Включение Восточной Прибалтики в Российскую империю: методы "приращения отечества" Петра I
Николай Равильевич Славнитский
Аннотация
Рассматривается вопрос о том, как в годы Северной войны проходило включение территории Прибалтики в состав Российской империи. Этот процесс оказался очень непростым, причем сразу в нескольких аспектах - военном, дипломатическом и управленческом. В первые годы войны Петр I вообще не рассматривал Прибалтику как территорию, которая может стать частью России, и российские войска производили там опустошения, а в преддверии наступления шведов в 1708 г. были разорены уже занятые города. После победы под Полтавой в 1710 г. ситуация изменилась, была занята вся Прибалтика, и российское руководство стало налаживать отношения с местным населением. На этой территории были сохранены элементы местного самоуправления, лютеранское вероисповедание, а в Риге, Ревеле и Пернове оставались небольшие гарнизоны с артиллерийским вооружением, которые находились в ведении местных властей. В то же время за включение Прибалтики в состав России пришлось вести и дипломатическую борьбу. С одной стороны, Швеция не хотела вообще оставлять эти территории. С другой стороны, еще перед началом Северной войны между Петром I и саксонским курфюрстом Августом II (который также являлся королем Речи Посполитой) была достигнута договоренность о том, что территория Прибалтики будет отдана ему. Но по мере успехов российских войск Петр I стал постепенно добиваться того, чтобы прибалтийские земли были переданы России. Дипломатам в течение десятилетия пришлось лавировать, и в конце концов они смогли добиться успеха - по итогам Ништадского мирного договора 1721 г. территория Прибалтики (как и Ингерманландии) была включена в состав Российской империи не только фактически, но и юридически. После этого потребовалось еще несколько лет на то, чтобы урегулировать ситуацию, связанную с земельными владениями. северный прибалтика империя
Ключевые слова: Перт Великий, XVIII век, история дипломатии, Нарва, Дерпт, выход к морю, пространственный фактор
The Inclusion of the Eastern Baltic in the Russian Empire: Methods of Peter I to 'Increase the Fatherland'
Nikolai R. Slavnitsky
The article examines the issue of how the Baltic territory was included in the Russian Empire during the Great Northern War. This process turned out to be very difficult in several aspects - military, diplomatic and managerial. In the first years of the war, Peter I did not at all consider the Baltic as a territory that could become part of Russia; the Russian troops devastated the territory; and ahead of the Swedish offensive in 1708, the occupied cities were ruined. After the victory at Poltava, in 1710, the situation changed; the entire Baltic region was occupied, and the Russian leadership began to establish relations with the local population. On this territory, the elements of local self-government were preserved, freedom of religion was proclaimed; in Riga, Revel and Pernau there were small garrisons with artillery weapons, which were under the jurisdiction of the local authorities. At the same time, a diplomatic struggle was waged for the inclusion of the Baltic in Russia. On the one hand, Sweden did not want to leave these territories at all. On the other hand, before the beginning of the Great Northern War, Peter I and Saxon Elector August II (who was also the king of Poland) reached an agreement that the territory of the Baltic States would be given to him. But as the Russian troops succeeded, Peter I began to gradually strive for the Baltic lands' transferring to Russia. For a decade, diplomats had to maneuver, and in the end, they were able to achieve success - following the results of the Treaty of Nystad of 1721, the territory of the Baltic States (as well as Ingria) was included in the Russian Empire not only de facto, but also de jure. After that, it took several more years to resolve the situation related to landed estates.
Keywords: Peter the Great, the 18th century, history of diplomacy, Narva, Dorpat, access to the sea, spatial factor
Введение
Основной целью Северной войны 1700-1721 гг. для России являлось возвращение территории Ингрии. Но обстоятельства сложились так, что российские войска с самого начала вели боевые действия на территории Прибалтики. Надо сказать, что борьба за эти территории (до конца XIX в. они назывались "Остзейскими") велась между ведущими державами региона с древних времен. В XVI столетии наиболее масштабным столкновением стала Ливонская война (1558-1583), а в XVII в. - война 1655-1660 гг., получившая название "Первая Северная война". Результат того конфликта не устроил ни одну из стран, принимавших участие в ней, что и предопределило новую войну, начавшуюся в 1700 г. Рассматриваемая война часто называется Второй Северной войной или Великой Северной войной, поскольку ее итог кардинально изменил ситуацию в Балтийском регионе.
В составе Российской империи по итогам войны оказались Лифляндия (города Нарва и Дерпт), Курляндия (Рига) и Эстляндия (Ревель, Пернов). Процесс включения этих областей получился непростым, на протяжении 20 лет пришлось вести не только военную, но и дипломатическую борьбу. В первом десятилетии менялась и военная обстановка и отношение Петра I к населению Прибалтики. В предлагаемой статье мы постараемся осветить все эти аспекты.
Дипломатические перипетии 1710-х гг., связанные с включением прибалтийских земель в состав России, изучены лучше всего. Этому вопросу посвящены работы Т.К. Крыловой 1, рассмотревшей ход переговоров, состоявшихся в 1713 г., С.А. ФейгинойКрылова Т.К. Гузумские переговоры о северном мире и капитуляция второй шведской армии Стенбока в мае 1713 г. // Полтавская победа. Из истории международных отношений накануне и после Полтавы. М., 1959. С. 186-208. Фейгина С.А. Аландский конгресс. Внешняя политика России в конце Северной войны. М., 1959. и Л.А. НикифороваНикифоров Л.А. Внешняя политика России в последние годы Северной войны: Ништадский мир. М., 1959., которые подробно проработали ход переговоров в ходе Аландского (1718 г.) и Ништадского (1721 г.) конгрессов. Кроме того, следует отметить и работу В.А. АртамоноваАртамонов В.А. Россия и Речь Посполитая после Полтавской победы (1709-1711). М., 1990., в которой рассмотрена борьба политического руководства и дипломатов России и Речи Посполитой за территорию Прибалтики. Что же касается управления этими территориями, то данные моменты освещены в статье А.А. СтерликовойСтерликова А.А. Становление российской империи и особенности русского империализма на примере вхождения Прибалтики в состав России // Империи и империализм нового и новейшего вре-мени: Сборник статей. СПб., 2009. С. 233-236.. Таким образом, наиболее подробно в отечественной историографии изучена дипломатическая борьба за присоединение Прибалтики в 1710-е гг. В то же время исследования, в котором рассматривались бы все аспекты в комплексе, до настоящего времени не было. К тому же практически не изученными остаются планы российского руководства в первом десятилетии XVIII столетия.
Цель данной статьи - определение планов Петра I и его окружения относительно присоединения Остзейских земель (Прибалтики) в ходе Северной войны. В рамках ее решения ставятся задачи проанализировать этот процесс в комплексе боевых операций и дипломатических отношений.
Основной источниковой базой работы является переписка Петра I. Эти документы опубликованы в соответствующих томах издания "Писем и бумаг императора Петра Великого", в которых содержатся инструкции дипломатам и губернаторам, управлявшим прибалтийскими территориями, а также донесения к царю. Кроме того, автором привлечены и неопубликованные документальные материалы, сохранившиеся в архивах нескольких ведомств. В фонде походной канцелярии А.Д. Менши- кова (Архив Санкт-Петербургского Института истории РАН) выявлены донесения комендантов и обер-комендантов к Александру Даниловичу, а в фонде канцелярии Ф.М. Апраксина (Российский государственный архив военно-морского флота) - аналогичные донесения к Федору Матвеевичу, а также документы, связанные с земельными владениями в Прибалтике после Северной войны.
Первый период Северной войны - до сражения под Полтавой
Практически сразу после формального объявления войны российские полки двинулись осаждать Нарву. Как известно, операция оказалась неудачной - взять укрепления не смогли, к тому же шведская армия нанесла поражение, которое можно назвать сокрушительным. После этого Петру I на время пришлось отказаться от наступательных операций и сосредоточиться на обороне.
При этом боевые действия на территории Прибалтики проходили и в следующем году. 3 июня 1701 г. главнокомандующим над войсками в Новгороде и Пскове был назначен Б.П. Шереметев, который получил указание охранять указанные города и "осуществлять поиск над неприятелем" (то есть стараться наносить урон небольшим отрядам) в ЛифляндииЗаозерский А.И. Фельдмаршал Б.П. Шереметев. М., 1989. С. 59.. В то же время А.И. Репнин вместе со вверенными ему полками был отправлен в Курляндию для помощи саксонским войскам. Каких-либо серьезных действий они там не вели - этот корпус соединился с саксонскими войсками 25 июня под РигойПисьма и бумаги императора Петра Великого. СПб., 1887. Т. 1. С. 717.. Однако 8 июля саксонские части были разбиты шведами под предводительством короля Карла XII (войска российской армии в этом сражении не принимали участия), и после этого А.И. Репнин стал отступать к Динабургу и 15 августа прибыл в ПсковТам же. С. 718.. Таким образом, первое появление российских войск в Прибалтике оказалось мимолетным, однако Б.П. Шереметев наладил разведку и всю осень пристально следил за шведами.
Как только Борис Петрович получил сведения, что неприятель стягивает силы к Дерпту и Эрестферу, он выступил из Пскова и в последних числах декабря одержал первую победу над корпусом, которым командовал шведский генерал В.А. Шлип- пенбахБалашова Ю.П. Из истории Северной войны («Генеральный поход» русских войск в Прибал-тику в 1702 г.) // Ученые записки Московского областного педагогического института им. Н.К. Круп-ской. Т. 127. М., 1963. Вып. 7. С. 36.. Аналогичным образом он действовал и в следующем году, в результате чего нанес шведам еще одно поражение при Гуммельсгофе. Эти сражения подробно изучены в отечественной историографииПалли Х.Э. Между двумя боями за Нарву. Эстония в первые годы Северной войны (1701-1704). Таллинн, 1966; Артамонов В.А. Полтавское сражение. К 300-летию Полтавской победы. М., 2009; Кротов П.А. Осударева дорога 1702 года: Пролог основания Санкт-Петербурга. СПб., 2011. Письма и бумаги императора Петра Великого. СПб., 1889. Т. 2. С. 387., их мы подробно рассматривать не будем, однако считаем необходимым остановиться на одном важном моменте.
Параллельно с Б.П. Шереметевым действовал П.М. Апраксин, который осуществлял "поиски" на территории Ингрии. 10 августа 1702 г. он послал царю донесение, в котором сообщил:
По твоему государеву указу военным походом в неприятельской стороне уезд Ореховский и ниже города Орешка по реке Неве до реки Тосны и до самые Ижорские земли с твоими государевыми ратными людьми прошел и неприятельские их жилища, многие мызы великие и всякое селение развоевали и разорили без остатку. И сего августа в 10-й день пришли на реку Тосну, которая имеет устье свое от реки Невы четыре версты, от Орешка двадцать, а не дошед Канец за тридцать верст 11.
Там его части столкнулись со шведскими отрядами, которых удалось вытеснить с мызы Ижорской, где Петр Матвеевич сам и остановилсяТам же. С. 387, 391..
Фельдмаршалу царь 5 августа сообщил, что получены "подлинные вести" о движении шведского короля к Варшаве ("и уже о своем прибытии писал явно к Варшавским жителям, и универсалы разослал, что он идет выбирать иного короля; войска с ним 8000 человек, да из Померании будут 6 полков"), а также о том, что "война у Голанцов и прочих с французом зачалась". Из этого Петр I сделал вывод (оказавшийся верным), что Карл XII увяз в Польше и что у российского командования окончательно развязаны руки, поэтому предлагал Борису Петровичу "итить на генерала" (В.А. Шлиппенбаха) и "землю их как возможно далее к Колывани (Ревелю) разорить". Другим вариантом было "добывание Юрьева Ливонского" (то есть взятие Дерпта)Там же. С. 74.. Борис Петрович еще 18 июля разбил шведский корпус В.А. Шлиппенбаха при Гуммельсгофе.
17 августа царь написал два письма, одно к П.М. Апраксину, второе к Б.П. Шереметеву. И если Борису Петровичу было прямо указано заниматься разорением земель, то Петр Матвеевич получил "нагоняй" за разорение. Хотя там имелась оговорка:
А что по дороге разорено и выжжено, то не зело приятно нам, ибо словесно вам говорено, чтоб не трогать, а разорять или брать лучше городы, неже деревни, которые ни малого супротивле- ния не имеют, а только своим беспокойством..,Там же. С. 78.
Из этих документов видно, что население Прибалтики в то время рассматривалось как чужое, тогда как Ингрию Петр I уже воспринимал как российскую территорию.
Осенью 1702 г. в Лифляндии наступило некоторое затишье - Б.П. Шереметев с частью вверенных ему войск отправился к Нотебургу, в следующем году основные боевые действия также развернулись в Ингрии.
Летом 1704 г. российские войска (во многом благодаря энергии самого Петра I) взяли штурмом укрепления Дерпта и Нарвы. Кроме того, сразу после капитуляции нарвского гарнизона сдался и гарнизон Ивангорода. Обе лифляндские крепости сильно пострадали в ходе артиллерийских обстрелов, и их сразу стали приводить в порядок. 14 сентября К.А. Нарышкин сообщил А.Д. Меншикову из Дерпта, что "болворок начали с наполной стороны окладывать дерном, а от реки на прибавочном месте подрубают"Архив Санкт-Петербургского Института истории РАН (далее - Архив СПб ИИ РАН). Ф. 83. Оп. 1. Д. 146. Л. 1 об.. Однако время уже было позднее, да и работники разбегались, поэтому многого сделать не успелиТам же.. К.А. Нарышкин был назначен обер- комендантом в Нарву, при этом в его ведении находился Псков.
Кроме него за починку нарвских укреплений отвечали сразу несколько человек. В частности, А. Щукин 1 сентября 1704 г. доложил А.Д. Меншикову, что "брешт разобран и к починке то место готово, также и где стена отвалилась... дерном ведут". Но к каменным работам в то время еще не приступилиТам же. Д. 407. Л. 1.. П.М. Апраксин в то же время следил за приведением в порядок одного из равелинов, но и там ограничились в то время лишь земляными работамиТам же. Д. 456. Л. 1; Д. 460. Л. 1.. Что касается брешей, то и они долгое время оставались незаделанными, в частности, в апреле 1706 г. У.А. Сенявин доносил А.Д. Меншикову, что государь "изволил смотреть брешта и ворот и погребов, а брешт, которой ныне по приказу вашего сиятельства велено делать изволил приказать обождать"Там же. Д. 1043. Л. 1.. Это означает, что в укреплениях Нарвы в то время еще оставались проломы, сделанные летом 1704 г.