СКАЗАНИЕ ОБ ИСТРЕБЛЕНИИ ИНОКОВ ЛАВРЫ СВ. САВВЫ (К РЕКОНСТРУКЦИИ ИСТОРИЧЕСКОЙ МИФОЛОГИИ ПАЛЕСТИНСКОГО МОНАШЕСТВА)
К.А. Панченко
Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова»
Статья посвящена анализу одного из ярких произведений палестинского монашеского фольклора Позднего Средневековья и раннего Нового времени: преданию о массовом мученичестве иноков лавры Св. Саввы от рук мусульманского правителя. В разных версиях им выступают египетский султан или османский ага Иерусалима. При том, что сюжет сказания сам по себе представляется фантастичным, оно отражает характерные черты массового сознания и исторических представлений палестинского клира. Прогрессирующий упадок ближневосточных монастырей в поствизантийскую эпоху породил в паломнической литературе гипертрофированные представления о былых масштабах монашеского движения в регионе и предания о массовом истреблении насельников главного монастыря Иудейской пустыни, лавры Св. Саввы, мусульманами. В основе этих легенд лежали реальные случаи нападений бедуинов на палестинские монастыри в УП-Х1 вв., разрушение ряда построек, принадлежавших Лавре, по приказу султана Бейбарса в 1269 г., а также обычай хранить останки умерших монахов в склепах-костницах при монастырях - эти кости со временем стали считать мощами убиенных мучеников. В XVI в. легенда об истреблении монахов египетским султаном пережила резкую мутацию, и убийство мучеников стали приписывать османскому правителю Иерусалима. Возможно, в основе этих преданий лежал реальный случай казни нескольких монахов по приказу иерусалимского аги, однако в позднейшей традиции число погибших было многократно преувеличено, а вся эта история слилась с древней легендой о массовом мученичестве насельников лавры Св. Саввы. Подобные сказания стимулировали чувство богоизбранности и конфессиональную сплоченность ближневосточных православных в условиях доминирующего инородного окружения.
Ключевые слова: Христианский Восток; лавра Св. Саввы; палестинское монашество; христианско-мусульманские отношения; исторические представления.
Constantin A. Panchenko
A LEGEND ON A MASSACRE OF MONKS OF THE MAR SABA MONASTERY:
A HISTORICAL MYTHOLOGY OF THE PALESTINIAN MONASTICISM
Lomonosov Moscow State University
Leninskie Gory, Moscow, 119991
The article is dealing with one of bright examples of Palestinian monastic folklore of the late Medieval and early Modern time: a narrative about a martyrdom of monks of the Mar Saba monastery persecuted by a Muslim ruler. Various versions of the legend identify this ruler either as a Sultan of Egypt or as an Ottoman governor of Jerusalem. The data of the legend seems to be absolutely unrealistic however it demonstrates a nature of common historical consciousness of the Palestinian Greek Orthodox clergy. The decline of the Middle Eastern monasteries in the Post-Byzantine period caused appearance in the monastic folklore and pilgrims' accounts exaggerated image of wide-ranging monastic movement once existed in the Judean desert in the Early Byzantine time and as well legends about mass massacre of the monks of Mar Saba by the Muslims. These legends were based on several real episodes of Arabs' attacks on the Palestinian monasteries in the 7th and 11th centuries, demolishing of cells belonging to Mar Saba by an order of Mamluk sultan Beybars in 1269 and as well a custom of keeping remains of died monks in ossuaries attached to monasteries - these bones later were treated as holy relics of martyrs. In the 16th century the legend about the massacre of monks by an Egyptian Sultan was transformed into another story. This time the exterminations of the monks was ascribed to an Ottoman governor of Jerusalem. Possibly this narrative was based on a real episode of execution of several monks by an order of an Ottoman official. However, the number of victims was many times exaggerated and the whole story was mixed with the ancient legend on mass martyrdom of the Sabaite monks. Such traditions stimulated positive self-identification and communal solidarity of the Middle Eastern Orthodox people who had to survive in predominant alien milieu.
Key words: Christian Orient; Mar Saba monastery; Palestinian monasticism; Christian-Muslim relations; historical memory.
История ближневосточного монашества в поствизантийское время - это в значительной степени печальная история упадка и вымирания прославленных в прошлом обителей. Она отражает упадок самой цивилизации Христианского Востока, в которой монастыри выступали центрами воспроизводства и развития духовной традиции, несущими опорами христианской идентичности.
Процесс этот, конечно, не был однолинейным. В ходе византийско-иранской войны начала VII в. монастыри Иудейской пустыни были покинуты и разграблены, но потом быстро восстановились. Житийная литература рубежа VIII-IX вв. донесла до нас образы великих подвижников и чудотворцев, примеры массового монашеского движения, средоточием которого выступала лавра Св. Саввы (Мар Саба) в ущелье Вади ан-Нар. Серьезным ударом для палестинских обителей стал общий кризис Христианского Востока в первое столетие Аббасидов, усугубленный давлением кочевой стихии, особенно усилившимся в годы междоусобной войны сыновей Харуна ар-Рашида 811-813 гг., сопровождавшейся полной дезинтеграцией халифата. Следующие триста лет истории палестинского монашества Ж. Насралла назвал «великой лакуной»1 - наши источники по этой эпохе резко сокращаются, что указывает на явственный упадок монашеской жизни. Правда, недавно введенные в научный оборот литературные памятники, связанные с лаврой Св. Харитона, еще одним палестинским духовным центром, демонстрируют продолжение ранневизантийских монашеских традиций во всей их полноте еще и во второй половине IX в. Nasrallah J. Histoire du mouvement littйraire dans l'eglise melchite du Ve au XXe siecle. T. 3 (1). Louvain-P., 1983. P. 69. Treiger A. Unpublished Texts from the Arab Orthodox Tradition (2): Miracles of St. Eustratius of Mar Chariton (Written ca 860) // Chronos. Revue d'Histoire de l'Universite de Balamand. № 33. 2016. P. 7-20. Тем не менее, как считается, к моменту прихода крестоносцев монашество Иудейской пустыни уже агонизировало. В составе Иерусалимского королевства монастыри пережили новый подъем. Крестоносные владетели, как правило, подавляли православные церковные структуры на своей территории, но терпимо относились к монашеским колониям Пустыни и даже одаряли их земельными угодьями Jotischky A. Greek Orthodox and Latin Monasticism around Mar Saba under Crusader Rule // The Sabaite Heritage in the Orthodox Church from the Fifth Century to the Present. Leuven, 2001. P. 85-96.. Приток милостыни от христианских государей Балкан и Кавказа стимулировал возрождение и разрастание обителей. Заметно, впрочем, что большинство палестинских монахов XII и последующих веков было не ближневосточного, а греческого, славянского или грузинского происхождения.
Изгнание крестоносцев мусульманами в 1187 г. запустило в действие долгосрочные факторы упадка палестинских монастырей. Монастыри Пустыни, лишившиеся своих земельных владений, теперь полностью зависели от внешней поддержки. Языковой барьер отделял монахов от окрестного арабо-христианского населения. Милостыня северных единоверцев скудела по мере упадка православных государств Балкан и Причерноморья, исчезавших под натиском османской экспансии XV в. Мамлюкское государство не в состоянии было сдерживать агрессию номадов, первой жертвой которой становились удаленные монастыри. В результате из примерно десятка обителей Иудейской пустыни, существовавших в XII в., к концу XV в. уцелела лишь лавра Св. Саввы. Впрочем, и она находилась в тяжелом кризисе и даже была на несколько десятилетий покинута на рубеже мамлюкской и османской эпох О динамике развития ближневосточных монастырей в Позднее Средневековье см.: Панченко К.А. «Темный век» палестинского монашества: упадок и возрождение ближневосточных монастырей на рубеже мамлюкской и османской эпох // Вестник ПСТГУ Сер. III. Филология. 2018. № 4 (57). С. 58-87..
Рассуждая об упадке этого крупнейшего из палестинских монастырей, нельзя пройти мимо предания об истреблении монахов Лавры мусульманскими властителями, которое относили к Позднему Средневековью. Данная легенда получила довольно широкое хождение в XV-XVIII вв. и достойна анализа как один из ярких образцов монашеского фольклора.
Насельники Лавры, жившие в мамлюкское или османское время, каждый день видели следы былого процветания и многолюдства обители - руины строений, сотни келий древних подвижников, высеченные в стенах каньона Вади-ан-Нар. Всё это было ярким контрастом последующему жалкому состоянию монастыря. Естественно, что монахи и паломники задавались вопросом «почему?»
Ответ можно было найти в далеком прошлом палестинского монашества. В истории Лавры было несколько трагических эпизодов массовых убийств иноков, которые вполне можно было связать с последующим упадком обители. В ходе завоевания Св. Земли персами в 614 г., сопровождавшегося разгулом бандитизма в Иудейской пустыне, бедуины перебили в Лавре 44 монаха, отчаявшись выпытать у них местонахождение сокровищ обители См.: Читти Д. Град Пустыня. Введение в изучение египетского и палестинского монашества в христианской империи. СПб., 2007. С. 251.. Долгая история Мар Сабы добавила ряд новых сюжетов в этот мартиролог - убиение 20 старцев сарацинами в 797 г., описанное в одном из самых пронзительных агиографических текстов Христианского Востока Сказание о мученичестве святых отцов, избиенных варварами сарацинами в великой лавре преподобного отца нашего Саввы // Сборник палестинской и сирийской агиологии. Вып. 1. СПб., 1907. С. 1-48., разорение монастырей Пустыни на рубеже второго десятилетия IX в. Летопись византийца Феофана от Диоклетиана до царей Михаила и сына его Феофилакта. М., 1884. С. 355 (год 6301); с. 367 (год 6305)., гибель группы монахов Лавры в дни вторжения крестоносцев в Палестину в 1099 г. См.: Планк П. Православные христиане Св. Земли во времена крестовых походов (1099-1187) // Альфа и Омега. № 4 (26). М., 2000. С. 180.
Две пещеры, примыкающие к церкви Св. Николая в Лавре, были доверху заполнены костями иноков. Конечно, эти останки не имели отношения к нашествию 614 г., а накапливались там постепенно - для монастырей, расположенных в скальных пустынях, характерно отсутствие кладбищ, вместо которых существуют костницы, склепы, куда складывают тела почивших монахов. Но насельники Лавры Позднего Средневековья не сомневались, что имеют дело именно с костями убиенных мучеников. Обрывки исторических воспоминаний и житийная литература, подкрепленные «вещественными доказательствами», заполнявшими пещеры при монастырской церкви, породили предание о массовом мученичестве саввинских отцов, относимому уже к недавнему прошлому.
Коллективной памяти многих человеческих сообществ свойственно то, что ученые называют «виктимизацией» своего исторического прошлого, т.е. смакование страданий и гонений, которые претерпел когда-то тот или иной народ от врагов-соседей. Братия Лавры не устояла перед подобным искушением. Легенда о массовом мученичестве иноков должна была еще более украсить образ монастыря в христианском мире. Обилие мучеников - небесных заступников обители - было важнейшим элементом «позитивной самоидентификации» ближневосточных православных, представления о своей богоизбранности, критически важного для выживания христианского меньшинства в инородном окружении. В результате повесть об избиении саввинской братии мусульманами начала долгую жизнь в западной и восточной христианских традициях.
Возможно, это сказание (судя по обилию вариаций, оно передавалось изустно) сложилось в самые мрачные десятилетия истории Лавры, во второй половине XV в. Более ранние источники не содержат никаких отголосков данной легенды, но настойчиво воспроизводят гиперболические образы великого прошлого, поражающие воображение цифры древних насельников обители. «Было калагирев 10 тысоущ», - пишет русский архимандрит Агрефений, посещавший Св. землю в начале 1370-х годов Хожение архимандрита Агрефения // Малето Е.И. Антология хожений русских путешественников ХП-Х^ века. М., 2005. С. 275.. «Было 14 тысяч чернцов, кельи и ныне знать есть», - повышает планку паломник Игнатий Смолнянин (1395 г.) Хождение Игнатия Смолнянина / С.В. Арсеньев, ред. СПб., 1887. С. 21. Описание мест, вне Крита находящихся // Восемь греческих описаний Св. мест XIV, XV и XVI вв. СПб., 1903. С. 161; Душеспасительный рассказ о Св. Гробе // Там же. С. 172; Рассказ о Иерусалиме и св. горе Синае // Там же. С. 152; Проскинитарий, содержащий все чудесные знамения, явленные Спасителем нашим в Святом городе Иерусалиме, и описание местностей // Там же. С. 215.. Ту же цифру - 14 тысяч монахов - приводят греческие проскинитарии XV-XVI вв.11 При этом предание о массовом избиении иноков у ранних паломников не фигурирует. Встречаются сообщения только о вполне реальных случаях мученичества, подтвержденных аутентичными источниками. Так, Агрефению показывали пещеру, где «изжегоша святых моуж 40 погании варвари» Хожение архимандрита Агрефения. С. 276., т.е. связанную со сказанием о гибели саввинских отцов в 797 г.
Первым, кто зафиксировал легенду о разорении монастыря, произошедшем в сравнительно недавнем прошлом, был немецкий монах-паломник Феликс Фабри, посетивший Лавру в начале 1480-х годов. Предание было похоже на героический эпос: когда Св. Земля была потеряна христианами в последний раз (неясно, имеются ли в виду победы Салах ад-Дина 1187 г. или окончательная утрата Иерусалима франками в 1244 г.), монахи много месяцев сражались против сарацин в своих неприступных ущельях и не раз обращали их в бегство. Наконец, сам султан пришел с армией из Иерусалима и предложил инокам принять мусульманскую веру. Те ответили, что если султан перейдет в христианство, то они будут верно служить ему, в противном же случае будут биться до смерти. Царь неверных бросил свое войско на штурм горной обители и в конце концов овладел ей. Большая часть иноков, попавших в плен, была умерщвлена различными муками и отправилась на небеса. Храмы монастыря почему-то остались нетронутыми, но множество келий округи и ступени, ведущие к пещерам в стенах вади, были разрушены. Осталось в живых лишь несколько монахов, поклявшихся в верности сарацинскому царю. Монастырь, по словам Ф. Фабри, в итоге пришел в полное запустение, в котором пребывает и доныне The Book of the Wanderings of Brother Felix Fabri. Vol. II (1). L., 1893. P. 162..
В исторической памяти насельников обители была одна психологическая травма, возможно, послужившая толчком для сложения этой легенды.
На дороге из Иерусалима в Иерихон в непосредственной близости от Лавры стояла суфийская завия Наби Муса. Айюбиды и мамлюки всячески поддерживали ее, рассматривая, видимо, как духовный противовес христианским обителям Иудейской пустыни. По свидетельству ханбалитского алима и летописца конца XV в. Муджир ад-Дина аль-Улайми, в сентябре 1269 г. мамлюкский султан Бейбарс, присутствовавший при перестройке завии, распорядился разрушить кельи соседнего монастыря ас-Сик. Султану показалось, что прочные строения монастыря, где обитало 300 монахов, могут быть использованы крестоносцами как опорный пункт в случае их нападения на Иерусалим. Histoire de Jerusalem et d'Hebron depuis Abraham jusqu'a la fin de XVe siиcle de J.-C. Fragments de la Chronique Moudjir-ed-din traduits sur la texte arabe par Henry Sauvaire. Paris, 1876. P. 238. Исследователи отождествляют монастырь ас-Сик именно с лаврой Св. Саввы Pringle D. The Churches of the Crusader Kingdom of Jerusalem. Vol. II. Cambr., 1998. P. 261; Frenkel J. Mar Saba during the Mamluk and Ottoman Periods // The Sabaite Heritage in the Orthodox Church from the Fifth Century to the Present. Leuven, 2001. P. 112., хотя цифра «300 монахов», приводимая у аль-Улайми, выглядит фольклорным преувеличением. Мусульманским властям, действительно, были свойственны маниакальные опасения крестоносной угрозы и стремление разрушить всё, что могло послужить франкам как укрепление. Сами церкви и стены Лавры в 1269 г. не пострадали. Возможно, были разрушены кельи и башни в прилегающих к Лавре ущельях.