СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТИЗА КАК СПОСОБ ЗАЩИТЫ ПРАВ ЛИЧНОСТИ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВ
Ченчик Анатолий Анатольевич
Магистрант
Аннотация
В статье рассматривается внесудебный порядок рассмотрения дел о банкротстве граждан.
Ключевые слова: судебная экспертиза, следственные действия, стадия возбуждения уголовного дела, срок производства экспертизы, полиграф.
Abstract
Chenchik Anatoly Anatolievich Master Degree student
FORENSIC EXAMINATION AS A WAY TO PROTECT INDIVIDUAL RIGHTS IN CRIMINAL PROCEEDINGS
The article discusses the out-of-court procedure for considering bankruptcy cases of citizens.
Key words: forensic examination, investigative actions, stage of initiating a criminal case, examination period, polygraph.
Основная часть
Защита личности от незаконного ограничения прав и свобод, а также их восстановление является одной из важнейших задач государства. Развивая данное положение, законодатель закрепил правило, суть которого заключается в обеспечении судом гарантий прав участников судебного разбирательства в части равных прав по предоставлению и исследованию доказательств, в том числе полученных с помощью специальных знаний (ст. 15 УПК РФ) [1].
Однако, как показывает правоприменительная и судебная практика, равенство прав сторон обеспечивается далеко не всегда, защита часто ограничивается в правах при рассмотрении вопросов, требующих использования специальных знаний. В первую очередь речь идет о судебной экспертизе, как основной и традиционной форме, которая, с одной стороны является способом защиты прав и интересов участников процесса, так как в результате ее производства получается самостоятельное доказательство - заключение эксперта. С другой стороны, при назначении и производстве судебной экспертизы могут ограничиваться права и свободы участников процесса. Хотя объем этих прав и получил некоторое развитие, но реальные гарантии их реализации напрямую связаны с механизмом защиты прав и свобод человека и гражданина и пока недостаточны. Особенно ярко неравенство проявляется в досудебном производстве по уголовным делам, где одна из причин состоит в том, что сторона защиты ограничена в использовании специальных знаний в традиционной форме - форме судебной экспертизы. Как правило, эти вопросы решаются органом уголовного преследования, защитник фактически устраняется от данного процесса, так как, согласно действующему законодательству, не относится к субъектам назначения судебной экспертизы [4]. судебный экспертиза право свобода
В практической деятельности органов предварительного расследования до сих пор актуализируются проблемы, вытекающие непосредственно из буквы уголовно-процессуального закона, а также несогласованности положений других источников права, регламентирующих правоотношения участников в связи с назначением и производством судебной экспертизы. Так, продолжают нарушаться такие важные права стороны защиты, как, право на ознакомление с постановлением о назначении судебной экспертизы, и это несмотря на неоднократные указания со стороны судебных органов [9].
Примеров из судебно-следственной практики можно привести множество. Например, в апелляционной жалобе защитник ссылался на нарушение ч. 3 ст. 195 УПК РФ, п. 9 Пленума ВС РФ от 21.12.2011 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», указывая на несвоевременное ознакомление обвиняемого с постановлением о назначении экспертизы, что привело к нарушению права на защиту. Однако суд не принял доводы стороны защиты, указав, что доводы о нарушении сроков ознакомления с постановлением о назначении экспертизы, не свидетельствуют о недопустимости экспертного заключения и не свидетельствуют о нарушении права на защиту, поскольку осужденному и его защитнику была обеспечена возможность реализовать свои права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ [1].
Приведенное решение суда позволяет сделать вывод, что суд не связывает признание экспертного заключения недопустимым доказательством с нарушением прав участников процесса. Не оспаривая позиции судебных инстанций, позволим предположить, что такое положение дел не способствует устранению нарушений требований закона, в части касающейся прав участников процесса.
Вместе с тем определенные шаги в детализации указанного положения делаются Пленумом Верховного Суда РФ и Конституционным Судом РФ. Вопрос о нарушении конституционных прав и свобод положениями статей 195 и 198 УПК РФ неоднократно рассматривался Конституционным Судом Российской Федерации. Так, в определении от 13.10.2009 № 1161 -О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Артемьева Евгения Викторовича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 63, статьями 195 и 198 Уголовно -процессуального кодекса Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации указал, что ознакомление с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, его защитника должно быть осуществлено до начала производства экспертизы, в противном случае названные участники процесса лишаются возможности реализовать связанные с назначением экспертизы и вытекающие из конституционных принципов состязательности и равноправия сторон права, закрепленные статьей 198 УПК РФ, и что соответствующее требование ч. 3 ст. 195 данного Кодекса распространяется на порядок назначения любых судебных экспертиз, носит императивный характер и обязательно для исполнения субъектом уголовной юрисдикции на досудебной стадии судопроизводства во всех случаях [2].
Несмотря на неоднократные указания высших судебных инстанций по соблюдению этих правовых позиций, их реализация в практической деятельности имеет существенные трудности. При таких обстоятельствах о подлинном равенстве сторон в аспекте состязательности говорить не приходится.
В этой связи некоторые юристы полагают, что единственным вариантом соблюдения принципа состязательности является наделение стороны защиты самостоятельным правом назначения судебной экспертизы. Так, вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ Генри Резник на заседании Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека озвучил необходимость наделения стороны защиты правом назначения судебной экспертизы [3]. Заметим, что по итогам заседания Президент Российской Федерации поручил рассмотреть совместно с Верховным Судом Российской Федерации, Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Следственным комитетом Российской Федерации вопрос о наделении стороны защиты правом назначать судебную экспертизу и при необходимости представить предложения о внесении соответствующих изменений в законодательство Российской Федерации.
В этой связи уместно вспомнить слова И.Л. Петрухина, что полное преобразование предварительного расследования путем внедрения состязательности маловероятно, так как для этого пришлось бы уравнять во всех процессуальных правах возможности обвинения и защиты, а шансов ожидать от законодателя столь глубоких перемен очень мало [7].
Будучи активным участником данной дискуссии и являясь сторонником данной позиции Л.В. Лазарева [6], справедливости ради вынуждена признать, что данный подход потребует реформирование всей существующей системы уголовного судопроизводства и является наиболее труднореализуемым по ряду причин. Во-первых, наделение стороны защиты правом назначать судебную экспертизу будет вступать в противоречие с устоявшимися постулатами доказательственного права, поскольку означало бы наделение стороны защиты юрисдикционными полномочиями. Реализация данного подхода потребует внесение изменений в ряд законодательных актов.
Во-вторых, сторона защиты может испытывать трудности в представлении материалов для проведения судебной экспертизы, поскольку у стороны защиты отсутствует доступ к материалам уголовного дела. Это относится, прежде всего, к вещественным доказательствам, а также к образцам для сравнительного исследования, получение которых связано в большинстве случаев с проведением процессуальных действий. Хотя, по этому поводу Г. Резник заметил, что проведение некоторых экспертиз возможно на основании материалов, представленных стороной защиты. Но для общего понимания, о каких экспертизах идет речь, необходимо закрепление на законодательном уровне перечня, что вероятнее всего будет непросто, или формулирование общего правила.
В-третьих, наделение стороны защиты правом назначать судебную экспертизу может ущемить права другого участника - потерпевшего, также предусмотренные ст. 198 УПК РФ. Решение данного вопроса также требует выработки определенного механизма [8].
В решении столь сложного, но одновременно важного вопроса в части расширения субъектов назначения судебной экспертизы определенный интерес представляет собой законодательный опыт ряда зарубежных стран - бывших союзных республик. Так, например, УПК Республики Казахстан содержит норму о правах участников со стороны защиты при назначении и производстве экспертиз. В частности, ч. 5 ст. 272 УПК Республики Казахстан предусматривает возможность назначения экспертизы по инициативе участников процесса, «защищающих свои или представляемые интересы». Примечательным в этой норме, является то, что в ней предусмотрено правило, согласно которому: «... орган, ведущий уголовный процесс, не вправе отказать в назначении экспертизы, за исключением случаев, когда вопросы, представленные на ее разрешение, не относятся к уголовному делу или предмету судебной экспертизы».
Аналогичным образом решен вопрос и в другой бывшей союзной республике, а ныне самостоятельном государстве - Грузии. В частности, в ч. 2 ст. 144 УПК Грузии указано, что экспертиза производится по инициативе сторон.
Вместе с тем законодательство государств ближнего зарубежья не дает нам бесспорных образцов для подражания в части решения обозначенного вопроса, но оно наводит на определенные размышления относительно состояния российского законодательства и перспектив его развития. И все же, если оценивать опыт Республики Казахстан и Грузии в деле расширения полномочий стороны защиты при назначении экспертизы, то он может служить положительным примером.
Как отмечалось другими учеными, сама идея равнодоступности судебной экспертизы для всех участников процесса, заинтересованных в ее результатах, безусловно, позитивна при условии, что досудебное производство не превратится в череду проводимых заинтересованными участниками процесса экспертиз, затягивающих сроки предварительного расследования [5].
Следует признать, что сторона защиты инициирует назначение судебной экспертизы чаще всего с целью оспорить экспертное заключение обвинения, а также в случаях, когда была лишена возможности заявить отвод эксперту и сформулировать свои вопросы.
В этой связи в уголовно-процессуальной науке предпринимаются попытки выработать некий механизм, направленный на легализацию экспертного заключения, полученного стороной защиты. Например, через привлечение адвокатом специалиста-консультанта [8] или путем рецензирования экспертного заключения, полученного стороной обвинения [4]. Однако полагаем, что оспорить одно экспертное заключение без участия другого эксперта сложно. Такие механизмы позволили бы лишь формально приобщать к уголовному делу материалы, полученные адвокатом с привлечением специалиста, при этом их правовая природа остается неизменной.
В своих публикациях, посвященных проблемам использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве, исследователи отмечали, что предоставление стороне защиты права назначения судебной экспертизы, могло бы быть обеспечено через производство таких экспертиз в негосударственных судебно-экспертных организациях или частными экспертами, за исключением ряда случаев: обязательного назначения экспертизы, когда это связано с применением принуждения, а также когда требуется представление вещественных доказательств и (или) материалов уголовного дела [6].
Не вступая в полемику, отметим лишь, что каждый из предложенных вариантов имеет свои бесспорные преимущества, и существенные недостатки.
Считаем, что по мере совершенствования уголовно -процессуального законодательства будет расширяться состязательность, прежде всего в досудебном производстве за счет познавательных приемов, основанных на использовании специальных знаний.
Вместе с тем наделение стороны защиты столь существенными правовыми полномочиями неизбежно повлечет необходимость реформирования системы уголовного судопроизводства, но и реорганизации судебно-экспертной деятельности. В частности, потребуется централизация деятельности негосударственных судебно-экспертных организаций.
Таким образом, все вышесказанное в очередной раз заставляет задуматься об изменении традиционных подходов к кругу субъектов назначения судебной экспертизы, а именно, о перспективах его расширения за счет включения защитника. Тем самым законодатель должен решить сложную задачу: уравнять права сторон путем внесения существенных изменений в действующее законодательство [7].
Проблемы использования института специальных знаний остаются актуальными и в последнее время достаточно часто исследуются в юридической практике. Однако многие вопросы по-прежнему остаются дискуссионными, что не соответствует единообразию в толковании и применении соответствующих норм уголовно-процессуального права.
Причинами сложившейся ситуации, на наш взгляд, являются недостаточно полное изучение вопроса использования института специальных знаний, несовершенство действующего законодательства. Нужно полагать, что дальнейшее исследование поставленной проблемы видится в определении более конкретной регламентации деятельности, относящееся к использованию института специальных знаний в уголовном судопроизводстве.
Полагаем, специальные знания следует определять через прикладные научные знания.