В литературе неоднократно подчеркивалось, что во второй четверти XIX века «служебные привилегии» стали «важным средством привлечения молодежи» в учебные заведения, а сокращенные сроки производства в классные чины - стимулом к получению аттестатов43. При этом увеличивалась не только общая численность обучавшихся лиц, но и тех, кому удавалось получить аттестаты о среднем образовании, и тех, кто намеревался продолжить обучение. Материалы по Олонецкой губернии позволили увидеть, что к середине века подавляющее большинство служащих являлись лицами, посещавшими учебные заведения. Конечно, заветные аттестаты имели далеко не все, и выявленные документы отражают то, что четверть служащих с законченным высшим и средним образованием - это были специалисты (медики, землемеры, архитекторы), назначавшиеся на вакантные места в провинцию сразу по окончании обучения. Кроме того, в соответствии с указом от 23 января 1837 года предписывалось «впредь поступающих вновь на службу молодых людей дворянского происхождения, или имеющих по учебным их аттестатам право на классные чины... не определять прямо в департаменты и канцелярии министерств и отдельных управлений, прежде чем они прослужат, по крайней мере, три года в местах губернских. »44.
Однако большинство служащих поступало на службу либо с домашним воспитанием, либо после уездных училищ или нескольких классов гимназии, что было связано в одних случаях с трудным материальным положением семей, не позволявшим оплачивать обучение, а в других - с неуспеваемостью и отсутствием способностей «к продолжению дальнейших наук». В целом эти тенденции просматриваются и на материалах других губерний, с той лишь разницей, что удельный вес лиц с высшим образованием среди олонецких чиновников был выше, а со средним - ниже [6: 150]. По всей видимости, первое следует связывать с введением льгот для лиц, поступавших на службу в Олонецкой губернии (этими преимуществами воспользовался каждый третий чиновник с высшим образованием), а второе - с малочисленностью обучавшихся и проходивших полный курс обучения в местных учебных заведениях (так, в 1847 году в Олонецкой гимназии насчитывалось 88 учащихся, тогда как в Вологодской - 180, в Архангельской - 101 [9: 717]; в период с 1828 по 1850 год полный курс Олонецкой гимназии прошло всего 74 человека, что составляет не более 3-4 выпускников в год45).
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведенный анализ позволил увидеть особенности состава олонецкой бюрократии. Они во многом были связаны и с кадровыми проблемами, с которыми столкнулась губерния в первой половине XIX века, и с результатами предпринимаемых правительством мер, направленных на их решение. Невозможность за счет внутренних ресурсов добиться укомплектования местных учреждений вынуждала верховную власть направлять сюда чиновников из центральных учреждений и других губерний, а также ввести преимущества по службе, нацеленные на привлечение кадров. Итоги этой политики проявились в том, что среди служащих уроженцы Олонецкой губернии едва ли составляли большинство. Установлено, что их удельный вес в начале века достигал 56 %, а к середине - сократился до 42 %. Пополнение местных учреждений извне нашло отражение в показателях сословного происхождения служащих: высокий удельный вес представителей потомственного дворянства и потомственных гражданских служащих. Кроме того, крайний недостаток канцелярских служителей вынуждал государство «принимать в канцелярское звание людей податного состояния», а также определять к должностям воспитанников из «особо учрежденных» при приказах общественного призрения отделений для подготовки писцов, что заметно повлияло на статистические показатели по тем социальным группам, представители которых на гражданской службе, как правило, были малочисленны. Представленные в настоящей статье данные по возрастному составу также напрямую связаны с решением кадровых вопросов в изучаемой губернии: в первой четверти XIX века, когда проблема нехватки служащих ощущалась особенно остро и местный аппарат крайне медленно пополнялся молодыми кадрами, статистические показатели отличались от того, что наблюдалось в других регионах, но во второй четверти XIX века, когда правительству удалось добиться стабильного притока служащих из других губерний, динамика возрастного состава олонецких чиновников уже соответствовала общей тенденции - постепенное омоложение, завершившееся в середине века «сменой поколений» служащих. Выявленные в ходе исследования данные относительно образования свидетельствуют об общем низком уровне профессиональной подготовки. Предпринимаемые правительством меры, связывавшие образование с чинопроизводством, конечно, повышали заинтересованность лиц, планировавших поступить на государственную службу, в посещении учебных заведений. Однако и к середине века большинство служащих - это были люди, получившие домашнее воспитание или посещавшие низшие учебные заведения (55,3 %), 23,3 % относились к числу тех, кто имел незаконченное среднее образование, и только 21.4 % могли похвастаться аттестатами средних и высших учебных заведений.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 См. также: Акульшин П. В. Просвещенная бюрократия и русская провинция в первой половине XIX в.: По материалам Пензенской, Рязанской, Тамбовской и Тульской губерний: Автореф. дис. ... д-ра ист. наук. М., 2004. 46 с.; Вакилев Т Р. Провинциальное чиновничество в системе государственного управления во второй четверти XIX века (на материалах Пензенской губернии): Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Пенза, 2017. 21 с.; Мерзлякова Л. В. Чиновничество Вятской губернии первой половины XIX века (опыт социально-политической характеристики): Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Ижевск, 1997. 28 с.; Павлюк Ю. Б. Российское чиновничество в системе местного управления в первой половине XIX века: на материалах Московской и Тверской губерний: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 2001. 26 с.; Поскачей Т А. Провинциальное чиновничество России в последней четверти XVIII - первой половине XIX вв. (на материалах Рязанской губернии): Автореф. дис. . канд. ист. наук. Рязань, 2006. 21 с.
2 Вопросы кадрового обеспечения учреждений Европейского Севера России с 1820 по 1830 год рассматривает В. В. Ефимова [4: 177-288], но, к сожалению, автор не ставит целью проанализировать состав служащих на основе конкретных данных. Проблемы формирования бюрократии северных губерний также затрагивались в исследовании И. В. Савицкого, где представлены отрывочные сведения о составе чиновничества в 1850-е годы (см.: Савицкий И. В. Дворянство Европейского Севера России в середине XIX - начале XX вв.: По материалам Олонецкой, Вологодской и Архангельской губерний: Дис. ... канд. ист. наук. Петрозаводск, 1998. С. 75-89). Анализ численности и состава чиновничества Вологодской губернии в первой половине XIX века представлен в работе автора настоящей статьи (см.: Плех О. А. Местное управление в Вологодской губернии в первой половине XIX века: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 2016. 34 с.).
3 В региональных архивах формулярные списки первой половины XIX века сохранились довольно плохо, что во многом связано с неудовлетворительной организацией хранения архивных дел в дореволюционное время, а также кампанией «по разбору и уничтожению старых дел», проводившейся в губерниях с 1845 года [3: 95-102].
4 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 1349. Оп. 4. 1803. Д. 54. Л. 1 об.-175; 1826. Д. 133. Л. 1 об.-314; 1844. Д. 514. Ч. 1. Л. 1 об.-644; Ч. 2. Л. 1 об.-450; Оп. 5. Д. 78. Л. 1 об.-24; Д. 6644. Л. 1 об.-70; Д. 6972. Л. 1 об.-690; Д. 7589. Л. 1 об.-532; Д. 7951. Л. 1 об.-305.
5 Известно, что Олонецкая губерния была упразднена при Павле I и восстановлена при Александре I по указу от 9 сентября 1801 года «О восстановлении пяти губерний и о подчинении пограничных губерний военным губернаторам». См.: Полное собрание законов Российской империи: Собрание I (ПСЗ-I). Т 26. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1830. № 20004. С. 775.
6 Исследование направлено на изучение служащих только учреждений, которые на местах составляли так называемое общее управление. К ним относились органы, подконтрольные министерствам внутренних дел, финансов, юстиции и государственных имуществ. «Особые установления» на местах, изъятые из ведения губернского начальства, регулирование деятельности которых осуществлялось по линии специальных ведомственных подразделений (учебное, духовное, горное, почтовое, удельное и иные ведомства), рассматриваться не будут. Всего выявлено и обработано 1249 послужных списков, из них 266 за 1803 год, 105 за 1826, 471 за 1844, 407 за 1850 год. Подробнее о составе и полноте анализируемых групповых формулярных списков см.: [13].
7 Отдел рукописей Российской национальной библиотеки (ОР РНБ). О. IV 71. Описание Олонецкого наместничества 1788 г. Л. 19-20, 27-28.
8 Статистические таблицы Российской империи, издаваемые по распоряжению министра внутренних дел Центральным статистическим комитетом. Вып. 2: Наличное население империи за 1858 год / Под ред. А. Бу- шена; Предисл. А. Тройницкого. СПб.: Тип. К. Вульфа, 1863. С. 267, 276-279, 288-289, 293.
9 Сравнение этих данных с показателями по соседней, также «недворянской» Вологодской губернии (в 1780-е годы дворяне составляли 0,2 %, в 1850-е - 0,5 %) (см.: Плех О. А. Местное управление в Вологодской губернии в первой половине XIX века: Дис. ... канд. ист. наук. М., 2016. С. 51), в которой выборы проводились на регулярной основе в четырех уездах, представляется еще более любопытным. В частности, в 1803 году среди вологодских служащих удельный вес дворянства равнялся 21,3 %, в 1826 - 16,0 %, в 1850 - 17,3 % (см.: РГИА. Ф. 1349. Оп. 4. 1803. Д. 63. Л. 1 об.-132; 1826. Д. 129. Л. 1 об.-492; Оп. 5. Д. 224. Л. 1 об.-6; Д. 346. Л. 1 об.-14; Д. 1806. Л. 1 об.-24; Д. 2117 а. Л. 1 об.-304; Д. 2117 б. Л. 1 об.-24; Д. 7664. Л. 1 об.-469; Д. 7735. Л. 1 об.-580; Д. 7771. Л. 1 об.-870).
10 Благовещенский И. Исторические материалы о дворянах Олонецкой губернии // Памятная книжка Олонецкой губернии на 1907 год. Петрозаводск: Олонецкая губ. тип., 1907. С. 243-246.
11 Плех О. А. Местное управление в Вологодской губернии в первой половине XIX века: Дис. ... канд. ист. наук. М., 2016. С. 340.
12 РГИА. Ф. 1349. Оп. 4. 1807. Д. 26. Л. 1 об.-258; 1826. Д. 113. Л. 1 об.-294; 1844. Д. 470. Ч. 1. Л. 1 об.-276;
Ч. 2. Л. 1 об.-449; Ч. 3. Л. 1 об.-308; 1844. Д. 471. Л. 1 об.-170; Оп. 5. Д. 145. Л. 8 об.-418; Д. 149. Л. 13 об.- 870; Д. 150. Л. 10 об.-536; Д. 151. Л. 1 об.-229; Плех О. А. Местное управление в Вологодской губернии в первой половине XIX века. С. 338, 340.
13 Так, в 1850 году в Олонецкой губернии насчитывалось 12 медиков, в том числе 4 уездных лекаря и 3 городовых врача; все они имели высшее профильное образование и были направлены в губернию по определению от правительства; вакантными пребывали 3 должности уездных лекарей. Также на службе состояло 16 архитекторов и землемеров, из которых трое являлись местными и не имели специальной подготовки, а 13 получили профильное образование (высшее или среднее) и были направлены в губернию правительством; вакантными были только две должности уездных землемеров. См.: РГИА. Ф. 1349. Оп. 5. Д. 78. Л. 1 об.-24; Д. 6644. Л. 1 об.-70; Д. 6972. Л. 1 об.-690; Д. 7589. Л. 1 об.-532; Д. 7951. Л. 1 об.-305.
14 Указ от 5 мая 1816 года «О замещении мест, показанных в приложенной у сего записке, ранеными офицерами» // ПСЗ-I. Т. 33. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1830. № 26255. С. 637.
15 Так, А. М. Романовский, получивший домашнее воспитание сын протоиерея, начал службу в 1823 году в возрасте 19 лет с низших канцелярских должностей в департаменте Главного управления путей сообщения и публичных зданий. В течение 12 лет несколько раз сменил место службы, был неоднократно награжден денежным пособием за отличную работу, достиг чина губернского секретаря, а в 1835 году по прошению, ссылаясь на болезнь, уволился. В ноябре 1836 года «по высочайшему повелению» за запрещенную карточную игру был удален из столицы в Олонецкую губернию под надзор полиции. В январе 1837 года губернатор А. В. Дашков через шефа-жандармов А. Х. Бенкендорфа «испросил» у императора разрешение определить Романовского на службу, на что и получил согласие, правда «с сохранением надзора до усмотрения местного начальства» (сохранялся до 1843 года). Подробнее см.: РГИА. Ф. 1349. Оп. 5. Д. 6644. Л. 7 об.-18.
16 Ярким примером может служить карьерный путь дворянина, уроженца Пинского уезда Минской губернии, поляка И. Л. Красковского. Закончив Виленский университет со степенью кандидата, в 1830 году он поступил на службу в канцелярию Пружанского земского суда Гродненской губернии. В 1838 году попал под суд по прикосновенности к известному делу эмиссара Конарского и выслан в Вологодскую губернию, а в 1839 году, все еще находясь под судом, получил разрешение поступить на службу в Олонецкой губернии: сначала был зачислен канцелярским служителем в уездный суд, а с 1840 года занял должность уездного судьи (в которой пребывал и в середине века). Подробнее см.: РГИА. Ф. 1349. Оп. 5. Д. 7951. Л. 119 об.-126.
17 РГИА. Ф. 1349. Оп. 4. 1844. Д. 514. Ч. 1. Л. 51 об.-52, 56 об.-59, 147 об.-150; Ч. 2. Л. 106 об.-109, 188 об.- 195, 300 об.-301.
18 РГИА. Ф. 1349. Оп. 5. Д. 6644. Л. 7 об.-18; Д. 6972. Л. 149 об.-153, 484 об.-489; Д. 7951. Л. 79 об.-81, 119 об.-126.
19 Однако уже в 1827 году вышел указ, повсеместно запретивший принимать на гражданскую службу выходцев из податных состояний. См.: Высочайше утвержденное положение Комитета министров от 31 августа 1826 года «О дозволении присутственным местам Витебской и Олонецкой губерний принимать на службу в канцелярское звание людей податного состояния» // Полное собрание законов Российской империи: Собрание II (ПСЗ-II). СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1830. Т. 1. № 570. С. 922-924; Указ от 14 октября 1827 года «О канцелярских служителях гражданского ведомства» // Полное собрание законов Российской империи: Собрание II (ПСЗ-II). СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1830. Т. 2. № 1469. С. 895-897).
20 Благовещенский И. Образование Олонецкой губернии, управление ее за столетие (1802-1902 гг.) существования // Памятная книжка Олонецкой губернии на 1902 год. Петрозаводск: Губ. тип., 1902. С. 192-193.
21 В послужных списках за 1844 год из 34 служащих только у 7 точно сформулировано сословное происхождение (4 дворянина, 2 из «обер-офицерских» детей, 1 из приказнослужительских детей), а у 27 оно определено как «воспитанник»; за 1850 год из 23 служащих четверо являлись дворянами, один из «обер-офицерских» детей, один из незаконнорожденных и 17 «воспитанников».
22 Положение Комитета министров от 16 января 1826 года «О правилах при определении воспитанников приказа общественного призрения в гражданскую службу» // ПСЗ-II. Т 1. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1830. № 64. С. 93.
23 Мнение Государственного совета от 31 октября 1828 года «О мерах к отвращению недостатка в Олонецкой губернии чиновников и канцелярских служителей» // ПСЗ-II. Т 3. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1830. № 2394. С. 959.
24 Указ от 30 марта 1832 года «Об определении на службу чиновников по гражданской части в Кавказской области, Грузии, закавказских провинциях, Сибири и Олонецкой губернии» // ПСЗ-II. Т 7. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1833. № 5267. С. 179.
25 «Положение о преимуществах службы в губерниях и областях сибирских, в Грузии и областях Кавказской и Закавказских» от 26 мая 1835 года // ПСЗ-II. Т 10. Отд. 1. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1836. № 8164. С. 639-641.
26 Указ от 29 апреля 1839 года «О преимуществах чиновникам, отправляющимся на службу в Оренбургскую, Архангельскую, Олонецкую и Вятскую губернии» // ПСЗ-II. Т 14. Отд. 1. СПб.: Тип. Ii Отд. С.Е.И.В.К.,
1840. № 12281. С. 388.
27 «Положение о преимуществах службы в отдаленных и малонаселенных краях империи» от 9 июня 1842 года // ПСЗ-II. Т 17. Отд. 1. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1843. № 15731. С. 438-443.
28 РГИА. Ф. 1349. Оп. 4. 1844. Д. 514. Ч. 1. Л. 1 об.-644; Ч. 2. Л. 1 об.-450.
29 РГИА. Ф. 1349. Оп. 5. Д. 78. Л. 1 об.-24; Д. 6644. Л. 1 об.-70; Д. 6972. Л. 1 об.-690; Д. 7589. Л. 1 об.-532; Д. 7951. Л. 1 об.-305.
30 Указ от 29 апреля 1840 года «О распространении на кандидатов Комитета 18 августа 1814 года правила о выдаче двойных прогонов и годового жалованья чиновникам, отправляющимся на службу в Олонецкую, Оренбургскую, Архангельскую и Вятскую губернии» // ПСЗ-II. Т 15. Отд. 1. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К.,
1841. № 13424. С. 311-312.
31 Для таких служащих, как медики, землемеры, неклассные художники и т. п., издавались «особые положения», устанавливавшие льготы при направлении на службу в отдаленные края империи. См.: Свод законов Российской империи, повелением государя императора Николая Павловича составленный: [В 15 т.]. [Т. 3]: Свод учреждений государственных и губернских. Ч. 3. Уставы о службе гражданской. Кн. 1. Устав о службе по определению от правительства. СПб.: Тип. II Отд. С.Е.И.В.К., 1842. С. 220-221.