Материал: Т. 9. Реформы и модернизация (1976-2009). 2016

Бойцы Народно-освободительной армии Китая

советские тяжелые авианесущие крейсеры «Варяг», «Минск» и «Киев». В начале 2009 г. началась постройка головного корабля китайского проекта. Одновременно велись работы по созданию китайского палубного истребителя на базе самолета «Цзянь-11B» (J-11B). Всего Китай был намерен построить 4–6 авианосцев, которые могут вступить в строй в 2015–2020 гг.

Наиболее интенсивно развивались мобильные силы НОАК, обладающие повышенной маневренностью и огневой мощью и предназначенные для действий в локальных войнах по периметру государственной границы, а также для оказания поддержки полицейским формированиям в обеспечении внутренней безопасности и общественного порядка.

Военная политика Китая имела оборонительный характер и являлась составной частью широкого комплекса превентивных мер политического, дипломатического, экономического и военного характера, направленных на создание благоприятной обстановки в сфере безопасности вокруг Китая, способствующей реализации национальной стратегии развития, целью которой являлось превращение страны к середине XXI в. в модернизированную державу, равную по своему политическому влиянию, экономической и военной мощи другим ведущим державам мира.

В отношении оценки военных расходов Китая среди аналитиков существовал достаточно широкий разброс мнений. Наиболее аргументированной является оценка Стокгольмского международного института исследований проблем мира (СИПРИ), который, используя материалы различных зарубежных, в том

рядового состава в условиях конкуренции с гражданским сектором за привлечение и удержание в армии талантливых кадров. К другим причинам относятся увеличение расходов на информатизацию войск, развитие и модернизацию военной инфраструктуры и системы тылового обеспечения, а также на все более широкое участие НОАК в международном военном сотрудничестве.

Как и в предшествующие годы, уделялось внимание развитию китайских вооруженных сил в качестве инструмента опоры власти и поддержания внутриполитической стабильности. Действовавшая установка «последовательно обеспечивать абсолютное руководство партии над армией» по существу означает незыблемость известного принципа «партия командует винтовкой». Его реализация, в частности, обеспечивалась посредством избрания большого количества военных

ввысший руководящий партийный орган – ЦК КПК. Так, на состоявшемся в октябре 2007 г. XVII съезде КПК членами ЦК были избраны 41 военный высшего и среднего ранга, которые составили 20% общего количества его членов.

Начало XXI в. было отмечено попытками военно-политического руководства страны использовать в руководстве войсками принципы демократии при сохранении централизованной системы единоначалия. В 2008 г. ЦВС КНР одобрил «Положение НОАК о комитетах военнослужащих», которым предусмотрены меры по демократизации процесса принятия решений в армии, осуществляемые через комитеты военнослужащих частей и подразделений. Комитеты работали под руководством соответствующих командиров и организаций КПК и были наделены правом выработки рекомендаций командованию по широкому кругу вопросов жизни войск – от боевой готовности части (подразделения) до защиты прав офицеров и рядового состава.

В90-x гг. XX в. получила бурное развитие военная дипломатия Китая, которая выступила в качестве важного компонента реальной государственной политики и одновременно являлась составной частью военной политики Пекина. Внешние связи НОАК рассматривались в качестве важного дополнения дипломатических усилий, направленных на предотвращение вооруженных конфликтов, в первую очередь, в отношениях с сопредельными странами.

КНР были установлены и поддерживались отношения по военной линии с более чем 150 странами; аппарат военного атташе функционировал в 109 посольствах КНР, 98 иностранных государств создали аппарат военного атташе

вПекине. В 2007–2008 гг. военные делегации НОАК высокого уровня направлялись в более чем 40 стран; одновременно Китаем были приняты свыше 60 военных делегаций на уровне министров обороны и начальников генеральных штабов. Между военными ведомствами КНР и Российской Федерации, КНР и США установлены и действуют прямые телефонные линии связи. Достигнут прогресс в развитии военных связей между КНР и Японией.

С 2002 г. набирает силу процесс активного участия НОАК в совместных с армиями других стран военных учениях, а также – практика обмена наблюдателями за военными учениями. В период с 2002 г. по 2006 г. НОАК принимала участие в 16 совместных учениях с вооруженными силами 11 стран; военные наблюдатели Китая направлялись на учения ВС Турции, Таиланда, Пакистана, Индии, США, Австралии. В свою очередь, в сентябре 2005 г. по приглашению

НОАК военные специалисты и обозреватели из 24 стран присутствовали на учениях войск Пекинского военного округа «Северный меч–2005». В 2007– 2008 гг. Китай провел свыше 20 совместных военных учений и маневров с вооруженными силами иностранных государств.

НОАК активно участвовала в международном обмене в области подготовки военных кадров. На стажировку в зарубежные страны периодически направлялся командный состав боевых частей НОАК звена «дивизия – бригада», военных округов, центральных органов управления, Генерального штаба НОАК. В 2005–2006 гг. свыше 500 китайских военнослужащих этих категорий направлялись на учебу в более чем 20 стран, и около 2000 военнослужащих из более чем 140 стран проходили подготовку в китайских военно-учебных заведениях.

Российско-китайское военное и военно-техническое сотрудничество осуществлялось в контексте политического сближения и усиления стратегического взаимодействия двух стран в международных и региональных делах, что, в частности, нашло отражение в Совместной декларации КНР и РФ по основным международным вопросам, подписанной Председателем КНР Ху Цзиньтао и Президентом РФ Д. Медведевым в мае 2008 г. в Пекине. В начале века сотрудничество получило качественно новое развитие, распространившись на оперативную и боевую подготовку штабов и войск с отработкой вопросов взаимодействия при проведении антитеррористических операций. В 2005–2007 гг. были проведены совместные военные учения в рамках ШОС «Мирная миссия – 2005» и «Мирная миссия – 2007», которые продемонстрировали способность вооруженных сил стран-участниц Организации противостоять угрозам и вызовам XXI в., прежде всего – терроризму.

С подписанием в июне 2007 г. Соглашения между государствами–членами ШОС о проведении совместных военных учений, была создана правовая база для их подготовки и проведения на регулярной основе в дальнейшем.

В строительстве китайских вооруженных сил в рамках стратегии «активной обороны» осуществлялся курс на механизацию и информатизацию войск с целью повышения их возможностей при ведении как оборонительных, так и наступательных боевых действий. В этой связи решалась задача подготовки контингента квалифицированных военных кадров нового типа, соответствующих задачам модернизации вооруженных сил и способных вести боевые операции в условиях информатизации. Конечная цель заключалась в создании вооруженных сил, способных эффективно осуществлять ядерное сдерживание, успешно действовать в современной высокотехнологичной войне локального масштаба, а также при проведении антитеррористических операций. В этой связи следует отметить, что, в соответствии с директивой генерального штаба НОАК, изданной в январе 2003 г., обязательным пунктом программ обучения личного состава НОАК является антитеррористическая подготовка. Наряду с требованием к НОАК быть готовой успешно действовать в современных локальных войнах выдвигался тезис о необходимости развития стратегии народной войны. Осуществлялись меры по совершенствованию оборонной мобилизации для создания единой мобилизационной системы, позволяющей быстро и эффективно реагировать на возможные внезапные изменения обстановки.

Итоги социально-экономического развития Китая в конце первого десятилетия XXI в.

Экономическая мощь Китая за 30 с лишним лет резко возросла, причем по большей части не за счет развития «третьей сферы» – транспорт, сфера услуг, финансы, торговля недвижимостью и др., а за счет «второй сферы» – промышленность и капитальное строительство. Общее число промышленных предприятий за 50 лет выросло почти в 10 раз, стоимость основных производственных фондов на них – в 462 раза и более чем в 100 раз – стоимость валовой промышленной продукции.

Как показала практика китайских реформ, именно от возможностей трудоустройства избыточной рабочей силы в промышленности, капитальном строительстве, транспорте, торговле, сфере услуг и прочих отраслях непроизводственной сферы зависели перспективы социально-экономического развития страны. В начале XXI в. основным недостатком и в то же время основным преимуществом китайской экономики являлась масса избыточной дешевой рабочей силы. Это было огромным преимуществом для предприятий легкой и текстильной промышленности, которые из года в год наращивали экспорт своей продукции за рубеж и становились источником притяжения для иностранных инвестиций на территорию КНР. В результате привлечения иностранных инвестиций в стране были созданы совместные предприятия на основе самых современных технологий в различных отраслях, продукция которых является конкурентоспособной как внутри страны, так и за рубежом.

Однако после повышения минимальной заработной платы в Пекине, Шанхае, Гуанчжоу и Тяньцзине до 1100–1200 юаней в месяц рабочая сила в Китае уже не была столь дешевой. Как отмечалось в ежеквартальном деловом журнале

Магазин Ролс-Ройс в Пекине