Статья: Состав чиновничества Олонецкой губернии в первой половине XIX века

СОСТАВ ЧИНОВНИЧЕСТВА ОЛОНЕЦКОЙ ГУБЕРНИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

Олеся Анатольевна Плех

кандидат исторических наук, научный сотрудник центра «История России XIX - начала XX вв.»

Федеральное государственное бюджетное учреждение науки «Институт российской истории Российской академии наук»

Рассматриваются проблемы кадрового обеспечения местных учреждений Олонецкой губернии в первой половине XIX века. На материалах систематического учета чиновничества (групповые формулярные списки) проанализирован состав служащих по сословному происхождению, возрасту и уровню образования. Представленная характеристика позволила проиллюстрировать кадровые проблемы, с которыми столкнулась губерния в этот период, и результаты предпринимаемых правительством мер, направленных на их решение, а полученные статистические данные отразили особенности правительственного курса в области формирования социальной базы олонецкой бюрократии. Установлено, что в изучаемый период добиться укомплектования местных учреждений за счет внутренних ресурсов губернии не представлялось возможным, и аппарат управления Олонецкой губернии состоял наполовину из приезжих лиц. Назначение на должности служащих из других регионов, введение преимуществ по службе, разрешение принимать в канцелярское звание людей из податного состояния - все это влияло на состав бюрократии. Анализ сословного происхождения служащих выявил высокий удельный вес представителей дворянства, потомственных гражданских служащих и лиц из податных состояний. Показатели по возрастному составу первой четверти XIX века отражают кадровый голод и крайне медленное пополнение местных учреждений молодыми кадрами, а второй - наоборот, приток служащих из других губерний и постепенное омоложение, завершившееся в середине века «сменой поколений» служащих. Данные относительно образования свидетельствуют об общем низком уровне профессиональной подготовки. Несмотря на то, что предпринимаемые правительством меры, связывавшие уровень образования с чинопроизводством, повышали заинтересованность будущих чиновников в получении аттестатов учебных заведений, однако и к середине века большинство служащих являлись лицами с начальным или домашним образованием.

Ключевые слова: кадровый состав, чиновничество, местное управление, гражданская служба, формулярные списки, сословное происхождение, возрастной состав, уровень образования, Олонецкая губерния

олонецкая губерния бюрократия служащие сословное происхождение

ВВЕДЕНИЕ

В современной науке наблюдается неугасающий интерес к истории бюрократии Российской империи. В отдельное направление исследований выделилось изучение провинциального чиновника, социокультурный облик которого в значительной степени отличался от столичных типажей и во многом зависел от специфики региона, с которым была связана его служебная деятельность [5], [7], [8], [10], [15]¹. При всей многочисленности имеющихся публикаций проблемы кадрового обеспечения местных учреждений Европейского Севера России в первой половине XIX века остаются практически неразработанными [1], [4], [14]², а чиновничество Олонецкой губернии в указанных хронологических рамках еще не становилось предметом научного анализа. Между тем материалы по этой губернии представляются весьма ценными для изучения системы государственного управления Российской империи, поскольку, с одной стороны, это был регион с ярко выраженной спецификой, требовавшей учета при регулировании кадрового состава (речь идет о северной слабозаселенной территории, в сословном составе населения которой преобладали государственные крестьяне, дворянство было представлено незначительно, а в этническом - был высок процент инородцев), а с другой - в первой половине XIX века, когда государству приходилось комплектовать провинциальный аппарат управления в условиях дефицита квалифицированных кадров, местные учреждения Олонецкой губернии функционировали в условиях острого недостатка чиновников и, особенно, канцелярских служителей, и речь идет не о нехватке профессиональных управленцев, а о фактическом отсутствии желающих нести службу в суровом северном крае.

Итак, в центре внимания настоящей статьи - служащие Олонецкой губернии первой половины XIX века: их состав по сословному происхождению, возрасту и уровню образования. Документальная основа исследования - материалы систематического учета чиновничества: групповые формулярные списки, сохранившиеся в фонде 1349 Российского государственного исторического архива (далее - РГИА)³. Историки, занимающиеся разработкой проблем кадрового обеспечения, активно обращаются к этим источникам, однако представленные в данной статье материалы по составу олонецких чиновников еще не вводились в научный оборот.

***

В ходе настоящего исследования проанализированы материалы групповых формулярных списков за 1803, 1826, 1844 и 1850 годы⁴. Выбор хронологических срезов обусловлен следующим. Документы, датированные 1803 годом, - это самый ранний групповой формулярный список, сформированный по результатам укомплектования местных учреждений на момент восстановления губернии⁵. Он включает не только чиновников, но и канцелярских служителей, что для данного источника является большой редкостью. По документам за 1826 год можно судить о результатах кадровой политики правительства Александра I, а за 1850-й - Николая I, однако и тот и другой списки содержат информацию только о чиновниках. В связи с этим еще проанализированы списки за 1844 год, которые, так же как и материалы 1803 года, включают полный состав служащих (и чиновников, и нечиновников). Информация из указанных источников была систематизирована в электронной базе данных, что позволило получить статистические показатели по составу служащих⁶.

В табл. 1 представлено сословное происхождение служащих Олонецкой губернии. Полученные показатели весьма любопытны. Их объяснение требует учета многих факторов, определявших социальную базу комплектования олонецкой бюрократии. Напомним, что для верховной власти предпочтительным источником пополнения кадров провинциального аппарата управления являлись дворянство и потомственные служащие («обер-офицерские» дети и дети канцелярских служителей). Если эти сословные группы среди населения губернии были малочисленны и не обеспечивали требуемого притока кадров, то государство направляло на канцелярскую службу «излишних» детей священно- и церковнослужителей, для которых обучение грамоте являлось обязательным. Однако в изучаемой губернии состав населения был таков, что за счет внутренних ресурсов добиться желаемого кадрового обеспечения не представлялось возможным: в 1780-е годы из 230 тыс. человек, населявших губернию, потомственных дворян насчитывалось 238, или 0,1 %, разночинцев - 1739 (0,8 %), духовенства - 449 (0,2 %)⁷; в 1850-е годы из 287 тыс. человек - 1204 (0,4 %), 6108 (2,1 %), 4083 (1,4 %) соответственно⁸. Иными словами, показатели по сословному происхождению служащих связаны не только с составом населения. Немаловажную роль играло то, что в олонецких учреждениях была высока доля приезжих: удельный вес уроженцев губернии в 1803 году составлял 56,0 %, в 1826 - 44,8 %, в 1844 - 51,0 %, в 1850 - 41,8 %.

Таблица 1. Сословное происхождение служащих Олонецкой губернии

Table 1. Estate origins of civil servants in Olonetsk province

Примечание. В таблице выделено 5 групп: 1) потомственные дворяне; 2) дети личных дворян (дети «обер-офицеров»); 3) дети канцелярских, или приказных, служителей; 4) духовенство (дети священно- и церковнослужителей); 5) прочие социальные группы, представители которых на гражданской службе были малочисленны (выходцы из купечества, мещанства, крестьянства, иностранцы, дети унтер-офицеров и солдат, дети низших служителей гражданского, военного, почтового, горнозаводского и духовного ведомств, дети из воспитательных учреждений и др.).

Составлено по: РГИА. Ф. 1349. Оп. 4. 1803. Д. 54. Л. 1 об.-175; 1826. Д. 133. Л. 1 об.-314; 1844. Д. 514. Ч. 1. Л. 1 об.-644; Ч. 2. Л. 1 об.- 450; Оп. 5. Д. 78. Л. 1 об.-24; Д. 6644. Л. 1 об.-70; Д. 6972. Л. 1 об.-690; Д. 7589. Л. 1 об.-532; Д. 7951. Л. 1 об.-305.

Итак, представленные в табл. 1 данные свидетельствуют о следующем. Во-первых, на протяжении всего изучаемого периода довольно высоким был удельный вес потомственных дворян: в начале века он равнялся 24,8 %, а к середине достиг 37,3 %⁹. Как уже стало понятно, эту динамику не следует связывать с численностью «благородного» сословия в Олонецкой губернии, которая и в абсолютном, и в относительном измерении была более чем скромной. Отметим, что несмотря на это в первое десятилетие XIX века в губернии даже проводились дворянские выборы (до 1811 года¹⁰), но на представительство сословия в составе служащих этот фактор значительного влияния не оказывал. Так, в 1803 году по результатам выборов были заполнены 30 должностей, но из них только 19 детьми потомственных дворян, а остальные выходцами из других сословий, приобретшими потомственные права на государственной службе. Во-вторых, удельный вес потомственных гражданских служащих (то есть детей чиновников, или «обер-офицерских детей», и детей приказных служителей) варьировался от 34,6 до 40,6 %, что также следует рассматривать как высокие показатели¹¹. Подчеркнем, что на материалах Олонецкой губернии прослеживается общая для состава местной бюрократии тенденция, обусловленная изменениями в системе чинопроизводства: постепенное увеличение доли «обер-офицерских детей» (с 19,9 до 33,4 %) и уменьшение детей приказных служителей (с 14,7 до 2,5 %). В-третьих, представительство духовенства в составе олонецких служащих выглядит небольшим (по сравнению с другими губерниями, как северными, так и центральными¹²) и на протяжении первой половины XIX века сокращается с 15,0 до 9,6 %. В-четвертых, внушительными представляются показатели в графе «прочие» табл. 1 (с 17,2 до 25,6 %), куда отнесены в большинстве своем лица из податных состояний, а также такая характерная для горнозаводского района категория населения, как дети мастеровых и заводских рабочих, как положенных, так и неположенных в подушный оклад (в 1803 году их доля в общем составе служащих достигала 7,5 %, в 1826 - 1,9 %, в 1844 - 3,2 %, в 1850 году - 2,2 %).

При характеристике полученных данных и наблюдаемой динамики следует, конечно, учитывать предпринимаемые правительством меры, направленные на устранение кадрового голода, который испытывали местные учреждения Олонецкой губернии. На протяжении всего изучаемого периода государство направляло сюда чиновников из центральных учреждений и других губерний, в том числе и специалистов - врачей, землемеров и архитекторов (нехватка этих служащих, в особенности врачей, ощущалась повсеместно; лишь к 1840-м годам удалось наладить их профессиональную подготовку, позволявшую закрывать вакансии даже в отдаленных губерни- ях¹³). С 1816 года должности полицмейстеров и городничих замещались «отставными за ранами» офицерами по определению Александровского комитета о раненых¹⁴. Среди них, с одной стороны, были потомственные дворяне, а с другой - представители разных сословий, в том числе податных (крестьян, мещан, солдат, иностранцев), кому удалось на военном поприще выслужить классные чины. Кроме того, на определенные должности (квартальные надзиратели, тюремные смотрители, реже - канцелярские служащие) назначались вышедшие в отставку по выслуге лет военные нижние чины (в основном рекруты из крестьян и мещан). Довольно специфичной выглядела практика определения к должностям лиц, сосланных в губернию под надзор полиции: одних «за праздную и нетрезвую жизнь»¹⁵, других - по прикосновенности к политическим делам, в том числе поляков¹⁶. Конечно, далеко не всем удавалось добиться такой привилегии, находясь в ссылке. Во многом это становилось возможным благодаря покровительству губернаторов. Всего в 1844 году таковых насчитывалось 6 человек (все дворяне)¹⁷, в 1850 - 5 (3 дворянина, 1 сын протоиерея и 1 сын подьячего)¹⁸.

Проблема заполнения канцелярских мест, почти повсеместно проявившаяся еще в ходе губернской реформы 1775 года, вынуждала государство допускать на службу выходцев из податных сословий [11: 103-105]. Не была исключением и Олонецкая губерния, где эта проблема ощущалась особенно остро. Как убедительно доказывает Л. Ф. Писарькова, в первой четверти XIX века правительство хотя и предпринимало попытки ограничить доступ на гражданскую службу представителям податных сословий, однако вынуждено было допускать исключения из общих правил [11: 139-149], а в 1826 году олонецким учреждениям официально разрешили «принимать в канцелярское звание людей податного состояния»¹⁹.

С 1838 года на канцелярские должности в Олонецкую губернию стали направлять воспитанников из особо учрежденных при Ярославском и Полтавском приказах общественного призрения отделений для подготовки писцов (лица, выпущенные в звании младших писцов, обязаны были прослужить не менее 10 лет, старших - 8), а в 1840-е годы - еще и Александровского воспитательного заведения для бедных дворян Рязанской губернии²⁰. По групповым формулярным спискам за 1844 год насчитывалось 34 воспитанника, за 1850-й - 23. С точностью определить сословную принадлежность многих из этих лиц невозможно, поскольку в большинстве случаев в графе формулярного списка «из какого звания происходит» указывалось - «из воспитанников»²¹ (в табл. 1 такие служащие отнесены в графу «прочие»). Известно, что в отделения для подготовки писцов принимались «неимущие сироты всех состояний, кроме помещичьих крестьян»²².