Статья: Посмотрите на вазу: как языковые маркеры влияют на глазодвигательную активность (на материале жанра экскурсии)

Тест Моучли показал, что допущение о сферичности было нарушено (²(5) = 12,71, p = ,026), поэтому мы использовали поправку Гринхауса - Гэйс- сера [11. С. 461].

Статистический анализ данных проводился в IBM SPSS ver. 23.

Результаты

Описательные статистики времени-до-цели для каждой категории представлены в табл. 1.

Т а б л и ц а 1

Описательные статистики времени-до-цели для отдельных семантических категорий маркеров, используемых адресантом

Однофакторный дисперсионный анализ с повторяющимися измерениями

Результаты однофакторного дисперсионного анализа с поправкой Гринхауса - Гэйсера показали, что время-до-цели значимо отличалось для разных категорий маркера (Т(2,259, 65,52) = 111,95, р< ,05). Апостериорный тест с использованием поправки Бонфер-рони показал, что время-до-цели значимо отличалось для всех категорий (р < ,05), кроме локативных и ви зуально-локативных маркеров (р = ,109). Наименьшее время-до-цели (в миллисекундах) показала категория локативных и визуально-локативных маркеров (М = 879,56, 8Б = 279,46; М = 1 178,46, 8Б = 613,57 соответственно). Наибольшее время-до-цели показала категория нулевых маркеров (М = 3 295,83, 8Б = 727,63). Среднее время-до-цели для указательной категории составило 1 875,93 мс (8Б = 477,26). Распределение среднего времени-до-цели показано на рис. 1.

Обсуждение

Маркеры были разделены на категории на основании различий в семантике, в частности по наличию или отсутствию компонента в семантике. Было выделено четыре категории маркеров: локативная, содержащая отсылку к местоположению объекта в визуальном поле; визуально-локативная, где к локативному компоненту добавлялся показатель необходимости визуальной активности; указательная, указывающая на тот объект, о котором идет речь; нулевая, только номинирующая объект, не указывающая на него или

его местонахождение и не апеллирующая к визуальной активности. Наши данные показывают связь между произнесенным текстом и движениями глаз: время до первой фиксации адресата на объекте изменяется в зависимости от категории маркера, использованного адресатом. Время-до-цели при использовании нулевого маркера было значимо больше времени- до-цели для других типов маркера. Возможным объяснением этого может являться тот факт, что нулевые маркеры не содержат прямого указания на необходимость визуальной активности (фокусировки на объекте) и локализацию необходимого объекта, что выражается в большем времени-до-цели. Локативная и визуально-локативная категории маркера показали наименьшее время-до-цели. Отметим, что жест присутствовал во всех пробах, взятых в анализ, и в какой- то степени компенсировал отсутствие указания на объект. Однако разница во времени-до-цели проявилась и при контроле влияния жеста, что косвенно свидетельствует в пользу влияния категории маркера, а не характеристик жеста, на время-до-цели.

Визуально-локативные маркеры не отличались статистически значимо от других типов по времени- до-цели, несмотря на наличие как визуального, так и локативного компонентов. Возможным объяснением отсутствия значимости может быть избыточность апелляции к визуальной активности при наличии жеста, что стало причиной отсутствия значимых статистических отличий между нулевой и визуально-локативной категориями. Необходимо реплицировать этот эффект для того, чтобы делать какие-либо выводы.

К ограничениям для выводов текущего исследования можно отнести несколько факторов:

- вариабельность текстов экскурсий;

- присутствие жестов, которые могли повлиять на время-до-цели;

- использование мобильного айтрекера, позволявшего участнику совершать движения головой.

Исследование 2

Введение

В данном исследовании мы хотели реплицировать результаты, полученные в первом исследовании. Однако, учитывая ограничения первого исследования, мы решили перенести эксперимент в лабораторные условия. Мы стремились приблизить ситуацию взаимодействия экскурсовода и экскурсанта к реальной жизни и поэтому решили исследовать взаимодействие глазодвигательной активности и речевого маркера именно в актуально произнесенном тексте, а не в изолированном высказывании. Одновременно с этим мы стремились ограничить посторонние влияния на поведение участника, указанные в ограничениях прошлого эксперимента. Во-первых, в данном исследовании был использован стационарный айтрекер вместо мобильного, что позволило одновременно убрать факторы жестов экскурсовода и движений головы экскурсанта. Во-вторых, в исследовании использовался один фиксированный текст экскурсии, в котором менялись только маркеры указания на объект. Более того, на данном этапе было принято решение сфокусироваться только на одном «эталонном» маркере из семантической группы. Эталонный маркер для каждой группы был отобран путем обращения к частотным словарям и экспертной оценке (см. секцию «Материалы»). Это позволило повысить статистическую мощность, поскольку вариабельность внутри группы стимулов отсутствовала и потенциальным фактором, снижающим мощность, оставалась только индивидуальная вариабельность участников исследования [13]. В тексте было представлено 5 разных категорий маркера, т.е. один человек слышал один маркер из категории. Это предъявило определенные требования к количеству участников, необходимых для получения той же статистической мощности, что и в первом исследовании. 0*Роццг калькулятор [14.С. 175-191] показал, что для получения в однофакторном дисперсионном анализе такого же размера эффекта, что и в первом эксперименте, будет необходимо 40 человек, и у каждого из них будет по одной реакции на стимул каждой категории.

Таким образом, мы хотели проверить, сохранится ли паттерн, наблюдаемый в первом исследовании (увеличение времени-до-цели при использовании нулевого стимула или сокращение его при использовании визуально-локативного стимула), во втором эксперименте.

Как отмечалось выше, визуально-локативные маркеры не отличались значимо от маркеров других групп. Однако мы считаем, что маркеры этой категории должны были иметь наименьшее время-до-цели ввиду наличия как локативного компонента, упрощающего нахождение объекта интереса в визуальном поле, так и визуального, указывающего на необходимость визуальной активности. Чтобы уменьшить вариабельность внутри категории, было принято решение тщательнее подойти к семантическому анализу стимулов категории. Мы обнаружили, что данную категорию можно разделить на две: визуальнолокативную и «визуально-императивную», ввиду различий в семантике. Типологизирование с использованием обновленного критерия привело к выделению пяти групп: визуальной («посмотрите» + номинация объекта), локативной («здесь» + номинация объекта), визуально-локативной («посмотрите здесь» + номинация объекта), указательной («это» + номинация) и нулевой (только номинация объекта показа).

Также мы хотели проверить, сохранится ли паттерн, наблюдаемый в первом исследовании, при применении другого показателя. В качестве этого показателя было использовано время, потраченное на осмотр объекта.

Таким образом исследование имело три основных гипотезы:

Гипотеза 1: Эффективность управления вниманием, манифестированная во времени-до-цели, изменяется в зависимости от категории маркера (репликация исследования 1).

Гипотеза 2: Визуально-локативные маркеры имеют меньшее время-до-цели, чем маркеры остальных категорий.

Гипотеза 3: Эффективность управления вниманием, манифестированная в количестве времени, затраченном на осмотр объекта, изменяется в зависимости от категории маркера.

Методы

Участники. 42 человека (возраст, M= 21,5, SD= 2,2; 28 женщин) приняли участие в исследовании. Все участники заполнили информированное согласие. Все участники обладали хорошим зрением, не имели травм головы и получили подарочный сертификат в кофейню за участие.

Процедура. Участники заходили в комнату по одному и заполняли форму информированного согласия. Затем участник садился на стул в 60 см от айтре-кера и надевал наушники. После этого запускался эксперимент, в начале которого человек должен был прочитать инструкцию, указать свой пол, возраст и род занятий, а затем пройти процедуру калибровки айтрекера. В качестве стандарта калибровки было принято отклонение не более 0,5° по осям Х и У. Среднее отклонение для настоящего исследования составило 0,45 и 0,41 для X и Yсоответственно. После этого начиналась основная часть эксперимента, в ходе которой участнику предъявлялся снимок витрины, сделанный в Музее книги Научной библиотеки ТГУ. На витрине было расположено 10 объектов разного размера (см. прил. 1). Одновременно с этим участник слушал текст, записанный на аудио. После прослушивания текста участник должен был ответить на несколько вопросов о содержании экскурсии.

Оборудование. Бинокулярная запись движений глаз происходила с помощью стационарного айтреке-раSMIRED500 (https://www.smivision.com/) cчастотой регистрации 500 Гц.

Обработка данных. Осуществление эксперимента и обработка данных производились с помощью штатного программного обеспечения айтрекера: ExperimentCenter3.7 и BeGaze3.7.

Этические основания. Исследование было одобрено этическим комитетом междисциплинарных исследований Томского государственного университета.

Материалы. В этом эксперименте текст был одинаков для всех участников (см. прил. 2). В качестве стимулов использовались эталонные слова для каждой из 5 категорий маркеров. Маркеры были отобраны с помощью экспертной оценки и словарей частотности. Так, в качестве эталонного маркера визуальной категории (1) с помощью экспертной оценки было выбрано словосочетание «посмотрите на» как самое часто встречающееся в рамках экскурсионной коммуникации. Для сравнения, в Национальном корпусе русского языка (НКРЯ) [15] частотность для лексемы «видеть» составляет 818,2 ipm, а для «посмотреть» - 314,2 ipm. Более того, единица «видит», как правило, используется в вопросительных конструкциях (например, «видите, книга?»). В эксперименте мы хотели избавиться от лишних наслоений (вопроса) и решили выбрать лексему «посмотрите». В качестве эталонной единицы для локативных маркеров (3) мы использовали лексему «здесь». Лексема имеет одинаковую встречаемость с лексемой «тут»: ~ 10 000 ipmпо НКРЯ. Ю.Д. Апресян [16.С. 9-41] отмечает, что лексема «здесь» имеет пространственное употребление в 88% процентов случаев. Опираясь на вышесказанное, в качестве визуально-локативного маркера (2) мы использовали словосочетание «посмотрите здесь», комбинацию из первых двух маркеров. Нулевым маркером (4) считалось отсутствие какого-либо значимого маркера, указывающего на расположение объекта или необходимость визуальной активности. Автор- экскурсовод текста лишь номинировал объект интереса. В качестве указательного маркера (5) использовалась лексема «это» как наиболее частотная (5 707,8 ipm) в сравнении, например, с лексемой «вот», также выполняющей дейктическую функцию (1 785,1 ipm) по НКРЯ.

Для компенсации эффектов «первой встречи» маркера в тексте (разницы во времени-до-цели для первого маркера в тексте и для последнего), разного размера объектов, количества слов между маркерами разных категорий и начальных звуков лексемы [17.C. 460-482], обозначающей этот объект, порядок маркеров в тексте был псевдорандомизован: мы использовали пять разных последовательностей маркеров: 12 345, 23 451, 34 512, 45 123, 51 234 (см. выше). Например, в качестве первого маркера в тексте для первого участника был использован визуальный маркер, за которым шел визуально-локативный, в то время как для второго участника визуальнолокативный маркер был первым, за ним следовал локативный и т. д. Текст экскурсии был записан на диктофон таким образом, чтобы вместо слов «Маркер», выделенных жирных шрифтом в Приложении 2, можно было подставить любое слово-маркер, например «посмотрите здесь», не перезаписывая остальной текст.

Статистика. Для проверки первой и второй гипотез был использован однофакторный дисперсионный анализ с повторяющимися измерениями (RepeatedmeasuresANOVA), где время-до-цели было использовано в качестве зависимой переменной, а категория маркера - в качестве независимой. Для проверки третьей гипотезы в качестве зависимой переменной использовалось время осмотра.

Время-до-цели считалось как время от начала фонации слова, номинирующего объект будущей фиксации, до первой фиксации на объекте. Ввиду того, что экспериментальные исследования последовательно демонстрируют, что движения глаз, происходящие при посредничестве речи (language- mediatedeye-movements), как правило, начинаются спустя 200 мс после начала фонации стимула-слова (см. [9.С. 151-171] для обсуждения), время-до-цели, меньшее 200 мс, было удалено как противоречащее теоретическим выкладкам до усреднения внутри участника. Одна реакция была удалена для девятнадцатого участника (+/- 3,29 SD). После этого распределение времени-до-цели внутри категорий маркера для всех участников стало соответствовать критерию нормальности. Тест Моучли показал, что допущение о сферичности было нарушено для време- ни-до-цели (х²(9) = 54,73, p= ,001), поэтому мы использовали поправку Гринхауса - Гэйссера [11. С. 461].

Время осмотра считалось как совокупное время фиксации на объекте. Среднее количество возвратов составило 3,23 (8Б = 1,11). Корреляция между временем осмотра и количеством возвратов была не значима (р = ,442), параметр «количество осмотров» не был включен в модель. Тест Моучли показал, что допущение о сферичности было нарушено для времени осмотра (х²(9) = 67,51, р = ,001), поэтому мы использовали поправку Гринхауса - Гэйссера [11. С. 461].

Корреляционный анализ показал, что время осмотра отрицательно коррелировало со временем-до- цели, r(210) = -198, p = ,004.

Статистический анализ данных проводился в IBM SPSS ver. 23.

Результаты

Время-до-цели. Описательные статистики представлены в табл. 2.

Т а б л и ц а 2

Описательные статистики «время-до-цели» для отдельных семантических категорий маркеров, используемых адресантом