Защитная функция "диалектической стратегии" в пирронизме
Д.К. Маслов
Аннотации
Раскрывается характерный для диалектической стратегии Секста Эмпирика принцип противопоставления, наряду с заимствованием посылок и использованием их против оппонентов составляющий основу метода пирронического скепсиса. Данный принцип выполняет защитную функцию и позволяет Сексту отводить антискептические аргументы, стремящиеся продемонстрировать самоопровергающий характер скепсиса. В частности, с привлечением концепции "самозаключения в скобки" (Кастаньоли) раскрывается автореферентный характер "скептических выражений" и аргументов против доказательства, устраняющий их догматический эффект.
Ключевые слова: Секст Эмпирик; диалектическая стратегия; аргумент против доказательства; скептическое противопоставление; скептическое самоопровержение. противопоставление скепсис стратегия
Defensive Function of Pyrrhonic Dialectical Strategy
Denis K. Maslov, Institute of Philosophy and Law of the Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences (Novosibirsk, Russian Federation).
Keywords: Sextus Empiricus; dialectical strategy; argument against proof; skeptical opposition; skeptical self-refutation.
The concept "dialectical strategy" has recently gained a wide acceptance among the researchers of Ancient Pyrrhonism, particularly pertaining to Sextus Empiricus. The core premises of the strategy are claimed to have been elaborated by Socrates and were probably inherited by Sextus through Arcesilaus. The strategy consists, roughly, in taking the opponents' premises, concepts and theories in order to criticize them with their own means in a dialectical, polemical context. Nevertheless, the strategy was reshaped by Sextus for his own goal. Several antiskeptic arguments were created with a purpose to bring Sextus's skepticism to self-refutation by showing that arguments he used would inevitably lead him to self-refutation. In face of this situation, the author's aim is to uncover the defensive function of the dialectical strategy and its application, which, on the one hand, enables to dissolve antiskeptic arguments and, on the other, helps to distinguish Sextus's variant of the strategy from those in Socrates and Arcecilaus. Methodologically, the author was guided by a "problematic approach" according to which an argumentation is to be taken into the polemical context for uncovering the motivational source and aims Sextus had pursued. The author brings three antiskeptic arguments into consideration. In the first section, he outlines the strategy and argues that defensive function rests on a principle of the strategy that he calls an "opposition principle". In the second section, the author presents an argument claiming that Sextus is obliged to accept premises and conclusions of arguments he uses. The author come to the conclusion, that, according to the strategy, Sextus does not have to do this for he just dialectically borrows concepts of dogmatists and applies them against themselves. The third section represents the conception of the "self-bracketing" character of skeptical utterances suggested by Luca Castagnoli. This researcher dismantles the underlying logic of skeptical utterances that provides support against the charge of the self-refuting character of Pyrrhonism. He argues against an argument that deems skeptical utterances self-refuting. Utterances thought dogmatically as being true function as purgatives that evacuate themselves and all other content from the skeptic's mind. As Castagnoli puts it, they are cancelled along with other content or enclose themselves in brackets. Finally, in the fourth and last section, the author argues on the basis of an example of an argument against proof that opposition of contradictory arguments is the way how Sextus conquers not only opponents' arguments, but also his own arguments that threaten to render him dogmatic as well. The persuasive force of utterances and argument against proof are neutralized by their being opposed to dogmatists' arguments. Thus, the author comes to an overall conclusion that the opposition principle of the strategy successfully manages to put the antiskeptic arguments presented out of force.
Концепт "диалектической стратегии", популярный среди современных исследователей пирронизма, позволяет дать объяснение скептического образа исследования и аргументации [9; 11. P. 147-150]. Стратегия, как утверждается, восходит к сократической диалогической практике [13. P. 59-61]. В ходе бесед Сократ ставил вопросы и, анализируя ответы оппонентов, приводил их рассуждение в тупик, вскрывая противоречия в мнениях оппонентов. Важно, что Сократ (по меньшей мере, открыто) не вводил в рассуждение свои предпосылки и концепты, но оперировал идеями оппонентов и с их помощью приводил рассуждение к противоречию, что равнялось опровержению мнений оппонента, признанию их ложными. Показательно, что многие диалоги Платона завершаются без положительного результата и рассуждение ограничивается констатацией ложности мнения собеседника Сократа и необходимости дальнейшего поиска. Благодаря линии преемственности через Аркесилая, одного из схолархов платоновской академии (который назван наиболее близким к пирроническому скепсису, см. PH I 2321), стратегия была, по всей видимости, унаследована и ассимилирована Секстом Эмпириком.
Основные принципы диалектической стратегии Секста не отличаются от тех, о которых говорилось выше. Их можно сформулировать следующим образом:
(А) Принятие посылок оппонентов.
(Б) Выведение противоречивых следствий из посылок (что равняется демонстрации неприемлемости концепций оппонентов) [2; 9. S. 60-62].
В диалектической, полемической практике Секст использует посылки догматиков против них самих и показывает их внутренние несоответствия. Это определяет скептическую аргументацию и ход изложения согласно посылкам (А) и (Б), поскольку каждый раз в своих рассуждениях Секст отталкивается от посылок оппонентов и строит свои аргументы ad hominem, т.е. в аргументации он привязан к тезисам и понятиям оппонентов и каждый раз возражает против них именно исходя из них. Тем самым Секст не строит собственной теории или концепции, исходя из которых он ведет опровержение оппонентов и доказывает свою собственную правоту, но пользуется методом и посылками своих противников, догматических философов, показывая их внутреннюю непоследовательность. В варианте пирронизма Секста Эмпирика стратегия претерпела изменения, и в определенном смысле Секст довел ее до совершенства, приспособив против современных ему догматических теорий и аргументов. Мы утверждаем, что диалектическая стратегия Секста Эмпирика вдобавок к приведенным посылкам опирается на еще одну:
(В) Противопоставление аргументов, суждений по всем вопросам, находящимся в исследовании.
Данную посылку мы формулируем на основании пассажа РН I 8, в котором говорится о скептической способности противопоставления и скептик определяется как причастный к этой способности (РН I 11). Кроме того, след данной посылки ведет к "скептическим выражениям", в частности "не более" (ouj ma>llon), согласно которому скептик с безразличием утверждает одно положение не более, чем другое (PH I 188-191). Способность противопоставления не только приносит скептику желанный результат в виде атараксии, но и позволяет выстраивать линию защиты против антискептических аргументов. Пирронический скепсис в версии Секста Эмпирика эксплицитно преследует практическую цель - атараксию, душевное спокойствие и безмятежность (PH I 12, 25), для достижения которой скептик нашел экстравагантный путь. Сталкиваясь с несообразностью в явлениях, талантливые люди начинают поиск истины для установления истины и лжи. Однако в ходе исследования они приходят к выводу, что по всякому вопросу всякому тезису может быть противопоставлен противоречащий ему и равный по убедительной силе. В результате они становятся скептиками и воздерживаются от суждения, после чего неожиданно наступает атараксия (PH I 8-10, 12, 26-27). Иными словами, атараксия достижима для скептика постольку, поскольку он практикует воздержание от суждения, что равняется отказу от признания какого-либо положения истинным или ложным (PH I 4, 7, 13-15).
Указанная предпосылка (В) не фигурирует в качестве принципа стратегии в современных исследованиях, что, на наш взгляд, является упущением, поскольку она существенна с точки зрения защиты скепсиса от возражений в самоопровергающем характере скептических аргументов, тем или иным образом приводящих Секста к необходимости принять некое положение за истину или ложь. Именно это обстоятельство, ввиду особенностей скепсиса, показывает необходимость эксплицировать отличительную черту пирронической диалектической стратегии среди прочих вариантов диалектической аргументации (Сократ и Аркесилай). В условиях дискуссии обращение аргументов оппонентов против них самих рассматривается как опровержение, т.е. утверждение ложности аргумента. Опровержение оппонентов представляет собой для скептика неприемлемый вариант ввиду скептического воздержания от суждения, которое вытекало из равной убедительности аргументов. Особенную важность в этом свете представляет аргумент, согласно которому скептическая аргументация является самоопровергающей при ее автореферентном применении 2. Парадигмальными примерами являются троп относительности, "скептические выражения" и аргументы против существования доказательства. В настоящей работе мы кратко рассмотрим аргументацию Секста против тезиса о необходимости принятия скептиком истинностных положений и подробно остановимся на аргументе Секста против авторефе- рентного самоопровержения, поясняя его на примере скептических выражений и аргументов против доказательства. В результате мы намерены продемонстрировать основания Секста для отведения аргумента самоопровержения его учения.
В отношении самопротиворечивости всей аргументации и, следовательно, учения Секста вообще (поскольку способ скептической аргументации, вытекающий из диалектической стратегии, неотделим от сути учения пирронизма) было приведено множество аргументов. Одним из аргументов такого рода является указание на необходимость при высказывании признавать истинность или ложность высказываемых положений или их следствий. В частности, создавая аргументы против догматиков, Секст должен считать истинными их посылки и заключение для того, чтобы опровергнуть теории догматиков.
Другой версией этого аргумента является указание на использование Секстом сильных, опровергающих аргументов, таких как троп относительности (PH I 135-141). Этот аргумент гласит, что подлинное познание вещей "по природе" исключает все относительные, ситуативные, случайные свойства вещей, и поскольку всякий раз люди, познавая вещи, находятся в зависимости от тех или иных состояний, обстоятельств и пр., то вкупе с тем, что невозможным представляется воспринимать вещи "абсолютно", в их неотносительном состоянии, познание оказывается невозможным (мы рассматривали этот вопрос в одной из работ, см. [4]). В результате Секст должен принять истинность или ложность некоторых положений, что, с одной стороны, выводит его из состояния равновесия и воздержания, не позволяя достичь атараксию, с другой стороны, это приводит к противоречию с тезисом о воздержании от суждения на основе равной убедительной силы аргументов. Из этого следует, что, провозглашая воздержание от суждения, на самом деле Секст принимает истинность или ложность некоторых положений, а это показывает его неискренность и является примером самоопровержения.
Секст отводил возражение, требующее признавать истинность аргументов, используя принципы диалектической стратегии - заимствование аргументов и использование их против догматиков. В качестве ответа на возражение о необходимом принятии негативных следствий тропа относительности (невозможность познания абсолютной истины) Секст предложил концепцию "скептических выражений" (fwnai>), объясняющих его речь с точки зрения особой пропозициональной установки, при которой он ничего не утверждает, но повествует о своих собственных ментальных состояниях (РН I 187-209). Следует различать два вида высказываний Секста. Философ не просто выставляет критические аргументы против догматических теорий, но каждый раз перед введением своих апоретических аргументов весьма подробно описывает концепции догматиков. Эта часть метода рассматривается им как экзегетическая, или реферирующая. В М VII 28 Секст делает следующее замечание о своем методе: "...[п]оэтому, как бы предпринявши последовательное изучение универсального скепсиса, мы, поскольку предыдущее изложение выдвигает два момента - критерий и истину, должны провести рассуждение о каждом из них по очереди, а именно один раз экзегетически, показывая в скольких значениях употребляются "критерий" и "истина" и какую имеют они природу, согласно догматикам, другой же раз, исследуя больше с точки зрения апорий, может ли что-нибудь из этого существовать на деле". Ясно, что Секст реферирует основные моменты теорий догматиков и, очевидно, не принимает их в качестве истинных; он делает это для противопоставления и создания равновесия аргументов.
Что касается прямой речи Секста, при которой он выдвигает возражения против оппонентов, то несомненно, что она не должна пониматься как ряд истинностных высказываний. Статус этой речи объяснен в разделе о скептических выражениях. Выражения не являются пропозициями, поскольку они не претендуют на истинность. Они призваны передавать то расположение и состояние ума, которые испытывает скептик в настоящий момент (РН I 187, также РН I 4, 14-15). Секст комментирует это так: "невысказывание - такое наше состояние, вследствие которого мы (скептики - Д.М.) говорим, что не утверждаем ничего и не отрицаем" (РН I 192). При этом такую характеристику, данную Секстом, нельзя понимать так, как если бы он утверждал, что несуществование природы вещей не допускает истинностных высказываний, потому что у вещей отсутствует природа или она непознаваема (вероятно, именно в этом отношении учение Секста различалось с аутентичным учением Пиррона). Эти выражения лишь передают состояние скептика в момент исследования (РН I 193). Секст говорит, что скептик "высказывается о том, что ему кажется относительно подлежащих вещей. рассказывая, что он испытывает" (РН I 197).
Таким высказываниям соответствует правило скептической речи, которое К. Фогт назвала правилом "phainesthaF. Согласно правилу скептик сообщает лишь о своих переживаниях, pa>qov, не считая их содержание истинным или ложным [14. P. 72-79]. Это правило разъясняет особенности скептического словоупотребления глагола "быть" (ei+nai). Используя этот глагол в речи в предложениях типа "х есть (e]sti) у", где он выступает в качестве грамматической связки субъекта и предиката 3, Секст каждый раз подразумевает под ним слово "является" или "мне кажется" (fai>nomai), и тогда предложение принимает форму для говорящего "предмет х кажется мне/ является мне в виде у". Иными словами, этот особый тип речи избегает всякого высказывания, будь то утверждение или отрицание, поскольку оно подразумевает наличие мнения, т.е. высказывания "истинно/ложно, что р" (см. РН I 135, 198, II 18-19, M XI 18-20). Отсюда ясно, что скептик не обязан принимать за истину посылки и следствия из аргументов, которые он выставлял против оппонентов.
Кроме того что Секст не обязан принимать истинность посылок и их следствий, важным моментом является то обстоятельство, что Секст не просто выдвигает аргументы против догматиков, но противопоставляет их теориям догматиков. Поэтому даже самый сильный скептический аргумент является лишь частью такого противопоставления и не должен пониматься в качестве окончательного вывода, утверждаемого скептиком. Эту мысль можно продемонстрировать на примере выражения "не более", при котором скептик говорит, что одно положение не более истинно, чем другое, противостоящее ему (РН I 188-189). Аргументы скептика также являются не более убедительными, чем противостоящие им. Как мы показали, такая ситуация происходит из особого понимания скептиками эпистемологической убедительности, при котором только то доказательство будет убедительным, которому невозможно противопоставить никакое иное [3]. Следовательно, в силу этого доказательства будет устранено разногласие, приводящее в замешательство скептиков. До тех пор, пока существует разногласие и возможно противопоставление, скептические аргументы будут всего лишь частью такого разногласия и будут приводить скептиков к воздержанию от суждения. Таким образом, данный аспект скептической защиты берет свое начало в принципе противопоставления.