Как правило, женщины «сконцентрированы» в определенных отраслях. И это подтверждают на протяжении нескольких лет статистические данные, учитывающие распределение безработных женщин (в возрасте 15-72 лет), имеющих опыт работы в различных видах экономической деятельности. В основном безработные женщины ранее были заняты в сферах образования, здравоохранения и социальных услуг, социального обеспечения, в области культуры, спорта, организации досуга и развлечений, в оптовой и розничной торговле, а также в финансовой и страховой сферах, работали в гостиницах и на предприятиях общественного питания. Именно перечисленные отрасли в начале 1990-х гг. подверглись структурным изменениям, так как в основном финансировались из государственного бюджета: многие заводы, производства, предприятия были закрыты; некоторые должности стали неактуальны; рабочие места и профессии, в которых были заняты женщины, просто исчезли; начали происходить массовые увольнения и сокращения. Среди тех, кто потерял работу, большинство были женщины. Именно они в основном работали инженерами и специалистами, например, в различных технических отделах, конструкторских бюро, отделах контроля и т.п.
В кризисный период число рабочих мест для женщин сократилось на 20,6 %, а для мужчин - на 10,3 %. То есть каждая пятая женщина потеряла работу в официальном секторе занятости [4]. Работодатели были ориентированы на сохранение прежде всего мужских рабочих мест. Наблюдалась гендерная асимметрия в сфере труда, когда происходило неравномерное по полу высвобождение кадров. При этом зачастую стала складываться ситуация, когда женщинам целенаправленно стали отказывать в трудоустройстве даже при появлении вакансий (должностей, рабочих мест) в вышеперечисленных сферах деятельности, соответствующих образовательному уровню соискателей. Например, подавая заявки в службу занятости, руководство предприятий (организаций) стали заранее сообщать, работника какого пола им необходимо подобрать. Поэтому женщины, в частности имеющие инженерно-технические специальности и соответствующее образование, получали в данном случае отказ в приеме на работу и оставались не востребованными на рынке труда. Налицо проявление дискриминации по признаку пола.
Из-за возникшего несоответствия между предложением и спросом на рабочую силу и «несоответствия структуры вакансий профессиональным, образовательным и квалификационным характеристикам женщин, ищущих работу» [1, с. 104], женщины, потерявшие работу, достаточно долго не могли трудоустроиться, т.е. безработица приняла застойные формы. Период поиска подходящего места деятельности через службу занятости мог превышать более одного года. В этом также заключалась одна из особенностей исследуемой проблемы. Затем в меняющемся после кризиса обществе стали появляться новые рабочие места, профессии, сферы занятости, для которых на данном этапе пока еще не было квалифицированных специалистов. И вот здесь уже речь шла о структурном виде женской безработицы, являющейся углубленной, фрикционной и характеризующейся изменениями в производстве, которые в свою очередь изменили структуру спроса на рабочую силу.
Исследователи отмечают, что происходившие изменения в социальнотрудовой сфере, связанные с профессиональной и квалификационной структурой безработных и их востребованностью на рынке труда, имели более негативные последствия для женщин. Сложившаяся ситуация не могла не сказаться на показателях регистрируемой безработицы. Таким образом, увеличение численности женщин среди безработных было обусловлено рыночными отношениями и связано с отраслевой структурой экономики.
Специалист по гендерным исследованиям, И. В. Костикова выделила несколько причин регистрируемой женской безработицы [5, с. 135]:
1) женщины чаще, чем мужчины, регистрируются в службе занятости в качестве безработных, так как у них выше потребность в социальной защите (например, беременные женщины и женщины, имеющие малолетних детей, стремятся получить различные социальные выплаты или льготы);
2) женщины чаще, чем мужчины, обращаются к дополнительной помощи, пользуясь официальными каналами и регистрируясь в качестве безработных. Это подтверждается данными Росстата;
3) период безработицы может быть для женщины либо переходным периодом к статусу домохозяйки (этот переход достаточно сложный, так как статус домохозяйки в обществе не считается престижным), либо способом получения временных доходов (выплаты после увольнения на бирже труда, пособие по безработице). Действительно, некоторые исследователи предполагают, что женщины могут обращаться в службу занятости не только с целью поиска работы. Это также определенная возможность сделать «перерыв» в работе временным, официальным и оплачиваемым, что позволит им заняться домашними, семейными делами и (или) дождаться более подходящей и интересной вакансии по уже имеющейся специальности или профессии.
Итак, анализируя вышесказанное, можно сделать вывод, что для женской безработицы характерен фрикционный вид, который связан с определенными затратами времени на поиск новой работы и с тем, что работу ищут уже подготовленные специалисты с определенным уровнем образования, профессиональной специализацией и квалификацией.
Таким образом, кризис 1990-х гг. усложнил положение женщин в социально-трудовой сфере. Они столкнулись с большим количеством проблем, в том числе с проблемой потери и поиска работы, и по-разному адаптировались к сложившимся обстоятельствам. Подавляющее большинство женщин (более 70 %) потеряли основную работу и стали безработными, и лишь немногим удалось сохранить частичную занятость. Другая часть женщин попыталась найти работу, и им удалось трудоустроиться вторично (постоянно или временно), однако это была менее квалифицированная работа. Некоторая часть женщин, отчаявшись найти работу, становятся домохозяйками. Даже возникают такие группы женщин, которые с целью заработка вовлекаются в неформальные, а иногда и криминальные, секторы экономики. Но появляются и такие женщины, которым удается приспособиться к меняющимся условиям в обществе и на рынке труда и или найти подходящее место работы, или открыть свое собственное дело, т.е. заняться предпринимательской деятельностью. При этом большинство безработных мужчин, в отличие от женщин, легко адаптируются в нестабильных условиях, более активно ведут себя на рынке труда, достаточно быстро находят новую работу в различных сферах.
По результатам исследований того периода и на основе изучения адаптационного поведения женщин в условиях свободного рынка труда были выделены четыре типологические группы женщин. Первая группа - адаптивная (21 %, т.е. каждая пятая), это женщины, которые хорошо адаптировались в сложившихся условиях, проявили социальную активность и профессиональную мобильность, нашли подходящую работу или занялись предпринимательской деятельностью. Вторая группа - индифферентная (21 %), в ней преобладают домохозяйки, в основном молодого и пенсионного возраста, которые в целом не задумываются о своем трудовом будущем. Третья группа - самая многочисленная (49,9 %, т.е. каждая вторая опрошенная), фрустрационная, к ней относятся работающие женщины в возрасте от 31 до 55 лет (это в основном специалисты различных сфер деятельности: инженеры, технические работники, служащие, творческая интеллигенция), которые неуверенно чувствуют себя на рынке труда, имеют доходы на уровне прожиточного минимума. Именно безработица является «фрустратором». Последняя, четвертая, группа (8,1 %) - это собственно безработные женщины [6, с. 48], которые потеряли работу и испытывают трудности с поисками новой.
Результаты другого социологического исследования показали, что за годы реформ повысили свой социальный статус 17 % респондентов; понизили - 44 %, т.е. почти в три раза больше; прежний низкий социальный статус сохранили 12 %; средний - 22 %, а высокий статус - только 5 % респондентов [7, с. 26]. То есть достаточно большая группа женщин поменяли свой статус в обществе и пошли по пути нисходящей социальной мобильности. Эта тенденция продолжает сохраняться и в условиях современной действительности.
Ситуация на рынке труда стабилизировалась только через определенный период времени. По мнению ученых, это удалось во многом благодаря правильно выбранному курсу политики, проводимой государством, и было обусловлено несколькими взаимосвязанными факторами. С одной стороны, наблюдалось резкое и массовое высвобождение женской рабочей силы в самом начале перехода к рыночным отношениям, когда ситуация на рынке труда была нестабильной и доля женщин среди безработных резко возросла, достигнув максимума. Затем постепенно ситуация нормализовалась.
А с другой стороны, некоторые группы женщин изменили свое отношение к работе и потребности в ней. По результатам обследований безработных выявлено, что в конце 1990-х гг. «женщины из семей с высоким и даже средним уровнем доходов нередко отказываются от регистрации в качестве безработных в связи с низким размером пособия и трудностями его получения. Другая часть женщин отказывается от регистрации, поскольку не рассчитывают получить работу через службы занятости в связи с высокой напряженностью на рынке труда» [8].
Поэтому, как уже отмечалось выше, появляется категория безработных женщин, которые при некоторой материальной обеспеченности (т.е. у них имеется какой-то доход или муж, родители помогают) ищут работу «пассивно» или ориентированы не работать вообще. Они в большей степени предпочитают заниматься семейными обязанностями, воспитанием детей, домашними делами. Но, как правило, материальные трудности все-таки вынуждают женщин заниматься поиском работы, что, с другой стороны, делает их пассивными на рынке труда.
Представленные моменты характеризуют социальную мобильность женщин, которая связана с их адаптационным поведением на рынке труда и означает изменение их положения в структуре общества, способность менять свои профессиональные статусы, адаптируясь к меняющимся условиям социально-экономической действительности.
Изменение показателей регистрируемой женской безработицы объясняется также и тем, что «многие женщины в поисках работы переходили в сферу так называемой нерегламентированной занятости, в неформальный сектор, основными формами которых являются мелкая розничная торговля и «челночный» бизнес и т.д.» [9, с. 5].
Официальные данные это подтверждают: с середины 1990-х гг. увеличивается численность женщин в неформальном секторе. По результатам статистического учета распределения мужчин и женщин, занятых в неформальном секторе по различным видам экономической деятельности, а также по основной и дополнительной работе процент неформально занятых женщин достаточно стабилен: например, в 2003 г. - 48 %, в 2005 г. - 49 %, в 2007 -46,7 %, 2011 г. - 45 %, в 2017 г. - 44 % [15-20].
С одной стороны, это говорит о том, что женщины находят источники дохода, варианты трудоустройства и подработки, возможность получить опыт и в дальнейшем, может быть, открыть свое собственное дело. А с другой стороны - о проблемах так называемого «официального» трудоустройства, недостаточного уровня оплаты труда по основному месту работы, которые вынуждают их искать подработку и создают дополнительные трудности в обществе и на рынке труда. Результаты социологических опросов в 2008 г. показали, что около 5 % безработных женщин согласны на заработок в нелегальных сферах, что является тревожным показателем, обуславливает рост преступности и появление других социальных проблем.
Кроме того, следует отметить, что такое поведение женщин на рынке труда может быть обусловлено также и мерами дискриминационного характера в отношении женщин со стороны работодателей.
Некоторые исследователи отмечают, что проблема женской безработицы обусловлена в первую очередь структурными изменениями и трансформационными процессами в обществе, вызванными становлением рыночных отношений, а также мерами дискриминационного характера в отношении женщин в социально-трудовой сфере, которые особенно обостряются в нестабильных социально-экономических условиях или в условиях финансовоэкономического кризиса и принимают открытые формы.
Рост официальной и незарегистрированной безработицы среди женщин в результате политических и социально-экономических изменений в стране также во многом был обусловлен действиями работодателей, которые сделали женщин первоочередными кандидатами на увольнение, поскольку считали их менее выгодными работниками из-за возможных перерывов в работе, вызванных замужеством, беременностью, деторождением и уходом за детьми. Также статистика свидетельствует, что за одну и ту же работу (должность в той или иной сфере занятости), выполняемую мужчинами и женщинами, женщины получают меньше «по всем укрупненным профессиональным группам работников, что составляет в среднем 64 % от средней заработной платы мужчин» [10, с. 5]. Например, это подтверждается официальными данными выборочных обследований средней заработной платы, начисленной мужчинам и женщинам по различным группам занятий в России в разные годы. Например, в 2017 г. специалисты-мужчины высшего уровня квалификации получали 54 727 руб., а специалисты-женщины - 38 622 руб.; специалисты среднего уровня квалификации - 51 707 и 30 284 руб. соответственно и т.д. [11, c. 132, 133]. Такая тенденция наблюдается десятилетиями.
Разница в оплате труда проявляется практически во всех сферах и видах занятости (за исключением сельского и лесного хозяйства, рыбоводства и рыболовства, где прослеживается незначительная разница в оплате труда «в пользу» женщин), что подтверждает неравенство между женщинами и мужчинами в сфере труда.
По данным кадрового центра «Юнити», женщины готовы работать за гораздо меньшее вознаграждение: на аналогичных должностях мужчины получают в среднем на 15 % больше, чем женщины. По этому поводу аналитик инвестиционной компании «Финам» А. Вакуленко отмечает, что женщины имеют меньшие притязания по доходам, более консервативны и, стремясь к стабильности, легче переносят тяжелые управленческие ситуации [12, с. 130]. В современных условиях проблемы с трудоустройством женщин нередко связаны с негласными требованиями работодателей к возрастным характеристикам потенциальных работниц. При приеме на работу женщинам могут предъявляться «дополнительные требования», которые не связаны с их знаниями, умениями, навыками, профессиональными качествами и квалификацией, а в большей степени обусловлены какими-либо другими характеристиками (например, условиями не выходить замуж или уходить в декрет, а также внешними данными). Все это подтверждает, что дискриминация является одной из причин женской безработицы.