Однако ни шумеры, ни другие народы, заимствовавшие их письмо, не развили его до алфавита, т. е. звукового письма, где каждый знак передает лишь один согласный или гласный звук. Шумерское письмо содержит логограммы (иди идеограммы), которые читаются как целые слова, знаки для обозначения гласных, а также согласных вместе с гласными (но не одних согласных отдельно). Чтобы читатель мог легче ориентироваться при чтении сложных текстов, нередко напоминавших ребусы, писцы пользовались специальными детерминативами для обозначения деревянных орудий или предметов, названий профессий, многочисленных растений и т. д. Такие детерминативы ставили перед соответствующими словами, и читающий мог сразу видеть, что, например, за знаком лу, являвшимся детерминативом для обозначения профессии, следует ожидать слова типа «кузнец», «корабельщик» и т. д. Такие детерминативы были совершенно необходимы, поскольку в шумерском письме один и тот же знак имел много совершенно различных чтений и значений. Например, знак тин среди прочих имел значения «жизнь» и «строитель» (в устной речи эти слова различались тональностью). Если перед знаком тин стоял детерминатив для обозначения профессии, он читался «строитель», а без детерминатива - «жизнь».
Всего в шумерской клинописи, развитой дальше аккадцами, было более 600 знаков, состоявших из клинышков в различных сочетаниях. Поскольку почти каждый знак имел много значений, клинопись во всех ее тонкостях была доступна довольно ограниченному кругу писцов. Шумерская письменность была заимствована и многими другими народами (эламитами, хурритами, хеттами, позднее и урартами), которые приспособили ее к своим языкам, и постепенно к середине II тысячелетия до н. э. вся Передняя Азия стала пользоваться шумеро-аккадским письмом. Одновременно с распространением клинописи аккадский язык превратился в международный язык общения, дипломатии, науки и торговли.
Аналогичным образом развивалась и письменность Древнего Египта, где на протяжении тысячелетий древности успело смениться несколько языков. Вначале на смену классическому языку Древнего царства пришел новоегипетский язык (XVI-VIII вв. до н.), затем демотический язык (VIII в. до н. э. - V в. н. э.), и наконец, коптский язык (III-VII вв. н. э.). Соотношение между ними было приблизительно таким, например, как между древнеславянским, древнерусским и русским языками. Во всяком случае, египтянин Нового царства с трудом мог понимать речь своего предка, живущего во времена Среднего царства, не говоря о более древних эпохах.
Египетская письменность составлялась из определенного набора знаков, передающих звуки произносимых слов, символов и стилизованных рисунков, поясняющих смысл данных слов и понятий. Такие письменные знаки получили название иероглифов (от греч. hieros - священный и glyphe - резьба), а египетская письменность - иероглифики. К середине II тыс. до н. э. наиболее употребительных иероглифов насчитывалось около 700. Благодаря органическому сочетанию знаков, обозначающих слоги, идеограмм, поясняющих смысл слова, и детерминативов-рисунков, как бы окончательно проясняющих понятие в целом, египтянам удавалось точно и ясно передавать не только простые факты действительности и хозяйства, но и сложные оттенки отвлеченной мысли или художественного образа.
Говоря о цивилизациях Месопотамии и Египта нельзя не отметить высокий уровень развития математики, которая здесь обслуживала нужды астрономических изысканий, в том числе календарных, а также сооружение ирригационных систем и храмов. Бесспорно, она несла на себе и известную мистическую нагрузку. Как и письменность, математика была уделом жрецов и писцов. Считается, что знаки зодиака, астрономия-астрология, названия многих созвездий - все это берет свое начало с вершин шумерских зиккуратов, куда по ночам для соответствующих изысканий поднимались образованные служители веры. Во всяком случае, первые греческие философы учились математике на Ближнем Востоке, причем заимствовали эти знания именно как мистические.
«Медицина» также была обременена мистикой и заключалась в основном в использовании того, что теперь называют медициной народной в сочетании с магическими практиками. В отличие от месопотамских лекарей, египетские врачи весьма ценились не только у себя на родине, но и за ее пределами.
Религия Древнего Египта
древний культура религия цивилизация
Однако все это так сказать внешние признаки цивилизации. Что же мы можем сказать о культуре? Очевидно, что для ответа на этот вопрос надо
обратиться, прежде всего, к анализу мифологии, религиозных воззрений древней Месопотамии и Египта. В древности, как мы уже говорили, сознание человека, «материализующееся» в культуре, было, в высшей степени, мифическим и религиозным. Обращение к теме веры необходимо и потому, что именно мифы и религия являются наиболее консервативной, устойчивой частью культуры, а потому лучше всего характеризуют миросознание и мирочувствование Человека.
Чем же жил Человек Ближнего Востока в древности? Что составляло, наверное, центр его сознания, что переживалось, прежде всего?
Ответ на эти вопросы находим в первых крупных текстах - так называемых египетских Текстах пирамид. Они были созданы в 2400-2200 гг. до н. э. во времена так называемых V и VI династий. Это собрание магических формул и изречений, имевших назначением обеспечить усопшему царю бессмертие и благополучие за гробом. Один из первых российских исследователей Текстов Александр Леопольдович Коцейовский отмечает, что во времена предшествовавшей IV династии фараоны еще почитались как боги, им не было надобности в спасении - оно было им и так гарантировано. Но позднее на них начинают смотреть уже только как на «помазанников», «представителей» бога (богов). Упрощая ситуацию и прибегая к современным выражениям, можно сказать, что статус их в глазах современников несколько снижается. Люди теперь понимают, что и фараоны могут быть небезгрешны, и им есть за что переживать у могильной черты. Допустят ли боги их воскрешение? Для этого и нужна была магия.
Мы уже говорили, что мифы и религия - это в высшей степени традиционные формы сознания. Они меньше, чем другие составные части культуры подвержены изменениям. Анализируя Тексты пирамид А. Л. Коцейовский пришел к выводу о разновременном происхождении отдельных повторяющихся фрагментов, часть которых, по его оценке, восходит к эпохе Нижне- и Вехне- египетских царств и даже к еще более ранним временам, то есть к концу первобытности! К кругу таких фрагментов
относятся, прежде всего, те, что связаны с одним из древнейших культов Осириса - умирающего и воскресающего бога жизни. Суммируя сюжеты и мотивы Текстов, можно сказать, что они сообщают нам о том, чего хотел, чего желал, к чему стремился египтянин древности. Речь шла о посмертном величии бога (у египтян боги умирали; А. Л. Коцейовский даже говорит о том, что большинство богов, египтяне воспринимали как умерших и восставших, воскресших «на том свете»), его возвращении к жизни, о восстановлении его разложившейся плоти, о восхождении на небо, об обилии яств и питий, то есть фактически о том, чего могла пожелать душа египтянина III тыс. до н. э.
Отметим еще раз: спасение и воскресение предполагалось достижимым
через ритуальные магические действия, воспроизводящие миф.
Однако уже в первый переходный период III-II тыс., когда в условиях
«смуты», «гражданской войны», традиционное мировидение и мирочувствование было травмировано и, особенно в следующий за ним период Среднего царства религиозные представления меняются. Для народных масс, как отмечает академик Михаил Александрович Коростовцев, ссылаясь на Книгу мертвых, появившуюся через тысячу лет после Текстов пирамид и другие источники, характерно постепенное наполнение мифа об Осирисе этическим содержанием. Человек все меньше интересуется обрядом, ритуалом, как говорит оппонент М. А. Коростовцева А. Б. Зубов: ища Бога в душе. В среде элит распространяется скепсис. В так называемой «Песне арфиста», в надписи жреца Амона Небнетеру, других источниках Среднего царства ясно видно неверие в спасение за гробом. Иначе говоря, на смену религии ритуальной, культовой, в которой личности не было места, приходит религия сердца, религия самого Человека, ищущего спасения не в ритуале, а в добродетельных делах и мыслях, в молитвенном поиске пути к Богу.
Завершая сюжет о религии Древнего Египта обратим внимание на критику А. Б. Зубовым общепринятых в нашей науке представлениях об этой религии, как политеистической. Коротко говоря, ученый считает всю множественность богов лишь выражением единственной подлинно божественной энергии Нуна. Это, так называемый, инклюзивный монотеизм.
Нун, держащий солнечную лодку с Ра
Более взвешенной представляется позиция М. А. Коростовцева. Академик считал, что египетский политеизм вырос из древнейшей территориальной разобщенности страны, что не могло не сказаться и на различиях религиозных верований, наличии множества местных богов. В то же время наличие множества местных «верховных» божеств неизбежно
порождало синкретизм как стремление к обобщению, общему знаменателю. Это стремление и стало почвой для развития монотеистических представлений. Из приводимых А. Б. Зубовым свидетельств в пользу египетского монотеизма, наиболее яркой является ссылка на «Мемфисский богословский трактат» VII в. до н. э. Мы встречаем здесь слова, будто взятые из Книги Бытия: «Бог-Творец замыслил все в сердце, произнес своим языком, и все стало, и все появилось на свет».
Религия Древней Месопотамии
Религия Древней Месопотамии в ее историческом развитии лучше всего представлена в книге современного американского исследователя Торкильда Якобсена. Ученый выделяет три периода. На первом, в начале IV тыс. до н. э., когда шумеры только выходили из «природного» состояния к «социальному», и господствующей формой сознания был миф, Мир рассматривался ими как
Богосотворенная природа, а боги, как внутренняя энергия всего живого, как
Даятели. Второй период, датируемый концом III - началом II тыс. до н. э., был временем развития и укрепления государственности. Соответственно Мир понимался уже не только как Богосотворенная природа, но и как
Богосотворенное государство, а боги выступали Правителями. Боги поддерживали Порядок и долг Человека заключался в повиновении и помощи им в этом деле. Но иноземные нашествия, войны, бедствия, от которых Боги оказались не в состоянии защитить родину привели во II-I тыс. до н.э. к тому, что в Богах теперь хотели найти опекунов и утешителей, и Боги выступили в роли Родителей, присматривающих и утешающих своих детей.
Что касается высших божеств, то они, как и у египтян, - это скорее некие вселенские энергии, нежели более или менее антропоморфные существа со сверхъестественными способностями. Верховным божеством считался Ан (Ану), олицетворявший Власть, Небо как основу календаря и источник дождя.
Его женой выступала Ки - Земля, П ашня. Их сыном был Энлиль, в некотором смысле противоположность отцу. Ан представлялся неподвижным, Энлиль - самой Энергией и Силой. Его женой являлась Нинлиль - богиня Зерна, а сыном Нинурта - бог Плуга.
Центральным в мифологическом компоненте религии шумеров и аккадцев, как и у египтян, был рассказ об умирающем и воскресающем юном боге. Подумайте, почему? Суть его прекрасно передана в замечательной книге Джеймса Джорджа Фрезера «Золотая ветвь: Исследование магии и религии». Соответствующий раздел книги называется «Миф об Адонисе». Прочтите его сами. Здесь же, говоря о Таммузе, Иннане и Гештиннане (сестре Таммуза) заметим, что этот сугубо «земледельческий миф» в Месопотамии оказался причудливо связан также и с мифологическими представлениями скотоводов. Почитайте Т. Якобсена и постарайтесь выявить эти связи самостоятельно.
Миф о Таммузе, как показывает А. Б. Зубов, вызвал к жизни в Месопотамии модель священного брака человека - юноши Таммуза с богиней - дочерью Ану небесной Иннаной. Благодаря ей, Таммуз не умирает полностью, часть время проводя под землей, а часть на небе с богами. Он получает божественные качества. И вот практически в каждом городе Месопотамии в Новый год - день Возобновления Бытия - местный лугаль вступал в священный брак с верховной жрицей Иннаны. Брак был соединением природ: человеческой и божественной. При этом соединяясь с Божественной, царь соединял с Божественным и весь свой народ. Этот ритуал был тем же самым, что и ритуалы, обыгрывавшие смерть и воскресение Осириса у египтян. Позднее неверие разрушило обаяние древних преданий и обычаев. Взгляд на богов как на родителей косвенным образом свидетельствует о том, что и народы Двуречья находились на пути к «человечному Богу».
Культура Древней Индии
Начнем с появления признаков цивилизации в Древней Индии.
Исторически первая цивилизация Индии была создана дравидами, прародина которых, возможно, находилась на территории современного Ирана. Существование цивилизации датируется 3300-1300 гг. до н. э. Хотя в долине Инда дравиды занимались сельским хозяйством, прежде всего, земледелием, это была цивилизация городского типа. Цивилизация получила название Хараппской или Индской. Здесь были крупные города Хараппа и Мохенджо- Даро. Но монументальная храмовая, дворцовая архитектура отсутствовала. Крупным сооружением была только цитадель, призванная охранять людей от разливов реки и наводнений.
Дравиды знали письмо. Современные ученые склоняются к тому, что это было типично иероглифическое письмо, но расшифровке оно пока не поддается. В середине II тыс. до н. э. происходит так называемое, арийское завоевание Индии. Арии - воинственные скотоводы-кочевники, этнические представители индоевропейской языковой общности на рубеже III-II тыс. до н. э. активно мигрировали предположительно из района юго-восточной Европы. Один из первых потоков мигрантов составили осевшие в Малой Азии хетты, с которыми было связано одомашнивание лошадей и, главное, изготовление боевых колесниц. Оснащенные боевыми колесницами индоевропейские племена быстро распространились на запад (Балканы), восток (Средняя Азия) и юг.