Рассмотрим антискептический аргумент, утверждающий самоопровергающий характер скепсиса, поскольку он не выдерживает критики при применении скептических принципов к себе самому. В отношении самоопровержения 4 речь идет о двух скептических концептах: "скептические выражения" и "доказательство против доказательства" (proof against proof), это наименование предложил М. Макферран [12]. М. Макферран рассматривает концепцию "скептических выражений" как пример абсолютного само- опровержения, когда содержание высказывания ответственно за его ложность [Ibid. P. 292-299]5. Исследователь полагает, что на первом шаге скептической критики, при введении апоретических аргументов, Секстом доказывается ложность всех догматических теорий, а на втором - ложность самих скептических доказательств. При этом следует отметить, что Макферран полагает скептические выражения примером абсолютного самоопровержения только в том случае, если они понимаются в качестве пропозициональной речи, т.е. догматически [12. P. 297].
Однако данная интерпретация была отвергнута как неадекватная замыслу Секста благодаря критике Л. Кастаньоли, который настаивает, что скептик не намеревался опровергать свою позицию и не делал этого в действительности. Этот исследователь предлагает различать опровержение (peritre>pein) и "отмену", "заключение самих себя в скобки" (sumperigrafe>sqai), полагая, что Макферран упустил этот аспект. В то время как опровержение представляет собой как бы "выбрасывание чего-то в небытие", глагол "sumperigra>fein" не несет такой функции [8. P. 279. Note 21]. Кастаньоли утверждает, что этот термин обозначает во всех случаях только одно - отмену, устранение чего-либо (to cancel) и указывает, что Секст употребляет его очень четко и однозначно (см. М VIII 164, PH II 46-47). Например, правое и левое связаны так, что при устранении одного автоматически устраняется и другое (см.: [9. S. 72-81].
Кастаньоли констатирует, что скептик при произнесении своих скептических выражений "fwnai" не высказывается о чем-либо пропозиционально, но просто сообщает о своих ментальных состояниях (о функционировании выражений см.: [8. P. 289-291]. Такая концепция может породить естественное возражение со стороны критика скепсиса с указанием на то, что скептик просто прибегает к догмам второго порядка, т.е. истинностным утверждениям о своих ментальных состояниях, что в сопоставлении с воздержанием от суждения будет равняться само- опровержению для скептика. Отвечая на это возражение, Кастаньоли формулирует следующее понимание - "fwnai". Эти высказывания ничем не отличаются от прочих скептических высказываний и также не являются догмами. После проведения аргументации против догматиков Секст вводит выражения и заявляет, что они не являются истинностными, догматическими утверждениями, но просто сообщают о состоянии ума скептика (1). Однако такая характеристика высказываний не устраивает догматиков, утверждающих, что в сущности выражения - это догмы второго порядка, т.е. утверждения скептика о том, что вещи по природе таковы, что всякие высказывания о них "не более" истинны, чем ложны. Тем самым догматик совершает действие, предложенное Макферраном, объявляя "выражения" примером самоопровержения (2). В ответ на такое возражение, считает Кастаньоли, скептик может выдвинуть следующее рассуждение. Секст указывает, что "выражения" не являются пропозициональными высказываниями, и показывает их возможное функционирование, если их понимать как догматические высказывания. "Выражения" не опровергают сами себя, но "заключают себя в скобки" или "отменяются" при попытке их догматического утверждения. "Скептические выражения не заключают себя в скобки вообще, но только в том случае, когда их понимают как утверждение о природе вещей" [Там же. P. 291]. Если скептик захотел бы считать их истинными, он бы просто не смог этого сделать (3) [8. P. 293-294]. Для подкрепления своей мысли автор указывает на предложенную Секстом метафору очистительных средств [Ibid. P. 291-293].
Такое заключение в скобки не опровергает, но гласит, что заключенные в скобки выражения не более достойны утверждения, чем противоположные им. Если "выражения" полагать догматически, то выражения будут подобны слабительным, очистительным средствам, они выведут, выбросят себя из ума скептика вместе с прочими мнениями. Секст пишет: "Относительно всех скептических выражений следует заранее признать то, что мы вовсе не утверждаем, что они правильны (т.е. истинны - оті пері той аXq0eпз aщxаз eivai nвvTњз oщ 5iaЯeЯaioope0a. - Д.М.), так как мы говорим, что они могут быть опровергнуты сами собой, будучи описаны вместе с теми вещами (oopnepiypa9opйvaз - Д.М.), о которых они говорят, подобно тому как очистительные лекарства не только избавляют тело от соков, но вместе с ними выгоняются и сами" (PH I 206). Таким образом, только в случае попытки мыслить высказывания догматически они становятся подобны очистительным лекарствам и выводят сами себя и все прочие положения из ума скептика. В другом месте Секст сравнивает такое действие с действием огня, когда он уничтожает горючее вещество и вместе с тем себя (M VIII 480).
Итак, Кастаньоли предложил понимать "sumperigra>fein" в смысле "to cancel along with", т.е. "отменять", или "описывать вместе с тем и себя само", - для тех случаев, когда "скептические выражения" применялись бы к самим себе. (В целом о "само- заключении в скобки" см.: [Ibid. Р. 274-295].) В этом случае глагол принимает форму медиального залога - "sumperigrafe>sqai" [Ibid. Р. 267, 270]. В частности, такое употребление верно для отрывка РН I 14-15, в котором Секст описывает свою собственную философию. Далее Кастаньоли уточняет смысл этого выражения, определяя его как "deletion", т.е. вычеркивание, устранение. Другими словами, это можно назвать "заключение себя в скобки" - "self-bracketing". В данном случае исследователь отсылает читателя к практике античных филологов, для которых "sumperigra>fein" был техническим термином со схожим значением. Кастаньоли считает, что Секст имел ввиду именно филологическое употребление термина, когда вводил его для описания функционирования скептических выражений [Ibid. P. 286]. В переносном значении с помощью этого термина Секст пытается передать процесс вычищения, стирания догматических высказываний из разума скептика. Поэтому Кастаньоли считает ложным тезис Макферрана о самоопровержении, указывая на самоочищение догматического содержания выражений, не предполагающее самоопровержения [Ibid. P. 287]. Приведем цитату самого Кастаньоли в качестве резюме: "Скептические fwnai> обладают такой природой, что они потенциально (здесь и далее курсив мой. - Д.М.) заключают себя в скобки, т.е. [они функционируют так только в том случае] если взять их как истинностные догматические максимы. В этом случае они будут авторе- ферентны и будут говорить о себе то же, что говорят о других неочевидных вещах (грубо говоря, то, что их нельзя полагать истинными). Они являются, мы могли бы сказать, "заключающими себя в скобки скобками" (self-bracketing brackets). Таким образом, догматик более не может утверждать, что скептик обманывает нас и высказывает мнения, когда произносит свои fwnai>. Сама логика предохраняет скептические fwnai> от того, чтобы в них верили как в истинные утверждения о реальности, и пирронист полностью осознает это; необходимое заключение состоит в том, что утверждение о том, что скептик выдвигает догмы при высказывании своих fwnai>, не только ложно de facto, но оно и не может быть истинным" [8. P. 287-288].
В заключение рассмотрим принцип противопоставления в отношении "доказательства против доказательства" (PH II 186-192; M VIII 466-481) и сформулируем общий вывод. Данный аргумент в том виде, как его изображает Секст, заключается в следующем: скептик при доказательстве несуществования доказательства выдвигает доказательство, и, следовательно, доказательство существует: "Само рассуждение, доказывающее, что нет доказательства, будучи доказательным, только подтверждает положение, что доказательство есть" (M VIII 467). Секст излагает несколько версий аргументов против "доказательства против доказательства" (M VIII 463-469), и в свою очередь предлагает несколько контраргументов для защиты своей позиции.
Макферран, как говорилось выше, усматривал в "доказательстве против доказательства" случай опровержения, однако аргументы Секста вкупе с тезисом Кастаньоли о самозаключении в скобки не позволяют принять данный тезис 6. Кастаньоли верно указывает на то, что наименование "доказательство против доказательства" является вводящим в заблуждение, и предлагает рассматривать его как аргументацию Секста против существования доказательства [Ibid. P. 308]. По нашему мнению, данный подход корректно иллюстрирует тактику отведения данного аргумента Секстом. Философ предлагает различные аргументы против аргумента в самоопровержении, которые, в частности, существенно отличны и опираются на различные предпосылки. В этом отношении наша задача состоит в том, чтобы показать общее диалектическое основание аргументации Секста, позволяющей ему лишить силы данный аргумент самоопровержения. Мы утверждаем, что аргументы в самоопровержении устраняются Секстом на основании третьей посылки диалектической стратегии, принципа противопоставления.
Секст использует следующие аргументы. Во- первых, он переносит бремя объяснения данного затруднения на оппонентов и демонстрирует основания, почему они не смогли бы разрешить это затруднение. Рассуждения скептиков против доказательства или доказательны, или нет. Если они недоказательны, то аргумент против скептиков рассыпается и проблема перестает существовать, если же доказательны, то вывод такого доказательства - положение о несуществовании доказательства - необходимо должен быть истинным. Поскольку догматики находятся в подобном затруднении, они не могут упрекать скептиков за трудности при ответе на данное рассуждение (M VIII 470-472). Второй аргумент касается статуса скептического аргумента. Как говорилось выше с указанием на Кастаньоли, такой аргумент не следует считать доказательством. Скептики, согласно Сексту Эмпирику, полагают направленное против доказательства рассуждение не доказательным, но вероятным, или убедительным (подробно см.: [3]). Выделяются два вида убедительности, один из которых относится к ментальным состояниям убежденности скептика, а другой - к необходимой убедительной силе доказательства, которое будет неизменно истинным и поэтому внушать постоянное убеждение в истинности некоторого положения. Секст указывает, что он говорит об убедительности скептических аргументов именно в первом, психологическом смысле, поскольку эти аргументы кажутся ему убедительными в данный момент, но он осознает непостоянность такой убедительности и на этом основании не готов признать истинность содержания такого убеждения (M VIII 473-478). Третий аргумент касается исключения доказательства против доказательства, если его понимать именно как доказательство, и возможности признать это доказательство единственным доказательством, подобно тому как Зевс является отцом всех богов и людей, но, будучи богом, не является своим собственным отцом (M VIII 479). Четвертый аргумент касается самозаключения в скобки, и Секст приводит метафоры истребляющего свое топливо и тем самым себя самого огня, слабительных средств, выводящих себя и все прочее содержание из организма, а также знаменитую благодаря Витгенштейну метафору лестницы, которая отбрасывается после восхождения (M VIII 480-481). Иными словами, доказательство заключает само себя в скобки и не является более истинным, чем ложным.
Несмотря на различие аргументов, бросается в глаза то, что Секст рассыпает их как бы играючи, не особенно озадачиваясь их последовательностью и совместимостью друг с другом. Он не ищет единственно верного ответа и выставляет аргументы безразлично, примеряет возможные варианты ответа, которые могут послужить его цели - созданию равновесия. В пассаже PH III 280-281 Секст указывает, что он может использовать сильные и слабые аргументы в зависимости от степени "заболевания" догматизмом. Чем сильнее догматические аргументы, тем сильнее должны быть скептические.
По нашему мнению, ход рассуждений Секста относительно самоопровергающих аргументов находится в русле создания равновесия аргументов, сохраняющего его воздержание от суждения и не позволяющего привести его рассуждения к опровержению. Защищаясь против догматического аргумента против доказательства, Секст исходит из догматического понятия доказательства, подразумевающего, что доказательство имеет функцию необходимого и непоколебимого установления, закрепления истины. В сущности, может и должно быть только одно доказательство с одним выводом по каждому вопросу, которое будет не просто убедительным, но исключит разногласие. Если понимать доказательство так, то догматики, согласно первому аргументу, должны принять истинность вывода такого доказательства. Однако они не делают этого и противопоставляют аргументу скептиков свои аргументы, чем только воссоздают равную убедительность аргументов. В этом отношении Секст хочет показать, что его аргументы против доказательства лишь вероятностны, а не доказательны, и вместе с аргументами догматиков они не более доказывают, чем опровергают существование доказательства, поскольку уравновешивают друг друга и противостоят друг другу, что влечет за собой воздержание от суждения. "Ведь если рассуждения, направленные против доказательства, остаются без опровержения, а рассуждения в защиту существования доказательства, в свою очередь, сильны, то, не будучи расположены ни к тем, ни к другим, мы признаем нужным воздержание от суждения" (M VIII 477-478). Более того, по мнению Секста, сами догматики помогают ему в установлении равновесия и воздержания, упорствуя в доказательстве ложности скептических аргументов против доказательства: "желая показать, что рассуждение, направленное против доказательства, доказательно (и тем самым опровергает само себя. - Д.М.), они устанавливают его не больше, чем опровергают" (M VIII 472).
На этом основании мы приходим к заключению, что Секст отводит аргументы догматиков через создание равновесия второго порядка - по отношению к самим аргументам против существования доказательства. (1) Аргумент скептика выступает в пользу несуществования доказательства, вследствие чего встает вопрос о том, является ли этот самый аргумент доказательством. (2) Секст настаивает, что аргумент не является доказательством, поскольку существуют аргументы против аргумента против доказательства. В такой ситуации создается равновесие аргументов второго порядка, метадоказательств. Аргумент Секста является лишь частью противопоставления наряду с аргументом догматиков о самоопровержении скептического аргумента, понимаемого как доказательство. В этом отношении скептический аргумент, даже понимаемый как доказательство, устраняет сам себя в том смысле, что не претендует на истинность, но осознается скептиком как часть противопоставления. Для описания данной ситуации Секст вводит метафоры, описывающие устранение доказательства и аргумента против доказательства, однако это устранение не является свидетельством ложности, но, заключая аргумент против доказательства в скобки, уравнивает его с противоположным догматическим аргументом. В результате достигается воздержание от суждения.
Данная схема применима и к скептическим выражениям. Выражения заключают себя в скобки в том смысле, что после выполнения своей критической функции не утверждаются в качестве истинных, но самим актом заключения себя в скобки они уравнивают себя с противоположным тезисом о самоопровержении, приводя к ситуации равновесия. Выражения, описывая состояние скептика, являются всего лишь вероятными высказываниями, не претендующими на истинность. Поэтому они сами, выполняя свою критическую функцию и при попытке помыслить их догматически, становятся всего лишь частью разногласия и противопоставляются критическому тезису об их истинностном характере. В этом отношении принцип противопоставления выполняет свою защитную функцию, сохраняя равновесие в рассуждении второго порядка. В частности, высказывание "не более" само является истинным не более, чем ложным, и этот эффект достигается через "замыкание" этого выражения на само себя. Когда скептик утверждает, что "одно положение не более истинно, чем другое", он не стремится установить истинность принципа "не более", но распространяет его действие на сам этот принцип, который является не более истинным, чем его отрицание. Скептические выражения наряду с аргументом против доказательства являются самозамкнутыми, заключающими себя в скобки концептами, действующими на основании посылки о противопоставлении. Они функционируют таким образом, что не являются истинными, но в автореферентном акте противопоставляют себя противоположным аргументам, в результате чего создается воздержание от суждения.
В итоге рассуждение скептиков не предстает в виде догмы, истинностного утверждения второго порядка, но встает в позицию "не более" даже относительно самого себя, когда сами скептические принципы не более истинны, чем опровергающие их. Таким образом, мы видим роль посылки о противопоставлении как выполняющей функцию защиты скепсиса от аргументов в самоопровержении.
Примечания
1 Ссылки на трактаты Секста Эмпирика даются по принятой на сегодняшний день пагинации: РН обозначает "Пирроновы основоположения", а М - "Против ученых".
2 С точки зрения методологии, наше исследование находится в рамках "проблемного подхода" [1]. Мы проводим реконструкцию аргументации Секста с точки зрения тех проблем, которые он решал в рамках своего учения ввиду догматических аргументов против скепсиса, в частности проблему самоопровержения.
3 Секст использует копулятивное, а не экзистенциальное значение глагола "быть" (см. РН II 4, 10).