но было, например, понять, каким образом мысль воздействует на материю, слово — на движение. Теперь же, когда вполне удовлетворительное объяснение движению предлагала биомеханика, в психологии и вовсе не было необходимости, так как благодаря законам механики поведение неплохо объяснялось как система рефлексов.
Философской основой нового решения проблемы взаимосвязи психики и поведения явился дуализм — учение, утверждавшее раздельное, независимое существование в мире двух начал: материи и духа.
С XVII в. начинается новая эпоха в развитии психологического знания. Тело человека и животных теперь рассматривается как сложно устроенная машина, однако продолжает сохраняться идея, что работа тела человека в отличие от тела животных регулируется не органическими потребностями, а душой.
Попытку вновь соединить тело и душу человека, разделенные дуалистическим учением, вновь предпринял нидерландский философ Б.Спиноза. Одновременно был введен принцип детерминизма — всеобщей причинной обусловленности и естественной научной объяснимости любых явлений. В науку он вошел в форме следующего утверждения: «Порядок и связь идей те же, что и порядок и связь вещей».
В XVII в. публикуются работы немецкого ученого Лейбница, содержащие первые идеи о бессознательном (неосознанное восприятие) и его связи с сознанием.
В следующем, XVIII в. на свет появляются два учения, надолго предопределившие развитие психологии как науки. Это — эмпиризм и сенсуализм. Первый представлял собой учение о внутреннем опыте и законах его приобретения человеком, о приоритете опыта над разумом, а второй — о доминировании чувственного познания над рациональным. Оба философских учения отрицали существование врожденных и неизменных идей, доказывали их опытное происхождение и возможность развития.
Родоначальником эмпирической психологии, т.е. психологии как науки о внутреннем опыте, явился английский философ Д.Локк. С его именем связывают учение о том, что человек с рождения представляет собой «чистую доску, на которой время может написать любые письмена». Смысл данного учения состоит в утверждении мысли об отсутствии у человека врожденных способностей, возможности их прижизненного развития.
628
Параллельно с этим продолжает совершенствоваться и идеалистическое учение о душе. Возникает представление о рефлексии как особой способности души к самоанализу и самопознанию.
В научно-психологический оборот вводится понятие об ассоциации как сравнительно простом и вместе с тем универсальном механизме формирования и приобретения опыта. Это понятие затем становится центральным в понимании основных психических процессов, от ощущений до мышления. Новое, основанное на ассоциации учение получает название ассоциацио-низма.
Крупнейший представитель ассоциационизма XVIII в. Д.Гар-тли соединил понятие рефлекса с понятием ассоциации. Это соединение выразилось следующим образом: внешнее воздействие, порождающее рефлекторный ответ, запечатлевается в виде следов памяти — ассоциаций; частое повторение соответствующего воздействия ведет к быстрому восстановлению следов по механизму ассоциации.
В это же время возникает учение о способностях души, которое в определенном смысле противостоит ассоциационизму. Если ассоциационизм утверждает, что вся психика есть ассоциации, то новое учение проводит мысль, согласно которой душа располагает имманентно присущими ей свойствами — способностями, которые не сводимы и не выводимы из ассоциаций.
С XVIII в. учение о психике связывается с мозгом (до этого психические явления «размещали» во многих частях тела, включая сердце и печень). Это случилось под непосредственным влиянием достижений в исследовании физиологии мозга, особенно центральной его части — головного. Замечательными достижениями в физиологии центральной нервной системы ознаменовался конец XVIII—начало XIX в. Англичанин Ч.Белл и француз Ф.Мажанди открывают два вида нервных волокон: чувствительные и двигательные. Получает физиологическое подтверждение идея рефлекса, возникает конкретно-научное представление о структуре рефлекторной дуги. Из философского понятия и гипотетического конструкта рефлекс превращается в материальный, биологический факт. Вместе с тем растет критическое отношение к возможности его использования для объяснения сложных психических явлений.
Выход из возникшей ситуации предлагает русский физиолог И.М.Сеченов в книге «Рефлексы головного мозга», где основные психологические процессы и явления впервые получают рефлекторную трактовку. Все акты сознательной и бессозна-
629
тельной жизни человека, пишет И.М.Сеченов, являются рефлексами по способу происхождения, истокам, структуре и функционированию. То, что представляется в виде образов, мыслей, ощущений и идей, есть не что иное, как отдельные моменты целостных рефлекторных актов. В них психические процессы и состояния играют высшую регулирующую и сигнальную роль.
ПРЕОБРАЗОВАНИЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ЗНАНИЙ С СЕРЕДИНЫ XIX в. ДО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XX в.
Следующий крупный шаг и одновременно радикальный поворот в учении о природе психики и поведения был сделан во второй половине XIX в. Поворот, о котором идет речь, был связан со многими важными событиями, которые произошли во второй половине XIX в. в научном мировоззрении. Прежде всего это успехи медицины, в частности психиатрической практики, отчетливо обнаружившей тесную связь, существующую между душевными явлениями и телесными процессами. Многочисленные наблюдения врачей-психиатров за больными свидетельствовали о том, что имеется определенная зависимость между нарушениями физиологической работы мозга и телесными изменениями, между болезнями тела и души. В свете этих данных становился необъяснимым дуалистический постулат о независимости материальных и идеальных явлений, требовалось по-новому понять и объяснить их взаимосвязь.
Все более острым, не получавшим разумного решения становится вопрос о роли в жизни человека самих феноменов души. Если организм функционирует по законам физиологии, а тело работает по законам механики, то зачем человеку разум и другие психические процессы и явления?
В исследованиях природы обнаруживалось все больше и больше целесообразного. Отчетливо видимым становился адаптивный, приспособительный характер биологических природных явлений, и только значение психики для жизни и деятельности организма по-прежнему оставалось загадкой.
Механистическое объяснение поведения человека, поначалу весьма многообещающее, теряло свою привлекательность из-за примитивности, неспособности породить какое-либо новое ценное знание на уровне человека. Оно неплохо служило пониманию простых, однообразных движений, но не в состоянии было объяснить их вариативность, изменчивость, зависимость от
630
психического состояния организма. Мысль как высшая форма разумного человеческого поведения никак не укладывалась в прокрустово ложе рефлекса.
В середине XIX в. появляется, кроме того, теория эволюции Ч.Дарвина, которая анатомически сблизила человека и животных, показав общность их телесного устройства. В биологическом плане человек перестал быть существом особого рода; в его поведении обнаруживалось много общего с животными. Именно Дарвин сделал первый решительный шаг в признании единства психики животных и человека. В одной из своих работ он привел убедительные доказательства того, что эмоции есть не только у человека, но и у человекообразных обезьян.
В свете этих данных возник интерес к поиску общего между человеком и животными в других отношениях, например в интеллектуальных и речевых способностях. Он был реализован исследованиями в области зоопсихологии, которые активно проводились в конце XIX—начале XX в.
Со второй половины XIX в. психология становится самостоятельной наукой. Ее основным методом объявляется интроспекция. Благодаря оригинальным работам немецкого ученого В.Вундта в психологию входит научный лабораторный эксперимент. Создаются первые в мире психологические лаборатории, сначала в Германии, затем в России и в США.
На стыке психологии и физиологии организма возникает особая пограничная наука — экспериментальная психофизиология органов чувств. Вместе с ней появляются психофизика, психометрика (измерение психических явлений), где широкое применение находят естественнонаучные, в частности математические, методы. Последняя четверть XIX в. проходит под знаком успехов именно этих областей знаний.
Вслед за этим появляется психология индивидуальных различий (дифференциальная психология — в современном названии). Стимулом к ее развитию явились успешные попытки использования математических методов в психологии англичанином Ф.Гальтоном. Он ввел метод близнецов для выяснения соотношения между наследственностью и средой в детерминации индивидуальных психологических различий.
Новый существенный вклад в становление психологии на экспериментальной основе сделал Р.Кеттел. Он предложил серию тестов, направленных на изучение личности. В начале XX в. количество тестов, используемых в психологии, стало стремительно возрастать.
631
Неудовлетворенность искусственным лабораторным экспериментом породила интерес к экспериментированию в естественных условиях, к изучению реальной жизненной психики и поведения людей. Пионерами в разработке методологии естественного эксперимента выступили А.Ф.Лазурский (психология личности) и В.М.Бехтерев (психология малых групп). В эти же годы, в начале XX в., развитие на экспериментальной основе получают: детская и педагогическая психология (С.Холл, В.М.Бехтерев, В.Штерн, Э.Клапаред, К.Гросс, АП.Нечаев), зоопсихология (Ллойд-Морган, Ж.Леб, ВА.Вагнер, В.Келер), социальная и культурно-историческая психология (Штейнталь, ГЛацарус, А.А.Потебня, Г.Тард, Э.Дюркгейм, В.Макдауголл, П.П.Блонский, Л.С.Выготский), психотехника (Ф.Тейлор, Г. Мюнстерберг).
В начале XX в. в психологии возникает кризисная ситуация. Ее причин было несколько: отрыв психологии от практики; почти тупиковая ситуация, связанная с многолетним использованием интроспекции в качестве основного метода научного исследования, оказавшегося несостоятельным; невозможность объяснить ряд основополагающих проблем самой психологии, в частности — связь психических явлений с физиологическими и поведением человека. Одновременно обнаружился значительный разрыв между теорией и практикой. Множество теоретических конструкций, которыми располагала психология к тому времени, не были достаточно хорошо обоснованы и подтверждены экспериментальными данными, а те из них, которые приводились в доказательство соответствующих теорий, не выдерживали критики с точки зрения статистической достоверности. Положения, постулаты интроспективной, атомистической (ассоциативной) психологии очень трудно было примирить с новыми фактами, тенденциями преобразования, проявившимися в различных других областях знаний. К этому времени образцом науки становятся точные и естественные знания. Психология соответствующим требованиям не отвечала.
Кризис привел к краху сложившихся основных направлений в психологии. Возникшие попытки его преодоления были направлены на решение сформулированных выше проблем. Таких попыток оказалось несколько, и наибольшую известность из них получили три, вскоре оформившиеся в самостоятельные направления: бихевиоризм, гештальтпсихология и психоанализ (фрейдизм).
632