Материал: Зеркало жизни. повесть, рассказы, новеллы, очерки, эссе. Сазонов Э.В., Бойко А.Н

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

нятий не было, а дома — до того ли было в те времена. Вторая проблема — катастрофическая нехватка партнерш. Оказалось, что девчонок в старших классах было в два раза меньше, чем мальчиков. И если танцующие в паре девочки не выглядели «белыми воронами», то танцующая пара мальчишек была нонсенсом. Решили так: каждый, кто умеет танцевать, должен выучить танцам, хотя бы двум, одного человека, конечно, с согласия последнего. А нехватку партнерш компенсировать девчонками из седьмых классов, ведь некоторые из них уже дружили со старшеклассниками.

Случилось так, что постоянной партнершей Олега в танцах стала Альбина. Она все больше и больше нравилась Олегу и, по всей видимости, он тоже был ей небезразличен. Этому нашлось неожиданное подтверждение. Как-то, танцуя, Олег сделал крутой разворот и, чтобы не упасть, прижал к себе Альбину больше, чем этого требовал танец. Прижал так тесно, что ощутил все выпуклости ее тела, и, к своему удивлению, обнаружил, что она не только не отодвинулась, а еще больше прижалась к нему. Чуть позже Олег уже сознательно повторил такое сближение и понял, что он Альбине не безразличен.

Альбина ничем резко не выделялась среди своих одноклассниц. Разве что всегда была опрятно, с какой-то изюминкой — бант, брошь, кружевной вороник — одета, красиво причесана, более рассудительна, чем другие. Внешне Альбина была чуть выше среднего роста, худощавая, с привлекательным добрым лицом и умными глазами. У нее были красивые руки с длинными музыкальными пальцами.

Время для Олега все больше спрессовывалось. Школьные занятия, домашние задания, помощь матери по дому, спорт, общественная комсомольская работа были обязательными. А ведь хотелось еще почитать книги, сходить в кино, не только с ребятами, но и с девчонками, и не со всеми, а с какой-то одной, проводить ее домой, обнять, поцеловать на прощание. Альбина не очень подходила для этого. Три раза в неделю она посещала музыкальную школу, и когда у нее был свободный вечер, Олег тренировался, а когда он был свободен, была занята она. И еще одно обстоятельство не удовлетворяло Олега — все его попытки дотронуться до Альбины, даже в темноте кинозала, так, как ему хотелось, ею, мягко говоря, пресекались. Обнимать себя она разрешала только во время танцев, види-

156

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

мо, считала это частью танцевального ритуала. И все же что-то влекло его к Альбине.

Остаток зимы и начало весны они, как только позволяло время, старались проводить вместе. Олег иногда встречал Альбину после ее занятий в музыкальной школе, рассказывал ей про свои удачи

инеудачи, а она продолжала его музыкальное образование. Альбина несколько раз приглашала Олега в филармонию на симфонические концерты. Олег отказывался, отказывался не потому, что боялся непонимания серьезной музыки, ему просто не в чем было пойти на концерт. Олег как-то вскользь рассказал маме о своей проблеме

имама, на то она и мама, разрешила этот вопрос. Она купила Олегу белую рубашку, перешила отцовские джемпер и брюки от еще неношенного им костюма. С обувью проблем не было: нога Олега «доросла» до оставшихся от отца туфель.

ВВоронеж приехал с концертами известный пианист Эмиль Гилельс. Альбина сказала, что такой случай упускать нельзя, потом не простишь себе это вовек, и купила билеты на «Первый концерт для фортепиано с оркестром» Петра Ильича Чайковского.

Взале погас свет, открылся занавес, дирижер занял свое место, выждал минуту, пока успокоится публика, постучал палочкой о пюпитр… Первые торжественные звуки пролога обрушились на Олега мощью звучания, зажали, обхватили его, даже немного испугали. Постепенно сила звучания пошла на убыль, стихла почти до неслышимости. И вот зазвучал рояль, повторяя уже знакомый мотив оркестра, интерпретируя и обогащая его новыми интонациями. Рояль повторил несколько раз мелодию и замер. Секундная пауза —

ивновь бурные аккорды оркестра начали выявлять основную тему музыкального произведения, как бы сотканную из мелодичных напевов человеческой души. Зазвучала широкая, как река в половодье, мелодия, созвучная со знакомыми и близкими, когда-то уже вроде бы слышанными Олегом, песнями. Напряжение спало, наступило ощущение покоя и наслаждение музыкой…

Провожая Альбину домой, Олег молчал. Говорила Альбина:

—  Это мое самое любимое фортепианное произведение. Есть

идругие, не менее прекрасные, например, концерт № 21 Моцарта, но это — лучшее из лучших.

—  А где можно послушать того же Моцарта?

157

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

—  Можно у нас дома, у меня есть пластинки. Я тебя приглашала в гости, но ты почему-то отказываешься. Может быть, сейчас зай­ дешь?

—  Наверное, уже поздно, да и так много музыки я сразу не «переварю».

—  Ничего не поздно. Музыку можно отложить на потом, а чаю попьем. Родители давно хотели с тобой познакомиться.

—  Мама! — крикнула Альбина, открыв входную дверь квартиры. — Я не одна, у нас гость, Олег пришел. Готовь чай.

В прихожую вышла стройная женщина, извинилась за свой домашний вид: «Мы вас не ждали», поздоровалась с Олегом.

—  Я Людмила Ивановна, как Вы, наверное, догадались, мама Али, — сказала она и, обращаясь к дочери, добавила: — Приглашай Олега в комнату и зови отца.

Догадаться, что Людмила Ивановна мама Альбины, было несложно: они были на одно лицо. Отец Альбины, Сергей Анатольевич, был, напротив, плотным мужчиной, ростом под стать жене, с добродушным лицом и лысеющей головой. Пили чай, хотя Олегу больше хотелось есть, чем пить, разговаривали о концерте, о музыке, о спектаклях драматического театра. Разговаривали в основном Альбина и ее родители. Олег молчал. Молчал не из-за робости, ему просто нечего было сказать, и было неловко за свою безграмотность в этом вопросе. Оказалось, что родители много знают об Олеге, о его увлечении спортом. А с Сергеем Анатольевичем, бывшим спортсменом, имелись общие знакомые из спортивного мира: Борис Григорьевич Кац, Мария Цицилина, Анатолий Андреевич Селиванов, Станислав Петрович Сидорович. В этот вечер, расставаясь, Альбина впервые разрешила Олегу поцеловать себя.

Как-то сразу наступила весна — быстро, скоротечно, без обычных чередований холодных и теплых дней. Всех потянуло на улицу, во двор школы, поближе к солнышку, к первым зеленым листочкам. С танцами на больших переменах решили расстаться до осени, с танцами — да, но не с музыкой. Музыку теперь, и не только танцевальную, но и легкую, песенную, решили транслировать на школьный двор. Совсем неожиданно первая музыкальная передача оказалась трагикомической.

158

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

В этот день Олег забыл дома тетрадку по алгебре. Решил на большой перемене сходить за ней. Перемена длится 20 минут, а до дома и обратно — 15, время есть. Он включил магнитофон, перевел трансляцию на дворовые динамики, закрыл радиоузел на ключ и пошел за тетрадкой. И надо было такому случиться, что в это же самое время в соседнем со школьным двором доме хоронили человека. И как только покойника вынесли из квартиры, поставили гроб у подъезда на табуретки, грянули веселые песни. Сначала Русланова запела про валенки, а затем Утесов про сердце, которое не хочет покоя. Что делать родственникам усопшего? Увозить покойника на кладбище под фокстрот «Рио-Рита» или заносить его снова в дом? Кто-то из них побежал к директору школы, изложил ситуацию, тот дал срочный приказ отключить трансляцию. Прибежал завуч Андрей Григорьевич Дедик к радиоузлу, а там никого нет, он закрыт на ключ. Дедик, как бывший фронтовик, дает команду:

—  Достать немедленно Карпова, хоть из-под земли. А что его доставать, вот он спокойненько сам идет.

—  Ты куда пропал? — спрашивает-кричит Дедик. — Там похороны идут, покойник от твоей музыки уже в гробу шевелится, вотвот в пляс пойдет, а ты где-то прохлаждаешься!..

Кончилось тем, что на заседании комитета комсомола школы Олегу Карпову объявили выговор, правда, без занесения в личное дело, за халатное отношение к своим обязанностям.

Свидания с Альбиной, правда, редкие, продолжались. Но голова Олега была заполнена другими заботами. Предстояло первенство России по волейболу среди юношей, по результатам которого формировался состав команд для участия в 1-й Спартакиаде учащихся РСФСР. Поэтому на первом этапе необходимо было выигрывать отборочный турнир. Кроме того, наступала пора, когда надо было определяться с дальнейшей, после школы, учебой. Многие однокашники Олега уже определились со своим будущим: Алик Кузнецов решил учиться на геолога, Леня Омельченко — на агронома, Людмила Трусова — на врача, Герман Ларин, Сергей Дедов, Андрей Долгополов уже год как занимались в аэроклубе, готовились поступать в летное училище. А Олег Карпов все «коллекционировал» предложения от разных вузов, не зная, какой выбрать.

159

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

Интимные отношения Олега с Альбиной оставались на прежнем уровне. Она разрешала обнимать и целовать себя, не выражая при этом никаких эмоций. Это все равно, что целовать мраморную статую: она не сопротивляется, но и не отвечает на поцелуи. И Олег все чаще и чаще в такие минуты вспоминал страстные поцелуи Насти, ее жаркое тело. И случилось то, что должно было случиться. Проводив в очередной раз Альбину до дома, он обнял ее и, целуя, назвал Настей. Альбина мгновенно отстранилась, посмотрела на Олега своими умными, но ставшими такими холодными глазами, сказала:

—  Ты второй раз называешь меня Настей. Первый раз я не придала этому значения, думала, что это какая-то ошибка, но теперь я вижу, что ошибки нет: ты обнимаешь меня, а думаешь о какой-то Насте. Когда одумаешься — скажи. Не провожай меня.

На другой день в школе Олег подошел к Альбине, хотел ее о чемто спросить, но она даже не поздоровалась с ним. «Насильно мил не будешь», — подумал Олег и пошел заниматься своими делами, которых было невпроворот.

Заканчивался учебный год 9-го класса. Заканчивался для Олега хорошо: итоговая аттестация подтверждала надежду на получение через год медали, если не золотой, то уж серебряной обязательно — в годовой ведомости была только одна четверка по русскому языку. Радостным было и то, что Олега Карпова и Жору Комарова пригласили тренироваться в мужской сборной города, тренироваться с такими асами воронежского волейбола, как Александр Шутов, Борис Сумский, Николай Кургузкин, Валентин Киселевич, Вадим Бондаренко. Команда готовилась к зимнему первенству России, отрабатывала варианты оптимального состава.

Тренировки не занимали много времени, и мальчишки, чтобы заработать денег, пошли работать, как и в прошлом году, спасателями на водную станцию. Только теперь Кросс Суйтис им, как уже «опытным» спасателям, определил новое место работы — на пляже у Дома отдыха имени Максима Горького. Река там неглубокая, но с сильным течением. В прошлом году было семь случаев, когда могли утонуть люди.

В этом месте пойма реки была изумительно красива. Напротив пляжа и вверх по течению — густой лиственный лес с вековыми дубами, а ниже по течению, у железнодорожных мостов, по левому бе-

160