Понеже благородное шляхетство и земство по самым крайним и неотвратимым причинам принуждены были решиться принять его царского величества <...> высокое покровительство и оному покориться.Там же. С. 567.
То есть представители местного дворянства и других сословий не скрывали, что подчинение - вынужденное, при этом они указывали, что надеются на сохранение всех прав, коими пользовались ранее. Кроме того, подчеркивалось, чтобы в верхних, так и в нижних судах никаких иных судей, кроме существовавших поныне, а в канцелярии и других местах иного языка, кроме доселе употребляемого немецкого, введено не былоТам же..
Здесь также оговаривалось, что жители Нарвы имеют право пользоваться теми же привилегиями и являются подсудными ревельским органам.
Наконец, 30 сентября жалованной грамотой городу Риге подтверждались все права и привилегии, указанные в договоре, который был подписан Б.П. ШереметевымПСЗ-1. Т. 4. № 2302. С. 577., а 12 октября были утверждены (с небольшими поправками) договорные пункты с лифляндским шляхетством и земствомТам же. № 2304. С. 578-580..
Таким образом, Петр I в 1710 г. полностью изменил свое отношение к населению прибалтийских областей. Более того, за прибалтийским дворянством и горожанами сохранились привилегии, каких у остальных поданных российского царя в тот момент не было.
Первое время генерал-губернатором Риги (соответственно и всей Прибалтики) являлся А.И. Репнин, однако в начале 1711 г. губернатором был назначен А.Д. Меншиков, основное руководство в тот момент осуществляли рижский обер-комендант Я.В. Полонский и ревельский комендант В.Н. Зотов. Александр Данилович в то время находился в действующей армии, однако и Я.В. Полонский, и В.Н. Зотов регулярно присылали ему донесения о состоянии дел во вверенных им областях. Обер-комендант Риги, главным образом, сообщал о гарнизонеАрхив СПб ИИ РАН. Ф. 83. Оп. 1. Д. 4528. Л. 1; Там же. Д. 4531. Л. 1., В.Н. Зотов в то время основное внимание уделял обеспечению безопасности Ревеля с моря (где регулярно появлялись шведские военные корабли)Там же. Д. 4418. Л. 2; Там же. Д. 4521. Л. 2; Там же. Д. 4495. Л. 1..
Однако Ревель очень быстро стал одной из баз Балтийского флота, и уже в 1712 г. В.Н. Зотов оказался в фактическом подчинении адмирала Ф.М. Апраксина. Донесения Василий Никитич стал отправлять именно Федору МатвеевичуМатериалы для истории русского флота (далее - МИРФ). СПб., 1865. Ч. I. С. 352.. Более того, в сентябре 1712 г. и Я.В. Полонский направлял письма именно Ф.М. АпраксинуРоссийский государственный архив Военно-морского флота (далее - РГА ВМФ). Ф. 233. Оп. 1..Такое изменение, скорее всего, было связано с занятостью А.Д. Меншикова, поэтому его функции неформально были переложены на Ф.М. Апраксина. При этом Петр I нередко направлял распоряжения, касавшиеся организации обороны Риги, напрямую Я.В. ПолонскомуСборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. Рига, 1876. Т. 1. С. 301-304..
В 1713 г., после кончины Я.В. Полонского, губернатором в Ригу (вместо обер-коменданта) был назначен П.А. ГолицынТам же. С. 305.. Это отнюдь не означало учреждения новой губернии, но появление в Риге человека в должности губернатора могло означать своеобразное повышение "статуса" прибалтийских земель. Ф.М. Апраксин в то время полностью сосредоточился на боевых действиях в Финляндии и правлении той областью.
Таким образом, в первые годы после того, как войска Петра I заняли территорию Прибалтики, управление "новозавоеванной" территорией было несколько хаотичным - по сути дела, Петр I просто поручал это дело тем людям, которые, по его мнению, могли лучше всего справиться с управлением. И лишь с 1713 г. управление становится упорядоченным. Более того, в том году была образована Рижская губерния, в состав которой была включена СмоленскаяПСЗ-1. Т. 5. № 2703. С. 49.. При этом Ревель и Дерпт не были включены в состав губернии, "понеже и преж сего они к Риге не были подчинены"Там же. № 2723. С. 62..
Соответственно 15 ноября Петр I в письме П.А. Голицыну указал на то, что "о состоянии Смоленской губернии надобно вам взять всякое ведение..."Сборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. Т. 1. С. 308.. Письма и распоряжения царя в те годы позволяют выявить основные сферы ответственности рижского губернатора. Много внимания уделено торговым делам, сбору налогов, а также зерна и другого провианта. И можно утверждать, что с 1713-1714 гг. Лифляндия стала восприниматься как полноправный регион России, пусть и с некоторыми особенностями.
Однако за включение занятых областей еще предстояло бороться дипломатам. В том же 1710 г. был заключен новый союзный договор с саксонским курфюрстом Августом II, который согласился на присоединение к России не только Ингрии, но и Эстляндии с Ревелем. Лифляндия по условиям договора должна была быть передана Августу II как саксонскому курфюрсту в наследственное владениеМолчановН.Н. Дипломатия Петра Великого. М., 1991. С. 256.. Этот договор был подтвержден в мае 1711 г. в ЯрославлеПисьма и бумаги императора Петра Великого. М., 1962. Т. 11. Вып. 1. С. 255., однако передать крепости Петр I собирался только после окончания войныТам же. С. 248..
Все эти условия Петр I изложил также в письме А.А. Матвееву в середине января 1711 г. в виде инструкции для переговоров с морскими державами, предложившими свое посредничество при заключении мираТам же. С. 38-39..
В тот период российская сторона стремилась, в первую очередь, доказать военную целесообразность временного удержания Лифляндии, по возможности не раздражая союзника, учитывая уже объявленную войну с Турцией. Еще в ходе переговоров с польским посольством М. Воловича в феврале 1711 г. почти каждый обсуждаемый вопрос сводили к совместным военным действиям на юге. Г.И. Головкин и П.П. Шафиров заверяли польскую сторону в том, что Рига (как и Эльблонг) взята не для присоединения к России, и при этом ссылались на уже упоминавшуюся нами декларацию, адресованную морским державам. Вместе с тем они много времени потратили на доказательства целесообразности оставления российского гарнизона в Риге на время Северной войны. Отказ от немедленной передачи города мотивировался слабостью вооруженных сил Речи Посполитой, а предложение об образовании смешанного гарнизона было отклонено как неудобное для командования. Кроме того, российские дипломаты искусно использовали соперничество между польской и саксонской дипломатиями, каждая из которых добивалась Лифляндии для себяАртамонов В.А. Россия и Речь Посполитая после Полтавской победы (1709-1711). М., 1990. С. 56-58..
В частности, саксонской стороне Лифляндия была обещана лишь в том случае, если Август II получит разрешение от польской республики на уступку этой области для себя как для саксонского курфюрста. В случае благоприятной реакции Речи Посполитой предполагалось разрешить лифляндцам присягнуть Августу II, но за это российская сторона требовала позволения использовать Восточную Прибалтику как базу до конца Северной войны и пользования оттуда "малыми доходами" на содержание армии. По справедливому замечанию В.А. Артамонова, это было важным промежуточным звеном в решении лифляндского вопросаТам же. С. 63..
В феврале - марте 1713 г. под стенами крепости Тонингена - крепости в Голштинии, осажденной союзными войсками, было начато обсуждение условий общего мирного договора, в результате чего был составлен "Гузумский проект северного мира", названный так по месту составления - городу Гузуму, расположенному близ Тонингена. Т.К. Крылова выделят три редакции этого проекта: польско-саксонскую (составленную генералом Я.-Г. Флеммингом), русскую и русско-ганноверскуюКрылова Т.К. Гузумские переговоры о северном мире и капитуляция второй шведской армии Стенбока в мае 1713 г. // Полтавская победа. Из истории международных отношений накануне и после Полтавы. М., 1959. С. 195-196..
Основным пунктом разногласий снова был вопрос о Лифляндии и Риге. Я.-Г. Флемминг предложил следующий вариант: России предназначались Ингрия, Эстляндия и Выборг; Августу II и Польше - Лифляндия, с оговоркой, что до конца войны в ней остаются российские гарнизоныТам же. С. 197-198.. В составленной Петром I в середине февраля 1713 г. инструкции А.Д. Меншикову, который должен был вести предполагавшиеся переговоры со шведскими дипломатами, говорилось, что от Швеции надо требовать Ингрию (с Нарвой), Карелию (с Выборгом) и Эстляндию, а также часть Финляндии и 5 миллионов ефимков. По поводу Лифляндии, ежели получить невозможно, чтоб при его царском величестве осталась, то надлежит договариватца, что оная королю полскому отдана и в вечное владение уступлена будет, кроме Дерптского округа, который при его царском величестве остатца имеетМИРФ. Ч. IV. С. 70-71; Письма и бумаги Императора Петра Великого. М., 1992. Т. 13. Вып. 1. С. 78-79..
Представители морских держав не возражали против такого варианта: Лифляндия с Ригой остаются у польского короля и Речи Посполитой, а все остальные территории, занятые русскими войсками, переходят к России (письмо Б.И. Куракина 5 мая 1713 г.)Письма и бумаги императора Петра Великого. Т. 13. Вып. 1. С. 283..
Но осложнившаяся международная обстановка (и в первую очередь возобновление русско-турецкой войны) мало способствовала выполнению российских намерений относительно Риги и, наоборот, настоятельно требовала сохранения единства внутри Северного союза. Поэтому Петр I во время своего пребывания в Гузуме высказывался за то, чтобы принять "флеммингов проект" за основание мира и уступить Ригу Августу IIКрылова Т.К. Гузумские переговоры о северном мире... С. 198.. Кроме того, в феврале 1713 г. он разрешил полякам ввести в Ригу несколько полков, однако находиться там они должны были вместе с российскими гарнизонамиПисьма и бумаги императора Петра Великого. Т. 13. Вып. 1. С. 59-60. (хотя поляков не слишком устраивали обещания, они не прочь были получить Ригу в тот момент свободной от российских войск)Там же. С. 256.. В начале 1714 г. на территорию Курляндии вступили два саксонских полка, в связи с чем Петр I рекомендовал губернатору "иметь добрую осторожность, дабы вам незапно чего не учинили"Сборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. Вып. 1. С. 311..
Параллельно с этим российская дипломатия через Б.И. Куракина, находившегося в Утрехте (где проходил мирный конгресс по случаю окончания войны за испанское наследство), с начала марта 1713 г. стала зондировать почву на предмет объявления Риги вольным городом. Б.И. Куракину было приказано выведать мнение об этом у голландских и английских министровПисьма и бумаги императора Петра Великого. Т. 13. Вып. 1. С. 105.. 10 января 1715 г. Петр I приказал Б.И. Куракину сообщить английскому двору следующий проект мира со Швецией: Ингрия, Карелия, города Нарва и Выборг, а также Эстляндия с Ревелем переходят к России. Лифляндию с Ригой пока предусматривалось передать Речи ПосполитойФейгина С.А. Аландский конгресс. Внешняя политика России в конце Северной войны. М., 1959. С. 83.. Однако при этом Б.И. Куракину предписывалось конфиденциально сообщить английским министрам следующее: защищая Польшу, России пришлось вступить в войну с Турцией, в которой она не получила поддержки, вследствие чего потеряла Азов, Таганрог, Каменный Затон, Самару, Новобогородицкое и другие города; за это Россия должна получить компенсацию. Если бы выяснилось сочувственное отношение английских министров к такой постановке вопроса о Лифляндии, Б.И. Куракин должен был прощупать почву относительно сохранения ее Россией и привести также такой довод, что передача Лифляндии Польше, которая легко может снова потерять ее, не соответствует интересам морских держав - Англии и Голландии, так как их торговля терпела бы при этом утеснениеМИРФ. СПб., 1868. Ч. 4. С. 81-82; Фейгина С.А. Аландский конгресс... С. 84-85..
Надо сказать, что вопрос о передаче Лифляндии Польше теперь уже не стоял так остро ввиду ослабления Речи Посполитой. Но отношения России с морскими державами, в первую очередь с Англией, в тот момент стали ухудшаться, так как англичанам не нравилось усиление морского могущества России, поэтому много внимания дипломатам пришлось уделять именно переговорам с морскими державами.
12 мая 1718 г. началась работа Аландского конгресса, на котором участники переговоров изложили свои позиции: Россия хотела получить все завоеванное, Швеция не желала ничего отдавать. В августе 1718 г. Петр I согласился пойти на небольшие уступки шведам и уступить им КексгольмМИРФ. Ч. 4. С. 163-164.. Кроме того, в 1719 г. А.И. Остерман получил разрешение на Аландском конгрессе предложить некоторую сумму денег за уступку Лифляндии и в крайнем случае даже согласиться на то, чтобы Лифляндия была уступлена России лишь временно - сроком на 20-30 летНикифоров Л.А. Русско-английский отношения при Петре I. М., 1950. С. 203..
В нашу задачу не входит детальное описание Аландского конгресса и международной обстановки того времени. Отметим лишь то, что заключить мирный договор тогда не удалось, более того, в августе 1719 г. сформировался англо-шведский союз, предусматривавший и давление Англии на противников ШвецииФейгина С.А. Аландский конгресс. С. 474.; а в феврале 1720 г. - союзный договор о военной взаимопомощиНикифоров Л.А. Внешняя политика России в последние годы Северной войны: Ништадский мир. М., 1959. С. 179.. После этого при английском посредничестве из войны были выведены все союзники России (кроме Речи Посполитой, которую практически никто в расчет не принимал). В результате этого Швеция лишилась всех своих германских владений, но ей было обещано возвращение Лифляндии и ЭстляндииТам же. С. 128.. Таким образом, России теперь приходилось бороться за прибалтийские области со Швецией и Англией.
Английское правительство настаивало на возвращении Швеции Ревеля и заявляло, что в противоположном случае окажет Швеции помощь. Однако идти на решительный разрыв отношений и войну с Россией англичане не решились, а появление англо-шведской эскадры в Балтийском море летом 1720 г. не принесло никаких результатов, переговоры между Россией и Швецией в 1721 г. проходили без посредников.
Заключение Ништадского мира и послевоенное урегулирование вопросов с земельными владениями
На Ништадском конгрессе шведы практически сразу признали переход Лифляндии к России. Основным камнем преткновения стал вопрос о ВыборгеТам же. С. 408.. В итоге Россия по условиям мира получила все, на что рассчитывала в тот момент: Ингрию, Карелию с Выборгом и Кексгольмом, Лифляндию с Нарвой, Дерптом и Ригой и Эстляндию, а также остров Эзель. Таким образом, осенью 1721 г. территория Прибалтики уже официально вошла в состав Российской империи.