Российский государственный социальный университет, г. Москва
Роль суеверий как сегмента массового сознания современного российского общества
д. филос. н., доцент
Лобазова Ольга Федоровна
Аннотация
В статье раскрыты особенности формирования и тиражирования современных суеверий как традиционного и постоянно модифицируемого сегмента массового сознания российского общества; проанализированы условия развития современных суеверий; рассмотрен спектр ролей суеверий в современном обществе, которые условно обозначены как «страховой полис», «подарок на новоселье», «шанс на креатив»; анализируются истинная и псевдорациональность в обосновании суеверий; сделаны выводы о тенденциях развития суеверий.
Ключевые слова и фразы: современные суеверия; массовое сознание; социокультурные особенности; иррациональные представления; квазирелигиозность.
Annotation
In the article the peculiarities of the formation and replication of modern superstitions as a traditional and constantly modified segment of the mass consciousness of the Russian society are revealed. The author considers the conditions of modern superstitions development and the spectrum of the roles of superstitions in the modern society, which are conventionally denoted as “insurance policy”, “gift for housewarming party”, and “chance for creativity”. True rationality and pseudo-rationality in superstitions justification are analyzed; conclusions about trends in superstitions development are drawn.
Key words and phrases: modern superstitions; mass consciousness; sociocultural peculiarities; irrational ideas; quasi-religiosity.
Современные суеверия интересуют как исследователей, изучающих избранный ими предмет с научных позиций, так и широкую публику, которая ищет в информации об этом явлении пищу для увлечений и развлечений. СМИ и Интернет заполнены самыми разнообразными сведениями о стародавних и современных приметах и суевериях. На фоне значительного общественного интереса к сонникам, заговорам, приворотам, предсказаниям и т.п. теме современных суеверий посвящено не так много научных работ, как она того заслуживает. Российские исследователи обращаются к изучению суеверий народов других стран [7; 12; 16], суеверных представлений, бытовавших в российском обществе в прошлых веках [1; 3; 6], а также распространявшихся в условиях социально-исторических катаклизмов [11; 15]. Не так давно опубликованы интересные работы по суевериям отдельных социальных (возрастных, профессиональных и иных) групп [8-10]. Однако названная тема нуждается в серьезном научном анализе сущности, причин и условий генезиса и последующего воспроизведения суеверий. Такой подход к вопросу демонстрируют работы Н. П. Андрюшковой [2], И. Ю. Гагариной [4], Р. Гаприндашвили [5], В. С. Попова [13], в которых уделяется внимание, прежде всего, методологической стороне исследования суеверий.
Цель данной статьи - осуществить социально-философский анализ конкретных данных, описывающих состояние одного из сегментов обыденного уровня общественного сознания и массовой культуры - современных суеверий.
Методы. Для получения исходной базы данных для первой части статьи было проведено полевое целенаправленное наблюдение по стандартизированной схеме для фиксации данных. Наблюдатели сохраняли инкогнито вплоть до выявления искомой формы поведения, после чего приступали к интервью. При дальнейшем анализе использован сравнительно-исторический метод, выводы сделаны на основании принципа культурного и исторического детерминизма.
Данные по итогам наблюдения. В течение пяти месяцев (с июня по октябрь 2015 г.) силами пятнадцати добровольцев из числа студентов РГСУ и пенсионеров на территории Восточного и Северо-Восточного округа Москвы, а так же г. Балашиха Московской области проводилось наблюдение с целью выявить формы реакции людей на ситуацию «встреча с черной кошкой, пересекающей путь человеку». Заранее были определены участки для наблюдения и группы, периодически осуществляющие наблюдение.
Затруднительность многократного создания подобной ситуации сказалась на количестве зафиксированных образцов - несмотря на энтузиазм участников исследования, удалось достаточно полно описать только 82 случая (в которых приняли участие 49 женщин и 33 мужчины), что не дает статистически достоверную картину. Тем не менее, результаты наблюдения предоставляют нам некоторые возможности для выводов.
Итак, среди всех зафиксированных нами в ходе наблюдения случаев встречи человека с переходящей ему дорогу черной кошкой: в 19 случаях (23,2%) люди, не прекращая движения, сплевывали (один-два раза) через левое плечо; в 22 случаях (26,8%), замедляя шаг, крестились и сплевывали (в большинстве случаев троекратно) через плечо (или совершали то же самое в иной последовательности); в 6 случаях (7,3%) разворачивались и несколько метров следовали в своем направлении «задним ходом», а перейдя через «линию маршрута прошедшей кошки», снова принимали прежнее положение и продолжали движение в первоначальном направлении; в 33 случаях (40,3%), останавливались и, имитируя остановку по уважительной причине (вынимая мобильный телефон, роясь в своей сумке, поправляя элементы одежды), дожидались другого прохожего, пропускали его через «линию маршрута прошедшей кошки» и только потом следовали в своем направлении и темпе. И только два человека (2,4%) проследовали без снижения темпа движения и без обращения взгляда на прошедшую кошку.
Поскольку в предварительной гипотезе мы предполагали, что именно такое поведение соответствует отсутствию суеверия, то к этим двум людям интервьюеры обратились с вопросом: «Почему Вы не отреагировали на черную кошку?». Однако ожидаемый ответ («Потому что это суеверие») был получен только от одного человека. Второй респондент, ранее не показавший признаков суеверного поведения, как оказалось, просто не заметил встречи с животным. А узнав о своем «промахе», был весьма обеспокоен и проследовал далее в полной уверенности, что день сулит ему одни неудачи.
Выводы из полученных результатов можно сделать следующие. Практически все, кто попал в поле зрения наших наблюдателей, продемонстрировали ту или иную степень приверженности суевериям, которая определила выбор формы исполнения предписаний, продиктованных представлениями о роли сверхъестественных сил в нашей жизни. Те участники, которые соединили крестное знамение (христианское культовое действие) и плевки в сторону предполагаемой злой потусторонней силы (магическое действие), продемонстрировали, по нашему мнению, наибольшую зависимость от суеверий. Ведь если они осеняют себя крестом в случае опасности, значит, они имеют представление о требованиях вероучения. Но все равно используют для отражения воображаемого нападения злых сил прием из арсенала магии, принципиально осуждаемой Церковью. суеверие сознание российский общество
Конечно, в ходе некоторых ритуалов (например, при крещении) православный священник предлагает участникам церемонии отречься от антихриста и плюнуть в сторону злой силы. Но в этот момент предполагается, что упомянутый злой дух находится за пределами культового здания, не смея войти в него. И для отречения от него совершенно нет необходимости плевать именно через левое плечо (и вообще плевать в прямом смысле) - акт отречения от злого духа требует разворота всех участников в сторону выхода из культового здания и совместного произнесения словесной формулы. Тогда как суеверное представление размещает вашего индивидуального демона «на постоянное место жительства» у вас за левым плечом, никаких руководителей церемонии, соучаствующей и сочувствующей группы и специальных слов не требуется, - то есть, человек оставлен один на один с возможными бедами.
По нашему мнению, люди, соединяющие в своей практике одобряемые Церковью культовые и неодобряемые Церковью магические приемы, продолжают традицию массового православного сознания предыдущих эпох, которое характеризовалось как «двоеверие». Стремление «сидеть на двух стульях» можно условно назвать «биполярным конформизмом». Стоит отметить, что в большинстве случаев подобное поведение возможно только в отсутствие представителей религиозной общины (священников, других верующих) и вне культового здания.
Наибольшая удельная часть тех, кто попал в поле зрения наблюдателей, продемонстрировали позицию, которую можно условно назвать «двухсторонним компромиссом». Остановившись и пропустив перед собой другого человека, они уклонились от свершения продиктованных суеверием процедур. Следовательно, с одной стороны, уступили требованиям (и атеистов, и верующих) не поддаваться суевериям. А с другой стороны, все же нашли способ не вступать в прямую конфронтацию с силами, о которых говорят суеверия. Такая позиция отражает наиболее неустойчивые убеждения, перманентно балансирующие между разными мировоззрениями и подтачиваемые отсутствием стабильности. Именно такая особенность присуща массовому сознанию россиян в целом и религиозному сознанию в частности.
Другие группы, определившие свой алгоритм поведения в изучаемой ситуации, достаточно ясно выразили свою приверженность суевериям. Но первая из описанных групп совершала действия по шаблону, традиционно. А те, кто пересекал «линию маршрута прошедшей кошки» идя спиной вперед, совершали действия нетрадиционно, «творчески» модернизируя алгоритм.
Можно с высокой долей уверенности утверждать, что такое отношение к религии и суевериям является неотъемлемой особенностью современного российского религиозного сознания, поскольку у большинства населения России оно носит сравнительно неглубокий характер. На протяжении всего сосуществования православия духовенство постоянно отмечало формальный характер религиозности, проявляющийся в следовании, прежде всего, обрядовой стороне. Большинство верующих слабо представляют себе основы православного вероучения, его догматику. Люди, называющие себя верующими, нечасто посещают богослужения, соблюдают лишь некоторые обязательные праздники и обряды.
Современные условия развития суеверий. В массовом сознании современного российского общества живет огромное число различных примет и суеверий, которые развиваются под влиянием определенных условий. К этим условиям можно отнести влияние глобализации, капитализацию общественных отношений, многонациональность и многоконфессиональность, секулярный характер государственно-церковных отношений, идеологический плюрализм, снижение общего уровня образованности и падение авторитета науки.
Глобализация оказывает влияние на содержание массового сознания посредством всеобщей стандартизации и нивелирования некоторых, прежде значимых отличительных национальных и социокультурных особенностей. С одной стороны, в этом процессе есть свои преимущества - человек может ощутить себя частью мирового сообщества, найти основания для единства с представителями других культур, узнать много нового и полезного для организации своей деятельности. Но, с другой стороны, лавинообразное распространение информации, применение общих критериев оценки действий и намерений, унификация одобряемых форм творческой самореализации дезориентируют человека. В этих условиях индивид может потерять (и теряет) способность к адекватной рефлексии собственных поступков и действий других людей, не располагает четкими представлениям о закономерностях свершаемых событий. Это приводит его к поиску неких новых и надежных, по его представлениям, критериев оценки и методов прогнозирования будущего. В ситуации информационного обвала, идейного плюрализма и этического релятивизма, человек зачастую обращается к наиболее простым решениям, которые воплощены в приметах и суевериях. Во-первых, они «глобальны», то есть, распространены во всех обществах, что примиряет его с требованиями следовать мировым образцам. Во-вторых, они традиционны, то есть гарантируют ему сохранение собственной идентичности - национальной, групповой, культурной.
Другим фактором, влияющим на развитие суеверий, является капитализация общественных отношений, стремительно происходящая в российском обществе. Несмотря на то, что влияние этого фактора на состояние суеверий в значительной степени опосредованно, он является объективной силой. Вытеснение из сферы человеческих отношений понятий и норм солидарности, безвозмездности отношений и доверия сказывается на общем уровне представлений о закономерностях общественных связей. Если ситуация не поддается анализу на уровне гуманистической целесообразности, а может быть понята только исходя из критериев экономической выгоды и даже наживы, то человек вынужденно обращается к показателям, которые хотя бы в какой-то форме придадут «смысл» происходящему в обществе и его личной судьбе. Этими показателями часто становятся именно приметы и суеверия.
Такие характеристики российского общества как многонациональность и многоконфессиональность также определенным образом влияют на развитие суеверий. При наличии представителей многих культур и последователей разных религий суеверия могут играть роль своеобразного «культурного моста», когда они служат не просто общим полем для межличностного диалога, а являются устойчивым, традиционным полем для установления взаимопонимания на бытовом уровне.
Секулярный характер государственно-церковных отношений оказывает влияние на развитие суеверий также весьма опосредованно, но существенно. Роль религиозных организаций в рамках таких отношениях формируется, в том числе, в результате эффективных действий представителей церковной иерархии. Это означает, что руководители религиозных организаций вынуждены обращать внимание не только на религиозное просвещение верующих, но и на политические, организационные, экономические аспекты своей деятельности. Это необходимо снижает активность религиозного просвещения, поскольку оттягивает силы организации на решение насущных задач Церкви как социального института.
Идеологический плюрализм, будучи по существу громадным достижением демократической политической системы, воспринимается в российском обществе неоднозначно. Не все люди оказались готовы воспользоваться только его положительными итогами. Огромное число пропагандистов нетрадиционных для российского общества идей и концепций, не говоря о просто шарлатанах и аферистах, наполнили российское информационное пространство и успешно оказывают влияние на умонастроения людей. Общество не выработало естественного иммунитета к идеям псевдорелигиозного содержания, охотно отзывается на яркие презентации очередных «откровений». Такие информационные вливания только усиливают интерес к иррациональному, стимулируют обращение людей к суевериям.