Например, устная речь русских сибиряков может быть корректно интерпретирована не только в соответствии с закономерностями развития их материнских говоров и логики заимствования лексики этносов-соседей, но и с учетом общего воздействия на них вокабуляра центральных и региональных СМИ, изменяющихся бытовых и производственных технологий. Аналогичным образом интерес сибирских интеллектуалов конца XIX в. к «дорусской» истории Сибири и фигуре Ермака необходимо рассматривать в контексте геополитического проекта «большой русской нации» и реакции на него движения сибирского областничества.
Мы полагаем, что при установлении факторов устойчивости культурноязыкового ландшафта принципы сочетания данных должны быть подчинены решению двуединой задачи: показать, с одной стороны, способы социального и символического упорядочивания пространственных объектов не изолированными и сменяющими друг друга, а взаимно дополняющими; с другой - их манифестацию и дифференцирование в зависимости от этнической, конфессиональной, идеологической и в отдельных случаях гендерной принадлежности их «создателей» и «потребителей». Соответственно, процессы взаимного влияния письменных текстов и устной речи, идей и социальных практик, вещей и технологий мы предлагаем исследовать на двух уровнях: 1) групповом (на уровне отдельных социальных и этноконфессиональных сообществ); 2) социетальном (на уровне речевых практик и культурных паттернов, добровольно или вынужденно, осознанно или бессознательно разделяемых населением сибирских микрорегионов (городов, сел, исторически сформированных территориальных образований)). В качестве результатов этих взаимных влияний могут рассматриваться:
1) характеристики языкового ландшафта в различных вариантах его существования (языковой коллектив носителей говоров Среднего Приобья / диалектная языковая личность как типичный представитель этого сообщества) и дикурсивных способах проявления (культурные концепты, стратегии и тактики речевого поведения, жанры диалогического общения, речевой этикет);
2) социальные варианты культурного ландшафта - особенности формирования в иноречевой культурной среде как самих русскоязычных социальных общностей Сибири (городских / сельских, церковно-приходских / старообрядческих, старожильческих / переселенческих и т.д.), так и их литературных рефлексий;
3) иерархии локусов как пространственных объектов, наделяемых индигенными и пришлыми создателями, хранителями и трансляторами способностью моделировать непространственные отношения - политические, экономические, культурные, мемориальные и проч.
В такой постановке вопроса принципиальное значение для определения обстоятельств формирования и изменения культурно-языкового ландшафта приобретают источники информации, дающие сведения о групповых и социетальных практиках конструирования образа региона и ситуации трансграничья. Так, анализ первых возможен на основе словесных произведений (книжных, документальных и журнально-газетных публикаций, литературных альманахов и сборников, конфессиональных историко-полемических сочинений, агитационных материалов и т.д.). Для реконструкции социетальных практик есть смысл привлечь следующие корпусы материалов:
а)архив данных устной речи русских старожилов Сибири, дающий возможность изучения различных локусов традиционной народной культуры в аспекте ее сохранения и трансформации и позволяющий моделировать речевые портреты населенных пунктов, находящихся на транспортных магистралях и удаленных от них;
б)входящие в состав библиотек сибирских староверов памятники христианской литургической и вероучительной литературы с анонимными читательскими маргиналиями и следами «благочестивой» книжной реставрации, которые открывают пути осмысления сибирскими конфессиональными мигрантами своей принадлежности к христианской ойкумене;
в)материалы археологических раскопок, отражающие смену культурных ландшафтов Сибири и позволяющие обоснованно судить о взаимовлиянии бытовых и культовых практик индигенных народов и нового пришлого населения, глубине и устойчивости трансграничных связей Сибири в ХУ-Х1Х вв. и отношении ее современного населения к сохранению памяти о них.
Полагаем, что объединение названных массивов данных в рамках единой исследовательской задачи способно существенно дополнить и, возможно, скорректировать научное знание о механизмах региональной и этноконфессиональной идентификации местного и пришлого населения Сибири в прошлом и настоящем.
Выводы
Итак, модель реконструкции культурно-языкового ландшафта строится на положении о том, что такого рода ландшафты, сформировавшись в результате взаимодействия различных факторов, в дальнейшем сами становятся импульсом для создания разнообразных территориальных связей. Предлагаемая модель включает четыре компонента: «физический субстрат», «системы регулирования», «интеракции и действия», «символическое кодирование и восприятие», рассматриваемые с привлечением данных лингвистики, литературоведения, истории, археологии.
Значимость результатов, полученных на основе применения разработанной модели, определяется возможностью концептуализации в гуманитарном исследовании понятия «трансграничье».
Предложенная модель позволяет:
- описывать социальные коммуникации двух типов: политические / вертикальные связи между центром и периферией и культурные / горизонтальные связи региональных сообществ с непосредственными и отдаленными соседями, которые наряду с трансфером идей и технологий могут являться источником формирования альтернативных, неофициальных локусов политико-правового, сакрального и мемориального значения;
- учитывать разнообразие социальных вариантов культурного ландшафта и речевого поведения диалектоносителей;
- принимать во внимание особенности и ограничения разных типов источников информации, используемых при изучении указанных процессов, что является значимым для разработки конвенциональной терминологии и инструментария.
Литература
социокоммуникативный трансграничный регион сибирь
1. Трансграничное сотрудничество в процессах европейской интеграции = Wspфlpracatransgraniczna w procesachintegracjieuropejskiej/ подред. В.С. Бильчака, М. Горновича. Калининград : Изд-во Балтийского федерального университета им. Иммануила Канта, 2011. 248 с. URL: http://www.iprbookshop.ru/23943.html. ЭБС «IPRbooks».
2. Корнеевец В.С. Формирование трансграничных мезорегионов на Балтике. Калининград : Изд-во Балтийского федерального университета им. Иммануила Канта, 2010. 80 с.
3. De Rougemont D. L'avenirestnotre affaire. Paris : Stock, 1977. 376 p.
4. Трансграничье в изменяющемся мире: Россия - Китай - Монголия (теория трансграничья, сравнительное гражданское право, трансграничное образование, прикладные исследования) : сб. ст. / под ред. О.А. Марковой. Чита : Изд-во Забайкальского гос. гуманит.-пед. ун-та им. Н.Г. Чернышевского, 2010. 261 с.
5. Ярошенко А.В. Проблемные пути концептуализации трансграничья // Известия Рос.гос. пед. ун-та им. А.И. Герцена. 2012. № 152. С. 41-47.
6. Русские говоры Среднего Приобья. Томск : Изд-во Том.ун-та, 1985. Ч. 1. 201 с.
7. Катионов О.Н. Московско-Сибирский тракт как основная сухопутная транспортная коммуникация Сибири ХУШ - XIX вв. Новосибирск : Изд. Новосиб. гос. пед. ун-та, 2008. 372 с.
8. Родигина Н.Н. «Другая Россия»: образ Сибири в русской журнальной прессе второй половины XIX - начале ХХ в. Новосибирск : Изд. Новосиб. гос. пед. ун-та, 2006. 343 с.
9. Айзикова И.А., Волошина С.В., Есипова В.А. и др. Словесная культура Сибири в общероссийском и европейском контекстах (XIX - начало XX в.). Томск : Изд-во Том.ун-та, 2019. 492 с.
10. Демешкина Т.А. Ссылка как феномен сибирскойлингвокультуры // Вестник Томского государственного университета. Филология. 2018. № 56. С. 34-46.
11. Шенк Ф.Б. Поезд в современность: Мобильность и социальное пространство России в век железных дорог. М. : Новое литературное обозрение, 2016. 584 с.
12. Замятин Д.Н., Замятина Н.Ю. Гуманитарная география: предмет изучения и основные направления развития // Известия РАН. Серия географическая. 2011. № 5. С. 97-108.
13. Митин И.И. На пути к воображаемой географии: два поворота, три пространства // Топос:. Философско-культурологический журнал. 2011. № 1. С. 62-73.
14. Schultz H.-D. Rдume sind nicht, Rдume werden gemacht. Zur Genese «Mitteleuropas» in der deutschen Geographie // Europa Regional. 1997. Bd. 5. S. 2-14.
15. Шелегина О.Н. Адаптационные процессы в культуре жизнеобеспечения русского населения Сибири в XVППI - начале ХХ в. (к постановке проблемы). Новосибирск : Сибирская научная книга, 2005. 192 с.
16. Родигина Н.Н. «Земля обетованная» или «каторжный рай»: Сибирь в восприятии крестьян Европейской России второй половины XIX в. // Моя Сибирь: Вопросы региональной истории и исторического образования. Новосибирск, 2005. С. 24-33.
17. Словарь народно-разговорной речи г. Томска XVII - начала XVIII века / под ред. В. Палагиной, Л.А. Захаровой ; авт.-сост. В.В. Палагина и др. Томск : Изд-во Том.унта, 2001. 340 с.
18. Волхонский М.А., Ярлыкапов А.А. Ногайская степь как культурный ландшафт: проблемы идентификации и изучения // Уральский исторический вестник. 2020. № 2.61-70.
19. Иванцова Е.В. Ритуал потчевания в традиционной народной культуре // Теоретические и прикладные аспекты филологии. Томск, 2004. С. 141-145.
20. Томская диалектологическая школа: историографический очерк / под ред. О.И. Блиновой. Томск : Изд-во Том.ун-та, 2006. 392 с.
21. Ло Дж. Объекты и пространства // Социологическое обозрение. 2006. Т. 5, № 1. С. 30-41.
22. Демешкина Т.А. Славянский компонент в самоидентификации жителя Сибири // Русин. 2015. № 3 (41). С. 90-107.
23. Томский диалектный корпус. URL: http://losl.tsu.ru/?q=node/23 (дата обращения: 02.09.2020).
24. Белянин Д.Н. Государственная политика аграрно-крестьянских переселений в Западную Сибирь в 1861-1917 гг. :автореф. дис. ... д-ра ист. наук. Томск, 2016. 22 с.
25. Чуркин М.К. Адаптивная ситуация, барьеры и стратегии поведения переселенцев черноземного центра Европейской России (вторая половина XIX - начало ХХ в.) // Сибирские исторические исследования. 2013. № 1. С. 18-30.
26. Тубалова И.В. Полифонический текст в устных и личностно-ориентированных дискурсах. Томск : Изд-во Том.ун-та, 2016. 368 с.
27. Дутчак Е.Е. Литературная история таежного скита: от жанра поучения к культуре самоописания // Старообрядческая культура и современный мир : сб. науч. тр. и материалов / отв. ред. и сост. С.В. Таранец. Киев : Национальная академия наук Украины, 2018. Вып. 8. С. 161-188.
28. Пушкарев А.А. Нюрнбергские жетоны как культурно-хронологические маркеры эпохи русского освоения Западной Сибири // BylyeGody. 2020. Vol. 57,is. 3. Р. 919929.
29. Сибирь в составе Российской империи. М. : Новое литературное обозрение, 2007. 368 с.
30. Жеравина А.Н. Кабинетское хозяйство в Сибири (1747-1861 гг.). Томск : Изд-во Том.ун-та, 2005. 324 с.
31. EAP834 «Living or leaving tradition: textual heritage of the Taiga Old Believers' skit». - The Endangered Archives Programme: URL: http://eap.bl.uk/database/results.a4d? projID=EAP834 (датаобращения: 02.09.2020).
32. Скитская библиотека. - Научная библиотека Томского государственного университета: URL: http://vital.lib.tsu.rU/vital/access/manager/Collection/vital:4153(дата обращения: 02.09.2020).
33. Суханов В.А., Щербинин А.И. Жизнь и смерть «Сибирских Афин»: проблема жизненного цикла метафорического топонима в различных дискурсах ХХ - начала XXI в. // Вестник Томского государственного университета. Филология. 2017. № 47. С. 149-170.
References
1. Bil'chak, V.S. &Gornovich, M. (eds) (2011). Transgranichnoesotrudnichestvo v protsessakhevropeyskoyintegratsii. Wspolpracatransgraniczna w procesachintegracjieuropejskiej [Cross-Border Cooperation in the Processes of European Integration. Wspolpracatransgraniczna w procesachintegracjieuropejskiej]. Kaliningrad: Immanuel Kant BFU. [Online] Available from: http://www.iprbookshop.ru/23943.html.
2. Korneevets, VS. (2010) FormirovanietransgranichnykhmezoregionovnaBaltike[Formation of TransboundaryMesoregions in the Baltic]. Kaliningrad: Immanuel Kant BFU.
3. Rougemont, D. de (1977) L'avenirestnotre affaire. Paris: Stock.
4. Markova, O.A. (ed.) (2010) Transgranich'e v izmenyayushchemsya mire: Rossiya - Kitay - Mongoliya (teoriyatransgranich'ya, sravnitel'noegrazhdanskoepravo, transgranichnoeobrazovanie, prikladnyeissledovaniya) [Cross-Border Area in a Changing World: Russia - China - Mongolia (Theory of cross-border area, comparative civil law, crossborder education, applied research)]. Chita: Zabaikalsky State Humanitarian Pedagogical University named after N. Chernishevsky.
5. Yaroshenko, A.V. (2012) Conseptualization the transboundary. IzvestiyaRossiyskogogosudarstvennogopedagogicheskogouniversitetaim. A. I. Gertsena - Izvestia: Herzen University Journal of Humanities & Sciences. 152. pp. 41-47. (In Russian).
6. Palagina, VV. (ed.) (1985) RusskiegovorySrednegoPriob 'ya [Russian Dialects of the Middle Ob Region]. Part 1. Tomsk: Tomsk State University.
7. Kationov, O.N. (2008) Moskovsko-SibirskiytraktkakosnovnayasukhoputnayatransportnayakommunikatsiyaSibiri XVIII - XIX vv. [Moscow-Siberian Tract as the Main Land Transport Communication of Siberia in the 18th - 19th Centuries]. Novosibirsk: Novosibirsk State Pedagogical University.
8. Rodigina, N.N. (2006) "DrugayaRossiya”: obrazSibiri v russkoyzhurnal'noypressevtoroypoloviny XIX - nachale XX v. [“Another Russia”: the Image of Siberia in the Russian Magazine Press of the Second Half of the 19th - Early 20th Centuries]. Novosibirsk: Novosibirsk State Pedagogical University.
9. Ayzikova, I.A. et al. (2019) Slovesnayakul'turaSibiri v obshcherossiyskom i evropeyskomkontekstakh (XIX - nachalo XX v.)[Verbal Culture of Siberia in the All-Russian and European contexts (19th - Early 20th Centuries)]. Tomsk: Tomsk State University.
10. Demeshkina, T.A. (2018) “Exile” as a phenomenon of the Siberian linguaculture. VestnikTomskogogosudarstvennogouniversiteta. Filologiya. - Tomsk State University Journal of Philology. 56. pp. 34-46. (In Russian). DOI: 10.17223/19986645/56/3
11. Schenk, F.B. (2016) Poezd v sovremennost': Mobil'nost' isotsial'noeprostranstvoRossii v vekzheleznykhdorog [Train to the Present: Mobility and Social Space in Russia in the Age of Railways]. Translated from German. Moscow: Novoeliteraturnoeobozrenie.
12. Zamyatin, D.N. &Zamyatina, N.Yu. (2011) Gumanitarnayageografiya: predmetizucheniyaiosnovnyenapravleniyarazvitiya [Humanitarian geography: subject of study and main directions of development]. Izvestiya RAN. Seriyageograficheskaya. 5. pp. 97-108.