Институт истории и археологии УрО РАН
(Institute of History and Archeology, Ural Branch of the Russian Academy of Sciences)
Особенности индустриального развития Ленинграда в условиях административно-командной экономики (1944-1949 гг.)
Specifies of the industrial development of Leningrad within the Soviet command economy (1944-1949)
Михаил Михеев (Mikhail Mikheev)
Екатеринбург (Yekaterinburg)
В течение последних 30 лет в научный оборот введено множество ценных сведений о внутренних противоречиях, свойственных системе государственного управления экономикой СССР в период сталинизма. Известно о проблемах организации государственного планирования, спорах в научном сообществе относительно перспектив экономического развития, зачастую перетекавших в политические дискуссии. Широкое освещение получила проблема «ведомственности» См., например: Маркевич А.М. Была ли советская экономика плановой? Планирование в наркоматах в 1930-е гг. // Экономическая история: ежегодник 2003. М., 2004. С. 20--54; Deci-sion-making in the Stalinist command economy. L., 1997; Hunter H, Szyrmer J.M. Faulty foundations: Soviet economic policies, 1928--1940. Princeton; New Jersey, 1992; Бакунин А.В., Лебедев В.Э. Регио-нальная научно-техническая политика: проблемы истории. Свердловск, 1991; и др.. Её определение исчерпывающе сформулировал А.Ю. Ермолов: «самостоятельные действия руководителей ведомств, направленные на защиту интересов порученных им организаций» Ермолов А.Ю. За фасадом сверхцентрализации: влияние борьбы ведомств за конверсию и реконверсию СССР в середине 1940-х гг. // Экономическая история: ежегодник 2013. М., 2014. С. 391..
По мнению специалистов, расцвет ведомственности приходится на 1940-е гг. Существует мнение, что во многом его вызвали экстраординарные события 1941-1945 гг. См., например: Хлевнюк О.В. Советские наркоматы и децентрализация управления экономи-кой в годы Великой Отечественной войны // Российская история. 2018. № 4. С. 58--72; Хлевнюк О.В. Хозяин. Сталин и утверждение сталинской диктатуры. М., 2009. С. 455; Мухин М.Ю. Финансо-вые взаимоотношения советских ВВС и Наркомата авиационной промышленности СССР в 1941-- 1945 гг. // Российская история. 2015. № 1. С. 46--53. Признание факта межведомственной борьбы органично выводит на размышления о возможности и даже закономерности противоречий не только на ведомственно-отраслевом, но и на территориально-региональном уровне. Поставленная проблема недостаточно полно охвачена историографией, хотя источники указанного периода сообщают немало информации такого родаСм.: ЦК ВКП(б) и региональные партийные комитеты, 1945--1953 / Сост. В.В. Денисов,
A. В. Квашонкин, Л.Н. Малашенко, А.И. Минюк, М.Ю. Прозуменщиков, О.В. Хлевнюк. М., 2004; Harris J.R. The Great Urals: regionalism and the evolution of the Soviet system. Ithaca; L., 1999.. Присутствию регионального компонента в ведомственно-отраслевой борьбе парадоксальным образом способствовала централизация в 1930-е гг. государственного управления. Выстроив её систему по принципу отраслевых наркоматов, правительство сразу и в полной мере ощутило негативные последствия «ведомственных усобиц», препятствовавших государственному планированию, снижавших эффективность капиталовложений, контроля, учёта и распределения ресурсов. Наркоматы пренебрегали государственными заданиями в части рациональной территориальной организации общесоюзной промышленности в пользу собственных интересов См.: РГАСПИ, ф. 82, оп. 2, д. 522, л. 73--84; РГАЭ, ф. 4372, оп. 41, д. 199а, л. 1--19.. Выходом из положения должна была стать практическая реализация сталинского тезиса о единстве государственного управления с партийным Письма И.В. Сталина В.М. Молотову. 1925--1936 гг. / Сост. Л. Кошелева, В. Лельчук,
B. Наумов, О. Наумов, Л. Роговая, О. Хлевнюк. М., 1995. С. 222.. В ноябре 1939 г. Политбюро ЦК ВКП(б) обязало обкомы организовать в своих структурах промышленные отделы для курирования предприятий на подведомственных им территориях. XVIII Всесоюзная партийная конференция (февраль 1941 г.) увеличила количество отделов соответственно основным отраслям промышленности в каждом регионе КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898--1986). Т. 7. 1938--1945. М., 1985. С. 145, 200.. С помощью этого предполагалось достичь своеобразного «баланса» в регулировании экономики, совместить элементы региональной экономической автономии с жёстко централизованной системой отраслевого управления.
Однако дуализм «региональной партийной» и «отраслевой государственной» власти неизбежно порождал разногласия. Их гарантировали как экономический потенциал отдельных территорий, так и политические амбиции некоторых региональных лидеров. В настоящей статье я рассмотрю один из примеров таких противоречий на примере действий Ленинградской партийной организации в послевоенный период. К началу Второй мировой войны Ленинград являлся одним из крупнейших индустриальных центров страны. Традиционно здесь концентрировалась значительная доля производительных мощностей судостроения, машиностроения, электропромышленности и иных отраслей. Весной 1938 г. доля города и прилегающей области только в части размещения здесь предприятий Наркомата оборонной промышленности составляла 17,3% Симонов Н.С. Военно-промышленный комплекс СССР в 1920--1950-е гг. М., 1996. С. 98.. По данным на 1940 г., удельный вес произведённой в Ленинграде промышленной продукции составил 10,5% от общесоюзного показателя Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга (далее -- ЦГАИПД СПб), ф. р-24, оп. 2, д. 5663, л. 25.. Город являлся единственным крупным советским морским портом на Балтике и имел большое значение как для внешней торговли, так и транспортной инфраструктуры СССР. Однако положение региона не было неуязвимым. Его ослаблял преимущественно «обрабатывающий» характер предприятий; не имелось собственных источников сырья, в первую очередь железной руды и каменного угля Гриневецкий В.И. Послевоенные перспективы русской промышленности. М., 1922. С. 141. Дьяков Ю.Л. Создание Северной угольно-металлургической базы СССР // Вопросы истории. 1970. № 9. С. 7.. Решением проблемы должно было стать строительство на Северо-Западе металлургического комбината. Используя каменный уголь Печорского бассейна, он осуществлял бы плавки руд Кольского полуострова для снабжения Ленинграда металлом11. Тому же бассейну предстояло обеспечивать город и минеральным топливом. Но эти планы оказались сорваны событиями 1941--1945 гг.
После окончания войны ситуация усложнилась. Сама возможность сохранения ленинградской промышленности в её довоенном виде оказалась под вопросом. Город потерял 63,4% населения Ваксер А.З. Возрождение ленинградской индустрии. 1945 -- начало 1950-х гг. СПб., 2015.
С. 17.. Выпуск валовой промышленной продукции снизился на 68% (в то время как в Западной Сибири и на Урале он составил 270 и 305% от довоенного уровня) Можин В.П., Кистанов В.В., Лаврищев А.Н., Адамеску А.А., Токарев С.П. Планирование размещения производительных сил СССР: осуществление политики КПСС на этапах социалисти-ческого строительства. Ч. 1. М., 1985. С. 214.. Форсированный рост индустрии восточных районов не только уменьшил удельный вес Ленинграда в общесоюзном промышленном производстве (до 7% в 1944 г. ЦГАИПД СПб, ф. р-24, оп. 2, д. 5663, л. 25.), но и «перетянул» основные потоки сырья, сужая перспективы восстановления и дальнейшего развития ленинградской индустрии, особенно в условиях разрушенной металлургии Юга. Вхождение в состав СССР Прибалтики привело к появлению сильных портовых конкурентов -- Риги, Либавы и Вентспилса. Конкуренция наметилась и за топливные ресурсы. С 1942 г. Свердловский обком ВКП(б) предпринимал последовательные шаги по переориентации угледобычи в Печорском бассейне под нужды металлургии Урала Аристов А.Б. Незабываемое // Урал. 1981. № 5. С. 23; Архив РАН, ф. 666, оп. 2, д. 1, л. 11--22; Центр документации общественных организаций Свердловской области (далее -- ЦДОО СО), ф. 4, оп. 41, д. 218, л. 50--55..
Тем не менее Ленинградский обком не собирался мириться со сложившейся ситуацией, ведь именно промышленный потенциал города традиционно обеспечивал его региональным руководителям высокое место в системе партноменклатуры. Уже осенью 1944 г., вскоре после снятия блокады, Ленобком направил в ГКО запрос о возобновлении строительства металлургического комбината на Северо-Западе ЦГАИПД СПб, ф. р-24, оп. 2в, д. 661, л. 47--68.. 5 сентября 1945 г. объединённое бюро обкома и горкома обсудило вопрос о размере валовой продукции промышленных предприятий Ленинграда в 1950 г. Эти цифры затребовал Госплан СССР для составления IV пятилетнего плана. Их утверждение выявило много и откровенности, и недосказанности.
Когда первый секретарь А.А. Кузнецов услышал от уполномоченного Госплана И. Г. Стожилова о планируемом снижении удельного веса промышленности города с 10,5% в 1945 г. до 7% в 1950 г., он оборвал его: «Снижаться нельзя, никак нельзя... За удельный вес союзной промышленности нам нужно бороться. В музей мы не хотим превратиться. Будут нас уважать за историю, что Ленин и Сталин революцию здесь создавали, что белогвардейцев мы здесь убивали, что эталоном мужества и стойкости были. Но мы не хотим быть на выставке, хотим быть индустриальным центром»7 Там же, оп. 2, д. 5663, л. 26.. Это означало борьбу за увеличение промышленного производства в абсолютных цифрах, ведь согласно плану IV пятилетки валовой продукции основных отраслей промышленности СССР предстояло возрасти в 1,5 раза Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 3. М., 1968. С. 252..
Стремление к высоким абсолютным цифрам подтверждалось не вполне корректным обращением к государственной статистике. Показатели 1950 г. высчитывались в процентном соотношении к 1940 г. Выяснилось, что данные Госплана и данные обкома расходятся на 9,2% (10 688 млн и 9 814 млн руб. соответственно). Кузнецов, не прибегая к арбитражной проверке, дал указание производить расчёты исходя из максимальных показателей: «Надо увеличить». Им выдвигались аргументы в пользу территориальной организации экономики всего Северо-Запада вокруг Ленинграда: «Развитие Ленинграда нужно связывать с Северо-Западом, не отрывая. На нас обращены взоры мурманцев, карело-финнов, и мы обязаны обслуживать Прибалтику и Воркуту. Сланцы на Западе кто должен обслуживать? Мы. Там развивается металлургическая промышленность, бумажная, алюминиевая, деревообрабатывающая в Карельской республике, и как-то неудобно тащить с Дальнего Востока или с центра страны машины, станки. Таким центром для Северо-Запада должен стать Ленинград» ЦГАИПД СПб, ф. р-24, оп. 2, д. 5663, л. 26, 11.. Отмечу, что именно названных Кузнецовым регионов коснулась послевоенная «экспансия» ленинградских руководящих кадров Болдовский К.А. К вопросу об «экспансии ленинградских кадров» в 1946--1948 гг. // Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер. 2. История. 2010. Вып. 3. С. 121--126.. Указания первого секретаря противоречили ещё довоенному запрету строительства новых предприятий в Москве и Ленинграде Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898--1986 гг.). Т. 7. С. 69., более того, он открыто предлагал способы обхода этого ограничения: «Есть решения XVIII съезда... в Ленинграде, Москве, Киеве, Ростове, Свердловске, Харькове не строить новое промышленное строительство. Мы восстанавливаем корпуса, надстраиваем и т.д. ... Предположим, одноэтажный корпус выходит на какую-то улицу, а вместо этого одноэтажного корпуса построить трёхэтажный дом».
Кузнецов неоднократно ссылался на поддержку председателя Госплана СССР: «Тов. Вознесенский говорит: “Я хотел бы заслушать Ваш доклад по крупным вопросам, которые Вы решаете в четвёртой пятилетке, с тем, чтобы мне разрешить эти вопросы”» ЦГАИПД СПб, ф. р-24, оп. 2, д. 5663, л. 76.. Эти слова произвели должное впечатление на присутствовавших, в особенности на Стожилова, который не решился спорить с ленинградским партлидером. На вопрос последнего о планируемом увеличении населения города («Не много мы берём, 2,5 миллиона человек? Это надо, чтобы 1 миллион 300 тысяч человек прибыло у нас») он ответил так: «Не много, Алексей Александрович, я думаю, что укладываться будет тяжеловато». Сроки выполнения плановых заданий ленинградской промышленностью он тоже поставил двусмысленно: «К концу пятилетки, к 1950 г.». Но формулировка «к 1950 г.» не тождественна формулировке «к концу пятилетки». Она означала срок к 1 января 1949 г., т.е. за год до конца пятилетки. Это позволило собравшимся спутать плановые показатели конца 1949 г. и конца пятилетки. Стожилов, в частности, сначала отметил, что «к 1950 г. объём валовой продукции предусматриваем на 27,5% выше, чем был в 1940 г.», но позднее указал: «Мы предусматриваем завершение и восстановление промышленности Ленинграда в 1949 г.». На уточняющий вопрос заведующего отделом оборонной промышленности горкома М.В. Басова («В каком же году мы достигнем довоенного уровня по выпуску валовой продукции?») он только повторил: «Я сказал, в 1949 г.». Таким образом, смешались две разные вещи: восстановление промышленности в 1949 г. и её увеличение на 27,5% к 1950 г. (т.е. также в 1949 г.). Возможно, имелось в виду, что оба эти события произойдут в течение одного года, но это не меняет сути -- плановые цифры на конец IV пятилетки de facto остались не названы. При этом отдельные показатели производства «в 1950 г.», а не «к 1950 г.» (например, для завода «Электросила») Стожилов всё же озвучилТам же, л. 15--24.. Последующие выступления Кузнецова немного прояснили ситуацию: «Но нужно ли нам делать так, чтобы к 1950 году увеличить промышленность на 127% по сравнению с 1940 г., не поставить ли себе более скромную задачу -- восстановить. Если к 1950 г. дадим 14 миллиардов, это будет хорошо». Стожилов согласился: «Лаврищев (начальник отдела территориального планирования Госплана СССР. -- М.М.) исходит из этой позиции, о которой вы говорите, -- восстановить к 1950 г.». Теперь годом восстановления промышленности до довоенного уровня был определён 1949 г., но плановые показатели на 1950 г. по-прежнему не оглашались. Работники обкома тут же получили указание 8 сентября выехать в Москву и представить в Госплан докладную записку с контрольными цифрами, установленными на бюроТам же, л. 75, 80..
В свете последующих событий недомолвки собравшихся кажутся странными только на первый взгляд. Документы Госплана содержат упоминание о правительственном решении сохранять в ходе IV пятилетки промышленные мощности Ленинграда на довоенном уровнеРГАЭ, ф. 4372, оп. 45, д. 1, л. 132; оп. 49, д. 161, л. 31.. Кузнецов как сторонник повышения «удельного веса» города в экономике страны не мог не желать обратного. В итоге он не только согласовал в Москве в качестве года выхода ленинградской промышленности на довоенный уровень 1949 г. (103% к 1940 г.), но также добился увеличения показателей до 112% к концу пятилеткиГА РФ, ф. 5446, оп. 50а, д. 2957, л. 190.. Более того, впоследствии достижение этого уровня фактически оказалось перенесено на конец 1949 г. в качестве «социалистического обязательства... выполнить пятилетку в 4 года»Там же, оп. 51а, д. 1599, л. 38.. Таким образом, обком получал возможность просить о дальнейшем увеличении плана 1950 г., равно как и показателей последующих лет. В этих устремлениях явно обнадёживала протекция Вознесенского.
На том же объединённом бюро 5 сентября 1945 г. Кузнецов зафиксировал приоритетное направление промышленного развития. Это была ещё довоенная идея строительства металлургического комбината, производящего металл для нужд города на основе печорских углей и кольских руд: «Надо записать: создать в 4-й пятилетке в районе Ленинграда металлургическую базу для обеспечения нужд Ленинграда и Северо-Запада. Взять да записать». Без этого оказывались несостоятельными надежды на увеличение пресловутого «удельного веса»: «Если только построим металлургический завод, конечно, мы выскочим»ЦГАИПД СПб, ф. р-24, оп. 2, д. 5663, л. 11.. Басов осторожно выразил сомнения: «В плане, представленном т. Стожиловым, правильно учтено развёртывание промышленности до довоенного уровня, но обеспечить ленинградскую промышленность своим металлом нельзя. В 1940 г. завозили в Ленинград металла, стали, чугуна около 1 200 тыс. тонн. Поэтому ставить задачу -- обеспечить Ленинград в это пятилетие металлом внутри своего экономического района, -- мне кажется, невозможно»Там же, л. 40.. Кузнецов понимал риски, но стоял на своём: «Я уже в репликах давал [понять] о том, что нам надо твёрдо войти с металлургическим заводом, это вопрос решённый»Там же, л. 75..
Итак, к осени 1945 г. перед обкомом стояла цель: увеличить долю выпускаемой в регионе промышленной продукции в общесоюзном производстве. Первое условие её достижения -- скорейшее восстановление довоенного уровня. К кощу 1948 г. показатели колебались в районе 89--92%Там же, д. 6519, л. 4--5; оп. 49, д. 342, л. 150--151.. Наметилась перспектива выхода на довоенные показатели к 1 ноября 1949 г.Там же, оп. 2, д. 6519, л. 4--5. Но внушительные темпы роста сопровождались осложнениями. В первую очередь они объяснялись невыполнением плана отдельными отраслями. Так, в декабре 1948 г. обком отметил неудовлетворительную работу судостроительных предприятий: «Они плохо справляются с заданиями по номенклатуре, систематически не выдерживают установленных сроков сдачи готовой продукции»Там же, оп. 73, д. 32, л. 37.. Оказались сорваны сроки выполнения кооперированных поставок для местного судостроения. Имели место неудачи в работе электротехнической промышленности. Завод «Электросила» в 1948 г. не выполнил план в номенклатурном исчисленииТам же, ф. 2071, оп. 3, д. 127, л. 43 об. и одновременно столкнулся с отказами потребителей от произведённых машин, требованиями их заменыТам же, ф. р-24, оп. 73, д. 35, л. 92, 97, 98.. Поступили 20 реклама0ий на бракованную продукцию и электродвигатели низкого качества со стороны угольной промышленности, ДнепроГЭСа и ВМФТам же, ф. 2071, оп. 3, д. 127, л. 45.. «Невский завод» вместо запланированной постройки семи турбин общей мощностью 34,5 тыс. кВт сумел изготовить только одну мощностью 1 тыс. кВт. Завод «Экономайзер» безнадёжно отставал в выпуске турбопитательных и турбо0иркулящонных насосов. К ноябрю 1948 г. он выполнил план по их производству на 22,2 и 0% соответственноТам же, ф. р-25, оп. 2, д. 6506, л. 40--41..