Понятие и признаки соучастия в преступлении
Торебек А.Т.
Кокшетауский университет им. А.Мырзахметова
А?датпа
Ма?алада ?ылмысты? ???ы?та ?атысу туралы о?уды? жеке т?р?ылары ?аралады.
Annotation
In article separate aspects of the doctrine about partnership in criminal law are considered.
Вся история уголовного права Республики Казахстан свидетельствует о том, что соучастие в преступлении, рассматривается, как опасная форма совершения преступных деяний.
Соучастие в преступлении является особой формой преступной деятельности, когда несколько лиц объединяют свои усилия для достижения общественно опасного результата. Такое объединение лиц при прочих равных условиях свидетельствует, как правило, о более высокой степени опасности действий по сравнению с действиями одного лица. Более высокая степень опасности определяется тем, что в условиях преступной совместной деятельности возможно причинение более серьезного ущерба.
Взаимная поддержка соучастников позволяет им использовать более изощренные способы совершения преступления и облегчает сокрытие совершенного общественно опасного деяния [1, с.23].
По уголовному законодательству соучастием в преступление признается "умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления" (ст. 27 УК). В этой законодательной формуле, следуя принятому в теории уголовного права методу разделения объективного и субъективного, выделяются две группы признаков: а) объективные и б) субъективные.
Соучастие, прежде всего, предполагает участие нескольких (одного или более) лиц в совершении преступления. При этом необходимо иметь в виду, что эти лица должны обладать признаками субъекта преступления: возрастом (ст. 15) и вменяемостью (ст. 16 УК). В теории уголовного права, делая акцент на количественной характеристике этого признака, его относят традиционно к числу объективных признаков соучастия в преступлении.
Другим объективным признаком соучастия является "совместность участия" двух или более лиц в совершении преступления.
С позиций уголовного закона, участие лица в преступлении может означать только образ преступного поведения, выражающегося в двух его внешних, то есть объективирующихся вовне, формах (действии или бездействии). В то же время и совместность участия в теории уголовного права обоснованно рассматривается в качестве своеобразного причиняющего фактора. Этими моментами объясняется, почему деяние лица, причинная связь и последствие в рамках учения о составе преступления относятся к его объективной стороне, несмотря на присутствие в деянии лица субъективных признаков осознанности, и волимости.
Однако эти и другие особенности поведения соучастников преступления не препятствуют рассмотрению признака "совместности участия" целиком в плоскости объективной, то есть как объективного признака соучастия. Поэтому представляется излишними существующие в теории уголовного права споры относительно объективной или субъективной природы этого признака, а вводимые при этом в терминологический оборот такие понятия и выражения, как "определенная психическая общность", предполагающая "знание о присоединяющейся деятельности других лиц и стремление достигнуть определенного результата путем объединения целей", "умышленная координация опасных действий двух или более лиц" оправданны лишь в той мере, в какой они отражают особенности сознания и воли в деянии соучастника. Вместе с тем они ведут к смешению объективных и субъективных признаков соучастия в преступлении и поэтому методологически совсем неоправданны.
Совместным является не только объективным, но и субъективным признаком соучастия. Совместность участия в преступлении выражается прежде всего в том, что действия каждого участника, взятые в отдельности, являются необходимым условием совершения действий другими участниками преступления и существенно способствуют достижению единого общественно-опасного результата. При этом характер участия в преступлении отдельных лиц может быть различным.
Так один из участников непосредственно выполняет действия, описанные в диспозиции соответствующей статьи Особенной части УК, другой - склоняет к совершению преступления, третий - содействует совершению преступления советами, указаниями, предоставлением средств и т.д., четвертый - организует преступную деятельность этих лиц.
Внешним выражением совместности действий соучастников является причинная связь между действиями каждого соучастника и общественно опасным результатом - необходимое условие ответственности за этот результат. Причинная связь служит объективной границей, которой ограничиваются пределы ответственности за соучастие [2, с.77].
С точки зрения языковой логики, соучастие - это участие в каком-то совместном деле, в чем-то, что представляет собой общее творение нескольких лиц. Специфическими особенностями этого общего творения является то, что оно представляет собой умышленное действие, в котором все участники объединены единым намерением на его совершение. При этом в законе подчеркивается не только умышленность участвующего, но и тот факт, что само преступное деяние должно быть умышленным.
Это должно означать, что в неосторожном преступлении, если оно совершается несколькими лицами, каждый человек действует самостоятельно и действия всех не образуют соучастия.
Этого правила всегда придерживалась судебная практика, хотя в теории высказывались мнения, что соучастие возможно и в неосторожных преступлениях. То обстоятельство, что неосторожное преступление может быть совершено несколькими лицами общеизвестно, но это не образует того единства действий и намерений участников, которое необходимо для соучастия. В рамках приведенной выше законодательной формулы соучастия можно сказать, что соучастие в преступлении есть совместные умышленные действия, представляющие собой совершение одного и того же преступления с разделением или без разделения ролей.
Соучастие предполагает, что все соучастники преступления - вменяемые лица. Если кто-то вложил в руки сумасшедшего нож или пистолет и использовал его в целях убийства, то он не выступает как подстрекатель или пособник, а исключительно как исполнитель. В равной мере немыслимо соучастие, если одно из действующих лиц действует под влиянием непреодолимой силы или физического принуждения. В этом случае исполнителем является тоже принуждающий, если, разумеется, это принуждение исключало всякую возможность для принуждаемого действовать по собственной воле.
В этом случае налицо, т.н. "посредственное причинение". В подавляющем большинстве случаев соучастие представляет собой активные действия организатора, подстрекателя и пособника. Путем бездействия оно может быть осуществлено лишь при наличии предшествующего соглашения, которое состоялось до начала преступления или в момент его.
Такое соучастие в большинстве случаев возможно при умышленном бездействии должностного лица, обязанного в силу своего служебного положения предпринимать все меры для предотвращения преступления, и которое по соглашению с другими соучастниками таких мер не принимает.
С точки зрения Б.В. Здравомыслова: «в теории уголовного права выделяется также третий объективный признак соучастия: участие двух или более лиц в совершении «одного и того же преступления». Параметрам (признаками) единства преступления называются: единство объекта преступления, единство формы вины, единство посягательства в его первооснове [3,с.123].
В рамках анализа объективной стороны соучастия следует иметь в виду, что для соучастников не требуется совпадения признаков места, времени и способа действий и иных факультативных обстоятельств: для каждого субъекта они могут быть различными.
Однако тремя названными признаками не исчерпывается содержание понятия «соучастие в преступлении». Не менее важное значение для отграничения этой формы проявления преступного поведения от смежных форм индивидуально совершаемых преступлений имеют субъективные признаки соучастия в преступлении.
С субъективной стороны соучастие характеризуется умышленной виной всех участников преступления: каждый субъект сознает общественно опасный характер собственного деяния и действий других соучастников (хотя бы одного), предвидит общественно опасные последствия, желает или сознательно допускает их наступления.
Таким образом, соучастие в неосторожных преступлениях по уголовному праву невозможно. Потому причинение вредных последствий вследствие неумышленных совместных действий нескольких лиц образует так называемое «неосторожное сопричинение вреда», которое не относится к соучастию [4, с.10].
Субъективная сторона соучастия предполагает не только наличие умышленной вины всех соучастников в отношении совершенного преступления, но и на взаимную осведомленность в том, что их желаемые совместные действия направлены на достижение общего преступного результата. Соучастие также предполагает осведомленность исполнителей о деятельности других соучастников (хотя бы одного - подстрекателя, пособника), содействующих совершению преступления. При этом субъективная связь между подстрекателями и пособниками не является обязательным признаком соучастия: они могут не знать друг друга, взаимодействуя только с исполнителем преступления, что не влияет на квалификацию их действий.
В большинстве случаев соучастники преступления действуют с прямым умыслом. Однако, по мнению Л.В. Иногамовой - Хегай: возможен косвенный умысел: совершая преступление в соучастии, лицо сознает общественно опасный характер как своего деяния, так и действий других соучастников (хотя бы одного из них), предвидит их общественно опасные последствия (интеллектуальный момент умысла), желает или сознательно допускает их наступления (волевой момент умысла). Данная позиция вытекает из законодательного определения соучастия: подчеркивая умышленный характер действий соучастников, ст. 27 УК РК не ограничивает их определенным видом умысла, допуская тем самым оба его вида [5, с.43]. Пожалуй стоит согласиться с этим мнением, ведь действительно, соучастники совместно совершая общественно опасное деяние с целью достижения определенного результата, в конкретных случаях могут не желать другого, побочного вредного последствия, но при этом сознавать возможность его наступления и безразлично относиться к нему.
При умышленной форме вине цели и мотивы действий соучастников могут и не совпадать. Решающее значение имеют не мотивы соучастников, а сознание ими того, что совместные усилия направлены на совершение одного преступления, а также их желание или сознательное допущение наступления преступного результата.
Таким образом, в понятие "соучастие в преступлении" находит отражение и закрепляется в уголовном законе специфическая преступная деятельность, что преодолевает особенности квалификации содеянного и пределы ответственности соучастников в отличие от случаев индивидуально совершаемых преступлений.
Из определения соучастия вытекает, что оно невозможно при наличии односторонней субъективной связи, когда один из соучастников осознает факт совместного участия в преступлении, а другой или другие - нет. Поэтому, если кто-то втайне от другого лица оказывает ему помощь в совершении конкретного преступления, то оно не может считаться совершенным в соучастии. В этом случае отсутствует совместность действий нескольких лиц, которая означает не просто объединение их причинной связью (объективно), но, что более важно - единым умыслом (субъективно). При этом умышленное использование для совершения преступления одним лицом другого (о чем последний не догадывается) образует для первого посредственное исполнение преступления.
Из требования причинной связи при соучастии вытекают следующие правила и ограничения.
Во-первых, само соглашение о соучастии в преступлении мыслимо только до момента совершения преступления, или как присоединяющаяся деятельность во все время преступления, но всегда до наступления преступного результата.
Эта идея проводится в большинстве УК европейских стран, и ее сформулировал в своих решениях 7 Международный Конгресс по Уголовному праву в 1957 году [6, с.8].
Во-вторых, требуется, чтобы соучастник чем-либо активно способствовал преступлению.
Большинство теоретиков признают возможность причинной связи и при бездействии (т.н. "смешанном бездействии"). Подобное бездействие может вызвать преступный результат, и тогда нет оснований считать, что оно не является его причиной.
В третьих, особенностью причинной связи при соучастии является то, что деятельность соучастника всегда и причинно связана с интеллектуально-волевой деятельностью исполнителя и через это - с его деянием и его результатом. Иными словами воля и сознание исполнителя, в формировании которых принимали участие подстрекатель и пособник, впитывает в себя деятельность последних, но созревание решимости совершить преступление, так же как и ее укрепление есть внутренний процесс, происходящий лишь в сознании исполнителя.