В начале XX в. под воздействием политико-правовых и социально-экономических преобразований принимается Уголовное уложение 1903 г., определяющее в ст. 1 «преступное деяние» как деяние, воспрещённое во время его учинения законом под страхом наказания. Признание совершенного деяния преступным предусматривало назначение восьми видов наказания, к числу которых относили денежную пеню; арест; заключение в исправительном доме, тюрьме или крепости; ссылку на поселение и каторгу; смертную казнь. С учётом разграничения преступных деяний на три категории регламентации подлежали: 1) «тяжкие преступления», за которые предусматривалось назначение смертной казни, каторги или ссылки на поселение; 2) «преступления», к которым стали относить преступные деяния, совершение которых влекло назначение наказания в виде заключения в исправительном доме, крепости или тюрьме; 3) «проступки», представляющие собой преступные деяния, наказываемые арестом или денежной пеней. Таким образом, определение понятия преступления в российском законодательстве XIX - начала XX в. содержало два образующих его признака - формальный и материальный. Формальный признак заключался в противоправности деяния, материальный признак - в общественной его опасности.
Развитие уголовно-правовой доктрины в области регламентации преступления как уголовно-правовой категории связано с трудами известного итальянского учёного Ч. Бекка- риа (1738-1894), который под истинным мерилом преступления понимал «принесённый» им вред [3, с. 226]. Французский учёный Жозеф Л.-Э. Ортолан (1802-1873) считал, что преступлением следует считать деяние, являющееся любым нарушением уголовного закона [10]. Немецкий юрист Рудольф фон Иеринг (1818-1892) рассматривал преступление как утверждённое законодательством вредоносное посягательство на жизненные условия общества. С начала XIX в. активное осмысление понятия преступления происходит и в отечественной юридической науке. Например, В. Д. Спасович рассматривает преступление как деяние, запрещённое уголовным законом, при этом подчёркивая достаточность формального определения понятия преступления для юриста-практика, гражданина и недостаточность - для науки [13, с. 19, 83-84]. А. Ф. Кистяковский предлагал считать преступлением нарушение закона, установленного для ограждения благосостояния и безопасности граждан. Примечательно, что Н. С. Таган- цев в развитие предложенных в отечественной уголовно-правовой науке дефиниций ориентировал законодателя на юридические свойства и признаки и рассматривал преступление как нарушение заповедей или норм права, велений авторитетной воли, регулирующей юридические отношения в целях свободной деятельности каждого [14]. Г. И. Солнцев, акцентируя внимание на справедливости уголовного закона, писал, что преступлением является воспрещаемое положительными законами деяние, нарушающее безопасность государства и частных граждан и влекущее для преступника правомерное наказание. Н. Д. Сергиевский считал, что под преступлением стоит понимать действие человека, нарушающее нормы правового порядка. При этом преступным является то деяние, которое причиняет или заключает опасность причинения вреда обществу и частным лицам [12, с. 257]. С. Буд- зинский писал, что существенным признаком преступления следует считать его содержание, которое представляет деяние, имеющее форму как действия, так и бездействия [4, с. 55]. Синтезируя предложенные в XIX в. отечественными учёными дефиниции преступления как уголовно-правовой категории, можно сделать следующие выводы. Преступление представляет собой деяние, выраженное в форме действия или бездействия, направленное на нарушение права, установленного в форме закона, влекущее наказание, ограничивающее «непременную свободу воли лица», его совершившего.
Новый этап законотворческой деятельности в области регламентации понятия преступления как уголовно-правовой категории наметился в период советского государственно-правового строительства. Примечательно, что содержание ст. 5 Руководящих начал по уголовному праву РСФСР от 12 декабря 1919 г., определяющее преступление как нарушение охраняемого уголовным правом порядка общественных отношений, подлежало дополнению содержанием ст. 6, в соответствии с которым к преступлению предписывалось относить как действие, так и бездействие, опасное для данной системы общественных отношений. При этом в дефиниции понятия преступления, содержащемся в данных статьях, отсутствовало указание на признак виновности, который, в свою очередь, получил закрепление в ст. 12, согласно которой вина в форме небрежности, легкомыслия и заранее обдуманного намерения выступала обстоятельством, влияющим на меру наказания.
В Уголовном кодексе РСФСР, принятом ВЦИК 24 мая 1922 г. и введённом в действие с 1 июня 1922 г., наряду со структурным разграничением двух - Общей и Особенной - частей качественно новый подход наметился в регламентации понятия преступления, под которым стали понимать всякое общественно опасное действие или бездействие, угрожающее основам советского строя и правопорядку (ст. 6). Общественная опасность заключалась в совершении вредных для общества или «серьёзно угрожающих» общественному правопорядку действий (ст. 7). Регламентируя две формы вины - умысел и неосторожность, законодатель устанавливает назначение наказания исключительно за виновно совершённые действия (ст. 11).
Постановлением ВЦИК от 22 ноября 1926 г. введению в действие с 1 января 1927 г. подлежал Уголовный кодекс РСФСР редакции 1926 г., в котором в качестве задачи констатировалась охрана государства и правопорядка от общественно опасных действий (преступлений) путём применения к совершившим лицам мер социальной защиты (ст. 1). Общественно опасным считалось действие (бездействие) против советского строя или нарушающее правопорядок (ст. 6). Не являлось преступлением подпадающее под действие определённой статьи действие, лишённое общественной опасности, в силу отсутствия вредных последствий и малозначительности (примечание к ст. 6).
Анализируя нормы уголовного законодательства РСФСР, М. Д. Шаргородский писал, что в основу понятия преступления был положен материальный признак [16, с. 42-43]. Н. Д. Дурманов, поддерживая данную точку зрения, считал, что материальная формула понятия преступления была отражена как в законодательстве, так и находила претворение в судебной практике [8, с. 248-249]. Действительно, материальный признак, связанный с общественной опасностью действия или бездействия, угрожающего охраняемой системе общественных отношений, признавался одним из основополагающих в механизме уголовно-правового регулирования. Следует также отметить выделение в понятии преступления формального признака, заключающегося в противоправности деяния, направленного на нарушение регулируемого государством порядка общественных отношений и формализованного в уголовном законе запрета.
Качественно новый этап в регламентации понятия преступления связан с принятием Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, утверждённых Законом Верховного Совета СССР от 25 декабря 1958 г. В результате новеллизации уголовно-правовых норм, регламентируемых в I-IV разделах, под преступлением стали понимать предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние (действие или бездействие), посягающее на общественный и государственный строй, собственность, личность, правопорядок. Не являлось преступлением действие или бездействие, содержащее признаки предусмотренного уголовным законом деяния, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности (ст. 7).
На основании Закона Верховного Совета РСФСР от 27 октября 1960 г. в действие с 1 января 1961 г. был введён УК РСФСР, в котором в ст. 7 преступлением признавалось предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние (действие или бездействие), посягающее на общественный строй, его экономическую и политическую системы, собственность, личность, правопорядок. Согласно ст. 3 УК РСФСР уголовной ответственности подлежало только виновное в совершении преступления лицо.
Стоит заметить, что совершенствование советского уголовного законодательства в регламентации понятия преступления сопровождалось активной дискуссией по данному вопросу среди учёных и практиков, в ходе которой подчёркивалась целесообразность включения в само определение понятия преступления таких признаков деяния, как виновность, наказуемость и аморальность [5, 7]. В противовес данной позиции С. А. Домахин писал, что для признания виновности самостоятельным признаком преступления отсутствуют основания, так как уголовная противоправность деяния содержит данный признак и уголовный закон относит к преступным лишь виновные деяния. Б. С. Утевский считал, что дискуссионной выглядит позиция относительно наказуемости как признака преступления в силу того, что наказание есть следствие совершения преступления [15, с. 42]. А. А. Пионтковский утверждал, что излишним является указание в определении понятия преступления признака аморальности ввиду того, что противоправность деяния свидетельствует о противоречии деяния нормам нравственности и не требует дублирования в указанной формуле [11, с. 33-34]. В частности, аморальность, вступая в противоречие с одной из основных форм общественного сознания, свидетельствует о безнравственном поведении человека. Нарушение принципов и общепринятых норм поведения имеет место при совершении любого правонарушения (дисциплинарного проступка, гражданско-правового деликта, административного правонарушения). Вследствие этого аморальность поведения лица не является характерным признаком преступления, требующим закрепления в уголовном законе.
Модернизация политико-правовой и социально-экономической систем, наметившаяся на рубеже 80-90-х гг. ХХ в., сопровождалась принятием Постановлением Верховного Совета СССР от 2 июля 1991 г. Основ уголовного законодательства Союза ССР и республик и введением их в действие с 1 июля 1992 г. за исключением регламентирующей основания применения смертной казни статьи 40, наделяемой юридической силой с момента опубликования акта. Анализ Основ уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г. свидетельствует, что законодатель, руководствуясь нормами международного права, использует новый подход к определению преступления, рассматриваемого как виновно совершённое общественно опасное деяние (действие или бездействие), запрещённое уголовным законом под угрозой наказания (ст. 8). Исходя из определения, следует, что виновность, общественная опасность, противоправность и наказуемость являются обязательными признаками, необходимыми для отграничения преступления от иных видов противоправных посягательств. К малозначительным деяниям следовало относить деяние, которое формально содержало признаки преступления, но не являлось общественно опасным.
Дальнейшая новеллизация уголовного законодательства предопределила регламентацию в Уголовном кодексе РФ законодательной формулы, признающей преступлением виновно совершённое общественно опасное деяние, запрещённое настоящим Кодексом под угрозой наказания (ч. 1 ст. 14 УК РФ). Анализируя данное определение с учётом выявленного правового опыта, можно заключить, что современный подход законодателя к дефиниции понятия преступления разработан в соответствии с такими принципами законотворческого процесса, как научность и профессионализм, отвечает правилам юридической техники и характеризуется закреплением в данной дефиниции разработанных в процессе развития национального механизма уголовно-правового регулирования на доктринальном и правотворческом уровнях ключевых признаков и свойств данного социально-негативного явления.
В понятии преступления отражены такие значимые свойства и признаки, как антисоциальная направленность поведения лица, его совершившего, влекущая причинение морального, физического и материального вреда участникам общественных отношений и охраняемому уголовным законом правовому порядку и характеристика поведенческого акта, сущностные свойства которого позволяют отграничить преступление от иных видов правонарушений. Главенствующая роль в определении сущностных свойств преступления отводится степени и характеру общественной опасности, противоправности, виновности и наказуемости деяния. Современный подход законодателя к дефиниции понятия преступления отличается комплексностью и сопровождается детальной регламентацией понятия вины, соучастия в преступлении, неоконченного преступления, видов множественности и категорий преступления, лиц, подлежащих уголовной ответственности, а также обстоятельств, исключающих преступность деяния.
Заключение
уголовный правовой преступление
Резюмируя сложившиеся в процессе эволюции национальной правовой системы законодательные подходы к понятию преступления и предлагаемые дефиниции в контексте современной модернизации уголовного законодательства, следует отметить, что действующая формула регламентации понятия преступления, закреплённая в ст. 14 УК РФ, основывается на имеющихся достижениях теоретико-правовой и уголовно-правовой доктрины, отражающих правовые постулаты, учитывающие взаимосвязь правовых и социальных идеалов и ценностей на внутригосударственном и международном уровнях, правовом опыте российской законодательной техники и правоприменительной деятельности.
Существенным признаком, отличающим преступление от иных видов и форм противоправной деятельности человека, является его общественная опасность, которая слагается из двух составляющих - наступления негативных последствий, связанных с совершением данного деяния (действия или бездействия), и оценки законодателем их характера и степени для действующей и охраняемой уголовным законом системы общественных отношений.
Признак виновности в соответствии со ст. 5 УК РФ ориентирует правоприменителя на привлечение к уголовной ответственности за виновно совершённые общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия. Преступление понимается как деяние, характеризующееся сознательно-волевым поведением человека, имеющим активное или пассивное в реальности проявление, в результате которого наносится вред либо имеет место угроза причинения вреда общественным отношениям, охраняемым уголовным законом. Преступность деяния в свою очередь служит основанием для наказуемости деяния. Юридические границы уголовной противоправности, виновности и наказуемости деяния предопределяются уголовно-правовой политикой государства, направленной на охрану интересов государства, общества и личности, обеспечение правового порядка, социальных и общеправовых ценностей.
Необходимо подчеркнуть, что формирование вышеуказанных признаков и свойств преступления как негативного социального явления в системе правонарушений претерпело значительную модификацию с учётом развития государственности, потребностей государства и общества, определяющих правотворческий процесс, а также становления и развития юридической науки, позволяющей на доктринально-методологическом уровне обосновать отличие преступлений от иных негативных явлений, носящих правонарушающий характер, влекущих последствия, связанные с нарушением установленного государством правопорядка, изменением либо деструкцией позитивируемых общественных отношений.