По существу своему, речь идет о простой идее: люди, всю свою жизнь сталкивающиеся с универсумом массового, доступного производства, техники, делающей жизнь приятной, легкой и комфортабельной более не могут вообразить себе другой универсум мысли и поступка. Причем мы действительно можем видеть, что технологическое общество дает шанс на жизнь, описанную выше, и «исторически» самым непривилегированным классам. Как отмечает Маркузе, «об умиротворении их потребности в освобождении общество заботится посредством удовлетворения тех их потребностей, которые делают рабство терпимым и даже незаметным» Маркузе Г. Одномерный человек. С. 52..
Конечно же, эти процессы становления общества одномерным распространяются на многие его сферы и стороны жизни. Феномен одномерности «поражает» такие сферы, как некоторые точные и многие социальные науки; находят свое отражение в языке, искусстве, философии.
Отличительной чертой, позволяющий нам выделить во всех вышеперечисленных сферах тенденцию к одномерности, служит, как его называет Маркузе, операционализм - явление, между прочим, возникающее именно в технологичную эпоху, где наборы операций составляют саму возможность массового производства. По Маркузе, операционализм заключает в себе е тотально эмпирическую трактовку понятий, значение которых сужается до частных операций и поведенческих реакций» Там же. С. 15.. Иными словами, отныне все более и более становится пригодным то, что позволяет человеку проводить какие-либо действия и получать из них какой-то практический результат. Сам Маркузе говорит о том, что человечество отказывается от того, что бы использовать как инструмент мышления те понятия, которым мы не можем дать объяснение с помощью операциональных терминов». Мы можем найти пример подобного влияние технической цивилизации на мысль, на само содержание сознания человека в сфере философии 20 века - именно современные ему философские направления Маркузе называет «триумфом одномерного мышления» Там же. С. 223. Это, конечно же, современный позитивизм со всеми его ответвлениях, в особенности же -- философию лингвистического анализа. Последняя, как известно, претендует на исцеление мышления и языка от метафизических и спекулятивных «призраков». Маркузе критикует эти притязания: рассматривая лингвистические концепции Остина и Витгенштейна, он характеризует их как «академический садо-мазохизм, самоуничижение, самообличение интеллектуала, чья работа не нашла выхода в научных, технических или подобных достижениях». В итоге вся эта философия определяется им как интеллектуальное оправдание глобальной социальной структуры, устраняющей альтернативные способы мышления, противоречащие установленному порядку суждений. «Лингвистическая философия способствует замыканию мышления в круг искаженного мира обыденной речи, она оказывается полностью несущественным. И, в худшем случае, она есть бегство в неполемическое, нереальное, в то, что полемично лишь с академической точки зрения» Маркузе Г. Одномерный человек. С. 265..
Следующий пример одномерности мы найдем в сфере языка. Общество, достигшее технологической власти над сознанием и материей, может позволить себе производить впечатляющие манипуляции над языком: внедряется такой универсум дискурса, в котором примеряются противоположности. Это, своего рода, пародия на диалектику. «Благодаря тотальной коммерциализации происходит объединение некогда антагонистических сфер жизни, которое выражается в гладком языковом сочетании частей речи, находящихся в конфликте. Для сознания, жать сколько-нибудь свободного от условности, большая часть публично звучащей речи и печатной продукции кажется полным сюрреализмом. Такие заголовки, как: "Труд в поисках ракетной гармонии", и рекламы вроде "Убежище-люкс от радиоактивных осадков" …Органы существующего порядка приучают к мысли, что мир, в действительности, есть балансирование на грани войны, что оружие, несущее конец всему, может приносить прибыль и что бомбоубежище тоже может быть уютным» Там же. С. 117.. Выставляя напоказ свои противоречия как знак своей истинности, этот универсум замыкается от всякого чуждого дискурса, обладающего собственными терминами. Маркузе называет этот феномен «язык тотального администрирования».
Наконец, один из важных примеров триумфа одномерного репрессивного мышления Маркузе находит в том, как современная цивилизация осмысливает сексуальные отношения. Для самого Маркузе это особенно важно, поскольку он представитель фрейдо-марксисткой школы.
Итак, Маркузе заявляет, что доиндустриальное общество имело строгие практики поведения, относительно сексуальной стороны жизни. Иными словами, либидозная энергия сублимировалась. Эта была «болезненная трансформация инстинктивных потребностей», имелось напряжение в психическом аппарате между объектом желания и тем, что разрешено» Маркузе Г. Одномерный человек. С. 265.. Все это выливалось в осознание «непримиримости мечты и действительности». «Именно это зерно, - как пишет Маркузе, - истины заключает в себе романтическое противопоставление современного туриста и бродячего поэта или художника, сборочной линии и ремесла, фабричной буханки и домашнего каравая, парусника и моторной лодки и т. п. Да, в этом мире жили нужда, тяжелый труд и грязь, служившие фоном всевозможных утех и наслаждений. Но в этом мире существовал также «пейзаж», среда либидозного опыта, которого нет в нашем мире» Там же. С. 94..
В технологической одномерной цивилизации либидо локализуется и сужается, а эротический опыт низводится до сексуального удовлетворения. Тем самым происходит десублимация. Сублимировать уже нечего. Господствует не Эрос, а сексуальность. Последняя получает рыночную стоимость и становится фактором развития общественных нравов. Не прекращая быть инструментом труда, тело получает возможность проявлять свои сексуальные качества в мире повседневного труда и в трудовых отношениях. Таково одно из уникальных достижений индустриального общества, ставшее возможным, как пишет Маркузе, «благодаря сокращению грязного и тяжелого физического труда, благодаря наличию дешевой, элегантной одежды, культуры красоты и физической гигиены, благодаря требованиям рекламной индустрии и т. д. Сексуальные секретарши и продавщицы, красивые и мужественные молодые экспедиторы и администраторы стали товаром с высокой рыночной стоимостью» Там же. С. 96-97..
Глубинные жизненные инстинкты, жизненная энергия, таким образом, уже не сублимируются в новые, прекрасные формы: романтики, мечты, поэзии. Напротив, десублимируясь в форме удовлетворения сексуальности, включаясь в публичные формы поведения, в логику потребления, либидо таким образом, все больше попадает в зависимость от (контролируемого) удовлетворения и начинает носить тоталитарный характер. Благодаря техническому прогрессу и более комфортабельной жизни «происходит систематическое включение либидозных компонентов в царство производства и обмена предметов потребления.» Там же. С. 97.
Однако одномерность в технологическом мире распространяется не только на среду академический исследований, но и, в первую очередь, на массы. «Вирус» операционного мышления проникает, по мысли Маркузе даже в различные религиозные структуры, казалось бы, претендующие на «духовность».
2.2.3 Рабочий класс в технологическом обществе как пример порабощения человека и универсума одномерности
Маркузе, анализируя сферу производства, приходит к выводу, что в технологической цивилизации, в эпоху по-настоящему развитого капитализма, характер рабочего класса кардинально меняется. Под влиянием универсума техники, сознание рабочего страивается в мир одномерности и рабочий, хотя уже и не представляющий собой пример жестоко эксплуатируемого существа (напротив - он вполне благополучен), но являющий собой воплощение рабства. Дадим слово Маркузе: «Хотя рабы развитой индустриальной цивилизации превратились в сублимированных рабов, они по-прежнему остаются рабами, ибо рабство определяется не мерой покорности и не тяжестью труда, а статусом бытия как простого инструмента и сведением человека к состоянию вещи» Маркузе Г. Одномерный человек. С. 42.. Для пояснения этого тезиса, рассмотрим предпосылки его появления в характере способа производства технологического общества.
В процессе механизации происходит непрерывное сокращение расхода физической энергии в труде, на смену которому приходит стандартизированный умственный труд.
Этот тезис имеет большое значение, поскольку еще Маркс рассматривал пролетария как работника, прежде всего, физического труда. Тяжелый труд в соответствии с плохими условиями жизни и составляли ту основу угнетения рабочего класса, от чего его и хотел освободить Маркс. В обществе же развитого капитализма, где главными аспекта труда являются автоматические и полуавтоматические операции а также контроль над машинами. Подобная трансформация физической энергии в умственные умения наблюдается и на передовых заводах: «умения скорее головы, а не рук, расчета, а не ремесла, нервов, а не мускулов, менеджера, а не работника физического труда, техника, а не оператора» Там же. С. 34.. Рутинный, стандартизированный, отупляющий характера этого рода операций распространяется в современном обществе не только на труд рабочих, но и на широкий спектр профессий кассира в гипермаркете, офисного работника, продавца торгового центра, банковского работника. Все это, по мысли Маркузе приводит к тому, что «биологическая жизнь человека становится как бы частью технологического целого. Машина как бы по капле вливает отравляющий ритм в операторов» Маркузе Г. Одномерный человек. С. 36.. Вещи и автоматика производства уже задают ритм жизни, а не угнетают. Этот ритм задается не только телу человека, но и его мышлению, его душе.
И действительно, в современном мире человек, включенный в технический универсум, стремится действовать наиболее эффективно и производительно. Техника щедро предоставляет ему это возможность. Простой мобильный телефон связывает человека с десятками других людей по всему миру, многократно увеличивая круг тех проблем, которые могут быть решены, круг информации, которая может быть передана получена, однако за все это человек платит своим временем и все ускоряющимся ритмом жизни. В итоге у человека нет элементарной возможности очутиться в одиночестве, предаться размышлению и рефлексии. В немногие часы своего отдыха, оставшиеся ради восстановления и подготовке к новой жизненной гонке, он вовлекается в так же навязываемые ему формы развлечений и отдыха, которые так же включены в логику потребления и не выходят, как правило, за универсум комфортабельной одномерности»
В наиболее важных отраслях производства происходит увеличение числа непроизводственных рабочих.
Это значит ни много ни мало как то, что работник теряет свою «профессиональную автономию», возможность остановить производство. Маркузе считает, что постепенное вытеснение человека из процесса производства лишает значения теорию прибавочной стоимость Маркса, коль скоро последняя основывалась именно на идее эксплуатации физического труда человека.
Изменения в характере труда и орудий производства изменяют сознание работников, социально и культурно интегрируют их в капиталистическое общество, помещая их, таким образом, в универсум одномерности.
Если ранее, в 19 веке рабочие противостояли нанимателю-буржуа, существовали в суровом, грязном мире тяжелого труда и нищеты, имея перед собой мечты о справедливом обществе, становясь революционерами, и т.д. они имели перед собой многомерный универсум. В эпоху высокотехнологического современного производства со стороны рабочих намечается тенденция внести свой вклад в управление предприятием и решении его проблем - они теснейшим образом связываются с предприятием ради роста производительности последнего. Маркузе демонстрирует удивительный пример, приводимый одним из лидеров профсоюзов одной из промышленных отраслей США: «много раз нам пришлось бы встречаться в зале профсоюза для обсуждения жалоб, поданных рабочими. Но ко времени организованной мною на следующий день встречи с управлением проблема была устранена и профсоюз лишился возможности приписать себе заслугу удовлетворения жалобы. Все, за что боролись мы, компания сама теперь предоставляет рабочим. Нам пришлось изыскивать нечто такое, чего хочет рабочий и что наниматель не в состоянии ему предоставить» Маркузе Г. Одномерный человек. С. 41..
Мы можем увидеть, что традиционные формы господства и угнетения, такие как прямая власть и физические формы контроля уходят в прошлое, и им на смену приходят администрирование, изменение характера труда, постепенное выравнивание возможностей в сфере потребления. Однако все это - всего лишь более утонченная и видоизменённая форма прежнего грубого рабства. Помимо того факт, что индивид не может даже и допустить мысли о выходе из такого рационального универсума благосостояния и потребления (рабство сознания), он так же находится в ситуации, когда основные решения по практически всем жизненным вопросам принимаются за него: администраторами, менеджерами, управляющими. Как пишет Маркузе, «то, что вещь одушевлена и сама выбирает свою материальную и интеллектуальную пищу, то, что она не чувствует себя вещью, то, что она привлекательная и подвижна, не отменяет сути такого способа существования» Маркузе Г. Одномерный человек. С 43.. В то же самое время, и сами организаторы и администраторы «обнаруживают все большую зависимость от механизмов, «которые они сами организуют и которыми управляют». Там же. С. 39. Излишне подробно останавливаться на том, что мышление и тех и других полностью пребывает в терминах одномерного мира потребления и производства.
Таким образом, можно констатировать, что рабочий класс технологического общества - «инертная, спящая масса, полностью подчиненная господствующим классам и легко поддающаяся любым внушениям, кроме идей, направленных на то, что бы её “разбудить”» Бронзино Л.Ю. Герберт Маркузе и Жан Бодрийяр: теоретикометодологический аспект анализа концепта общества потребления [Электронный ресурс]. Сайт «Киберленика». URL: http://cyberleninka.ru/article/n/gerbert-markuze-i-zhan-bodriyyar-teoretikometodologicheskiy-analiz-kontsepta-obschestva-potrebleniya (Дата обращения: 15.12. 2016).
Подводя итоги главы отметим, что критические работы в адрес технологической цивилизации Г. Маркузе, вышедшие в свет более 50 лет назад, обретает сегодня огромную актуальность и важность для философов, ученых и вообще тех, кто хочет мыслить свободно, вне навязываемых капитализмом и обществом потребления моделей. Репрессивные процессы, описанные Маркузе, за годы прошедшие с его смерти усугубились и расширили свое влияние. Появление компьютеров, интернета, сотовой связи делает путы потребления, связавшие современное западное общество, практически неразрушимыми. Основываясь на идеях Г. Маркузе, мы вполне можем сказать, что техника, с чьей помощью человек когда-то покорил природу, обратилась против самого человека и ввергла его в самое страшное рабство из когда-то бывших: рабство не тела, но сознания и духа, ведь «главная характеристика одномерного человека - невозможность противостоять навязываемому ему типу сознания» Бронзино Л.Ю. Герберт Маркузе и Жан Бодрийяр: теоретикометодологический аспект анализа концепта общества потребления….