11
соответствует эксплицитности и искренности выражаемого намерения и реальности действия, выполняемого данным высказыванием. Эксплицитно выраженный отказдействие - это тот инвариант, который требуется вычленить из синонимичных имплицитных высказываний КАО; эксплицитное речевое действие-отказ может быть равно высказыванию в составе данного коммуникативного акта.
Имплицитные способы выражения прескрипций, отказов и ответов-реакций на отказ могут как смягчать, так и усиливать эффект от них. Перед адресатом в таком случае встаѐт задача распознания интенции адресанта и избрания адекватного способа реагирования, т.е. выбора необходимых лексических единиц и их сочетаний, синтаксического и интонационного оформления высказывания в данной коммуникативной ситуации. Коммуникант, получивший отказ, также должен распознать его в импликатуре, т.е. выявить отрицательную семантику предиката, не обозначенного маркерами отрицания. В этом случае модальность и оценочность, заключѐнные в высказывании-отказе, непосредственно связаны с интонационным и синтаксическим оформлением. В импликатуре модально-оценочный элемент может выражаться эмотивами – лексическими единицами, уже содержащими эмотивную отрицательную семантику, фразеологическими оборотами: (1) - Чѐрта лысого получишь! (Н.В. Гоголь. Мѐртвые души, с.85), клише, основанными на прецедентных феноменах [Красных 1999; Гудков 2000]: (2) Я что, Пушкин? (Пушкин трактуется как инвариант гениальности, знающий всѐ, способный выполнить всѐ и за всех) и т.д. Отрицательная семантика высказывания может заключаться в особой синтаксической структуре (порядок слов, вводные модальные конструкции), в которой именно эмотивный компонент выполняет основную прагматическую функцию. В КАО это актуально и в прескрипции, и в собственно отказе, и в высказывании, реализующем перлокутивный эффект отказа: (3) - ˂…˃
Чем рассиживать, прополол бы лучше пару грядок. - Плевать я хотел на ваши грядки. – Ты что, не хочешь у меня работать?- А вы думали, ваши грядки – предел мечтаний? (А. Вампилов. Прощание в июне, с.75).
Возможность широкого употребления эмотивов в процессе продуцирования КАО указывает на важную роль, которую играют эмоции в данном фрагменте коммуникации. Оценочный компонент в структуре КАО содержится в «зоне пересечения когнитивных пространств коммуникантов» и формирующих их когнитивных структур, фондах знаний, т.е. в противоречиях пресуппозиции
[Красных 2000, 2003; Йокояма 2005].
В КАО создается конфликт на основании различной оценки действительности коммуникантами. Нами выделяются три типа оценки.
1. Истинностная оценка устанавливает корректность императива. Правомерность императива оценивается слушающим с помощью категории модальности. Истинностная оценка формирует прототип коммуникативного акта отказа.
2. Аксиологические оценки говорящего и слушающего в КАО находятся в противоречии друг к другу из-за разницы в фондах знаний коммуникантов, являются основанием для отказа и представлены противопоставленными друг другу модусами.
12
3. Эмоциональную оценку можно считать первичным выражением одной из вышеназванных оценок, предваряющую дальнейшее развитие оценочного компонента высказывания в речемыслительной деятельности коммуникантов.
В КАО коммуниканты воздействуют друг на друга с целью побудить принять свою точку зрения. Один способ – аргументация с приведением логических доводов, а другой – манипулятивное воздействие. Логические доводы при эксплицитно выраженной пропозиции (императива или отказа) не всегда принимаются партнѐром
имогут привести к конфликту. Манипулятивные средства, часто скрывая истинную цель побуждения или отказа, при помощи софистических уловок, некорректной аргументации, воздействуя на эмоциональную сферу, заставляют партнѐра добровольно принять нужную точку зрения. Однако, манипуляции могут быть как успешными, так и неуспешными [Иванова 2007; Парасуцкая 2011]. Оба вида речевого воздействия обладают качеством персуазивности [Ducrot 1986; Eemeren, Grootendorst 2011; Чернявская 2006; Антонова 2006].
Речевая деятельность, как и любая другая, проходит стадию планирования. Планирование высказывания представляет реализацию ряда интенций с результатом продуцирования конкретного высказывания и достижения перлокутивного эффекта [Антонова 2006; Bratman 2011]. Реализация аллокутивной интенции обеспечивает релевантность высказывания для расшифровки его партнѐром [Шпербер, Уилсон 1988; Антонова 2006]; персуазивная интенция (убеждения в искренности) в аргументативном высказывании - подтверждающая, а при манипулировании - маскирующая. Когнитивные механизмы манипулирования лежат в сфере пересечения общих знаний коммуникантов, при «включении» определѐнных фреймов, вызывающих нужные ассоциации и эмоциональные состояния [Антонова
2006].
Факультативным компонентом в ходе общения является фигура Наблюдателя
– реального или виртуального. Внешний наблюдатель выполняет в процессе реализации КАО следующие функции: Фактического адресата, Свидетеля, Соучастника, Союзника, Арбитра, Посредника, Корректора. Сам Наблюдатель также меняется в ходе общения вследствие формирования новых знаний, как у самого Наблюдателя, так и у участников КАО.
Высказывания КАО, мотивированные фоновыми знаниями, оценками, эмоциональным состоянием его участников, совершаются в коммуникативных ситуациях, в которых преобладают те или иные эмоции. При некооперативных отношениях преобладают негативные эмоции, тогда как кооперативные располагают к позитивным эмоциональным проявлениям. В ходе КАО эмоциональные состояния меняются под влиянием речевого воздействия партнѐров. Учитывая, что и положительные и отрицательные эмоции разной интенсивности возникают и проявляются в самых различных условиях общения, в том числе и в статусно-маркированной ситуации при превосходящем иерархическом статусе партнѐра, мы классифицируем коммуникативные ситуации по знаку, интенсивности
идинамике проявляемых эмоций.
За критерии в разработке модели КАО с вариантами типов общения в различных коммуникативных ситуациях мы взяли:
1) кооперативность/некооперативность коммуникативного намерения;
13
2)знак эмоций, их интенсивность и динамику от исходного состояния до завершения коммуникативного акта;
3)конфликтное/неконфликтное течение и завершение фрагмента коммуникации;
4)возможность/невозможность продолжения общения.
Основываясь на базовой модели, мы выводим 7 моделей типов общения в КАО, группирующих различные типы взаимоотношений и эмоциональных проявлений коммуникантов: 1) КАО в коммуникативной ситуации негативных эмоций; 2) КАО в коммуникативной ситуации негативных эмоций, вызванных внешними факторами; 3) КАО в коммуникативной ситуации перехода негативных эмоций к позитивным или нейтральным; 4) КАО в коммуникативной ситуации перехода позитивных или нейтральных эмоций к негативным; 5) КАО в коммуникативной ситуации позитивных эмоций; 6) КАО в коммуникативной ситуации взаимодействия негативных, позитивных и нейтральных эмоций; 7) КАО в коммуникативной ситуации нейтральных эмоций.
Характер планирования процесса речевого взаимодействия представлен в классификации речевых стратегий. В нашем исследовании мы, приняв за основу классификацию О.С.Иссерс, отмечаем, что в КАО складывается несколько иная система планирования высказываний. Так, в КАО имиджевые стратегии из вспомогательных ситуативно-прагматических мы переводим в разряд основных семантических, согласно критерию, выведенному О.С. Иссерс: воздействия на адресата на данном этапе коммуникативного взаимодействия, «его модель мира, систему ценностей, его поведение (как физическое, так и интеллектуальное)» [Иссерс 2003, с.106]. Создаваемый же имидж, безусловно, воздействует на систему ценностей и поведение коммуникантов, разрушая или создавая желаемый образ. Имиджевые стратегии в КАО способствуют достижению глобальной цели наряду с прагматическими стратегиями, отражающими основной мотив, цель высказывания. Вспомогательные стратегии мы дополняем информационными стратегиями. Риторические стратегии (использующие различные приѐмы ораторского искусства и различные приѐмы воздействия на адресата) в нашем понимании реализуются с помощью коммуникативных ходов.
Специфика постановки глобальных целей коммуникантами в КАО несколько видоизменяет классификацию стратегий О.С. Иссерс. Мы выявили стратегии, направленные на осуществление основной коммуникативной прагматической цели – вынуждения партнѐра к какому-либо действию (согласию на выполнение какоголибо действия) со стороны побуждающего коммуниканта и стратегии активного или неактивного противодействия - со стороны отказывающего(ся), семантические стратегии, формирующие имидж коммуникантов (имиджевые), а также вспомогательные стратегии (информационные и диалоговые), решающие сопутствующие коммуникативные задачи распределения ролей в диалоге и оперирования информацией.
Среди имиджевых стратегий можно выделить: стратегии создания автоимиджа - самопрезентация (при вступлении в КАО), сохранение лица, самооправдание (коррекция автоимиджа), создание положительного имиджа, вынуждение к сочувствию (манипулятивный компонент); стратегии создания
14
имиджа - дискредитация, оправдание (коррекция имиджа), создание положительного имиджа; стратегии самопозиционирования - заявление своей позиции/потребности, подтверждение своей позиции, дистанцирование.
Среди информационных стратегий выделяются: стратегия информирования, стратегия запроса информации, стратегия использования полученной информации.
Стратегии могут иметь манипулятивную направленность – побуждать партнѐра к определѐнному, запланированному действию. Манипулятивные стратегии мы считаем вариациями основных стратегий вынуждения к действию (согласию) и противодействия. Нами выявлены два варианта основных манипулятивных стратегий: вынуждение к инициативе и вынуждение к отказу.
Среди манипулятивных семантических стратегий мы выделяем стратегию создания имиджа – вынуждение к сочувствию, которая может предприниматься как побуждающим, так и отказывающим коммуникантом.
Тактики и коммуникативные ходы в КАО подразделены нами на реализующие, преимущественно, вспомогательные имиджевые, информационные или диалоговые стратегии. Многие из этих тактик и коммуникативных ходов входят в состав всех выявленных нами стратегий, свидетельствуя об их функциональной общности [Дейк 1986; Иссерс 2003; Макаров 2003]. Тактики и коммуникативные ходы, свойственные той или иной стратегии, подразделяются на некооперативные (коммуникативного саботажа [Андреева 2009]) и кооперативные.
В достижении своих целей, в том числе и манипулятивных, коммуниканты используют присутствие Внешнего наблюдателя, что показывают тактики и коммуникативные ходы, основанные на некорректной аргументации, например, «апелляция к мнению аудитории», «апелляция к чувствам», «апелляция к авторитету», «апелляция к долгу». Рассмотрим это на примере, представляющем конфликтный тип общения с попыткой манипулирования партнѐром:
(4) К1:˂...˃ elle (la fille) se décide : « Voilà, papa, je voulais te parler...Tu sais, je t’avais dit que j’étais allée voir le médecin... ». Elle a son ton doucereux faussement conciliant...
К2:- « Le médecin ? Quel médecin ? Pourquoi faire le médecin ? »
К1:- « Tu sais, je t’en avais parlé, c’est depuis que je suis tombée... Ma jambe ne se remet pas... Le médecin s’est même demandé si ce n’était pas tuberculeu. Il a dit qu’il fallait des soins, des massages, orthopédiques et des rayons... J’aurais même dû le faire depuis longtemps... tout le monde s’étonne... Renée... » Elle a déjà sa tête branlante, son visage plat, ses yeux rougissent, elle va pleurer... « Le médecin avait l’air soucieux, il n’avait pas l’air rassuré en regardant la radio... » ˂...˃
К2: - « Ah ! c’est le médecin de Renée ? L’homéopathe ? Le rebouteux ? Combien te demande-t-il pour son traitement ? Ah ! ce n’est pas lui qui le fait ? La massagiste, c’est lui qui te l’a indiquée ? Et le radiographe ? Je sais, je les connais... Je connais leurs combines pour rouler les bonnes poires ˂...˃. Vos manies... A ton âge, j’avais autre chose à faire qu’à courir chez les massagistes. Les parents, c’était nous qui les aidions, à ton âge, oui, parfaitement... J’économisais sur mes trajets en omnibuse – toujours sur impériale par tous tes temps – pour envoyer un peu d’argent à ma mère <...> Non, nous n’étions pas comme eux. Nous ne comptions pas sur nos parents... (Nathalie Sarraute. Portrait d’un inconnu, р.329).
15
Пример представляет коммуникативную ситуацию, в которой попытка коммуниканта (К1) избежать конфликта с помощью манипуляции не увенчалась успехом. Применение манипуляции дочерью, пришедшей к отцу одолжить денег, обусловлено прогнозированием отказа со стороны отца (К2). Поэтому К1 не просит прямо, а начинает диалог со стратегии информирования, при помощи коммуникативного хода апелляции к общим знаниям, тактикой намѐка на состояние своего здоровья, обмолвившись о визите к врачу. Она придаѐт сообщению статус общего знания (Tu sais; je t’avais dit; Tu sais, je t’en avais parlé).
Одновременно реализуется и манипулятивная стратегия «вынуждение к сочувствию» [Миронова 2006] – создающая автоимидж К1, «страдающей от болезни», применяя тактику жалобы (c’est depuis que je suis tombée... Ma jambe ne se remet pas...). Информация о визите к врачу настораживает отца, что он и даѐт понять в ответной реплике «цитатных» вопросов-нападений [Боргер 2004] (Le médecin ? Quel médecin ? Pourquoi faire le médecin ?), реализуя стратегии активного противодействия и самопозиционирования. К1 пытается усилить
давление на К2, дополняя стратегию создания автоимиджа коммуникативным ходом «апелляция к авторитету» (доктору) (Le médecin s’est même demandé si ce n’était pas tuberculeu.), тактикой оперирования данными (перечислением
лечебных мер), апелляцией к мнению стороннего лица - виртуального Наблюдателя (подруги, доктора), намѐком (Il a dit qu’il fallait des soins, des massages, orthopédiques et des rayons...;tout le monde s’étonne... Renée... Le médecin avait l’air soucieux, il n’avait pas l’air rassuré en regardant la radio... ). Однако, К2
активно противостоит этим попыткам. Общие знания коммуникантов («лечение стоит денег») получают различную интерпретацию коммуникантов. К1 считает, что отец, озабоченный еѐ здоровьем, зная о необходимых затратах на лечение, предложит ей денег. На этом строится попытка применения манипулятивной стратегии «вынуждение к инициативе». Однако, системы ценностей и приоритетов К1 и К2 различны: отец отдаѐт предпочтение деньгам, и рассказ дочери о состоянии еѐ здоровья, по его мнению, - всего лишь попытка выманить у него деньги. Перехватывая инициативу в диалоге, он, используя полученную информацию, продолжает стратегию самопозиционирования (тактики аргументирования: негативной оценки деятельности третьих лиц – выражение пренебрежения - уравнивая доктора с его пациенткой - никчѐмной подругой дочери
(Ah ! c’est le médecin de Renée ?), тактикой разоблачения (Combien te demande-t-il pour son traitement ?), иронического оправдания (Ah ! ce n’est pas lui qui le fait ?),
коммуникативным ходом обобщения je les connais...). Эта стратегия дополняется другими имиджевыми стратегиями – создания негативного имиджа партнѐра - тактикой обобщения-обвинения (Vos manies...), позитивного автоимиджа -
тактика сравнения (A ton âge, j’avais autre chose à faire qu’à courir chez les massagistes), противопоставление отцы – дети (Les parents, c’était nous qui les aidions, à ton âge, nous n’étions pas comme eux. Nous ne comptions pas sur nos parents...), негативного имиджа третьих лиц (посредством обвинения-
пейоратива Je connais leurs combines pour rouler les bonnes poires).
Манипулятивная стратегия К1 остаѐтся нереализованной: партнѐр не проявляет желаемой инициативы, а наоборот, его интенции реализуются более