Политологи рассматривают различные формы политических действий. Они выделяют насильственные и не насильственные формы политических действий. Другое их название конвециональные (законные) и неконвециональные (незаконные) политические действия. Они зависят от типа общественных преобразований и от отношения политических сил к действительности. В результате политических действий происходит изменение системы государственного устройства. Эти изменения могут происходить, как быстро, так и медленно, все зависит от того, какие политические события происходят в той или иной стране. Максимальным радиусом действия обладают революция, контрреволюция. Они относятся к неконвенциональным политическим действиям.
Революция представляет собой свержение господствующих групп, преобразование общества в целом. Социальные и политические революции возникают как следствие нарастания противоречий в обществе. Их причины могут быть различны, но основная, несомненно, заключается в том, что господствующие классы теряют свою легитимность. Революционный взрыв могут вызвать война, политический кризис, интервенция, тупики в решении социальных проблем, политическая коррупция и т.д. Выделяются следующие типы социальных и политических революций: антиимпериалистические (национально-освободительные, антиколониальные), буржуазные, народные, народно-демократические, социалистические.
Революция – чрезвычайно сложное явление. Господствующие классы и группы лишаются экономической и политической власти. Появляется новая политическая элита, предлагающая обществу новый проект развития, управляющая на основе других ценностей и институтов. Революционные процессы, как правило, являются насильственными, предполагают открытое столкновение групп, борющихся за господство. В победившей социальной революции выделяются следующие этапы: её вызревание (революционная ситуация), взрыв, победа, институционализация. Эти этапы различны по продолжительности, сопровождаются разрушениями, человеческими жертвами, внутренней борьбой в среде революционеров. В случае успеха революции заканчиваются созданием новых политических и государственных институтов, новых форм жизни, которые защищаются новой элитой, в том числе и с применением насилия. Одной из главных опасностей победившей революции является предоставление привилегий определенным группам. Возникает противоречие между идеалами, провозглашенными революционерами и новой политической элитой, и привилегиями, что порождает критику и разочарование широких масс. Революционная элита, как и любая другая, подвержена коррупции, понимаемой, как использование политического влияния в личных целях.
Возможно, самое сильное сопротивление революционным переменам связано с сознанием людей. Невозможно в короткие сроки коренным образом преобразовать общество. Все это вызывает разочарование в целях, идеалах и результатах революции. В связи с тем, что не все слои населения поддерживают революционные изменения в обществе, формируется новое движение, которое выступает против революции, оно называется контрреволюция.
Контрреволюция – это политическое движение, руководимое отстраненными от власти группами, их представителями, теми, кто порвал с революцией. Целью контрреволюции является свержение новой элиты и восстановление прежних порядков. Для финансирования контрреволюции используются средства иммигрантов и тех стран, которые заинтересованы в ликвидации революционного режима. Обычно контрреволюционеры используют вооруженное насилие, экономический саботаж, политическую пропаганду. Если широкие массы поддерживают революционные силы, то контрреволюция терпит поражение.
Открытое сопротивление народа законной власти может выражаться в мятежах, бунтах, крестьянских войнах. Бунт – результат возмущения масс действиями местных властей, перерастающего в беспорядок, погромы.
Ещё одной насильственной формой политических действий является государственный переворот. Государственные перевороты – это, как правило, дело рук представителей аппарата власти или самих правящих групп. Главной их целью являются персональные перемены в сфере власти, осуществляемые с помощью физического насилия.
К ненасильственным или конвенциональным формам политических действий следует отнести реформы, выборы, митинги, демонстрации, забастовки, собрания и т.д. Реформы способствуют общественным переменам, но не подрывают основ существующего политического строя и власти правящего класса. Реформистская стратегия не пытается реорганизовать общество в целом на основе общего плана, но лишь устраняет препятствия, мешающие его дальнейшему развитию. Реформизм направлен на решение конкретных проблем, он характеризуется духом прагматизма. Успех реформ зависит также и от своевременности их проведения. Запоздавшие реформы не приводят к смягчению социальной напряженности, а открывают путь революционным процессам, предотвратить которые как раз и стремились с помощью реформ. В современных условиях разумной альтернативы реформам нет. Необходимо всем политическим силам стремиться к согласию, создавая атмосферу доверия, формируя механизм общения людей от высшего уровня до рядовых граждан. Альтернатива гражданского согласия – вражда: насилие порождает только ответное насилие и вражду. Поэтому из арсенала политических действий надо использовать только те, которые способствуют гражданскому миру и процветанию государства.
Вовлечение социальных групп и индивидов в политику обусловлено их стремлением реализовать свои социально значимые интересы. Однако их реализация происходит не напрямую, а опосредуется теми значениями и смыслами, которыми субъекты политики наделяют свое отношение к власти, политическим институтам, элитам, лидерам и т. д. Эти смыслы и значения задаются господствующей в обществе политической культурой, т. е. нормативно-ценностной системой, которой придерживается большинство населения и которая существует в виде общераспространенных и общепринятых фундаментальных поведенческих, политических ценностей и идеалов.
С момента своего возникновения политика как одна из главных публичных сфер жизни имела ценностно-нормативное измерение, в котором выражались представления людей об общественном благе, о наиболее справедливом устройстве общества. Все возникавшие политические институты, их социальное предназначение, формы взаимодействия власти и личности определялись существующей политической культурой общества. Впервые термин «политическая культура» использовал в XVIII в. немецкий просветитель И. Гердер. Естественно, он не предполагал тогда, что концепция политической культуры окажет такое влияние на политическую науку и практику. Объяснительные возможности политической культуры определяются многозначностью и многогранностью ее измерений.
Политическая культура представляет собой совокупность ценностей, установок, убеждений, ориентации и выражающих их символов, которые являются общепринятыми и служат упорядочению политического опыта и регулированию политического поведения всех членов общества. Она включает в себя не только политические идеалы, ценности, установки, но и действующие нормы политической жизни. Тем самым политическая культура определяет наиболее типичные образцы и правила политического поведения, взаимодействия власти, индивида и общества.
Активная разработка идеи политической культуры в западной политологии началась в 50-х годах XX в. Предполагалось, что она станет той универсалией, которая окажется в состоянии объяснить природу стремительных политических изменений в мире и поможет предотвратить их негативные последствия. Глобальным фактором мирового развития того времени стало массовое вовлечение широких слоев ранее пассивного населения в активную политическую деятельность. Однако политическое участие масс наталкивалось на низкий уровень их политической культуры, что порождало политическую напряженность в западных странах. Насыщение материальных потребностей большинства населения промышленно развитых стран сопровождалось ростом их многообразия, структурными сдвигами в пользу нематериальных ценностей. Институты парламентской демократии не всегда эффективно реагировали на процессы усложнения, возрастания числа, дифференциации интересов и потребностей, что порождало к ним недоверие со стороны населения. Наконец, неудачные попытки перенести западные политические - институты в новые независимые государства Африки, Азии, Латинской Америки, находившиеся в ситуации выбора форм правления, заметно активизировали внимание к культурной составляющей политического развития. Предрасположенность одних обществ к идеям демократии и невосприимчивость других к принципам толерантности, политической конкуренции, плюрализму были обусловлены господствовавшими в них идеалами, установками, убеждениями, предписывавшими населению ориентацию на определенные образцы политического поведения. Использование методологии компаративных (сравнительных) исследований взаимодействий власти и индивида, практики функционирования политических институтов различных стран способствовали быстрому становлению концепции политической культуры.
Однако стремление представить политическую культуру как универсальный объяснительный принцип всех процессов политической жизни привело к тому, что само содержание понятия постепенно размывалось и грозило оказаться вовсе неуловимым. Об этом свидетельствует наличие в западной политологии около 50 определений термина. Контекст исследования политической культуры достаточно широк. Она рассматривается и как составная часть общей культуры, и как психологический феномен (т. е. как совокупность ориентации на политические объекты), и как элемент политической жизни (т. е. как совокупность норм и стандартов политического поведения), и как свойство социальной группы, класса и т. д. Очевидно, что в каждом из подходов на первый план всякий раз выходят различные ее стороны и характеристики.
Политическая культура является качественной характеристикой политической сферы, критерием ее зрелости. Введение термина «политическая культура» в свое время было вызвано потребностью измерения направленности политической деятельности (конструктивная или негативная, созидательная или разрушительная). Определяя характер и содержание политических взаимодействий, политическая культура является конечной детерминантой политики, основополагающим объяснительным принципом.
Наибольшие споры в процессе становления концепции политической культуры вызвала проблема определения её содержания. Дискуссия выявила две точки зрения: согласно первой, политическая культура есть совокупность политических позиций; сторонники второй рассматривали политическую культуру через поведение. Представленные точки зрения страдают некоторой односторонностью. В самом деле, может ли та или иная политическая позиция обнаруживаться без ее практического проявления? Не менее важен и вопрос о том, всегда ли конкретное поведение выражает политическое убеждение субъекта, а не есть просто следствие обстоятельств, в которых он оказался. И все-таки определение природы политической культуры либо через позиции, либо через поведение сохраняет свою актуальность для политической науки и сегодня. Кроме того, непреодолимого препятствия на пути сближения указанных точек зрения, на наш взгляд, не существует. Если политическую культуру рассматривать как ценностно обусловленный тип отношения субъекта политики к политическим объектам - политическому режиму, политическим силам, обществу и т. д., то нетрудно заметить, что это отношение может приобретать форму познавательной, эмоциональной, оценочной и практической деятельности.
Приоритет в разработке идеи политической культуры принадлежит американскому политологу Г. Алмонду, создавшему оригинальную концепцию, в разработке которой активное участие принимали члены возглавляемого Г. Алмондом Комитета по сравнительной политике при Исследовательском совете по социальным наукам Л. Пай, С. Верба, Дж. Пауэлл.
В анализе политической культуры Г. Алмонд использовал функциональный подход, с позиций которого политическая культура рассматривалась преимущественно как психологический феномен. «Каждая политическая система, - отмечает Г.Алмонд, - включена в особый образец ориентации на политические действия. Я счел полезным назвать это «политической культурой». Наиболее полное определение политической культуры с перечнем ее важнейших компонентов предложил С. Верба: «Политическая культура общества состоит из системы эмпирических убеждений (beliefs), экспрессивных символов и ценностей, определяющих ситуацию, в которой происходит политическое действие. Она формирует субъективную ориентацию на политику». Признавая наличие в обществе множества конкурирующих политических ориентации, авторы концепции обнаружили, что различные политические культуры определяются через превосходство некоторых основополагающих политических позиций. Политическая позиция обусловливает предрасположенность к определенным типам поведения в рамках существующей политической системы.
Политические ориентации (или политические позиции) индивида, по Г. Алмонду и Дж. Пауэллу, включают три вида компонентов: 1) когнитивный компонент, т. е. знания, полученные индивидом о политиках, политических институтах и партиях; 2) аффективный компонент, т. е. чувства, обусловливающие реакцию индивида (чувства симпатии или антипатии, влечения или отвращения, восхищения или презрения); 3) оценочный компонент, т. е. ценности, верования, идеалы, идеологию. В зависимости от доминирования одного из трех компонентов Г. Алмонд и Дж. Пауэлл выделили в большей или меньшей степени секуляризованные культуры, т. е. то, в какой мере политическое поведение индивида основано на рациональных знаниях или верованиях.
В 1958 - 1962 гг. Г. Алмонд и С. Верба предприняли сравнительное эмпирическое исследование политических культур Великобритании, США, Западной Германии, Италии и Мексики. Результаты исследования легли в основу их работы «Гражданская культура» (1963). В каждой стране было опрошено в среднем около тысячи человек, принадлежащих к разным социальным слоям общества. Предметом исследования стали политические ориентации (когнитивные, аффективные, оценочные) индивидов на четыре основных объекта - политическую систему в целом, правительство, общенациональные выборы, саму личность. Направление анализа соответствовало гипотезе авторов, согласно которой под политической культурой понимались «специфические политические ориентации - установки относительно политической системы и ее различных частей, а также относительно собственно роли политической культуры в этой системе». По версии Г. Алмонда и С. Вербы, политическая культура состоит из трех видов политической ориентации, которые могут доминировать в конкретном обществе, - патриархальной, подданнической и ориентации на активное участие. Эти три «чистых» (идеальных) типа ориентации, в свою очередь, выступают основой трех типов политической культуры — патриархальной, подданнической и культуры участия.