Материал: Том 1 №1

Digital Law Journal.Vol.1, No.1, 2020,p.39–58

IgorM.Stepnoff,JuliaA.Kovalchuk/DigitalChallengesandTaxEquity

гий как переноса прибыли, так и ее перемещения, причем выбор каждой из стратегий зависит отоперационныхиздержек.

Цифровое присутствие и взаимодействие с клиентами

Цифровомумиру удалось разделитьместо изготовления продукции и место ее приобретения для конечного потребления, что привело к научной дискуссии, где все-таки возникает прибыль: в месте изготовления или месте продажи для конечного потребления. Несмотря на возможности широкой дискуссии, следует определиться в качестве нормы с определением, утверждающим, что прибыль возникает в обмене. Поэтому относительно виртуальной средыможно использовать один из подходов, определяющий, что прибыль возникаеттам, где действуют силы, генерирующие прибыль, и поэтому источник доходности собственного капитала следует определять как место, в котором происходит фактическое функционирование капитала. Простойже потребительский рынок не является фактором, способствующим добавленной стоимости компании, при условии, что экономическая прибыль должнабыть связана сместом расположенияренты,которая генерируетэтуприбыль(Turina,2019).

Но в эпоху цифровыхт ехнологий получение прибыли и соответствующего взимания налогов перестаетб ыть атрибутом фактического присутствия. Благодаря глобализации

ицифровизации экономики, многие корпорации развивают активное и постоянное участие на отдельных региональных рынках, не имея необходимости (и потребности) инвестировать

врегиональную инфраструктуру и операции. Таким образом, прибыль, полученнаятолько от фактического присутствия в регионе, не будет отражать устойчивого и существенного участиянарегиональномрынке.

При определениитого, должна ли корпорация-нерезидент платить налоги в юрисдикции, важна концепция постоянного представительства, которая предполагаеттри варианта: фиксированноеместо нахождения, строительство (что не применимо для цифровой экономики)

иагентские полномочия. Цифровые корпорации оспаривают необходимость физической илиматериальнойсвязиврыночнойюрисдикции,посколькуонимогут генерироватьприбыль

вэтих юрисдикциях без такого присутствия в них. Таким образом, предприятия, работающие

вцифровом пространстве, могут легко обойти ограничения, используя комиссионера или аналогичныемеханизмывместоиспользованиядочернихкомпаний(Turina,2019).

Поэтому на сегодня в соответствии с инициативой ОЭСР наиболее прогрессивноймоделью является определение через рынки13, так называемые «рыночные юрисдикции», где цифровые корпорации продают свои продукты или услуги, собирают данные или проводят рекламныемероприятия.

ОЭСР подчеркивает потенциальную роль, которуюмогут играть платформы в рамках электроннойторговли. ОЭСР предлагает сделать рынки электроннойторговли (в виде цифровых платформ) ответственными за данные о продажах, осуществленных через их платформы (с целью взимания налогов), и другиемеры, такие как обмен данными и расширение сотрудничествамежду налоговыми органами и онлайн-рынками. Государства всегомира ищут пути

13Organization for Security and Co-operation in Europe (OECD). (2020, January). Statement by the OECD/G20 Inclusive Framework on BEPS on the two-pillar approach to address the tax challenges arising from the digitalization of the eco­ nomy.www.oecd.org/tax/beps/statement-by-the-oecd-g20-inclusive-framework-on-beps-january-2020.pdf

50 ARTICLES

Цифровоеправо.Том1, №1, 2020, с.39–58

И. М.Степнов,Ю. А.Ковальчук/Цифровыевызовыисправедливостьналогов

вовлеченияплатформвэффективноевзаимодействиесналоговымисистемами,ориентируясь на индивидуализацию, что обеспечит равные условия для бизнеса и защитит доходы государства(Scarcella,2019).

Поиск критериев «цифрового присутствия» включает в себя множество фактов (прежде всего нематериальных), подтверждающих устойчивую деятельность взаимодействия с определенной страной при помощи цифровых решений. ОЭСР предлагает использовать термин «существенное экономическое присутствие», включающее в себя как физическое, так и цифровое измерение. Иными словами, данное понятие обозначает, является ли иностранная компания налоговым резидентом и обязана ли уплачивать причитающиеся по местному законодательству налоги. Для налогообложения иностранной компании должны учитываться следующие цифровые факторы:

■■ наличие национальной клиентскойбазы (физических лиц, использующих цифровой продуктилиуслугу);

■■ объем цифрового контента, создаваемый национальной пользователями (например, видеоролики,создаваемыепользователямиYouTube);

■■ выставление счетов в национальной валюте или с использованием национальной системы оплаты;

■■ наличиеиобслуживаниевеб-сайтанаязыкестраныприсутствия; ■■ непосредственная доставкатоваров клиентам или предоставление вспомогательных услуг,

такихкакпослепродажное гарантийноеобслуживаниеилиремонт; ■■ маркетинговыемероприятиядляпривлеченияклиентов.

ОЭСР активно предлагает расширить права обременительных рыночных юрисдикций (юрисдикций,вкоторыхнаходитсяпотребитель).Кчислутезисов,накоторыедополнительноследует обратить внимание, можно отнести: на сегодня действует гибриднаямодель экономики (две экономики одновременно: цифровая и традиционная) и достаточнотрудно отделить проявленияцифровойэкономикиоттрадиционной.

Однакотакой подход имеет и недостатки в случае, когда цифровая компания физически присутствует на территории рынка рыночной юрисдикции и не разделяет доходы, полученные отвиртуальнойдеятельностисдругойтерриторииитерриториифизическогоприсутствия14.

Автоматически уплачиваемый налог в составе каждого платежа

Идея включения цифровых платформ как рыночных юрисдикций является предпосылкой концепциивключенияналоговвсоставкаждогоплатежа,чтокореннымобразомменяетсовременные взгляды на налогообложение. При этом изменяется прежде всего временной аспект, т.е. налогообложение имеет возможность перейти с налогообложения уже произошедших операций (после факта) к налогообложению по факту. На сегоднятехнологии распределенного реестра предоставляюттакую возможность, но еще имеются существенныетехнические сложности. Перспективность этой идеи существенно вырастет при слиянии (в рамках единого корпоративного устройства) платежных и торговых систем. Налоговый платеж в составеторго-

14Organization for Security and Co-operation in Europe (OECD). (2020, January). Statement by the OECD/G20 Inclusive Framework on BEPS on the two-pillar approach to address the tax challenges arising from the digitalization of the eco­ nomy.www.oecd.org/tax/beps/statement-by-the-oecd-g20-inclusive-framework-on-beps-january-2020.pdf

СТАТЬИ 51

Digital Law Journal.Vol.1, No.1, 2020,p.39–58

IgorM.Stepnoff,JuliaA.Kovalchuk/DigitalChallengesandTaxEquity

войсделкинепосредственнодолженаккумулироватьсянасчетахцифровойплатформы,непопадая к плательщику налога. На первый взглядтакая идея оказывается нежизнеспособной, приводящей к нарушению принципа экономичности, но с точки зрения справедливоститакой подходсуществен.

Приидеальномсочетании различныхналоговисборовавтоматическиуплачиваемыйналог учтетустановленныезакономсборысосделок,совершаемыхкакчерезэлектроннуюторговлю, так и через традиционнуюторговлю, и обеспечит соответствие продажам через традиционные каналы. По мнению ряда исследователей, в уклонении от налоговбольше виноват покупатель, в зависимости от используемыхмоделей продаж (Agrawal & Mardancde, 2019). Не оспаривая справедливость этого утверждения, следует отметить, что автоматически уплачиваемый налог при единстве функционирования платежных систем окажет существенное влияние на саму возможность уклонения от налогов. Такое видение подтверждает и российскаямодель уплаты акцизов,требующаярегистрациивединыхреестрах.

Проведенный анализ российского опыта показывает, что успешномумеханизму реализации налогообложения электронных услуг уделяется все еще недостаточное внимание. Следует отметить (Tikhonova, 2018), что для подготовки возможности автоматической уплаты налогов единымплатежомприпокупкевозможноиспользоватьмеханизм«обратногоисчисленияНДС», которыйпредполагаетпереносуплатыналогаспродавцанапокупателя,чтонетолькосоздает удобство для налогоплательщиков, но и снизит до минимума риск осуществлениямошенничествавсфереэлектроннойторговли.

Такие взгляды на активное использованиетехнологииблокчейнмогут привести к изменениюструктурыналоговыхпоступленийиприоритетноститехналогов,которыенепосредственносвязанысфактомпокупки(движениемденежныхсредств).

В связи с этим следует отметить, что данный подход целесообразен для крупных цифровых корпораций. В соответствии с рекомендациями ОЭСР к существенным объектам относятбизнесгруппкомпанийсваловымдоходом,превышающим750 млневро15.

Переход права на нематериальный актив и пересечение границы нематериальным активом или услугой

Установление факта перехода права на нематериальный продукт, оказания цифровой услуги, пересечения границ нематериальным активом оказываетсяболее затруднительным, нежели для физическоготовара. Обеспечение прозрачности деятельности по оказанию цифровых услуг онлайн-поисковыми системами, получению информации от социальных сетей, онлайн-посредничеству, потоковому цифровому контенту, онлайн-играм, облачным услугам, онлайн-рекламным услугамтребует новых подходов к регистрации фактов. Этот списокможетбыть расширен доходами от прав на товарные знаки, франчайзинговыйбизнес, продажи персональногопрограммногообеспечения.

Так,входеналоговыхреформвСШАвводитсяноваяконцепциянексусавцифровойэкономике, предусматривающая вне зависимости от основы нексуса налогообложение прибыли от опе-

15Organization for Security and Co-operation in Europe (OECD). (2020, January). Statement by the OECD/G20 Inclusive Framework on BEPS on the two-pillar approach to address the tax challenges arising from the digitalization of the eco­ nomy.www.oecd.org/tax/beps/statement-by-the-oecd-g20-inclusive-framework-on-beps-january-2020.pdf

52 ARTICLES