Исходя из многих соображений, в том числе из возможностей среднестатистического гражданина, на правосознание которого рассчитаны требования уголовного закона, что в процессе гуманизации уголовной политики необходимо сделать ставку на декриминализацию, а не на дальнейшее расширение перечня видов и оснований освобождения от уголовной ответственности и наказания и тем самым -- усложнения их соотношения, конкуренции и правил применения.
Функционирование института освобождения от уголовной ответственности
Закономерности функционирования указанного института выражают его применение в качестве инструмента сдержек и противовесов избыточной криминализации и пенализации.
В условиях несбалансированной уголовной политики отмечается обратная зависимость объемов криминализации и уровня репрессивности судебной практики: чем избыточнее криминализация, тем выше уровень применения на практике не являющихся наказанием иных мер уголовно-правового воздействия, в первую очередь, различных видов освобождения от уголовной ответственности и наказания. Путем их широкого применения система пытается смягчить чрезмерность уголовной репрессии (криминализации, пенализации), заложенной в законе, и уменьшить издержки ее применения, в том числе снизить процессуальную (судебную) нагрузку по уголовным делам.
В подтверждение данной проведем сравнительный анализ криминализационных и депенализационных процессов, соответственно -- в законе и в юридической практике. Обобщение изменений, внесенных в УК РФ за 23-летний период его действия, показывает устойчивую тенденцию значительного преобладания криминализационных процессов относительно декриминализационных в практике законотворчества. В результате действующий уголовный кодекс приобрел в качестве негативной черты криминализационную избыточность, на что справедливо обращают внимание законодателя многие ученые. Примеры этого находят во множестве глав его Особенной части. Показательна гл. 22 «Преступления в сфере экономической деятельности». Как отмечает Н.А. Лопашенко, «излишняя криминализация, характерная для современного уголовного экономического (да и всего в целом) законодательства, лишь подрывает его авторитет, поскольку принятые на уровне закона решения не претворяются в действительность на практике; происходит то, что недопустимо в принципе, -- корректировка уголовно-правовой политики, облаченной в форму закона, на уровне правоприменения» [Лопашенко Н.А., 2009: 218].
Криминализационный настрой законодателя компенсируется подходом судов к разрешению уголовно-правовых конфликтов, который характеризуется широким применением различных оснований освобождения от уголовной ответственности и наказания. Доступная статистическая информация Здесь и далее при анализе используются сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 2021 год, аккумулируемые Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации. Available at: URL: https://cdep.sudrf.ru (дата обращения: 24.11.2022). показывает, что в 2021 году было освобождено от уголовной ответственности 156772 лиц, в том числе в связи с: деятельным раскаянием -- 7770; примирением с потерпевшим -- 99491; применением принудительных мер воспитательного воздействия -- 1526; истечением сроков давности -- 4687; на основании примечания к статьям УК -- 6547; возмещением ущерба по делам экономической направленности -- 72; с назначением судебного штрафа -- 36679. Изучение динамики численности лиц, освобожденных от уголовной ответственности за последние пять лет, свидетельствует, что ежегодно отечественные суды освобождают от уголовной ответственности в среднем около 180 тыс. человек.
Данная закономерная тенденция усиливается и данными об освобождении от уголовного наказания. Так, в 2021 году было освобождено от наказания и отбывания наказания 235188 лиц, в том числе в связи с: условным осуждением -- 170395 человек; условно-досрочным освобождением -- 29759; заменой неотбытой части наказания более мягким его видом -- 24912; изменением обстановки -- 140; болезнью -- 2107; беременностью или наличием ребенка до 14 лет -- 1654; наркоманией -- 19; истечением сроков давности -- 1616; применением принудительных мер воспитательного воздействия -- 828; раскаянием, примирением и возмещением ущерба при изменении категории преступления -- 3555; по примечаниям к статьям особенной части УК -- 203.
Анализ показывает, что количество актов практической депенализации в 2021 году затронуло около 400000 человек.
Сопоставимые по масштабам данные демонстрирует статистика и за иные предшествующие годы, что свидетельствует об устойчивой тенденции использования правоприменителем возможностей УК РФ для смягчения избыточной криминализации и пенализации. Как отмечает А.И. Коробеев, «депенализация (и в законе, и на практике) на современном этапе развития отечественной уголовно-правовой политики выбрана одним из главных инструментов удержания равновесия между завешенными ожиданиями успехов в бескомпромиссной борьбе с преступностью и реальными возможностями такой борьбы» [Коробеев А.И., 2019: 310].
В данном случае срабатывает компенсаторный механизм, ослабляющий и ограничивающий масштабы нормативно предписанной уголовной репрессии за счет расширенного применения различных оснований освобождения от уголовной ответственности и наказания. Этот механизм является защитным, системосохраняющим. Он вызван к жизни дефектами уголовной политики и объективной потребностью в их преодолении. Механизм построен на противоречии, но надо признать, что это противоречие в ситуации подлинно правового государства с присущими ему принципами разделения властей и независимости суда является (до известных пределов) закономерным. Другое дело, что в условиях сбалансированной уголовной политики оно может быть не так явно выражено или проявляться в иных формах. В специфических российских условиях сегодняшнего дня эта закономерность приобретает совершенно особое значение. Имея ее в виду, нужно, однако, осознавать, что отмеченное различие между законодательным и судебным подходами к реализации уголовной политики может сдерживаться лишь до некоторого предела, за которым возможно открытое противостояние между ветвями власти, приводящее к уголовно-политическому коллапсу.
Заключение
Одной из важнейших закономерностей эволюции уголовного права выступает постепенное повышение роли и значимости в уголовно-правовом регулировании альтернативных наказанию способов разрешения конфликта, вызванного преступлением, в частности, формирование и развитие института освобождения от уголовной ответственности.
Эта закономерная тенденция сталкивается в рамках присущей уголовному праву диалектической противоречивости со своей противоположностью -- с нарастанием криминализации в связи с расширением спектра прав человека, ростом обязанностей государства по их охране и иными общественно значимыми факторами. Однако феномен преобладания числа криминализированных деяний над декриминализированными приводит постепенно к криминализационной избыточности и пенализационной несбалансированности УК. В такой ситуации институт освобождения от уголовной ответственности во многом вынужден функционировать не по своему прямому назначению в качестве средства реагирования на преступление, а в качестве предусмотренного самим законом средства смягчения и минимизации издержек чрезмерной уголовной репрессии, ограничения объема ее применения.
Преодоление на нормативном уровне репрессивной уголовно-правовой парадигмы, все еще превалирующей в российском государстве, закономерно приведет к смещению центра тяжести в борьбе с преступностью с мер государственного принуждения к юридическим механизмам, действие которых построено на идеях восстановительного правосудия и компромисса, и будет способствовать использованию института освобождения от уголовной ответственности по его прямому назначению.
Список источников
1. Аликперов Х.Д. Преступность и компромисс. Баку: Элм, 1992. 193 с.
2. Афанасова М.С. Уголовно-правовые способы возмещения ущерба от преступления: история и современность (эволюция российского законодательства) // Пробелы в российском законодательстве. 2020. Том 13. № 5. С. 200-204.
3. Бавсун М.В. Целесообразность в уголовном праве: дис... к. ю. н. Омск, 2002. 186 с.
4. Балафендиев А. М. Освобождение от уголовной ответственности в связи с позитивным посткриминальным поведением: социально-правовые предпосылки, сущность и систематизация видов: дис. к. ю. н. Казань, 2016 . 255 с.
5. Благов Е. В. Основание освобождения от уголовной ответственности // Актуальные проблемы российского права. 2018. N 7 (92). С. 161-168.
6. Бурлаков В.Н. Индивидуализация уголовного наказания: закон, теория, судебная практика. СПб.: Юридический центр Пресс, 2011. 128 с.
7. Егоров В.С. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М.: Изд-во Моск. психолого-социал. ин-та, 2002 . 279 с.
8. Ендольцева А.В. Институт освобождения от уголовной ответственности: теоретические, законодательные и правоприменительные проблемы: дис. д. ю. н. М., 2005 396 с.
9. Звечаровский И.Э., Иванов А.Л. Освобождение от уголовной ответственности // Уголовное право. 2015. № 4. С. 13-18.
10. Кауфман М.А. К вопросу об основании освобождения от уголовной ответственности // Журнал российского права. 2021. № 1. С. 143-156.
11. Келина С.Г. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М.: Наука, 1974. 231 с.
12. Коробеев А.И. Российская уголовно-правовая политика: от генезиса до кризиса. М.: Юрлитинформ, 2019. 352 с.
13. Кострова М.Б. Уголовно-правовые механизмы компенсаторного характера как один из трендов современной экономико-ориентированной уголовной политики России // Уголовное право. 2017. № 4. С. 73-79.
14. Лопашенко Н.А. Уголовная политика. М.: Волтерс Клувер, 2009. 579 с.
15. Матвеева Я.М. Институт освобождения от уголовной ответственности в российском уголовном праве: модернизация и поиск альтернативных способов урегулирования уголовно-правового конфликта: дис... к. ю. н. СПб., 2015. 220 с.
16. Назаренко Г.В. Уголовно-правовая политика: тенденции и перспективы // Среднерусский вестник общественных наук. 2012. № 3. С. 156-159.
17. Пашин С.А. Проект федерального закона «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации для обеспечения потерпевшему, подозреваемому, обвиняемому возможности примирения» // Прецеденты и позиции. 2016 . № 5. С. 15-21.
18. Понятовская Т.Г. Нужны ли условиям освобождения от уголовной ответственности формальные признаки? // Общество и право. 2015. № 4. С. 93-98.
19. Рарог А.И. Репрессивный крен Российской уголовной политики // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. 2014. № 3. С. 88-95.
20. Сенина Е.Н. Медиативно-восстановительный подход в разрешении уголовно-правовых конфликтов // Вестник РУДН. Юридические науки. 2022. № 2. С. 464-484.
21. Смирнов А.М. К вопросу о чрезмерном гуманизме российской уголовной политики // Образование и наука в России и за рубежом. 2018. № 11. С. 310-314.
22. Сундуров Ф.Р. Освобождение от уголовной ответственности в системе мер уголовно-правового воздействия // Вестник ТИСБИ. 2012. № 2. С. 152-158.
23. Чистяков О.И. (отв. ред.) Российское законодательство X-XX веков. М.: Юридическая литература. Т. 1. 1986. 512 с.
References
1. Alikperov H.D. (1992) Crime and compromise. Baku: Elm, 193 p. (in Russ.).
2. Afanasova M.S. (2020) Compensation for damage from a crime: history and modernity (evolution of Russian legislation). Probely v rossiyskom zakonodaterstve=Gaps in Russian Legislation, no. 5, pp. 200-204 (in Russ.).
3. Balafendiev A.M. (2016) Exemption from criminal liability in connection with positive post-criminal behavior: socio-legal prerequisites, essence and systematization of types. Candidate of Juridical Sciences Thesis. Kazan, 255 p. (in Russ.).
4. Bavsun M.V. (2002) Expediency in criminal law. Candidate of Juridical Sciences Thesis. Omsk, 186 p. (in Russ.).
5. Blagov E.V. (2018) The basis of exemption from criminal liability. Aktual'ny'e problemy rossiyskogo prava=Issues of Russian Law, no. 7, pp. 161-168 (in Russ.).
6. Burlakov V.N. (2011) Individualization of criminal punishment: law, theory, practice. Saint Petersburg: Juridical Center Press, 128 p. (in Russ.).
7. Chistyakov O.I. (ed.) (1986) Russian legislation of 10-20th ages. Moscow: Juridicheskaya literatura, vol. 1,519 p. (in Russ.).
8. Egorov V.S. (2002) Theoretical aspects of exemption from criminal liability. Moscow: Social Institute Press, 279 p (in Russ).
9. Endoltseva A.V. (2005) Institute of exemption from criminal liability: theoretical, legislative and law enforcement aspects. Doctor of Juridical Sciences Thesis . Moscow, 396 p. (in Russ.).
10. Kaufman M.A. (2021) The basis of exemption from liability. Zhurnal rossiyskogo prava=Journal of Russian Law, no. 1, pp. 143-156 (in Russ.)
11. Kelina S.G. (1974) Theoretical issues of exemption from criminal liability. Moscow: Nauka, 231 p. (in Russ.).
12. Korobeev A.I. (2019) Russian criminal law policy: from genesis to crisis. Moscow: Yurlitinform, 352 p. (in Russ.).
13. Kostrova M.B. (2017) Criminal-legal mechanisms of compensatory nature as one of the trends of modern economically oriented criminal policy of Russia. Ugolovnoe pravo=Criminal Law, no. 4, pp. 73-79 (in Russ.).
14. Lopashenko N.A. (2009) Criminal policy. Moscow: Wolters Kluwer, 579 p. (in Russ.).
15. Matveeva Ya.M. (2015) Institute of exemption from criminal liability in Russian criminal law: modernization and search for alternative ways to resolve a criminal law conflict. Candidate of Juridical Sciences Thesis. Saint Petersburg, 220 p . (in Russ.).
16. Nazarenko G.V. (2012) Criminal law policy: trends and prospects. Srednerusskiy vestnik obshhestvennyh nauk=Central Russia Bulletin of Social Sciences, no. 3, pp. 156-159 (in Russ.).
17. Pashin S.A. (2016) Draft of amendments to Criminal Code and Code of Criminal Procedure to provide victim, suspect, accused with possibility of reconciliation Precedenty ipozicii=Precedents and Positions, no. 5, pp. 15-21 (in Russ.).
18. Poniatovskaya T.G. (2015) Do the conditions of exemption from criminal liability need formal signs? Obshhestvo ipravo=Society and Law, no 4, pp. 93-98 (in Russ.).