Гаагская конвенция 1955 года закрепляет коллизионную привязку в статье 3, согласно которой, если право не было определено сторонами, «продажа регулируется правом страны, являющейся местом постоянного проживания продавца в момент получения им заказа». Гаагская конвенция содержит несколько исключений из данного правила, в частности, договор регулируется правом страны покупателя, в случае если заказ продавцом был получен в стране покупателя, а в случае продажи товара на бирже или аукционе, договор регулируется правом страны, в которой расположена биржа или аукцион. Гаагская конвенция 1986 года значительно расширяет данный перечень исключений. Договор регулируется правом страны продавца, согласно Гаагской конвенции 1986 года, если в данной стране велись переговоры, в случае если на продавце лежит обязанность, согласно условиям договора, по доставке товара в страну покупателя, если договор заключен на условиях, главным образом определенных покупателем, и в ответ на приглашение, направленное этим покупателем другим лицам, участвующим в торгах (объявление о торгах).
Гаагская конвенция 1955 года, в отличие от Гаагской конвенции 1986 года, не содержала правило, согласно которому может быть избрано право, с которым договор имеет наиболее тесную связь. Так, пункт 3 статьи 8 устанавливает, что «в виде исключения, когда с учетом всех обстоятельств, например, деловых отношений между сторонами, договор имеет явно более тесную связь с другим правом … договор регулируется этим правом». Но в пункте 5 статьи 5 установлен запрет на использование коллизионной привязки наиболее тесной связи, в случае если это касается вопросов, подпадающих под регулирование Венской конвенции о международной купле-продаже товаров 1980 года.
Созданная ранее, но содержащая, на наш взгляд, более прогрессивные положения Римская конвенция о праве, применимом к договорным обязательствам 1980 года, вступила в силу 1 апреля 1991 года. Римская конвенция 1980 года является одним из самых удачных актов, призванных унифицировать вопрос применимого права, она оказала значительное влияние на развитие международного частного права по вопросу применимого права за пределами Европейского Союза, в том числе на многие положения раздела IV Гражданского кодекса Российской Федерации. Римская конвенция 1980 года является локальным нормативным актом, регламентирующим вопрос применимого права для стран Европейского Союза. Страны, присоединившиеся к Европейскому Союзу, должны были присоединиться и к Римской конвенции 1980 года. Положения конвенции были призваны заменить собой положения внутригосударственного права, но при этом положения национального права стран Европейского Союза до сих пор содержатся в национальных нормативных актах и содержат положения, противоречащие Римской конвенции 1980 года. Нормы Римской конвенции 1980 года, а в настоящее время Регламента ЕС от 17 июня 2008 года о праве, подлежащем применению к договорным обязательствам, применяются независимо от того, принадлежит ли сторона договора к странам участникам Европейского Союза, нет необходимости для применения положений конвенции регистрации одной из сторон в стране участнике. Для применения положений Римской конвенции 1980 года, Рим I необходимо соблюдение единственного условия - спор должен рассматриваться в стране - участнике Римской конвенции 1980 года, Рим I. Так, даже если при рассмотрении спора в стране - участнике Европейского союза между странами, не входящими в Европейский Союз, положения Римской конвенции 1980 года, Рим I будут применяться к отношениям сторон по договору, а именно к определению применимого права. Например, при рассмотрении спора между российской организацией и китайской организацией в суде Европейского Союза, то есть в любой стране Европейского союза, при определении вопроса о применимом праве суд будет руководствоваться положениями Рим I. Согласно статье 2 Римской конвенции 1980 года «в рамках настоящей Конвенции право применяется, даже если оно не является правом одного из Договаривающихся государств». Рим I в статье 2 устанавливает, что «право, указанное в настоящем Регламенте, применяется даже в том случае, если оно не является правом одного из государств-членов».
купля продажа договор правовой
Глава 2. Особенности ответственности сторон международной купли-продажи товаров
.1 Определение применимого права к отношениям сторон по договору международной купли-продажи товаров
Римская конвенция 1980 года закрепляет принцип автономии сторон в статье 3, в которой установлено, что «договор регулируется правом, избранным сторонами». В данной норме не содержится ограничений, включенных, например, в Гражданский кодекс Испании 1889 года, Вводный титул «О юридических нормах, их применении и действии» глава IV «Нормы международного частного права», статья 10 пункт 5: «К договорным обязательствам применяется закон, которому стороны прямо выраженным образом подчинились, если только он имеет какую-либо связь со сделкой, о которой идет речь». Испания вступила в Европейский Союз 1 января 1986 года, на тот момент Римская конвенция 1980 года уже существовала, но еще не применялась, но при создании норм Гражданского кодекса Испания закрепила нормы, отличные от Римской конвенции 1980 года. На примере Испании четко просматривается противоречие между единым нормативным актом Европейского Союза и внутринациональным законодательством. Но, как отмечалось ранее, Римская конвенция имеет преимущественную силу над внутринациональным законодательством стран Европейского Союза. Таким образом, исключив применение национального законодательства, Римская конвенция сделала нормы о применимом праве, содержащиеся во внутригосударственных нормативных актах, мертвыми.
Данными нормами можно руководствоваться, на наш взгляд, только в одном случае, если суд страны, не входящей в Европейский Союз, примет решение о применении коллизионных норм страны Европейского Союза, например, Испании, но при этом ни одна из сторон спора не будет относиться к странам Европейского Союза. Данная ситуация практически не возможна на практике, что делает нормы о выборе применимым правом внутригосударственного права стран Европейского Союза мертвыми нормами. Вслед за Римской конвенцией 1980 года Гражданский кодекс Российской Федерации не содержит ограничений автономии воли сторон.
Интересно новаторское положение, закрепленное в статье 2 Римской конвенции 1980 года: «Осуществляя выбор, стороны могут договориться о праве, применимом к договору в целом или его части». Гражданский кодекс Российской Федерации в пункте 4 статьи 1210 устанавливает аналогичное положение: «Стороны договора могут выбрать подлежащее применению право как для договора в целом, так и для отдельных его частей». Данная норма не применяется в российской судебной практике, и зачастую суды обходят данную норму, что значительно обедняет отношения сторон по договору, особенно если речь идет о смешанном договоре. Но говоря о расширении автономии воли сторон, необходимо учитывать, что Римская конвенция допускает установление судом применимым различное право к частям договора, так в статье 4 закреплено, что в случае если право не было избрано сторонами «если же какая-либо часть договора имеет наиболее тесную связь с другой страной, такая часть договора может в виде исключения регулироваться правом этой другой страны».
Гражданский кодекс Российской Федерации, напротив, относит данную норму именно к автономии воли сторон, а не к органу, уполномоченному разрешать спор. Таким образом, судебный орган не уполномочен расширять объем применимого к договору права, он обязан избрать одну правовую систему, призванную регулировать договор в целом. На наш взгляд, подчинение договора нескольким правовым системам является оправданным в современной торговой практике, хоть и усложняет взаимоотношения сторон, требуя от них профессионализма, а также усложняет процедуру рассмотрения спора в суде. Стороны внешнеэкономических отношений стремятся заключить один договор, призванный урегулировать их отношения, поскольку существование даже нескольких договоров, регулирующих взаимоотношения сторон, приводит к усложнению взаимодействия сторон, а также к дополнительным финансовым затратам. В частности, если говорить о российской правовой действительности, при заключении смешанного договора российская организация может избежать открытия нескольких паспортов сделки и, как следствие, лишних финансовых и трудовых затрат. Также, если говорить с правовой точки зрения, существование единого договора, регулирующего сложные взаимоотношения сторон, позволяет изначально при заключении договора установить все взаимосвязи и взаимопересечения различных отношений сторон, например по поставке оборудования, подряду по установке данного оборудования, услуг по сопровождению работы оборудования, а также передачу исключительных прав, технологию, используемую при эксплуатации данного оборудования. На наш взгляд, только закрепление отношений сторон по всем этим вопросам в одном документе позволит наиболее четко и результативно урегулировать их отношения по исполнению договора.
июня 2008 года был принят Регламент Европейского Союза № 593/2008 Европейского Парламента и Совета о праве, подлежащий применению к договорным обязательства (РИМ I). Данный регламент заменил Римскую конвенцию 1980 года, которая утратила силу и применяется только в Дании. Впервые необходимость пересмотра Римской конвенции 1980 года была обозначена на официальном уровне в «Венском плане действий» Совета и Комиссии Сообщества от 3 декабря 1998 года. Необходимость совершенствования Римской конвенции 1980 года проистекала из проекта Европейской академии права в г. Триере по созданию базы данных о практике применения Римской конвенции судами ее участников. Первый проект изменений был подготовлен Европейской группой по международному частному праву в 2002 году. Спустя пять лет после выхода «Венского плана действий», Комиссия сообщества подвела первые итоги, опубликовав, так называемую Зеленую книгу «О превращении Римской конвенции 1980 года в инструмент Сообщества и ее актуализации». Были подняты многие проблемные вопросы применения Римской конвенции 1980 года, в частности критике подвергались положения Римской конвенции о выборе права при отсутствии соглашения сторон о выборе права. В частности, критике подверглось положение пункта 5 статьи 4, позволяющее исключить применение правило характерного исполнения в случае, «если из обстоятельств дела в целом явствует, что договор имеет наиболее тесную связь с иной страной». На практике данное положение, призванное обеспечить регулирование договора правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, даже если это не является правом стороны, осуществляющей характерное исполнение, подвергалось расширенному толкованию. Складывалась ситуации «обхода закона», к договору применялось право, которое позволяло исключить применение права, с которым договор наиболее тесно связан.
В то же время относительно автономии воли сторон в выборе применимого права Рим I практически полностью дублирует положения Римской конвенции 1980 года, именно поэтому выше мы анализировали связь Римской конвенции 1980 года, которая стала образцом для IV Гражданского кодекса Российской Федерации. Все положения сравнения преимуществ и недостатков Римской конвенции 1980 года и Гражданского кодекса Российской Федерации применимы и к сравнению Рим I и Гражданского кодекса Российской Федерации. В то же время Рим I содержит положения относительно автономии воли сторон, которое является новаторским и для Гражданского кодекса Российской Федерации и для Римской конвенции 1980 года. Так, в водной части к Рим I установлено, что «настоящий Регламент не запрещает сторонам включать посредством отсылки в свой договор негосударственное право или международное соглашение». Под негосударственным правом имеются в виду, в частности, акты международных, межправительственных и неправительственных организаций, в том числе акты, не имеющие обязательной силы, - субправовые.
Новый Регламент отказался от трехступенчатой системы определения применимого права, установленной Римской конвенцией 1980 года, статья 5 конвенции предлагала сначала определять право, основываясь на принципе тесной связи (первое правило), который конкретизировался при помощи принципа характерного исполнения по договору (второе правило), третий принцип позволял исключить применение второго, устанавливал, что если из обстоятельств дела следует, что договор наиболее тесно связан с иной правовой системой, то возможно исключить применение второго правила. Как уже отмечалось ранее, Рим I в основу определения применимого права положил принцип характерного исполнения, а также указал, какая сторона по наиболее распространенным договорам осуществляет характерное исполнение. Принцип тесной связи теперь подлежит применению только в том случае, если определяется право для договоров, не вошедших в список, указанный в пункте 1 статьи 4 Рим I.
Согласно Римской конвенции 1980 года принцип характерного исполнения был призван конкретизировать принцип тесной связи. Рим I, напротив, подчеркивает самостоятельность данных принципов. Согласно пункту 2 статьи 4 Рим I принцип характерного исполнения ложится в основу определения применимого права, а принцип тесной связи используется только в том случае, если невозможно определить применимое право на основании принципа характерного исполнения (пункт 4 статьи 5 Рим I).
Таким образом, Рим I ввел новые правила определения применимого права при отсутствии выбора сторон, отличные от Римской конвенции 1980 года, но которые схожи с принципами Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1211). В то же время Гражданский кодекс отдает предпочтение принципу тесной связи, а не принципу характерного исполнения, в чем выражается влияние Римской конвенции 1980 года.
В то же время необходимо отметить, что Рим I является примером региональной унификации, в статье 25 установлено, что «настоящий Регламент не затрагивает действие международных конвенций, сторонами которых является одно или несколько государств - членов в момент принятия настоящего Регламента и которые регулируют конфликты законов в сфере договорных обязательств». Таким образом, согласно данному положению, правила Гаагской конвенции 1955 года имеют преимущественную силу, и суд должен руководствоваться именно положениями Гаагской конвенции 1955 года при рассмотрении спора из договора купли-продажи, одна из сторон которого является Участником Гаагской конвенции 1955 года.
В то же время Рим I в пункте 2 статьи 25 устанавливает исключение, согласно которому положения Регламента имеют преимущественную силу над любыми международными соглашениями, заключенными исключительно между двумя или несколькими из них, в той мере, в какой такие соглашения затрагивают вопросы, регулируемые Регламентом. Тем самым Рим I допускает возможность развития международной унификации в масштабах больших, нежели Европейский союз, но в то же время не допускает существования локальных соглашений в рамках Европейского Союза по вопросу применимого права. На наш взгляд, данные положения являются весьма оправданными, ведь одной из целей принятия Регламента является «содействие взаимной совместимости правил, подлежащих применению в государствах - членах в области конфликта законов и юрисдикции» согласно пункту b статьи 65 Договора об учреждении Европейского сообщества.
В то же время положения Гаагской конвенции 1955 года и Регламента, на наш взгляд, не могут применяться в рамках одного государства, поскольку статья 6 Гаагской конвенции 1955 года устанавливает, что «договаривающиеся государства соглашаются включить положения статей 1-6 настоящей Конвенции во внутреннее право своих стран». Рим I также закрепляет в статье 29, что «настоящий Регламент является обязательным в полном объеме и подлежит прямому применению в государствах-членах в соответствии с Договором об учреждении Европейского сообщества». Таким образом, поскольку положения Гаагской конвенции 1955 года не совпадают с положениями Рим I, то невозможно одновременное участие государств в обоих данных актах, данные акты взаимоисключают друг друга. На наш взгляд, и до того не имеющая большого распространения Гаагская конвенция 1955 года в связи с принятием Римской конвенции 1980 года, а в настоящий момент Рим I, стала мертвым документом. Говоря о Гаагской конвенции 1986 года необходимо отметить, что ее существование параллельно с Рим I возможно. Данная конвенция не содержит положений, обязывающих государства, присоединившиеся к конвенции, привести национальное законодательство в соответствие с конвенцией.
Статья 22 Гаагской конвенции закрепляет, что «настоящая Конвенция не затрагивает действие любой другой конвенции или иного международного соглашения, которое было или будет заключено и которое содержит положения, определяющие право, применимое к договорам купли-продажи, при условии, что такой документ применяется лишь в том случае, когда продавец и покупатель имеют свои коммерческие предприятия в государствах - участниках этого документа». Таким образом, Гаагская конвенция 1986 года устанавливает соотношение ее положений с иными международными актами. Но в то же время необходимо отметить, что Рим I применяется даже в том случае, когда не является правом одного из государств - членов. Как уже отмечалось, для применения данного регламента достаточно, чтобы суд находился в одном из государств - членов. В настоящее время Гаагская конвенция 1986 года не применяется, но, на наш взгляд, если она когда-нибудь вступит в силу, ее применение не будет иметь широкого распространения, поскольку по вопросу применимого права региональная унификация уже давно вытеснила глобальную и для преодоления всех вышеизложенных проблем необходим качественно новый международный акт.