С 1959-1962 гг. в газете « Советская Мордовия» было опубликовано несколько фельетонов о баптистах и пятидесятниках Саранска. Б. Соколов, автор статьи « Дающая рука не оскудевает», опубликованной в августе 1959 г., присутствовавший на одном из собраний общины, создает ее негативный образ: « В комнате необычно сумрачно, тесно. Хозяйка дома, бывшая учительница в селе Лада, ныне секретарь Саранской общины Евдокия Петровна Козина, старая, но еще крепкая женщина, строго оглядывает входящих. Наконец все занимают свои места... Медленно поднимается пресвитер общины Павел Федорович Крылов, человек довольнотаки мрачной наружности, хранящий суровую неподвижность… Вот бывшая комсомолка Анна Тихоновна Булдакова, работница селекционной станции; двадцатилетняя Мария Семеновна Конышева, бывшая ученица Хованщинской средней школы; Анна Антоновна Триханова, работница консервного комбината; Екатерина Михайловна Емельянова, бухгалтер ЇГлавбакалеи?; Нина Васильевна Сенюшина, каждой из них около тридцати лет... В общине образовался целый штат проповедников. Кроме уже названных Крылова и Козиной, с проповедью выступает пенсионер Василий Степанович Сенюшин, рабочий ТЭЦ им. Тельмана Григорий Никитович Косицын, уборщица школы № 9 Пелагея Ивановна Козлова… Многие члены саранской общины помнят, как в августе 1956 года в молитвенном доме на улице Пугачева 6 побывал некий Борис Алексеевич Тишко, вышедший недавно из заключения. Как истый баптист, он долго и горячо разъяснял верующим, как нужно верить и жить… Колоритна фигура и еще одного проповедника Ивана Никитовича Фомичева, по профессии сапожника, ныне парикмахера, прошедшего в 20-х годах специальные библейские курсы в Москве…» [20, с. 2-3]. С одной стороны, автор цитируемой статьи, Б. Соколов, проявляет столь свойственное для советских пропагандистов неуважительное отношение к верующим. С другой стороны, он фактически свидетельствует (в отличие от отчетов Уполномоченного), что церковь посещают не только пенсионеры, но и вполне молодые, образованные и интеллигентные люди. Например, в статье с характерным названием « Пауки», вышедшей в феврале 1960 г., тот же автор дает следующие сведения: « На домашнем богослужении в частном доме на улице Ломоносова у Комовой Марии Васильевны присутствовали баптисты: Табачкова Зинаида (снимала комнату у Комовой), дочь Комовой Екатерина Шувалова; Козлова Пелагея, Сенюшина Нина, Вавилин Федор (рабочий экскаваторного завода), Косицина Анна, активный проповедник Гаврилов Борис и др.» [21, с. 4].
В октябре 1960 г. была опубликована третья статья Б. Соколова под названием « Шарлатаны под маской святош», дающая негативную характеристику уже не только баптистам, но и пятидесятникам города: « Обычный современный дом на улице Полежаева 72, квартира 28. В небольшой комнате собралось человек около десятка. На табуретке сидит немолодая, но неплохо сохранившаяся женщина. Напротив нее - крепкий мужчина, глаза которого никак не увидишь, где то теряются они под ресницами. Он с таинственным видом, не спеша, соблюдая торжественность момента, приступает к обряду… ЇНу, говори, сестра, говори « Аллилуйя», да прислушивайся к себе, как почувствуешь что, скажешь…?. К уху женщины склонилась хозяйка квартиры Анна Лисова (имеющая троих детей) и начинает что-то бормотать… Наконец - есть! Женщина лепечет, что она Їчто-то почувствовала?. Что именно - никому неясно, да это и не важно: Їкаждый по своему идет к Христу?, объясняет мужчина. В этой сцене ничего не придумано. Именно так совершают обряд принимания в секту Їпятидесятников? в наши дни на одной из саранских улиц… Мужчина, которому по комплекции место на лесозаготовках, а не на сборищах тайных сект, - это некий Иван Федотов, проповедник, специально прибывший из Москвы для наставления заблудших братьев и сестер… Женщина - жительница Саранска Евдокия Козлова… В Саранске уже полностью распалась и прекратила свое существование секта баптистов, о деятельности которых рассказывала газета ЇСоветская Мордовия? в фельетонах ЇДающая рука не оскудевает? от 8 августа 1959 года и ЇПауки? от 14 февраля 1960 года. Но кое-кто из баптистов, не раздумывая долго, пошел искать путь к Богу с другой стороны и кинулся в объятия Їпятидесятников?… Дмитрий Иванович Ивенин, бывший баптист стал Їпятидесятником?, ничуть не сомневаясь предоставляет свой дом для прибывающих в Саранск из Москвы, Караганды и других мест… Есть в секте молодая женщина Валентина Башмакова, которая, по ее же словам Їеле семь классов одолела, ибо учение ей не давалось?. Побывав однажды на собрании московских Їпятидесятников?, уверовала в силу святого Писания… Сейчас она развила бурную деятельность, пропагандируя свою веру, в чем ей неустанно помогает е? мать - Мария Агапова, а так же Мария Корсакова… А вот и Зинаида Табачкова, тоже бывшая баптистка, кассир из ЇМеталлокомбината?. Они на виду у других стараются ничем не выдавать себя, как это делают дюжий мужчина Федор Вавилин на экскаваторном заводе или покинувшая лоно баптистов Пелагея Козлова…» [22, с. 4]. Со слов респондента, дочери бывшего пресвитера общины П. А. Козлова, Козловой В. П.: « …с приездом в Саранск Їпятидесятницы? Башмаковой В. в церкви началось Їдвижение?, разделение и больше половины общины, последовали ее учению. Они отделились от баптистской церкви и стали собираться отдельно. В основном ушла активная молодежь» [16]. Таким образом, в 1960 г. в Саранске была создана новая для города община - адептов Церкви Христиан Веры Евангельской, или пятидесятников, в которой позже принял водное крещение будущий пресвитер и епископ - Ф. И. Вавилин.
В этот период дом молитвы баптистов действительно был закрыт, что, например, подтверждает в своем интервью газете « Столица С» Ф. И. Вавилин: « …дом № 6 на ул. Пугачева был закрыт под вымышленным предлогом, и момент был выбран удачный. Козин Владимир, сын Козиной Евдокии Петровны, хозяйки молитвенного дома, решил жениться и построить новый дом, из двух половин - для себя и для общины. Так как вторая половина дома предназначалась под Дом молитвы, община баптистов собрала на его строительство 30 тысяч рублей» [20, с. 2-3]. Тогдашний уполномоченный по делам религий И. Черемисин попросил у баптистского пресвитера П. Ф. Крылова печать, якобы на сохранение. Счет общины закрыли, накопления отобрали, самих баптистов припугнули, а в документах отчитались: секта распалась сама [9, с. 12]. Тогда верующие стали собираться по домам, по очереди друг у друга, а также, если позволяла погода, на лугах и в лесу (последнее подтверждает большое количество фотографий, сохранившихся у баптистов и пятидесятников лично и в архивах общин). Респондент Н. П. Моисеева утверждает, что в непогоду баптисты Саранска чаще всего собирались в доме на улице Володарского у Нины Вахиной. Встречи, как правило, носили нерегулярный характер [17]. В начале 1960-х гг. собственного дома молитвы не было и у молодой общины пятидесятников. От государственной регистрации они категорически отказывались; на богослужения стали собираться в разных местах: летом в лесу, в поле, в оврагах, а зимой по домам у верующих. Все старались делать тайно, опасаясь властей [9, с. 12]. Вскоре, однако, об активной христианке-пятидесятнице В. Башмаковой стало известно КГБ, и ей пришла первая повестка с требованием явиться к уполномоченному по культам. Затем ее неоднократно вызывали и в КГБ, где оказывали моральное давление - от попыток « пристыдить» за веру до угроз тюремного заключения: « Поскольку Валентина оставалась тв?рдой в своих убеждениях, то е? повели к председателю местного управления КГБ. Он был немало удивл?н, потому что ожидал увидеть пожилую женщину, а перед ним стояла молоденькая, худенькая девушка. ЇТак что, это и есть тот архимандрит, который ездит по Мордовии с Библией в руках?! - удивился он. - Видел я таких!?. ЇЗначит, оправдания иметь не будете, - ответила Валентина. - И, если не покаетесь, после смерти пойд?те в вечное мучение?. Увидев, что девушка безбоязненно отвечает ему, кэгэбист приш?л в ярость и сказал сотруднику, который прив?л е?: ЇПрочесать е? на заводе и выгнать с работы!?» [24, с. 149-150]. Началась планомерная подготовка к суду. Одновременно с В. Башмаковой к суду готовилось дело и Ф. И. Вавилина. Поводом послужило его задержание в Рузаевке на квартире стариков-единоверцев. В комнату ворвались сотрудники КГБ в штатском, понятые, участковый, журналист и застали проповедника с Евангелием в руках у кровати больного. Отпираться было бесполезно [32, с. 2]
Суд начался летом 1962 г. По местному радио передали и по городу расклеили объявления, что в Доме союзов состоится общественный суд над пятидесятниками. Газета « Советская Мордовия» об этом сообщала следующее: « Сегодня трудящиеся Саранска судят членов нелегальной секты (пятидесятников) за их антиобщественную деятельность. Организаторами ее были Валентина Башмакова, Федор Вавилин и Зинаида Табачкова. Они вовлекли Марию Конышеву, Дмитрия Ивенина, Григория Штырева, Марию Агапову, Анну Лисову, Пелагею Козлову, супругов Бориса и Анну Трубенковых, Прасковью Петухову, Анастасию Шультинову, Анну Гаврилину, Андрея Ильина и других лиц. Организаторов секты в свою очередь вдохновляли Иван Федотов и Ольга Пархоменко. Собрание общественности единогласно осудило деятельность нелегальной сектантской группы и просит прокурора МАССР Никишева привлечь Башмакову В. Б., Вавилина Ф. И. и Табачкову З. А. к уголовной ответственности» [12, с. 4]. В начале 1990-х гг. один из подсудимых пятидесятников вспоминал на страницах еженедельника « Столица С»: « Зал Дома Союзов был полон. Всюду сновали корреспонденты. Легко распознавались одетые в штатское сотрудники КГБ. Пока шли к центру зала, где нам уготовано было быть судимыми, чего мы только не услышали: Їсектанты, изуверы, мракобесы, детей приносите в жертву, человеческой кровью питаетесь и т.д.?» [9, с. 12]. Поводом для подобной ярости со стороны обывателей Саранска послужил фельетон в газете Советская Мордовия « Ангелы в волчьей шкуре», в котором утверждалось, что И. Федотов и В. Башмакова « заставили Красину Анну принести в Їжертву Христу? одиннадцатилетнюю дочь за то, что та без их разрешения поехала в пионерский лагерь… Убийцы собрались в лесу. Но Їсвятошам? помешал комсомольский патруль…» [1, с. 4]. Приписывание пятидесятникам человеческих жертвоприношений было очевидной провокацией. Ф. И. Вавилин вспоминал: « Было очень жутко от этого невежества. Вызывали нас по одному. Стыдили и задавали провокационные вопросы. Обзывали американскими шпионами. Потрясали перед публикой Евангелием, называя Священную книгу американской листовкой. Нелепости и укоры слышались разные:
ЇМы едим их Советский хлеб и дышим их Советским воздухом?. А ведь все прихожане церкви были очень добросовестными работниками на своих местах: не пьющие, не курящие, никогда без причины не прогуливающие работу. Все начиналось как общественный суд. Но общественный суд вынес решение передать дело по инстанции - на рассмотрение в народный суд. Назначили следователя, который состряпал обвинительное заключение по ст. 227, ч. 1. На нас завели уголовные дела. Адвокаты сразу отказались нас защищать. Среди следователей и судей были люди и сочувствующие нам, и искренне желающие помочь, облегчить нашу участь. Но, видно, не все зависело только от них. Последнее заседание суда состоялось 7 февраля 1963 года. Первой приговор был вынесен Башмаковой Валентине. Ее осудили на 3 года, по статье 227 часть 1-я УК РСФСР. Видя абсолютную бесполезность самозащиты, в качестве последнего слова, она на весь зал прочитала стихотворение ЇЯ христианка?. Меня привлекли к уголовной ответственности по статье 182-й. Получил я максимальный срок по той статье 3 года. После суда меня возили в психиатрическую больницу, хотели получить документ, что Їизуверскими? молитвами я довел себя до сумасшествия» [9, с. 12].
В 1964 г., после того, как был отстранен от власти главный инициатор антирелигиозных гонений в стране Хрущев, Ф. И. Вавилина освободили без объяснения причин. Он приехал в Саранск, устроился работать на завод токарем, вернулся в свою церковную общину; в 1972 г. был рукоположен на дьяконское, а через год - на пресвитерское служение [32, с. 2]. Закрытая в 1960 г., община ЕХБ долго не могла получить официальной регистрации. Власти под различными предлогами в регистрации отказывали - одной из причин было отсутствие дома молитвы. В 1965 г. из Украины в Саранск на постоянное место жительства переезжает баптистка Е. Т. Щелкова, которая на улице Мокшанская покупает дом № 4 и предоставляет его в аренду местной общине ЕХБ [2, д. 1, л. 1]. Сохранившиеся документы общины подтверждают, что до 1968 г. исполняющим обязанности пресвитера церкви ЕХБ являлся В. С. Сенюшин [Там же, л. 3]. Но на этом проблемы у баптистов Саранска не закончились. По свидетельству сохранившихся в общине и Государственном архиве Пензенской области (ГАПО) документов, почти 16 лет община действовала на полулегальном положении. Заявления о регистрации, подаваемые баптистской церковью в 1965 г., уполномоченным не принимались и не рассматривались. При этом в Обзорной справке « Об административной ответственности за нарушения законодательства о религиозных культах» (на 8 страницах) за 1967 год, говорится: « …Часто местные органы власти вначале необоснованно отказывают религиозным обществам в регистрации, а затем подвергают штрафу руководителей этих религиозных объединений за уклонение от регистрации. Такие нарушения встречаются в Оренбургской, Волынской, Свердловской, Актюбинской, Мордовской и Чувашской АССР и др.» [6, д. 62, л. 121]. Респондент А. Воронин рассказывает: « В начале 1960-х гг. в церкви ЕХБ г. Саранска был христианин Гаврилов Борис Васильевич. Убедившись, что в городе Саранске церковь не сможет добиться регистрации, он поехал в Москву. В Москве он встретился с лидерами ЕХБ Союза ЕХБ. Они приехали в Саранск, встретились с местными властями. Последние в свою очередь убедили их в том, что, есть Їустановка?, чтобы не портить отчетность, церковь зарегистрирована не будет. Якобы верующих протестантского направления в Мордовской АССР нет!» [15]. Протестантская церковь продолжала бороться за свое существование... В 1968 г. община обратилась к начальнику Саранской городской милиции Министерства охраны общественного порядка Исаеву (инициалы не сохранились - С. Х.) и Уполномоченному по делам религиозных культов по Мордовской АССР А. И. Сапего с заявлением: « За последнее время участились случаи хулиганских действий со стороны неизвестных лиц - бить окна в доме № 4 по ул. Мокшанской, принадлежащему гр. Шелковой Евдокии Тимофеевне, у которой мы арендуем помещение под молитвенно-религиозные богослужения. Вот, первого января, наступившего года, в одиннадцатый раз были разбиты окна половинками кирпича. Угрожающие жизни хозяйке дома, так как эти камни летят прямо в е? постель. Настоящим община просит Вас, принять все зависящие от Вас меры к устранению в данном районе, упомянутых хулиганских действий, которые, в наше время кажутся дикими, порочащими достоинство Советского человека. Надеемся, что наша просьба будет принята Вами во внимание. По поручению общины 8 января 1968 г. и.о. пресвитера Сенюшин В. С. г. Саранск» [2, д. 1, л. 3].