, 2003.
В последнее время усилилось внимание к коллективным проектам по созданию междисциплинарных энциклопедических трудов по народной культуре. Русские дети: Основы народной педагогики. Иллюстрированная энциклопедия / Авт.: Д.А. Баранов, О.Г. Баранова, Т.А. Зимина и др. - СПб.: Искусство-СПб, 2006; Мужики и бабы. Мужское и женское в русской традиционной культуре. Иллюстрированная энциклопедия. СПб: Искусство-СПб, 2005. Eklof B., Frank St. (eds.). The World of the Russian Peasant: Post-Emancipation culture and Society. London et al.: Unwin Hyman, 1990. Но в этих энциклопедиях чаще представлена крестьянская культура конца ХIХ - начала ХХ века, и рассматривается она в большинстве своем с внешней позиции исследователей, стремящихся представить «объективные», позитивистски реконструированные исторические, этнографические и др. сведения, извлеченные, в том числе, и из анализа эго-документов.
Важными для нашего исследования являются работы, рассматривающие крестьянскую культуру в рамках истории детства. Особо интересны исследования, совмещающие историю школы и проблемы семьи и детства в крестьянской культуре. Среди них можно отметить работы Б.Эклофа Eklof B. Russian Peasant Schools: Officialdom, Village Culture and Popular Pedagogy, 1861-1914. London, 1986. и О.П.Илюхи. Илюха О.П. Школа и детство в карельской деревне XIX - начала ХХ века. СПБ., 2007. Но внимания к биографическим нарративам в них уделяется мало. Так как нас в изучении крестьянства интересует не только архаическое, но и влияние общей политики и городской культуры, для нас важными стали исследования по истории детства в России ХХ века. Особо ценными оказались исследования истории детства в России ХХ века, выполненные на основе письменных мемуаров и устных воспоминаний о детстве. Ромашова М.В. Репрезентация советского детства в мемуарной литературе рубежа XX и XXI веков // Вестник Пермского университета. 2005. Вып.: 5. История. С. 56-65; Она же. Советское детство в 1945 - середине 1950 гг.: государственные проекты и провинциальные практики (по материалам Молотовской области). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. - Пермь, 2006 и др. Безрогов В.Г. Между Сталиным и Христом: религиозная социализация детей в советской и постсоветской России (на материалах воспоминаний о детстве). // Антропологический форум, 2006, № 4, С. 130 - 162. Он же. Московское детство в воспоминаниях // Московское детство: память поколений. М: Музейный центр РГГУ. Творческая лаборатория ИНО, 2008. С. 9-15; С. 66-79. Келли К. «Школьный вальс» // Антропологический форум. 2005. № 1. С. 104-155. Келли Келли. Роскошь или первая необходимость? Продажа и покупка товаров для детей в России в постсталинскую эпоху // Теория моды, 2008, вып. 8, С. 141-185. и др.
Наша работа опирается и на микроисторические исследования, посвященные деревням, отдельным людям, семьям. Образцовыми работами по данному направлению могут служить публикации К.Гинсбурга, Х.Медика, Д.Сэбиана, Э.Ле Руа Ладюри, Ю.Шлюмбома, К.Ульбрих и др. Гинзбург К. Сыр и черви. Картина мира одного мельника, жившего в XVI в. / Пер. с итал. М.Л.Андреева, М.Н.Архангельской. -- М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2000. Ле Руа Ладюри Э. Монтайю, окситанская деревня (1294-1324) / Пер. с франц. В.А. Бабинцева и Я.Ю. Старцева. - Екатеринбург: Изд-во Урал ун-та, 2001. Рязанская деревня в 1929-1930 гг.: хроника головокружения. Документы и материалы. От вред и сос Л.Виола, С.Журавлев и др. М., 1998; Medick H. Leben und Ueberleben in Laichingen, 1650--1900. Lokalgeschichte als Allgemeine Geschichte. Gцttingen, 1996.
Крестьянская культура исследуется в культурологии и на основе редких письменных источников личного происхождения. Среди крестьянских биографических текстов выделяют т.н. «наивное письмо». Важные для нас выводы в своих публикациях делают А.П. Минаева и И.С. Веселова. Многие особенности «наивного письма» прослеживаются и в устных текстах, в частности, оба жанра схожи особенностями построения текста. Но стоит учитывать и отличные от устного интервью черты «наивного письма»: создание теста мотивировано самим автором, текст адресован определенному читателю - обычно представителю своей культуры.
Ценны для исследований саморепрезентации крестьянской культуры работы Н.Н. Козловой. Ее интересует связь советского и крестьянского, поскольку, с ее точки зрения, советский человек - прежде всего бывший крестьянин. Козлова Н.Н. Социально-историческая антропология. М., 1999. с.153-157. Опираясь на эго-документы, Н.Н. Козлова показала, как поколение бывших крестьян участвовало в формировании советской системы («изобретало советское общество»). Козлова Н.Н. Горизонты повседневности советского человека. Голоса из хора. М., 1996 Н.Н. Козлова также рассмотрела отдельную биографию в контексте процессов советской модернизации на основе дневника «крестьянского сына», выбившегося в «советские люди». Козлова Н.Н. Крестьянский сын: опыт анализа биографии // Социологические исследования, 1994, № 6. С. 112-123 На примере одной судьбы в исследовании рассматриваются процессы, происходящие во всем обществе. Прослеживаются также условия возникновения у крестьян мотивировки уйти из деревни. Взятые нами воспоминания у жителей Вологодских сел показывают вторую сторону этого же процесса, дают взгляд на то же время со стороны тех, кто не ушел, кто по тем или иным причинам остался жить в деревне.
Внимание к необходимости реконструкции понимания крестьянами себя и своей культуры прослеживается в работах И.Е Козновой. Кознова И.Е. ХХ век в социальной памяти российского крестьянства. М.: ИФ РАН, 2000; Кознова И.Е. Традиции и новации в поведении современных крестьян // Идентичность и конфликт в постсоветских государствах: Сб. статей. / Под ред. М.Б.Олкотт, В.Тишкова и А.Малашенко; Моск. Центр Карнеги. М., 1997. С.359-382; Кознова И.Е. Власть в памяти крестьянства России // Куда идет Россия?.. Власть, общество, личность / Под общ. ред. Т.И. Заславской. М.: МВШСЭН, 2000. С. 116 - 122. Она рассматривает крестьянскую культуру через изучение социальной памяти крестьянства. Ее работы интересны тем, что в них анализируется не только то, что вспоминается, но также и как оно вспоминается и как помнится, каковы особенности крестьянской памяти.
Важны для нас также исследования семейных историй, проводящиеся в рамках крестьяноведения («школа Т.Шанина»). Данный подход учитывает понимание самим крестьянином своих действий, способы их осмысливания и означивания личностью крестьянина. В рамках крестьяноведения преимущественно исследуются источники личного происхождения, однако на настоящий момент методология двойной рефлексивности применена лишь к реконструкции внешних обстоятельств жизнедеятельности носителей крестьянской культуры, их социально-экономического поведения. На основе семейных историй также проводятся комплексные исследования отдельного села. Ястребинская Г.А. Таежная деревня Кобелево. История советской деревни в голосах крестьян 1992-2002. М., 2005.
И.А. Разумова также использует метод семейных историй, но в отличие от шанинской школы, уделяющей преимущественное внимание на систему «двор-деревня-регион», обращается к проблеме семейно-группового самосознания и анализу репрезентаций форм внутрисемейного взаимодействия (система «двор-семья»). Разумова И.А. Потаенное знание современной русской семьи. Быт. Фольклор. История. - М.: Индрик, 2001. Мы берем в качестве источников рассказы не о семье, а об индивидуальной жизни, но проведенный Разумовой анализ семейных историй очень ценен для нашей работы, так как крестьянские рассказы о своей жизни и тексты, репрезентирующие историю семьи, во многом схожи по стилистике и жанровой специфике, к описанию которой также обращается Разумова. Для нас важны рассмотренные автором проблемы соотношения в нарративах этапов персонального жизненного цикла, фаз семейного цикла и периодов отечественной истории. Там же. С. 239