Материал: Теория и история архитектуры, реставрация и реконструкция историко-архитектурного наследия, архитектура зданий и сооружений. Колодяжный С.А., Енин А.Е

5. Авангард, модернизм и "воспроизводство кадров"

Но помимо логики индустриального постава, с его иерархией, культом производства, монтажом, типологией, помимо соображений эффективной организации устойчивого бизнеса или, как в СССР, государственной службы проектирования, есть и логика образования, обслуживающего воспроизведение и развитие всей этой производственно-ориентированной деятельности. Логика образования как института воспроизводства деятельности не менее жёсткая.Здесь нужны методики,аавангардпринципиальноаметодичен.Нужно сделать новое содержание элементом трансляции культуры, а для этого надо ввести новое содержание в культуру – но оно по природе своей антикультурное! Грех авангардистского богоубийства надо разменять на прагматично выглядящие методические предписания к синтезу форм. Эти фантастические метаморфозы и были осуществлены в ранних профессиональных школах – наверное поэтому они так значимы, для профессионального сознания, так памятны: травматический опыт их подвига до сих пор бередит душу. Авангард умер в первых вузах модернизма– Баухаузе и ВХУТЕМАСе, был поглощён заботой9 о методическом обеспечении новой профессиональной мегамашины индустриальной проектирования.

Государственные вузы Баухауз и ВХУТЕМАС/ВХУТЕИН имели лишь номинальное отношениек авангардуи могут считатьсяинститутами утилизацииавангардизма,нонивкоей мере не институтами воспроизводства авангардизма. Этот тезис представляется почти очевидным, но он, насколько нам известно, ещё никем не произнесён, а по умолчанию подразумевается нечто прямо противоположное. Но воспроизводственные институты авангарда созданы не были, и это вполне объяснимо. Ведь таковым институтом можно было бы счесть, например, образ обновляющегося потока молодёжи в "Первом манифесте футуризма" (1909 г.) Маринетти: "Большинству из нас нет и тридцати. Работы же у нас не меньше, чем на добрый десяток лет. Нам стукнет сорок, и тогда молодые и сильные пусть выбросят нас на свалку как ненужную рухлядь!.. Они прискачут со всего света, из самых дальних закутков под легкий ритм своих первых стихов. Они будут царапать воздух своими скрюченными пальцами и обнюхивать двери академий. Они вдохнут вонь наших насквозь прогнивших идей, которым место в катакомбах библиотек. Но нас самих там уже не будет. В конце концов зимней ночью они отыщут нас в чистом поле у мрачного ангара. Под унылым дождем мы сгрудимся у своих дрожащих аэропланов и будем греть руки над тщедушным костерком. Огонек будет весело вспыхивать и пожирать наши книжки, а их образы искрами взовьются вверх. Они столпятся вокруг нас. От злости и досады у них перехватит дыхание. Наша гордость и бесконечная смелость будут бесить их. И они кинутся на нас. И чем сильнее будет их любовь и восхищение нами,тем с большей ненавистью они будут рвать нас на куски. Здоровый и сильный огонь Несправедливости радостно вспыхнет в их глазах. Ведь искусство - это и есть насилие, жестокость и несправедливость" [15, с. 162]. Похоже ли это на образ студентов - людей-манекенов - со знаменитой "Bauhaustreppe" Оскара Шлеммера (1932 г.)?! Но ведь и там – идут носители нового сознания, преобразующего мир (рис.)! Однако степень деловитости и поставленности на поток резко меняет всю атмосферу событий.

Разумеется, подавляющее количество публикаций об этих событиях носит откровенно апологетический характер, но когда тональность становится хотя бы нейтральной, реальная атмосфера и её привходящие "компоненты" проясняются. Так, А.Н. Шукуровой в работе 1990 г. [16, с. 115-163], удалось "схватить" эту атмосферу, уделяя внимание "мелочам", в т.ч. и таким редко обсуждаемым аспектам, как пространственное расположение школ, союзов, мастерских, студий и прочих субъектов событий относительно друг друга: "мир-театр" Баухауза обнажает свои скрытые "нити" и закулисные эмоции. А.Н. Шукурова отмечает драматизм, с которым баухаузовские "форммейстеры" осуществляли рефлексию своего творчества, как стремление к науке и научному дискурсу переплеталось с культом интуиции, а влияние "новой деловитости" – с артистическим нигилизмом. Так что, обобщение в случае творчества столь ярких и различных художников, как те, что собрались в Баухаузе и

10

ВХУТЕМАСе, разумеется, занятие сомнительное, и, напротив, пристальное рассмотрение персоналий "проектно-художественного процесса" начала ХХ века обнаруживает тенденциозность и непродуктивность таких обобщений (мы почувствовали это на опыте постижения творчества такого видного персонажа в истории пропедевтики, как Н.А. Ладовский [17]). Но здесь мы говорим именно о том, увы, исторически случившемся "обобщении", продуктом которого стала "композиционная грамота" современной архитектуры и дизайна.

Рис. Лестница Баухауза: фотография 1930-х гг. и картина О. Шлеммера "Bauhaustreppe" (1932 г., MoMA).

Заключение и выводы

В искусствоведческом дискурсе принято отсчитывать историю модернизма с импрессионизма, если не раньше, а авангард рассматривать как радикализацию устремлений такого модернизма. Напомним, периодизация философской и гуманитарной мысли ещё более масштабна - т.н. Проект Модерна начинается там с Возрождения, в крайнем случае - с Просвещения. Но в истории и теории архитектурного проектирования нет никакого смысла проводить указанное различение на основании различия формально-стилистических фигур или идейно-художественных течений, поскольку значительно более фундаментальным является различение авангарда и модернизма по основанию организации "мегамашины" проектной практики и, как мы видели, соответствующих мировоззренческих, методологических, средствиальных и воспроизводственных аспектов.

У архитектурно-проектного авангарда и модернизма разные интенции и различный характер. Авангард был футуристским ("будетлянским") - по основной интенции духа, от тошноты к существующему; он не заботился воплощением и был свободен от всякого футурошока. Модернизм же стал футурологическим - т.е. описывающим (и воспевающим) технологически осваиваемое ближайшее будущее - от скудости реально доступных модельных средств (это легко ощутимо и сегодня в проектах и постройках наследников

11

модернизма по прямой). Что, заметим, вовсе не отвечало консъюмеристским наклонностям самого модернизма и в итоге привело его к утрате монополии на "современность". Всё его "будущее" – прикрытие неспособности жить в настоящем, в Dasein, оправдание его небрежностикнастоящемуипрошлому.Авангардбылантиисториченвсилусвоегорождения и предназначения, а модернизм аисторичен по инерции, в силу новых конвенций (негласных общественных договорённостей или, в данном случае, - привычек), паттернов потребительского ожидания и масскультурного спроса. Модернизм стал заложником собственных авторитетов, канонизированных приёмов и методов, парадигм мышления и действия, от которых он и сам бы не прочь был иногда избавиться. Модернизм появляется тогда, когда устанавливается традиционалистское отношение к антитрадиционализму. Не тогда, когда нарушение традиций само становится традицией - это ситуация пролонгированного авангарда, практически недостижимая, но когда то, что нарушало конвенцию, само стало ею, и ценится не в духе своём, а в "букве".

Примечания:

1"Лицанашизалитыпотом,перепачканывзаводскойгрязивперемешкусметаллической стружкой и копотью из устремленных в небо заводских труб, переломанные руки забинтованы... Под багажником гоночного автомобиля змеятся выхлопные трубы и изрыгают огонь. Его рев похож на пулеметную очередь, и по красоте с ним не сравнится никакая Ника Самофракийская...", - писал Ф.Т. Маринетти в "Первом манифесте футуризма", 1909 г. [15, с.

160].

2"Производствоозначает,- пишетЖ.Бодрийяр,- насильственнуюматериализациютого, что принадлежит к иному строю, а именно строю тайны и соблазна. Всегда и везде соблазн противостоит производству. Соблазн изымает нечто из строя видимого – производство всё возводит в очевидность: очевидность вещи, числа, понятия" [18, с. 79].

3Поздний, "идеологический" (если не сказать административно-бюрократический) пример такой утилизации, неустранимо сопровождающейся подлогами, можно найти у Пьера Ваго, основателя и Генерального секретаря МСА, когда он пишет: "Перечитайте Сант' Элиа: 1914 год. Перечитайте Малевича, Лисицкого и других… эти революционеры не отрицали архитектуру: они хотели открыть пути архитектуры своего времени; они стремились к архитектуре, которая была бы искусством и первым среди искусств: не было речи о "неискусстве" (курсив наш - П.К.)" [19, с. 65]. На самом деле, речь о "неискусстве" не только заполнила всё пространство дискуссий 1910-20-х гг., но и явственно была слышна в поисках "антиархитектуры" 1970-х годов, когда П. Ваго произносит свою сентенцию; жива она и доныне.

4Заметим здесь: теоретическое, а тем более методическое осмыслениенарушений до сих пор в большом дефиците, в то время как сами принципы "классической" композиции модернизма прочно осели в учебных планах и программах дисциплин по проектным специальностям и воспроизводятся до сих пор как непререкаемая "грамота" профессии!

5Напомним также в пользу этого утверждения, что композиция как предмет знания выделяется из синкрета деятельности только с приходом моделей естественнонаучной методологии, а также с той возгонкой воображения, которая становится возможна с просвещенческой культуры интерпретирующего восприятия.

6А.Г. Раппапорт тут же подчёркивает, что феноменология переживания архитектурной формы в пропедевтических курсах даётся "...в полноте своих формальных, а не содержательных свойств. Однако феноменологическая природа формы в этих курсах предлагалась в качестве гипостазированной или овеществлённой психологии восприятия.

12

Собственно феноменологический момент при этом растворялся в системе парадигматических и синтаксических структур" [13, с. 21]. Такая сокращённая, растворённая, овеществлённая в несобственных способах существования феноменология получает, добавим мы, в ОПК самостоятельность этикетки, наклеиваемой сверху на препарированную форму для её идентификации в пропедевтическом колумбарии архитектурных форм.

7Перцептивная готовность - это вид оптических иллюзий, когда зритель как бы заранее знает, что ему покажут и тем вводится в заблуждение. Авангард подрывал перцептивные готовности традиционной культуры, традиционного "вокабулярия форм", а модернизм лелеет

исохраняет их новые формации, поскольку в их устойчивости – залог его социальнокоммуникативной и коммерческой успешности.

8Ф. Серс, детально и документировано анализируя эту историю, подчёркивает момент перехода от авангарда к модернизму: "Завершилось всё принятием очередных правил и восстановлением общественного договора" [20, с. 103]. Серсу принадлежат замечательные строки: "Дюшан – не модернист, он принадлежит авангарду, авангардной радикальности, и традиционный анализ "Фонтана" является примером того совмещения пальца, указывающего на луну, с самой луной, о котором гласит знаменитый китайский афоризм" [20, с. 108]

9Питер Слотердайк, уделивший много внимания "Веймарскому синдрому", пишет в "Критике цинического разума": "Не случайно, что Хайдеггер именно в дни неустойчивой Веймарской республики открыл "структуру заботы", присущую экзистенции ("Бытие и время", 1927). Забота "высасывает" из жизни мотив счастья" [21, с. 218].

Библиографический список

1.Саваренская Т. Ф., Швидковский Д.О., Кирюшина Л.Н. Градостроительная культура Франции XVII – XVIII веков. – М.: УРСС, 2004. – 128 с.

2.Капустин П.В.Проектностьабстракции//Архитектурныеисследования.Научный журнал.

-Воронеж: Воронежский ГАСУ. - 2016. - № 2 (6). - С. 3746. - Режим доступа: http://edu.vgasu.vrn.ru/SiteDirectory/vestnik/ai/DocLib1/АИ%20№2-6.pdf

3.Капустин П.В. Композиция и типология в эволюции архитектурного проектирования ХХ века // Архитектурные исследования. Научный журнал. - Воронеж: Воронежский ГАСУ. - 2016. - № 3 (7). - С. 15 - 23. - Режим доступа: http://edu.vgasu.vrn.ru/SiteDirectory/vestnik/ai/ DocLib1/АИ%20 №3-7.pdf

4.Капустин П.В. К вопросу о происхождении функциональной типологии в архитектуре // Архитектурные исследования. Научный журнал. - Воронеж: ВГТУ. - 2016. - № 4 (8). - С. 25 - 36. Режим доступа: http://edu.vgasu.vrn.ru/SiteDirectory/vestnik/ai/DocLib1/АИ%20№4- 8.pdf

5.Капустин П.В. История дизайна в документах: тексты, дискуссии, мнения: хрестоматия: в 3 ч. Ч.1. – Воронеж: ВГАСУ, 2010. - 186 с.

6.Ван де Вельде А. Избранные статьи // Мастера архитектуры об архитектуре. - М.: Искусство, 1972. - С. 83 - 97.

7.Капустин П.В. Опыты о природепроектирования (монография). – Воронеж: ВГАСУ, 2009.

-218 с.

8.Бархин М.Г. Метод работы зодчего. Из опыта советской архитектуры 1917 - 1957 гг. - М.: Стройиздат, 1981. - 216 с.

9.Гройс Б. Gesamtkunstwerk Сталин // Гройс Б. Искусство утопии. – М.: Издательство "Художественный журнал", Фонд "Прагматика культуры", 2003. – С. 21 - 97.

10.Кринский В.Ф., Ламцов И.В., Туркус М.А. Элементы архитектурно-пространственной композиции. – М., Изд-во лит. по строительству, 1968. – 168 с.

13

11.Волчок Ю.П. Тектоническое мышление и научно-технический прогресс (понятия "стройка" и "монтаж" в современной культуре)// Общество, архитектура и научнотехнический прогресс: сб. науч. тр. ЦНИИП градостроительства. - М., 1987. - С. 73 - 79.

12.Капустин П.В. К эпистемологическому анализу теории композиции: проблема предмета знания // Композиционные чтения имени А. Коротковского: М-лы Международной научно-методич. конфер. / Под ред. А.А. Старикова, В.И. Иовлева. – Екатеринбург: Архитектон, 2005. – С. 105 - 112.

13.Раппапорт А.Г. К пониманию архитектурной формы: Автореф. дис. на соиск. уч. ст. д-ра искусствоведения: 18.00.01. – М.: НИИТАГ РААСН, 2002. - 38 с.

14.Ладовский Н.А. О программе рабочей группы архитекторов (Из протоколов рабочей группы архитекторов ИНХУКа. 1921 г.) // Мастера советской архитектуры об архитектуре. - Т. 1. - М.: Искусство, 1975. - С. 345 - 347.

15.Маринетти Ф.Т. Первый манифест футуризма // Называть вещи своими именами: Прогр. выступления мастеров запад.-европ. лит. ХХ в. – М.: Прогресс, 1986. - С. 158-162.

16.Шукурова А.Н.АрхитектураЗападаи мирискусства ХХвека.– М.:Стройиздат,1990.-318 с.

17.Капустин П.В. Альтернативы Ладовского // Искусствознание.– 2011. – №№ 1-2. – С. 321 –

347.

18.Бодрийяр Ж. Соблазн. – М.: Ad Marginem, 2000. - 318 с.

19.Ваго П. От хаоса к надежде. К архитектуре // Современная архитектура (L' architecture d'au jourd'hui). - 1971. - №6. - С. 58 - 66.

20.Серс Ф. Тоталитаризм и авангард. В преддверии запредельного. – М.: Прогресс-Традиция,

2004. - 336 с.

21.Слотердайк П. Критика цинического разума / Перев. с нем. А.В. Перцева. - Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2001. - 584 с.

Bibliography list

1.Savarenskaya T.F., Shvidkovskiy D.O., Kiryushina L.N. The town-planning culture of France XVII - XVIII centuries. - M.: URSS, 2004. - 128 p.

2.Kapustin P.V. The Project Quality of Abstraction // Architectural Studies. Science Magazine. - Voronezh: Voronezh SUACE. - № 2 (6). - pp 3746. - Access: http://edu.vgasu.vrn.ru /SiteDirectory/vestnik/ai/DocLib1/АИ%20№2-6.pdf

3.Kapustin P.V. Composition and Typology in the Evolution of Architectural Designing of XX century // Architectural Studies. Science Magazine. - Voronezh: Voronezh SUACE. 2016. - № 3

(7). - pp 15 - 23. - Access: http://edu.vgasu.vrn.ru/SiteDirectory/vestnik/ai/DocLib1/АИ%20№3- 7.pdf

4.Kapustin P.V. On the Origin of Functional Typology in Architecture // Architectural Studies. Science Magazine. - Voronezh: Voronezh SUACE. - 2016. - № 4 (8). - pp 25 - 36. - Access: http://edu.vgasu.vrn.ru/SiteDirectory/vestnik/ai/DocLib1/АИ%20№4-8.pdf

5.Kapustin P.V. The History of Design in documents: Texts, Discussions, Opinions: chrestomathy. - On 3 parts. - Part 1. - Voronezh State Un. of ACE, 2010. - 186 p.

6.Van de Velde A. Featured Article // Masters of Architecture about Architecture. - M.: Iskusstvo (Art), 1972. - pp 83 - 97.

7.Kapustin P.V. Studies on Nature of Designing (monograph). - Voronezh: VGASU (Voronezh SUACE), 2009. - 218 p.

8.Barkhin M.G. The Method of Work of the Architect. From the Experience of Soviet Architecture 1917 - 1957 years. - M.: Stroyizdat, 1981. - 216 p.

9.Groys B. Gesamtkunstwerk Stalin // Groys B. Art of Utopia. - M.: Publisher "Art Magazine", the Foundation "Pragmatics of Culture", 2003. - pp 21 - 97.

14