Сравнительный вклад когнитивных факторов и самоотношения в социальную перцепцию аутгрупп разного типа
М.В. Балева, Пермский государственный национальный исследовательский университет; В.А. Гасимова, Г.В. Ковалева, Пермский государственный институт культуры
В статье реализуется идея комплексного подхода к изучению социальной перцепции, которая рассматривается, во-первых, с позиций когнитивного и мотивационного подходов, а во-вторых, -- как результат взаимодействия внутренних (характеристики субъекта восприятия) и внешних (характеристики объекта восприятия) факторов. Исследуются вклады когнитивных стилей, дивергентного мышления и самоотношения в классические феномены социальной перцепции -- аутгрупповую стереотипизацию и ингрупповую предвзятость. Данные вклады сопоставляются при восприятии искусственных социальных групп разного типа: «этнических», «идеологических» и «статусно-стратификационных». Строятся и анализируются дискриминантные модели стереотипизации и предвзятости по совокупности когнитивных переменных и самоотношения.
В исследовании приняли участие 155 человек, студентов 1-3 курсов Пермского государственного национального исследовательского университета в возрасте от 17 до 22 лет (М = 18,90, SD = 0,96), из них 113 девушек (72,9%) и 42 юноши (27,1%). Описание социальных групп предъявлялось испытуемым в виде текстов. Показатели социальной перцепции измерялись с помощью вербальных процедур, основанных на понимании предвзятости как прототипизации ингруппы и стереотипизации -- как склонности описывать Другого через обобщенные черты, а не фактическое поведение. Самоотношение и когнитивные переменные измерялись с помощью стандартизированных методик. Было обнаружено, что в основе стереотипизации лежат преимущественно когнитивные факторы -- индивидуально-стилевые приемы переработки информации.
При этом ведущая роль в формировании стереотипизированного образа Другого принадлежит полезависимости. В формировании ингрупповой предвзятости (фаворитизма) когнитивно-стилевые особенности не играют решающей роли, в то время как самоотношение усиливает ее проявления. Дивергентное мышление вносит вклады как в процессы стереотипизации, так и предвзятости. Его влияние может содержательно варьироваться в зависимости от типа воспринимаемой социальной группы. Полученные результаты могут иметь практическое применение при разработке программ психологической коррекции, направленных на снижение негативных проявлений в межгрупповом взаимодействии.
Ключевые слова: социальная перцепция, когнитивные стили, дивергентное мышление, самоотношение, категории социальных групп, аутгрупповая стереотипизация, ингрупповая предвзятость
Comparative contribution of cognitive factors andself-attitude to social perception of outgroups of different types
Milena V. Baleva, Perm State University; Vera A. Gasimova, Galina V. Kovaleva, Perm State Institute of Culture
The research introduces the idea of the integrative approach to the social perception, which is regarded, firstly, from the point of cognitive and motivational approaches, and secondly, as the result of internal and external factors interaction. The contributions of cognitive styles, divergent thinking, and self-attitude to outgroup stereotyping and ingroup bias are studied. These contributions are compared in conditions of different artificial groups perception. The discriminant models of stereotyping and bias are constructed and analyzed in terms of cognitive variables and self-attitude. 155 students of the Perm State University from 17 to 22 years old (M = 18.90, SD = 0.96), including 113 females (72.9%) and 42 males (27.1%), participated in the research. The description of social groups was presented in specially constructed texts. The measuring of social perception was implemented with verbal procedures based on the understanding of bias as ingroup prototypicality and stereotyping -- as a tendency to describe the Other through generalized features, rather than actual behavior.
The selfattitude and cognitive variables were measured using standardized methods. It was found that the predominant contribution to stereotyping belonged to cognitive styles and, first of all, to the field- dependence. On the contrary, cognitive styles did not play the decisive role in the formation of ingroup bias (favoritism), while the indicators of self-attitude facilitated its manifestations. The divergent thinking significantly contributed to both stereotyping and bias. Its influence varied depending on the group type. These results could be useful in the development of psychological corrective programs aimed at reducing the negative manifestations of intergroup interaction.
Key words: social perception, cognitive styles, divergent thinking, self-attitude, categories of social groups, outgroup stereotyping, ingroup bias
Введение
Социальная перцепция первоначально возникла как исследовательская проблема в работе Дж. Брунера и С. Гудман (Bruner & Goodman, 1947) и рассматривалась как зависимость восприятия объекта от ценностей и потребностей субъекта восприятия. С тех пор был конкретизирован ее объект, в качестве которого стали изучаться преимущественно социальные общности и их отдельные представители (см.: Андреева, 2003). Что касается факторов, т.е. причин социальной перцепции, их перечень был существенно расширен. Фактически это определило несколько направлений ее исследований, среди которых можно выделить несколько основных.
Во-первых, обозначились две принципиально расходящиеся ветви, одна из которых интерпретировала социальное восприятие как частный случай работы когнитивных процессов (например, Bleda, 1974; Lord, 1980), а вторая -- как мотивационное явление (например, Duncan, 1976; Park & Rothbart, 1982). Кроме этого выделилось несколько подходов, которые фокусировали внимание на разных сторонах социальной перцепции. Первым и наиболее известным был подход Г. Тэжфела (Tejfel, 1970), который показал, что простое осознание группового членства активизирует негативное отношение к аутруппам. Далее наметился исследовательский интерес к субъекту социальной перцепции, который рассматривался через ряд диспозиционных характеристик, например, интернальность (Henry et al., 1979), доминантность (Pratto et al., 1994), авторитаризм (Crandall, 1994).
Позже начинают появляться исследования, фокусирующие внимание на объекте социальной перцепции. В частности, обнаруживается ее зависимость от типа культуры, к которому относится объект (Ji et al., 2000), его статуса (Kraus & Keltner, 2013), особенностей самовосприятия (McCrea et al., 2012). В последнее время стали появляться исследования, посвященные параметрам общего контекста (информационного поля) социальной перцепции (Балева, Корниенко, 2011; Arendt et al., 2015).
Описанные направления со всей очевидностью свидетельствуют о комплексном характере данного феномена и актуальности его исследований, которая обусловлена, с одной стороны, отсутствием исчерпывающей комплексной модели, а с другой, -- общественной значимостью его негативных следствий, таких как проявления нетерпимости и предрассудков.
Исследование авторов носит комплексный (интегративный) характер и вписывается в контекст нескольких из обозначенных направлений. Во-первых, изучаем социальную перцепцию в совокупности ее когнитивного и мотивационного содержания. Первое находит отражение в исследовании роли когнитивных стилей и дивергентного мышления как каузальных факторах социального восприятия. Второе изучается через параметры самоотношения, которое рассматриваем как важный мотивационный фактор социального восприятия, имеющий выраженные эмоциональные следствия (подробнее см.: Brewer & Weber, 1994; Buunk et al., 1990). В некоторых исследованиях когнитивные стили (Безменов, 2007) и самоотношение (Хромов, 2017) уже исследовались в контексте социальной перцепции. Однако их сравнительные вклады до сих пор не анализировались на одной и той же выборке. Данные показатели, как следует из их содержания, характеризуют субъекта социального восприятия. Вместе с тем в фокус исследовательского интереса авторов попадает и социальный объект. Последний рассматриваем в обобщенном ключе, предлагая в качестве стимульного материала описание социальных групп, выделенных по нескольким категоризационным основаниям: этническому, идеологическому и статусно-стратификационному.
Социальная перцепция выступает в исследовании как зависимая переменная и изучается через классические феномены ингрупповой предвзятости (фаворитизма) и аутрупповой стереотипизации. Вслед за Г. Тэжфелом (Tajfel, 1970) предвзятость авторы рассматривают в мотивационном ключе, понимая под ней более высокую оценку ингруппы по сравнению с аутгруппой. Стереотипизацию авторы содержательно трактуют с когнитивной точки зрения как склонность воспринимать и оценивать отдельных представителей социальных групп в терминах их групповых (обобщенных, недифференцированных) характеристик (Hamilton et al., 1990).
В предыдущем исследовании (Балева, 2017) предпринималась попытка сравнительного изучения предвзятости и стереотипизации с точки зрения вкладов в них когнитивных стилей и субъективно оцениваемого контекста восприятия. Вместе с тем, ранее авторы не ставили и не изучали вопрос прямого и в некотором смысле -- конкурентного сопоставления когнитивных и мотивационных факторов применительно к социальным объектам разного типа.
Цель настоящего исследования состоит в сопоставлении вкладов когнитивных факторов и самоотношения в социальную перцепцию аутгрупп, рассматриваемую через феномены стереотипизации и предвзятости.
Подвергаются тестированию следующие гипотезы:
1) вклад когнитивных факторов в стереотипизацию более выражен, чем в предвзятость;
2) вклад самоотношения в предвзятость более выражен, чем в стереотипизацию;
3) совокупность переменных, дискриминирующих показатели стереотипизации и предвзятости на контрастные уровни, отличается качественным (содержательным) своеобразием при восприятии аутгрупп разного типа.
Организация и методы исследования
Участники исследования 155 человек -- студентов Пермского государственного национального исследовательского университета в возрасте от 17 до 22 лет (M=18,9, SD=0,96), из них 113 девушек (72,9%) и 42 юноши (27,1%).
Диагностические методики и процедура. На первом этапе испытуемые заполняли стандартизированный вопросник самоотношения, включающий две шкалы: самопринятие и самоотвержение (Столин, Пантилеев, 1988).
На втором этапе участникам предъявлялось описание социальных групп, которое содержалось в четырех стимульных текстах. Каждый из них описывал две вымышленные группы, различающиеся между собой по одному из критериев: физиологическому (врожденному), идеологическому и стратификационному. Данные критерии были выбраны на том основании, что они лежат в основе выделения реальных социальных групп: этнических (русские/украинцы) Вымышленные этнические группы описывались в двух стимульных текстах. Второй отличался от первого включением дополнительной информации о том, что групповую принадлежность, обусловленную врожденными физиологическими особенностями (конкретно -- чувствительностью к звукам низкой или высокой частоты), можно определить по внешности. Соответственно, группа, описанная в первом тексте, категоризовалась авторами как «этническая, фенотипически неявная», а вторая -- как «этническая, фенотипически явная»., идеологических (коммунисты/либералы) и стратификационных (бедные/богатые) соответственно.
Тексты были стилизованы под скриншот научно-популярной статьи из Интернета и описывали результаты якобы проведенного научного исследования, по результатам которого выяснилось, что люди проявляют некие особенности (врожденно-физиологического, идейно-ценностного или мотивационно-статусного характера), по которым они отличаются друг от друга и в соответствии с которыми их можно разделить на противоположные группы. Врожденно-физиологические особенности заключались в особой чувствительности к звукам низкой или высокой частоты; идейно-ценностные -- в склонности воспринимать окружающих как соратников или соперников; мотивационно-статусные -- в предпочтениях дешевых («низкостатусных») или дорогих («высокостатусных») предметов.
Каждый участник получал только один текст. После его прочтения необходимо было определить свою наиболее вероятную групповую принадлежность, а затем выполнить два задания. Первое было направлено на измерение ингрупповой предвзятости и заключалось в том, чтобы описать с помощью одного и того же набора характеристик (положительных и отрицательных) три группы: ингруппу, аутгруппу и протогруппу, которая является общей (прототипической) для первых двух групп. Показателем ингрупповой предвзятости выступала разность числа характеристик, совпадающих с прототипическими в случае описания «своей» и «чужой» группы (подробнее о процедуре измерения ингрупповой предвзятости через прототипизацию см.: Балева, 2017). Второе задание было направлено на измерение стереотипизации и также предполагало описание -- но не целостной группы, а ее воображаемого единичного представителя.
Испытуемым также предлагался набор характеристик, однако в этот раз он содержал синонимичное описание одного и того же качества через (1) обобщенную личностную характеристику (например, «замкнутый») и (2) определенное фактическое поведение (например, «отказался делиться своими мыслями и планами»). Показателем стереотипизации выступала разность обобщенных качеств и определенного поведения, выбранного при описании отдельного представителя аутгруппы (подробнее описание данной процедуры см. Балева, 2017; МасИишку & Меег, 2014).
На третьем этапе участники исследования заполняли методики, направленные на измерение когнитивных стилей и дивергентного мышления. Когнитивные стили (полезависимость -- поленезависимость, ригидный -- гибкий познавательный контроль, рефлексивность -- импульсивность, синтетичность -- аналитичность, когнитивная простота -- когнитивная сложность) измерялись соответственно по методикам АКТ-70 К.У. Эттриха (модификация классического варианта методики «Фигуры Готтшальдта» (Холодная, 2004, с. 49); «Свободные ассоциации» Р. Гарднера (Холодная, 2004, с. 69); «Сравнение похожих рисунков» Дж. Кагана (Холодная, 2004, с. 79); «Свободная сортировка объектов» Р Гарднера в модификации В.А. Колги (Колга, 1976) и «Репертуарный тест» Дж. Келли (Хьелл, Зигглер, 1997, с. 457)). Дивергентное мышление измерялось с помощью вербального теста творческого мышления «Необычное использование», разработанного на основе теста Дж. Гилфорда (Аверина, Щебланова, 1996).