Материал: Соотношение теоретического и практического в феноменологии Гуссерля_ аналитический подход

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Институте философии и права Сибирского отделения Российской академии наук.

Официальные оппоненты:

Павлов Павел Викторович, доктор философских наук, доцент, федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Южно-Российский государственный политехнический университет (НПИ) имени М.И. Платова», кафедра «Управление персоналом», профессор

Антух Геннадий Геннадьевич, кандидат философских наук, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Томский научный центр Сибирского отделения Российской академии наук, лаборатория логикофилософских исследований, старший научный сотрудник

Ведущая организация: Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Санкт-Петербургский государственный университет»

Защита состоится 11 марта 2020 г. в 12 ч. 00 мин. на заседании диссертационного совета Д 212.267.01, созданного на базе федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет» по адресу: 634050, г. Томск, пр. Ленина 36 (учебный корпус № 4 ТГУ, аудитория 306).

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке и на официальном сайте федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Национальный исследовательский Томский университет» www.tsu.ru.

Материалы по защите диссертации размещены на официальном сайте ТГУ: http://www.ams.tsu.ru/TSU/QualificationDep/cosearchers.nsf/newpublicationn/BerdausSV11032020.html

Автореферат разослан « ___ » февраля 2020 г.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Западная философия начала XX

века ознаменована двумя парадигмальными «поворотами»: метафизическим и лингвистическим. Однако не менее фундаментальное влияние оказал на облик современной философии также и практический поворот1. Суть этого поворота в общих чертах может быть сведена к потере актуальности разделения знания на теоретическое и практическое в силу как минимум двух причин: 1) расставания философии с миром умозрительного, отвлеченного, «платоновского»; 2) обращения философии к индивидуальной жизни сознания, опыту конкретного человека. Пример хайдеггеровской экзистенциальной философии в достаточной мере ясно иллюстрирует это смещение, если не ликвидацию границы между практическим и теоретическим.

Одним из инициаторов практического поворота выступил основатель феноменологии Эдмунд Гуссерль. Подчеркнем, что мы причисляем Гуссерля именно к инициаторам практического поворота. При этом мы не квалифицируем основанное Гуссерлем философское учение – феноменологию – как относящееся в полной мере к практической философии в современном ее понимании. Обратимся к работе «Практический поворот в постметафизической философии», где авторы следующим образом очерчивают рамки современной практической философии: (1) «классическое соотношение теоретического и практического здесь переопределяется таким образом, что сфера практического не только расширяется далеко за границы традиционных областей этики и политики (охватывая неявное знание, личностное самобытие, социальные практики, языковую коммуникацию и др.), но и понимается как первичная относительно теоретической установки философии»2; (2) «это не региональная философская субдисциплина (этика и политическая философия), а “полная” философия (включая “онтологию” и “эпистемологию”)»3. По какой причине мы не причисляем феноменологию к современной практической философии? Главным образом в силу того, что практический поворот полноценным образом раскрылся именно в поле «постметафизической» философии (термин Хабермаса), т.е. философии, преодолевшей метафизику (таким образом, к практической «постметафизической» философии можно причислить «“превозмогающее метафизику” бытийно-историчное мышление М. Хайдеггера, англоамериканскую и немецкоязычную языковую прагматику, “критическую теорию” франкфуртской школы, “деконструктивизм” Ж. Деррида; к последним по времени – идею “постметафизической культуры” Р. Рорти и

1См.: Борисов Е.В., Инишев И., Фурс В. Практический поворот в постметафизической философии. Вильнюс, 2008.

2Там же. С. 5.

3Там же. С. 6.

3

“постметафизическую эпистемологию” Х.-У. Гумбрехта»4). Феноменология же в известном смысле так и не «превозмогла» метафизику, что позволяет воспринимать ее скорее как переходный этап между классическим и постклассическим способами философствования.

В философской системе Гуссерля выстраивается новая диспозиция между теоретическим и практическим знанием. Что в общих чертах лежит в основе этого нового типа соотношения? Эти черты можно суммировать указанием на то, что феноменология, согласно некоторым интерпретациям, может считаться одной из ветвей современной философии сознания, которая, изучая природу сознания во всех его возможных проявлениях и интенциях, охватывает и область практического (мотивация, выбор, оценивание, поступок). Но специфика феноменологии как философского направления заключается в том, что она работает с сознанием не как с абстрактной категорией. Для Гуссерля более адекватной его целям и задачам является установка на конкретно-единичное мышление «здесь и сейчас». В связи с этим относительно предмета своего исследования феноменология предполагает смещение центра тяжести с более академического способа мыслить «вообще» к более непривычной установке на конкретно-единичное мышление. Как элемент этого мира (мирская и мунданная (mundan) феноменология в терминологии Гуссерля), а не мира абстракций, феноменологическое сознание всегда наполнено чем-то сиюминутным, принадлежащим мне и этому моменту. Именно это, наряду с другим базовым свойством «быть направленным», и составляет «идеологию» интенциональности и феноменологического метода в целом. Феноменология

– это «первое радикальное оспаривание в западном мышлении приоритета теории»5 в пользу возвращения к реальным единичным уникальным переживаниям.

Одним из способов ослабления приоритета теории стало, с одной стороны, инкорпорирование в теоретическое знание практических элементов, а с другой – имплицитное размывание понятий теории и практики как таковых. Специфическая трактовка практики в феноменологии обуславливается тем, что практическая сторона интенционального сознания функционирует на почве постоянно становящегося феноменологического опыта, который может быть интерпретирован как критико-познавательный функционал субъективности. Для того чтобы продемонстрировать, как в теоретическую область инкапсулируется так понимаемая практическая составляющая, в своем исследовании мы обратились к анализу построения таких парадигмальных дисциплин, как логика и этика. Обращение к этим дисциплинам, обусловившее название первой главы диссертации, способствовало более комплексному и последовательному анализу генезиса самой феноменологии и практических элементов этого учения. Следует

4Там же. С. 7.

5Левинас Э. Этика и бесконечность. Диалоги с Филиппом Немо / пер. И.С. Вдовиной // История философии. 2000. №. 5. С. 178.

4

отметить, что в рамках дисциплинарного подхода мы хотели показать то, каким образом в феноменологии осуществляется подход к изложению философии как строгой науки через обособление от классического подхода к философии как метанарративу. Кроме того, обращение именно к дисциплинам послужило выходом на более глубокую проблематику того, каким образом практический аспект соотносится с теоретико-нормативными положениями феноменологии, в частности, с наукоучением. Обозначив, с одной стороны, неочевидное, а с другой стороны, комплементарное соотношение теоретического, нормативного и практического, мы во второй главе обратились к анализу практической составляющей, раскрывая ее через различные топики трансцендентальной феноменологии. В этой области имеет место специфическая связь теоретического и практического, отразившаяся как на феноменологической концепции разума, так и на таких фундаментальных вопросах, как проблема обоснования знания и интерпретация интенциональности.

Из вышесказанного следует заключить, что установление степени и характера инверсии теоретического и практического в философской системе Гуссерля представляется проблематичным и требует многоаспектного исследования.

Таким образом, в центре нашего исследования будет находиться проблема определения степени и характера трансформации теоретического и практического знания. Поскольку Гуссерль отказывается от прежних представлений о содержании и компетенциях практического знания в его классическом понимании и вместе с тем не может считаться в полном смысле слова представителем новой постметафизической философии, его система соотношения теоретического и практического не соответствует стандартам как классической философии, так и неклассической (постметафизической) философии. Между тем, исходя из современного состояния философии, очевидно, что заданное Гуссерлем и другими философами начала прошлого века направление в настоящий момент уже стало утвердившимся фактом. Имеется в виду ряд теорий и концепций, в которых уровень строгости и абстрактности теоретического знания значительно ослаблен, а зависимость от практики несравненно больше, нежели в прошлом. Яркий пример – эволюционная эпистемология, согласно которой знание не является набором неизменных положений, ни от чего не зависящих, но представляет собой результат развития человека и общества, благодаря чему выкристаллизовались наши представления, которые со временем могут измениться. Поэтому сегодня перед философами попрежнему стоит задача по установлению степени возможного влияния практического знания на теоретическое, что свидетельствует об актуальности темы и проблемы нашего исследования. Таким образом, актуальность исследования определяется тем концептуальным потенциалом феноменологии, который может быть плодотворно применен к современным

5