Особенности привлечения к частно-публичному уголовному преследованию лиц, совершивших преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности
Власова Светлана Владимировна
Аннотация
Специфика привлечения к уголовной ответственности субъектов предпринимательской деятельности наиболее ярко проявляется в особенностях возбуждения уголовных дел частно-публичного обвинения. Специфика частно-публичного порядка возбуждения уголовных дел в отношении данной категории подозреваемых проявляется в активной роли заявителя, которого можно считать субъектом обвинения (частного) им доказывания. Частно-обвинительная активность потерпевшего, который ставит вопрос о привлечении к уголовному преследованию субъекта предпринимательской деятельности проявляется в доказывании. Это доказывание проводится в форме предварительной проверки на стадии возбуждения уголовного дела. Технология доказывания по данной категории уголовных дел характеризуется формальным отсутствием оперативно-разыскной деятельности, которую заменяет внутреннее расследование, проводимое в коммерческой организации для изобличения виновника преступления. Сказываются на особенностях доказывания ограничения, накладываемые законом на изъятие средств производства предпринимателя при проведении следственных и иных проверочных действий.
Ключевые слова: частно-публичное обвинение, технология доказывания, предпринимательская деятельность, потерпевший, возбуждение уголовного дела, уголовное преследование
уголовная ответственность обвинение предпринимательский
Features of bringing to private-public criminal prosecution
of persons who have committed crimes in the field of entrepreneurial
and other economic activities
Svetlana V. Vlasova
Abstract
The specifics of bringing business entities to criminal responsibility is most clearly manifested in the peculiarities of initiating criminal cases of private-public prosecution. The specificity of the private-public procedure for initiating criminal cases in relation to this category of suspects is manifested in the active role of the applicant, who can be considered the subject of accusation (private) proof. The private accusatory activity of the victim, who raises the issue of bringing to criminal prosecution a business entity suspected of committing, is manifested in proving. This proof is carried out in the form of a preliminary check at the stage of initiating a criminal case. The technology of proof in this category of criminal cases is characterized by the formal absence of operational-search activity, which is replaced by an internal investigation conducted in a commercial organization to expose the perpetrator of the crime. The restrictions imposed by law on the seizure of the means of production of an entrepreneur during investigative and other verification actions affect the features of proving.
Keywords: private-public prosecution, technology of proof, entrepreneurial activity, victim, initiation of a criminal case, criminal prosecution
Порядок выдвижения обвинения по уголовным делам частно-публичного обвинения остается публичным -- следственным, поэтому вся «обвинительная специфика» уголовных дел данной категории сводится к особому порядку их возбуждения. Этот порядок можно охарактеризовать как особый -- частно-публичный -- порядок привлечения к уголовному преследованию. Особенность состоит в активном участии заявителя, которого можно считать частным фактическим обвинителем в установлении факта преступления, изобличении лица его совершившего.
Надо выделить особое значение стадии возбуждения уголовного дела и доследственной проверки в технологии формирования доказательств по делам данного вида обвинения. Здесь подтверждается тезис о том, что доказательная база может начать формироваться еще в стадии возбуждения уголовного дела [1, с. 379], который обосновывается в исследованиях, проведенных в Нижегородской академии МВД России, в том числе М. В. Муравьевым [2, с. 141--143], Д. И. Ураковым [3, с. 145; 4, с. 206--211], В. В. Уткиным [5, с. 137--139; 6, с. 114--117], Т. В. Хмельницкой [7, c. 58; 8, с. 137--143] и другими авторами.
Важнейшей отличительной чертой технологии доказывания по делам частно-публичного обвинения является полное отсутствие оперативно-разыскной деятельности (далее -- ОРД) как предварительного этапа получения доказательственной информации. ОРД по делам этой категории по определению не может быть, поскольку фактически презюмируется, что правоохранительные органы впервые ставятся в известность о признаках совершенного преступления самим заявителем-потерпевшим (хотя на практике, разумеется, бывает, что потерпевший обращается со своим заявлением по предложению сотрудника правоохранительного органа: следственного или органа, уполномоченного осуществлять ОРД).
В виду отсутствия оперативно-разыскного обеспечения на первое место в анализируемой уголовно-процессуальной технологии надо поставить активное участие в доказывании потерпевшего, который в ряде дел фактически превращается в субсидиарного обвинителя и субъекта доказывания.
Отметим некоторые особенности технологии доказывания по уголовному делу частного-пу- бличного обвинения, где сторонами выступают коммерческие организации.
Взаимодействие со службой безопасности банка коммерческой организации, пострадавшей от преступления, равно как и с контрольнонадзорными органами, выявившими признаки преступления экономической направленности, использование полученных ими материалов, изобличающих подозреваемого, входит в технологию доказывания по делам частно-публичного обвинения.
Представленные заявителем-инициатором уголовного преследования документы осматриваются следователем и приобщаются к уголовному делу. Изучение практики показывает, что обвинительными доказательствами, сформированными на основе результатов частного расследования, могут быть: заявление представителя потерпевшего, которое в ходе расследования приобретает форму показаний потерпевшего; материалы расследования, проведенного службой безопасности, которые после их приобщения и осмотра становятся вещественными доказательствами или иными документами; протоколы следственных действий, объектом которых стали документы, предметы, электронные носители информации, представленные потерпевшим; вещественные доказательства в виде вышеуказанных предметов и документов; заключения специалистов, полученные представителем потерпевшего в рамках адвокатского расследования; заключения различного вида судебных экспертиз, основанных на материалах служебного расследования и доказательствах, сформированных на их основе; показания представителя потерпевшего, показания свидетелей обвинения из числа сотрудников коммерческой организации, в том числе службы собственной (информационной) безопасности.
В первый (по значимости) блок доказательственной информации входят материалы служебного расследования. Службы безопасности банков, других коммерческих организаций, которые часто (когда им выгодно) достаточно интенсивно и эффективно сотрудничают с правоохранительными органами. Хотя в некоторых случаях, напротив, саботируют попытки органов предварительного расследования в раскрытии преступных фактов, то есть ограничивают публично-правовую активность [3, с. 130--134].
Д. И. Ураков указывает, что поводом для возбуждения уголовного дела частно-публичного обвинения может стать заявление Центрального банка Российской Федерации, Агентства по страхованию вкладов о выявленных в процессе проверки кредитной организации, проведения процедуры банкротства, фактов невозвращения кредитов, выданных по поддельным документам [3, с. 130]. Соответственно, в технологию доказывания входит приобщение материалов, полученных этими контрольно-надзорными инстанциями. Здесь прослеживается аналогия с технологией доказывания «публичного обвинения минус», о которой говорилось.
К примеру, изучение практики применения статьи 159.5 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее -- УК РФ) показало, что потерпевшие, заявившие о совершении преступления, достаточно часто оказывают значительную помощь органам следствия в раскрытии такого рода преступлений. Как было показано Д. И. Ураковым, эти и некоторые другие виды мошенничества, преследуемые в порядке частно-публичного обвинения, раскрываются службами безопасности коммерческих организаций. В частности, служба безопасности страховых организаций проводят собственное расследование подозрительных страховых случаев, а также иных проявлений недобросовестного поведения страхователя или лиц, выступающих посредниками страхователей. Поскольку сотрудники этих служб обладают специальными познаниями и опытом, налаживание сотрудничества с ними становится важным условием эффективности уголовного преследования мошенников в сфере страхования [3, с. 130--136]. Они (сотрудники) являются профессионалами своего дела и, как представляется, вполне могут выступать частными (субсидиарными) обвинителями в уголовном процессе и использовать для раскрытия преступлений арсенал частнодетективного расследования [3, с. 130--136]. Как пишет Д. И. Ураков, следователь после возбуждения уголовного дела выступает инициатором взаимодействия и обеспечивает допустимость информации, полученной службой безопасности коммерческой организации, в доказывании [16, c. 132].
На наш взгляд очень характерными являются примеры взаимодействия по уголовным делам № 11901450001000746 (СЧ по РОПД
СУ УВД по ЦАО ГУ МВД России по г. Москве, 2019 г.), № 11901600091000112 (ОРПнаТО ОП № 3 СУ УМВД России по г. Ростову-на-Дону, 2019), № 11901070068440164 (СЧ по РОПД СУ УМВД России по г. Ставрополю, 2019). Сотрудники служб безопасности страховых компаний активно содействовали следствию и предоставляли материалы внутренних расследований следователю.
Результаты «внутреннего расследования» частного обвинителя- заявителя были положены в основу как подозрения в совершении и других предпринимательских преступлений: как на стадии возбуждения уголовного дела, так и во время выдвижения обвинения органом предварительного следствия. В качестве примера можно привести уголовное дело № 560046, где материалы, приложенные к заявлению, по факту хищения денежных средств, принадлежащих ОАО «АКБ САРОВБИЗНЕСБАНК» (архив Нижегородского районного суда г. Н. Новгорода, 2017), где раскрываются признаки совершенного подозреваемым преступления.
Анализ ряда уголовных дел о преступлениях, предусмотренных статьей 159.5 УК РФ, совершенных в сфере предпринимательской деятельности (материалы уголовного дела № 11901450008000779, СЧ СУ УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве, 2019; материалы уголовного дела № 11901630046000443, СУ ОП № 1 в составе УМВД России по г. Саратову, 2019; материалы уголовного дела № 11901630046000442, СУ ОП № 1 в составе УМВД России по г. Саратову), также позволил выявить отмеченные особенности в виде квалифицированной и активной помощи со стороны потерпевшего по уголовному делу. В качестве примеров частного расследования, предопределившего формирование обвинительных доказательств по уголовным делам, можно привести целый ряд уголовных дел о совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 159.1 УК РФ, которые возбуждались по заявлению руководителей коммерческих организаций в отношении своих менеджеров (материалы уголовного дела № 11901410036000766, СО ОМВД России по Тосненскому району Ленинградской области, 2019; материалы уголовного дела № 11901400006001954 СУ УМВД России по Красногвардейскому району г. Санкт-Петербурга, 2019; материалы уголовного дела № 11901270013000057, СЧ СУ УМВД России по Калининградской области, 2019). Так, результаты расследования, проведенного службой безопасности, имеются в уголовном деле № 11901450004000450 (материалы уголовного дела № 11901450004000450, СЧ СУ УВД по ЮВАО ГУ МВД России по г. Москве, 2019).
Изучение следственно-судебной практики позволяет заключить, что доказательствами, подтверждающими обвинение по данным уголовным делам, являются документы, электронные носители информации, объяснения сотрудников коммерческой организации и пр. [3, c. 132].
Таким образом, участие потерпевшего в доказывании, фактически частного обвинителя по делам данного вида обвинения имеет значение, зачастую решающее: его результаты являются базой начала уголовно-процессуального преследования, из них формируются следственные доказательства. Значительной объем доказательственной информации предоставлялся коммерческой организацией, служба безопасности которой проводила внутреннее расследование.
Как показывает практика, по анализируемой намикатегорииуголовныхделвстадии возбуждения уголовного дела проводятся ревизии (материалы уголовного дела № 11701030003000146, архив Сочинского городского суда, 2018; материалы уголовного дела № 16190073, архив Славянского районного суда Краснодарского края, 2017; материалы уголовного дела № 60395, архив Оренбургского городского суда, 2018), документальные проверки (материалы уголовного дела № 11801530016000333, архив Оренбургского городского суда, 2018), назначаются судебно-бухгалтерские и другие экспертизы для проверки сведений, содержащихся в заявлении потерпевшего и установления признаков предпринимательского преступления против правомерного ведения бизнеса.
Ввиду предварительного характера доказывания на стадии возбуждения уголовного дела после возбуждения дела участниками процесса нередко заявляются ходатайства о проведении дополнительной (повторной) судебной экспертизы, ставится под сомнение заключение экспертизы, назначенной на стадии возбуждения дела и проведенной экспертами, штатными сотрудниками органов внутренних дел [9, с. 111]. В таком случае под сомнение ставится вся доказательная база, полученная как на стадии возбуждения уголовного дела, так и в ходе предварительного расследования. Особенно неприятно, когда заключение такой экспертизы оспаривается потерпевшим -- заявителем.
Вопрос о доказательственном значении результатов проверки остается открытым [10, с. 7--9]. Положение, содержащееся в статье 144 (ч. 1.2) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее -- УПК РФ), предусматривает использование полученных во время проверки сведений в доказывании, но при обязательном соблюдении требований статей 75, 89 УПК РФ к их проверке и оценке. Получается, что только в этом случае результаты доследственной проверки могут стать доказательствами -- так же, как и по делам публичного обвинения.
В полной мере выполнить данный стандарт допустимости можно только после возбуждения уголовного дела на стадии предварительного расследования, когда будут надлежащим образом оформлены процессуальные статусы потерпевшего, подозреваемого. Участники процесса могут поставить под сомнение их допустимость ввиду отсутствия четких правовых стандартов доказывания в стадии возбуждения уголовного дела. Этот момент отмечался в научной литературе [11] и подтвердился нами при изучении практики (представление прокурора г. Нижнего Новгорода от 21 декабря 2016 года «Об устранении нарушений закона, допускаемых сотрудниками отдела по расследованию преступлений на территории Автозаводского района Следственного управления МВД России по г. Нижнему Новгороду»), который негативно сказывается на эффективности данного вида уголовного преследования.