Материал: Курс доказательственного права_ Гражданский процесс. Арбитра

Рассматривая вопрос о соотношении доказательств, хотелось бы обратить внимание на то, что их применение подчинялось общему критерию - характеру спора. Для "судов Божьих" действовал еще один принцип - тяжесть правонарушения.

Характер спора был основным критерием для определения перечня доказательств по делу, будь то рациональные или иррациональные доказательства. Судные грамоты определяли фактически то, что в современном гражданском судопроизводстве мы называем необходимыми доказательствами. Так, Псковская судная грамота определяла, что в спорах о владении землей судебными доказательствами являлись показания сторон и свидетелей, межевые знаки, грамоты на право владения, крестное целование, судебные поединки между свидетелями. Доказательствами в спорах, вытекающих из договора займа, являлись "доски", "рядницы" и иные записи, в подтверждение которых допускались крестное целование и поле.

Русская Правда, судные грамоты не предопределяли юридическую силу того или иного рационального доказательства. Исключение составляло, как указывалось выше, собственное признание стороны, освобождающее от необходимости дальнейшего доказывания. Доказательства соперничали между собой и могли быть оспорены. Однако конкуренция доказательств допускалась в рамках той системы доказательств, которая предусматривалась законом по определенной категории дел. В большинстве случаев устанавливалось определенное рациональное доказательство, а в случае его отсутствия (или в качестве дополнительного) - доказательство, относимое к числу "судов Божьих". В исключительных случаях закон предусматривал соперничество рациональных доказательств. В частности, по спорам между господином и закупом судебными доказательствами признавались записи или контракты, а также свидетельские показания (ст. ст. 44, 51 Псковской судной грамоты).

В отношении "судов Божьих" следует отметить, что выбор того или иного доказательства находился в прямо пропорциональной зависимости от тяжести совершенного правонарушения. При этом доказательства по мере тяжести (болезненности, опасности для жизни и здоровья) располагались в следующей последовательности: присяга (рота) или жребий, испытание водой, испытание железом (в более поздний период - поединок <1>). Так, испытание железом применялось по искам на сумму более половины гривны золотом, испытание водой - менее половины гривны золотом, присяга - до двух гривен серебром (ст. 22 Русской Правды в пространной редакции). Как справедливо отмечал С.В. Пахман, испытание железом по юридической силе имело преимущество перед испытанием водой, а последнее, в свою очередь, перед присягой. В отдельных случаях могло иметь место недопущение тех или иных иррациональных доказательств. Статья 28 Псковской судной грамоты запрещала прибегать к полю в делах о взыскании ссудного серебра при наличии заклада. В этом случае рациональные доказательства признаются достаточными для разрешения дела по существу. Можно предположить, что Судная грамота исходила из того, что дела небольшой важности, по искам на незначительные суммы, должны разрешаться без "судов Божьих" в интересах безопасности истца.

--------------------------------

<1> Новгородская и Псковская судные грамоты из всех древних ордалий упоминают только поединок - поле. В связи с тем что поединок давал наибольший простор личным качествам сторон, он вытеснил иные виды ордалий. Поединок применялся по аналогичным спорам, что и древние ордалии. Он допускался по искам, возникающим из преступлений (ст. 27 Псковской судной грамоты), о земельной собственности, в которых право обеих сторон подтверждается равносильными письменными актами (ст. 10 Псковской судной грамоты), искам, возникающим

из договоров, которые не требовали формального заключения сделки (ст. ст. 92, 101 Псковской судной грамоты). В иных случаях разрешение спора с помощью судебного поединка запрещалось (ст. 28 Псковской судной грамоты). Главное условие судебного поединка - физическое равенство сторон (ст. 19 Псковской судной грамоты). Престарелые, дети и монахи не обязаны были выходить на поединок взрослых и здоровых. Вместо сторон в поединке могли участвовать ответчики (представители), послухи, наймиты. Псковская судная грамота запрещает замену послуха наймитом (ст. 21).

Подробная регламентация в Новгородской и Псковской судных грамотах порядка проведения судебного поединка не дает основания для вывода о том, что судебной поединок был формой гражданского процесса (см.: Воронов А.Ф. Указ. соч. С. 268).

Определенные изменения претерпело доказательственное право периода Русского централизованного государства. Развитие социально-экономических отношений, централизация государственного и судебного аппарата обусловили изменение порядка судопроизводства. С усилением роли государства частные и общественные формы рассмотрения юридических споров были заменены государственными, что нашло отражение в формах процесса. В XV - XVII вв. судопроизводство носило розыскной (инквизиционный) либо состязательный характер. Розыскной процесс применялся по политическим и уголовным делам, состязательный - преимущественно по гражданским. Элементы инквизиционного процесса в гражданское судопроизводство проникали постепенно. Применительно к доказательственному праву это выражалось в изменении акцентов в распределении обязанностей по доказыванию и роли суда в доказывании, а также системы доказательств.

Судебники 1497 и 1550 гг., Соборное уложение 1649 г. сохранили общее правило представления доказательств. Доказывать и опровергать иск должны были стороны. Дело разрешалось на основании тех доказательств, которые были ими представлены. Древнерусское право (в частности, Русская Правда, Псковская судная грамота) ставило истца в привилегированное положение в представлении доказательств. Начиная с XV в. безусловное доверие к его показаниям ослабевает. Анализ норм судебников 1497 и 1550 гг. показывает, что названные нормативные акты были ориентированы на равные возможности сторон в доказывании. Исключение составлял порядок представления доказательств по спорам, связанным с приобретением краденой вещи. По этой категории дел представлять доказательства в виде свидетельских показаний должен был ответчик (ст. 46 Судебника 1497 г., ст. 95 Судебника 1550 г.). В силу состязательности процесса субъектами исследования доказательств выступал не только суд, но и стороны. Например, исследование осуществлялось путем допроса свидетелей как судом, так и сторонами <1>.

--------------------------------

<1> См.: Пахман С.В. Указ. соч. С. 126.

Начиная с XVI в. появляется тенденция к расширению полномочий суда по установлению фактических обстоятельств дела. Судья не только заслушивал заявления сторон и рассматривал доказательства, но и сам требовал объяснения сторонами какого-либо факта, интересовался наличием у сторон доказательств, мог предложить последним рассмотреть определенное доказательство, принять или не принять доказательство, определял значение и силу доказательств, удостоверял подлинность доказательств, представляемых сторонами. Так, суду было предоставлено право отвергать доказательства, представляемые сторонами после общей ссылки, и "вершити дело по первой опчей ссылке" (ст. 168 гл. X Соборного уложения).

Со второй половины XVII в. в судебной практике стали встречаться случаи произвольного распоряжения судьей доказательствами. Например, вместо того, чтобы по просьбе ответчика предоставить истцу очную ставку с тем, кого он обвинял в составлении подложной крепости, судьи производили повальный обыск; или стороны просили о повальном обыске, а судьи требовали представления свидетельских показаний или письменных доказательств <1>.

--------------------------------

<1> См.: Стефановский К. Разграничения гражданского и уголовного судопроизводства // Журнал Министерства народного просвещения. 1873. Ч. CLXVIII. С. 267.

В XV - XVII вв. система доказательств, применяемая по гражданским делам, включала в себя доказательства, как типичные для состязательного процесса (признание стороны, показания свидетелей, общая ссылка, присяга, письменные доказательства, поле или судебный поединок), так и свойственные следственному процессу (очная ставка, пытка, повальный обыск). Очная ставка и пытка применялись относительно редко. Уложение 1649 г. предусматривает применение очной ставки в случае насильственного оформления заемных и служилых кабал (ст. ст. 251, 252 гл. X), а затем при рассмотрении споров по вотчинным и поместным делам между родичами (ст. ст. 23, 54, 59 гл. XVI). Уложение 1649 г. узаконило применение обыска по делам, связанным со спорами о межах и старинных холопах, при отсутствии письменных доказательств (ст. 51 гл. XVII, ст. ст. 5, 29, 95, 108 гл. XVIII). Повальный обыск по гражданским делам производился по требованию сторон, хотя не исключалось назначение обыска по усмотрению судьи <1>.

--------------------------------

<1> См.: Соборное уложение 1649 года: Комментарии. Л., 1987. С. 205. По мнению К.Д. Кавелина, обыск проводился только по просьбе сторон (см.: Кавелин К.Д. Основные начала русского судоустройства и гражданского судопроизводства в период времени от Уложения до Учреждения о губерниях // Собрание сочинений: В 4 т. СПб., 1904. Т. 4. Стб. 315).

Кодним из главнейших доказательств Судебники 1497 и 1550 гг., Соборное уложение, как

иболее раннее законодательство, относят признание стороны. Судебник 1550 г. исключил необходимость доказывания по делу, если имелось признание стороны (ст. 25). В случае признания иска ответчиком, части иска суд должен был выносить решение, основываясь только на этом признании. В остальной части иска вопрос решался на основе представленных сторонами доказательств (ст. 8 гл. X Соборного уложения).

Система средств доказывания определялась формой процесса - суд, розыск или очная ставка. Так, очная ставка как форма гражданского судопроизводства занимала промежуточное положение между судом и розыском. Сущность очной ставки в Уложении раскрывается с помощью следующего выражения: "...ставити с очени на очи распрашивати и сыскивати..." (ст. 7 гл. X). Двойственный характер очной ставки состоял в том, что она по своей сути не отличалась от состязательной формы судопроизводства, но имела некоторые внешние признаки следственного процесса. При очной ставке применялись допрос и пытка, не допускалось применение присяги.

Начавшаяся с Судебника 1497 г. тенденция к усилению следственного (инквизиционного) процесса в период реформ Петра I достигла своего наибольшего развития. Соборное уложение уделяло следственному процессу много места, но предпочтение отдавалось состязательному

судопроизводству. По мнению М.Ф. Владимирского-Буданова, "до Петра Великого состязательные формы процесса были общим явлением, а следственные - исключительным..." <1>.

--------------------------------

<1> Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Киев; СПб., 1909. С. 640.

Приоритет следственного начала в процессе является одним из проявлений политического режима абсолютизма. Эта мысль - традиционное отражение взаимосвязи политического режима и формы процесса. Вместе с тем необходимо учитывать национальные традиции России, духовное состояние общества, а также личные качества Петра I. По мысли А.М. Панченко, юному государю Петру I "досталась держава, пребывающая в состоянии духовного кризиса и даже надрыва. Надлежало искать выход - и прежде всего в сфере идей" <1>. Свои идеи в области государственного устройства, права и культуры, как известно, Петр I основывал на европейской, прежде всего голландской, правовой и культурной традиции. Петр I желал получить на Западе руководство к практическому действию, идейно обосновать основной принцип, на котором базируются все реформы конца XVII - первой четверти XVIII в., - принцип полезности <2>. В конкретных политических акциях Петра I можно найти отзвук европейских философских и политико-правовых учений (Т. Гоббса, Х. Вольфа, Вольтера, Гольбаха, Дж. Реале, Д. Антисери и др.). Вместе с тем не следует преувеличивать влияние западноевропейского права на русское право. По справедливому замечанию Г.В. Вернадского, западные учения и нормы заимствовались потому, что законодатель считал их подходящими для России. Однако то, что не считалось подходящим, отбрасывалось или видоизменялось (яркий пример этого - "Наказ" императрицы Екатерины II в отношении политической системы Монтескье) <3>.

--------------------------------

<1> Панченко А.М. Начало Петровской реформы: идейная подоплека // Из истории русской культуры. М., 1996. Т. III. С. 510.

<2> См.: Панченко А.М. Церковная реформа и культура петровской эпохи // Из истории русской культуры. М., 1996. Т. III. С. 499.

<3> См.: Вернадский Г.В. Очерк истории Русского государства XVIII - XIX вв. (Период империи). М., 1998. С. 15 - 16.

Русские государи XVIII в., воспитанные на идеях Просвещения, стремились к укреплению режима неограниченной власти монарха. Свобода и равенство понимались ими как свобода и равенство подданных, над которыми возвышается абсолютный монарх. Исключались любые проявления в обществе классовых, сословных, религиозных, национальных особенностей. Как следствие - бесправное положение личности не только перед государем, но и перед любым государственным чиновником <1>. Период абсолютной монархии характеризуется доскональной регламентацией всех сторон жизни и деятельности подданных, всеобщим контролем за населением со стороны государственных органов, широкими полномочиями органов управления, ограничением политических прав и свобод подданных.

--------------------------------

<1> См. подробнее: Сорокин Ю.А. Российский абсолютизм в последней трети XVIII в.

Омск, 1999. С. 72 - 83.

21 февраля 1697 г. был издан именной Указ "Об отмене в судных делах очных ставок, о бытии вместо оных распросу, об отводе оных, о присяге, о наказании лжесвидетелей и о пошлинных деньгах", которым был введен следственный процесс при рассмотрении как гражданских, так и уголовных дел: "А вместо судов и очных ставок по челобитью всяких чинов людей, в обидах и разореньях чинить розыск..." (ст. 1 Указа). Следственные начала процесса были детализированы Кратким изображением процессов или судебных тяжеб 1715 г.

После Указа 1697 г. в судебной практике продолжалось разделение на "суд" и "розыск". Гражданские дела в силу сложившейся традиции рассматривались по правилам состязательного процесса <1>. 5 ноября 1723 г. был издан именной Указ "О форме суда", прямо противоположный предыдущим законам. Он отменил розыскной процесс по делам частного характера и по большинству уголовных дел, предписав, что "не надлежит различать (как прежде бывало) один суд, другой розыск...". Розыск сохранялся лишь для расследования особо тяжких государственных преступлений. По мнению К.Д. Кавелина, Указ означал "восстановление...

древнего суда, формы гражданского судопроизводства... видоизмененной сообразно с потребностями времени" <2>.

--------------------------------

<1> Нельзя согласиться с высказанным в литературе мнением о том, что Указ 1697 г. и Воинский устав предусматривали как для уголовных, так и для гражданских дел розыскной, следственный процесс. См.: Кутафин О.Е., Лебедев В.М., Семигин Г.Ю. Судебная власть в России: история, документы: В 6 т. / Отв. ред. С.А. Колунтаев. М., 2003. Т. 2: Период абсолютизма. С. 147 - 148.

<2> Кавелин К.Д. Указ. соч. Т. 4. Стб. 405.

За период правления Петра I в гражданском судопроизводстве сменились два прямо противоположных типа процесса - следственный и состязательный. Причины таких изменений уже обсуждались исследователями. К ним относили неудобство следственной формы <1>, усиление волокиты в судах в условиях "розыска" <2>, отсутствие резкого противопоставления законодателем суда и розыска, наличие элементов состязательности в следственном процессе и, наоборот, фактическое сохранение на практике как следственного, так и состязательного процессов, преемственность законодательства <3>.

--------------------------------

<1> См.: Там же. Стб. 404 - 410.

<2> См.: Юшков С.В. История государства и права СССР. Ч. 1. М., 1950. С. 303.

<3> См.: Российское законодательство X - XX веков: В 9 т. / Отв. ред. А.Г. Маньков; под общ. ред. О.И. Чистякова. М., 1986. Т. 4: Законодательство периода становления абсолютизма. С. 395 - 396.

Вряд ли можно объяснить переход от состязательного процесса к следственному и от следственного к состязательному стремительным изменением социально-экономических отношений. Представляется, что он во многом определялся личными политико-правовыми