Эмпирический материал был отобран методом сплошной выборки cover stories (материал с обложки, главный материал номера) оригинальной американской версии журнала «Форбс» (выпуски с января 2017 г. по декабрь 2018 г.; всего собрано 24 медиатекста). Важно, что cover story `история с обложки' -- это не жанр, а обозначение позиции текста в журнале, то есть главный, центральный материал номера. Жанр материала, занимающего эту позицию, может быть любым, но обычно это крупные аналитические или развлекательные жанры, такие как фичер, аналитическая статья, интервью. Cover story -- это безусловно сильная позиция макротекста (т. е. содержания всего журнала), поскольку она выделена самой редакцией журнала (заявлена на обложке) и, как следствие, всегда привлекает читательский интерес. В случае «Форбс» cover story представлены в рубрике On the cover `На обложке'.
Прежде чем заниматься стилистическим анализом, необходимо определиться с дефиницией термина «стиль». Так, М. М. Бахтин [Бахтин 1979: 327] указывает на то, что стиль является «отбором словарных, фразеологических и грамматических средств языка». При этом текст характеризуется также жанровым своеобразием и тематикой. Следовательно, при стилистическом анализе текста необходимо определить его тематическое содержание, жанр и использованные автором языковые средства. Порядок и организация анализа эмпирического материала основаны на методике В. В. Москвина [Москвин 2018: 45]. В первую очередь будет рассмотрена (1) тематика материалов, далее их (2) жанровое своеобразие и композиция, (3) функциональный стиль и (4) основные стилевые доминанты. В данной работе мы не рассматриваем конситуативные характеристики текста, поскольку в данном случае это потребовало бы учета экстра- лингвистических факторов, анализ которых не входит в задачи данной работы.
Отметим, что для анализа средств, при помощи которых раскрывается основная тематика материалов, в данной работе применяется морфологический подход, использованный В. Я. Проппом [Пропп 1998] для выявления структуры волшебных сказок. В рамках журнального текста также возможно создание нарративов и образов героев, что предопределяет возможность исследования текста при помощи подобного анализа. Н. И. Клушина [Клушина 2018: 41, 45] использует понятие медиастиль, к которому относятся тексты массмедиа и который представляет собой «совокупность нарративов», например, нарратив автора, интерпретирующего события, нарративы героев -- участников событий и др.; при этом «через множество интерпретаций одного <...> сюжета проступает „морфология" мадианарра- тивов <...>, выявляющая „очищенное" от субъективных переживаний разворачивание истории». В данной работе мы не рассматриваем совокупность текстов, связанных с тем или иным событием, однако нарративная природа медиатекста, в котором сложно различить образ и роль автора, также подтверждает возможность применения морфологического подхода.
Результаты анализа: использование нарратива для выстраивания образов
Тематика медиатекстов, вошедших в выборку, обладает относительным единообразием. Так, в 2017 г. материалы представляли собой рассказы об успешных бизнесменах, их карьерном и личностном росте. Постоянным рефреном текстов был акцент на моментах преодоления трудностей или избегания крупных рисков. В 2018 г. фокус некоторых материалов изменился. Например, четыре материала описывали скорее не личности предпринимателей, а их предприятия и успешные бизнес-идеи, три материала были написаны в жанре рейтинга, пять -- сохраняли «традиционную» тематику. Два текста в выборке были посвящены не бизнесменам, а политикам: Эммануэлю
Макрону и Дональду Трампу, однако их действия рассматривались «через призму» предпринимательства. В случае Макрона в тексте освещалась его политика в области развития бизнеса во Франции, в случае Трампа -- соотношение между его деятельностью как предпринимателя и как главы страны.
С точки зрения жанрового разнообразия также наблюдается единство: тексты, посвященные героям или компаниям, можно отнести к жанру feature (фичер), который британские исследователи медиа [Harcup 2014] описывают как «статью в газете или журнале, которая, в отличие от жесткой новости, содержит гораздо больше подробностей по обсуждаемой в ней теме». При этом фичер может включать интервью со знаменитостями, жизненные истории, политический анализ, аналитические материалы, фоторепортажи, профайлы, colour pieces `цветные фрагменты', колонки мнений и многое другое. Медиатексты «Форбс» следует относить к фичерам-профайлам, т. е. рассказам о жизни какого-либо человека, хотя они включают в себя элементы бизнес-анали- тики и colour pieces, т. е. красочные описания мест, событий, атмосферы и ощущений. Подчеркнем, что профайл является ключевым жанром для «Форбс», несмотря на присутствие элементов других жанров. В жанре фичера-профайла написаны 11 из 12 медиатекстов, опубликованных в 2017 г.; один представлял собой интервью. В 2018 г. 9 материалов относятся к жанру фичера- профайла, несмотря на то что фокусы внимания авторов могли различаться (либо бизнесмен, либо нетривиальная бизенс-идея и пр.), остальные три -- рейтинги.
Необходимо также отметить, что у фичера-профайла «Форбс» есть определенная относительно устойчивая композиция. Медиатекст, как правило, начинается с экспозиции -- описания места, где находится герой текста (это может быть его рабочий кабинет, рабочее пространство его компании и др.). Этот элемент структуры можно назвать заимствованием из жанра colour piece, который в данном случае используется для введения читателя в определенную атмосферу, место действия, где далее будет разворачиваться нарратив героя. После этого, как правило, следует рассказ о семье, детстве и/или юности героя. Важно, что в материалах всегда есть упоминание о родителях и происхождении героя.
Далее разворачивается нарратив героя, в котором акцент всегда делается на преодолении препятствий, трудностей или хотя бы серьезных рисков, после которых следуют еще большие триумф и успех. Завершается текст, как правило, финальной репликой героя материала. Отметим, что авторская оценка событий как успеха или неуспеха подкрепляется фактами и цифрами, где это необходимо. Например, упоминание успешной работы в компании иллюстрируется данными о доходах героя в описываемое время.
К элементам структуры текста также необходимо отнести чрезвычайно важную особенность фичеров «Форбс». Используя различные выразительные средства языка, авторы текстов расставляют акценты в истории таким образом, чтобы реальная биография бизнесмена-героя текста как можно более полно походила на эталонный нарратив героя, олицетворяющего собой бренд «Форбс». Этот эталонный нарратив имеет следующую структуру:
Детство или юность (часто герой преодолевает трудности уже в этот момент или, как минимум, демонстрирует неординарные способности и/или упорство) ^ первые карьерные успехи ^ момент преодоления крупной проблемы или риска ^ триумф (герой добивается еще большего успеха).
В наших предыдущих статьях был проведен сравнительный анализ нарративов бизнесменов, которым были посвящены медиатексты «Форбс» [Васильченко 2018а, 2018б]. В данной статье мы подробно анализируем нетипичный для журнала материал: медиатекст о французском президенте Эммануэле Макроне. Задача состоит в том, чтобы понять, насколько образ этого политика соотносится со стилем и идеалами бренда.
Так, медиатекст под названием France's big pivot -- «Большой разворот Франции» [Forbes USA, May 1, 2018], посвященный
французскому президенту Эммануэлю Макрону, отличается по своей структуре от фичеров, посвященных американским предпринимателям, но, тем не менее, демонстрирует основные стилистические доминанты «Форбс».
Тема текста -- это Макрон и его деятельность в области поддержки предпринимательства во Франции. В частности, акцент сделан на созданный по инициативе президента инкубатор стартапов Station F. Несмотря на то, что текст строится вокруг личности и достижений Макрона, в тексте также присутствует нарратив единственного инвестора в проект Station F предпринимателя Ксавье Ньеля.
С точки зрения жанра текст представляет собой фичер, поскольку в нем подробно раскрыта конкретная тема, однако его композиция отличается от типичной. Текст открывается описанием ситуации -- пространства Station F:
(1) The world's largest startup incubator sits inside the bowels of a nearly century-old former freight station, where 3,000 nascent entrepreneurs dart across the 366,000 square feet like cash-hungry ants. <...> Walking around, you see a $20 million installation by Jeff Koons, floating meeting cubes and a blacked-out “relaxation zone”, where overtired programmers leave their shoes outside.
“People sleep in here sometimes <...>.
В отрывке представлено много деталей, позволяющих автору изобразить рабочую среду, которая находится «в недрах почти вековой грузовой станции», где «возрастающие» предприниматели «носятся», как «жаждущие денег муравьи», где есть инсталляции -- «плавающие кубы для встреч» стоимостью 20 млн долларов, входя в которые сотрудники снимают обувь и в которых иногда спят. Очевидно, что журналист создает определенную картину, атмосферу места -- образ муравейника, где размножается новый французский бизнес.
В продолжении экспозиции автор описывает деятельность Макрона до президентского срока:
(2) The world took notice last year when Macron, at 39, became the youngest president ever elected in France. But his age is less important than his background: Before politics, Macron spent more than three years as an investment banker at Rothschild and also tried to develop an education startup. French politicians, from Chirac to Hollande, have blathered about reform for decades, only to succumb to pressure from change-averse pensioners and myopic unions. Macron gets it, and has staked his entire presidency on delivering <.>.
Для того, чтобы представить героя читателю, автор выбирает факт из его биографии, характеризующий его как предпринимателя: автор заявляет, что «Мир обратил внимание на Макрона», когда он стал самым молодым президентом в истории Франции. Однако главное в нем не возраст, а то, что он «три года работал в качестве инвестбанкира» в компании Rothschild и «пытался основать образовательный стартап». Кроме того, автор противопоставляет героя всем другим французским президентам, утверждая, что они «десятилетиями боролись за реформы», но не смогли противостоять пенсионерам и «близоруким профсоюзам», в то время как Макрон, понимая это, «ставит свое президентство на карту» ради перемен. Автор также отмечает, что созданная Макроном партия помогает «преодолеть паралич между левыми и правыми силами», а главное, «останется на месте до 2022», что «позволяет ему принимать долгосрочные решения в стиле президентов-на-всю-жизнь Си Цзиньпина и Владимира Путина, но основываясь на демократических идеалах свободного рынка, свойственных западному капиталисту. <...> это дает ему дает ему естественную связь с президентом Трампом».
Данный нарратив не выстраивается по той эталонной схеме, по которой обычно выстраиваются нарративы американских бизнесменов. Макрон отличается от традиционных для «Форбс» героев тем, что он не бизнесмен, а политик, а также национальностью. Это не мешает авторам героизировать его образ, используя оценочную лексику и делая акцент на тех качествах, которые должны быть свойственны человеку на обложке «Форбс». Это, например, нацеленность на развитие предпринимательства и свободного рынка (автор, например, указывает на «десятилетия культуры антипредпринимательства» во Франции, которые «не могут вдруг исчезнуть», но благодаря Макрону в этом направлении есть первые успехи), решительность и способность противостоять трудностям (например, обществу, не одобряющему успешных бизнесменов) и открытость новому и желание поддержать стартапы. Таким образом, автор выстраивает нарратив таким образом, чтобы создать образ закосневшей Франции и самого молодого в ее истории президента, который не похож на других французских президентов, но похож на американских предпринимателей и поэтому способен все круто изменить к лучшему.
Автор противопоставляет Макрона также президенту США Дональду Трампу, который двигается в «противоположном <курсу Макрона> направлении». Авторская оценка деятельности Трампа однозначна -- журналист утверждает, что президент «радостно навредил» компаниям, расширяющимся за рубежом:
(3) President Trump, who has gleefully threatened American companies who expand abroad.
Автор использует оценочную лексику в отношении Макрона, например: Macron is clearly quick to study -- «Очевидно, что Макрон быстро учится»; he really does know how to pivot, which gives him a chance to do what his predecessors couldn't -- «он действительно знает, как разворачивать, что дает ему шанс сделать то, что не смогли его предшественники». Интересно традиционное для фичеров «Форбс» упоминание о родителях:
(4) The son of two doctors and the product of universities that churn out France's ruling elite, he has the kind of establishment credibility Niel never did.
Автор показывает, что Макрон -- «сын двух врачей и продукт университетов, выпускающих французскую правящую элиту», и поэтому пользуется «доверием истеблишмента».
Рассказ о том, какие положительные изменения в отношении предпринимательства уже произошли под руководством президента-финансиста, прерывается другим нарративом -- нарративом единственного на тот момент инвестора проекта Station F Ксавье Ньеля. Автор уделяет около трети всего материала рассказу об этом бизнесмене и показывает его настоящим и единственным соратником нового президента в противостоянии бизнес-элите Франции. Журналист заявляет, что в технологическую эру во Франции сменилось уже несколько Lost Generations `потерянных поколений', и сравнивает Францию с США, которые гордятся такими предпринимателями, как Стив Джобс, Марк Цукерберг, Илон Маск и др., в то время как лучшие умы Франции, получая образование на родине, уезжают в Кремниевую долину. Ньеля автор называет the only major exeption `единственное крупное исключение', поскольку восьмой богатейший человек Республики единственный, кто построил свой бизнес в Интернете. Приводятся факты биографии предпринимателя, которые складываются в нарратив, в большей степени совпадающий с эталонным, чем нарратив Макрона. Так, описан эпизод из юности героя, когда он заработал первые деньги: «17летний хакер Ньель, подделав отцовскую подпись, провел в дом вторую телефонную линию и сделал анонимный секс-чат». Далее следует эпизод более крупного успеха -- Ньель создает интернет-сервис, распространяя пакеты подключения через журналы. Продажа этого предприятия приносит бизнесмену крупный капитал. Автор дает однозначную оценку этим событиям: «История такого рода сделала бы его героем в Кремниевой долине, однако Ньель, выходец из среднего класса с отсутствием формального образования, был отвергнут французской бизнес-элитой». Автор также использует несобственно-прямую речь для подтверждения этого тезиса. Он приводит слова предпринимателя, мигрировавшего из Франции в США: «Люди <во Франции> не особенно любили предпринимателей», «Если ты был успешен, то тебя не честововали. Ты был скорее проблемой». Изображается неприятие Ньеля представителями бизнес- сообщества, которые «называли его порно- кратом» и «отказывались появляться с ним на публике». Этот эпизод можно соотнести с эпизодом эталонного нарратива «крупная проблема», поскольку автор указывает на то, что Ньель отказывается обсуждать эту тему и заявляет: «Я забыл все плохое», то есть для героя это был тяжелый период в жизни. Однако за этим следует эпизод преодоления: журналист утверждает, что Ньель воспользовался своей репутацией и «отрезал кусок от закостенелой мобильной индустрии Франции». Далее следует описание того, как бизнесмен инвестирует в стартапы, но не для прибыли, а для того, чтобы «культивировать во Франции больше таких предпринимателей, как он сам».