Материал: 4695

Уголовно-правовые проблемы преступлений против собственности, как и ранее, являются темой исследований многих правоведов. В частности, общим проблемам преступлений против собственности уделяли внимание такие известные ученые-правоведы, как Л.С. Белогриц-Котляревский, Н.С. Таганцев, А.А. Пионтковский, И.Я. Фойницкий, Я.М. Брайнин, А.А. Жижиленко, А.Н. Трайнин, П.С. Матышевский, В.А. Владимиров, Ю.И. Ляпунов, М.А. Гельфер, М.И. Ковалев, И.Я. Козаченко, Н.Ф. Кузнецова, В.Н. Кудрявцев, Н.А. Неклюдов, В.С. Никифоров, С.В. Познышев, Г.Н. Борзенков, P.P. Галиакбаров, Г.А. Кригер, Р.А. Сабитов, Э.С. Тенчов, Б.В. Волженкин, А.И. Бойцов, С.М. Кочои, Л.Д. Гаухман, С.В. Максимов, П.С. Яни, С.А. Елисеев, В.С.Устинов, П.Т.Некипелов, А.Г. Корчагин, Д.В. Качурин, и др.

И если вопросы хищений, совершаемых должностными лицами органов государственной власти, муниципальных органов, служащими государственных учреждений, неоднократно являлись предметом исследований, то проблемы хищений, совершаемых лицами, относящимися к управленческому персоналу коммерческих организаций, ранее практически не рассматривались. До настоящего времени не получило должного освещения в научной литературе понятие «лицо, исполняющее служебные полномочия в коммерческой организации», не изучены вопросы соотношения понятия «лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой организации» с таким квалифицирующим признаком рассматриваемых деяний, как совершение хищений «лицом с использованием служебного положения». Остаются не вполне ясными вопросы разграничения мошенничества и присвоения или растраты, совершаемых лицом с использованием служебного положения. Таким образом, проблемы рассматриваемых преступлений настолько сложны и многогранны, что их всестороннее изучение вновь приобретает актуальность.

Раздел 1. Преступления против собственности коммерческих организаций, совершаемые их управленческим персоналом:

история и современность

Глава 1. Исторический очерк развития российского законодательства об ответственности за преступления против собственности коммерческих

организаций, совершаемые их управленческим персоналом

Углублению научных представлений о сущности преступлений против собственности коммерческих организаций в значительной мере способствует историческое исследование становления и развития уголовного законодательства в этой сфере. Такой подход позволяет выявить социальную обусловленность уго- ловно-правовых запретов, обеспечивающих охрану собственности, а также проследить причинно-следственную связь между названными нормативными образованиями и порождающими их общественными потребностями.

Характеризуя развитие уголовного законодательства в какой бы то ни было сфере, целесообразно воспользоваться ставшим уже традиционным в отечественной науке методом разделения на три основных этапа: 1) уголовное законодательство досоветского периода (до октября 1917 года); 2) уголовное законодательство советского периода; 3) уголовное законодательство постсоветского периода, начавшегося с принятием Конституции РФ 1993 года.

Поскольку невозможно представить существование регламентации ответственности за преступления против собственности юридических лиц в ХI-ХVII веках (тем более что сами юридические лица в России появились значительно позже), представляется целесообразным начать рассмотрение уголовного законодательства в интересующей нас сфере с Артикула воинского 1715 года. Впрочем, отметим при этом, что преступления, ставшие прообразом исследуемых, были законодательно закреплены гораздо раньше (еще в Русской Правде была закреплена ответственность за деяние, по сути своей представлявшее присвоение или растрату, а анализ норм, регулирующих гражданско-правовые отношения, позволяет заключить, что сущность растраты древним законодателем понималась верно)3.

Принятый при царе Петре I Артикул воинский 1715 года с кратким тол-

3 История государства и права СССР (сборник документов) / Сост. А.Ф. Гончаров, Ю.П. Титов. М.:

Юрид. лит., 1968. Ч.1.

кованием занимает особое место среди нормативно-правовых актов ХVIII века4. Данный нормативный акт предназначался для военнослужащих и должен был применяться военными судами. Однако нормы Артикула об ответственности за многие общие уголовные преступления широко применялись на практике, так как зачастую это был единственный закон, на который суды могли сослаться5. Мошенничество в XVIII веке, впрочем, как и ранее, неясно ограничивалось от кражи, и о нем не имелось никаких упоминаний в Артикуле. Однако появились новые, получили развитие некоторые составы преступлений: присвоение, растрата казенных денег, присвоение (утайка) имущества, сданного на хранение, присвоение находки. По сути, впервые в российском уголовном законодательстве предусматривается уголовная ответственность за противоправные деяния в отношении имущества юридического лица, если таковым можно считать государство.

Артикул 193 предусматривал ответственность за присвоение чужого имущества, сданного на хранение. Для признания лица виновным в утайке чужого имущества требовалось, чтобы взявший на хранение имущество каким-либо образом попытался его скрыть или отрицал сам факт принятия имущества на хранение.

Артикул 194, устанавливавший ответственность за присвоение, растрату государственных денег, определял их так: «Кто Его Величества или государственные деньги, в руках имея, из оных несколько утаит, украдет и к своей пользе употребит, и в расходе меньше записано и сочтено будет, нежели что он получил, оный живота лишится и имеет быть повешен»6. Из приведенного текста видно, что объективную сторону преступления составляло присвоение денег и использование их на свои нужды. Причем имелось в виду простое присвоение, не связанное с сокрытием преступных действий подлогом в документах. На это прямо указывают слова: «... В расходе меньше записано и сочтено будет». (То есть будет установлено, что по отчетности расходы меньше фактически полученной виновным суммы.) Поэтому нельзя согласиться с утверждением, что Артикул устанавливал ответственность за присвоение и растрату государевых или государственных денег с совершением подлога в отчетности7. Впрочем, как справедливо, на наш взгляд, отмечает С.А. Елисеев, это суждение было бы вер-

4Об истории подготовки и составления Артикула (см.: Российское законодательство Х-ХХ веков. М., 1986. Т.4. С.315-316).

5Памятники русского права. М., 1961. Вып.8. С.294.

6Там же. С.450.

7Там же . С.450.

ным, если бы в артикуле 194 было записано: «В приходе меньше записано и сочтено будет, нежели что он получил…». Наказуемость присвоения государевых или государственных денег, по его мнению, не зависела ни от размера похищенной суммы, ни от места, времени, обстановки совершения преступления8.

Артикул, как уже говорилось выше, не упоминал мошенничество, однако ему были известны обмеривание и обвешивание, понимаемые как преступление против порядка управления9. Необходимо отметить, что в более ранних источниках мошенничество неоднократно упоминалось: уже к середине ХVI века выделялись торговые обманы в качестве и количестве продаваемых товаров, притворные сделки ко вреду третьих лиц, обманы посредством подделки и разрезания монеты и т.п., в то время к нему относимые10. Однако ни в одном из ранних источников не давалось понятие мошенничества.

Впервые понятие мошенничества было раскрыто в Указе от 3 апреля 1781 г. «О суде и наказании за воровство разных родов и о заведении работных домов»: «Воровство-мошенничество есть, буде кто на торгу или том, многолюдстве у кого кармана что изымет, или вымыслом, или внезапно у кого что отымет или позумент спорет, или шапку сорвет, или, купя что, не платя денег, скроется, или обманом или вымыслом имущество отдаст поддельное за настоящее, или весом обвесит или мерой обмерит или что подобное обманом или вымыслом себе присвоит ему не принадлежащее, без воли и согласия того, чье оно»11. Необходимо отметить: что состав мошенничества в Указе не был сформулирован точно и исчерпывающе. Поэтому в нем в ряде случаев грабеж, кража, мошенничество как бы переходили друг в друга. Отмечая имеющиеся недостатки, нельзя не отметить положительные моменты, к которым следует прежде всего отнести то, что Указ четко определял предмет названных им хищений. К нему было отнесено движимое имущество – оно должно было быть для виновного чужим, ему не принадлежащим. Указ давал и характеристику элементов субъективной стороны посягательств на собственность. Для привлечения к ответственности за воровство необходимо было установить намерение виновного присвоить чужое имущество «без воли и согласия того, чье оно».

8Елисеев С.А. Преступления против собственности по уголовному законодательству России (историкотеоретическое исследование): Дис. … д-ра юрид. наук. Томск, 1999. С.26.

9Елисеев С.А. Указ. соч. С. 29.

10Червонецкий Д.А. Мошенничество по Уголовному Уложению. Юрьев, 1906. С.8.

Цит. по: Качурин Д.В. Уголовная ответственность за обман и злоупотребление доверием (мошенничество) в отношении предприятий, организаций и коммерческих структур с различными формами собственности в период рыночных отношений: Дис. … канд. юрид. наук. Москва,1996.

11 Фойницкий И.Я. Указ. соч. С. 47.

В начале XIX века в России была проведена большая работа по систематизации нормативно-правовых актов. Ее первый этап завершился изданием к началу 1830года 45-ти томов полного собрания законов Российской империи. Вторая стадия этой работы закончилась составлением Свода законов Российской империи.

Преступления против собственности в нем были подразделены на две группы: преступления против казенной собственности и преступления против частной собственности (по терминологии Свода - «против прав на имущества»). Преступлениям против казенной собственности была посвящена глава 2 раздела 7 «О преступлениях против уставов о повинностях, уставов казенного управления и благоустройства».

Впервые в раздел 5 Свода законов уголовных «О преступлениях чиновников по службе» был включен ряд норм, устанавливающих наказание за незаконное пользование казенной собственностью, похищение, утрату казенного имущества. В частности, статьями 318, 319 была установлена ответственность за незаконное пользование казенным имуществом (денежными суммами или вещами) лицами, состоящими в службе. Статья 320 установила, что «за похищение казенных денег и вещей виновный подлежит двойному взысканию похищенного и наказанию, за воровство-кражу постановленному». Как похищение рассматривались расточение (промотание) или утрата казенного имения, растрата «общественных сумм, собранных в казенных селениях на мирские расходы, земские повинности и казенные продажи» (статьи 322-324).

Систематизация российского уголовного законодательства завершилась принятием в 1845 году Уложения о наказаниях уголовных и исправительных. Подготовка этого нормативно-правового акта была начата после издания Свода законов.

Вназванном Уложении законодатель произвел крупные изменения в законоположениях о преступлениях против собственности. Были существенно уточнены и детализированы юридические характеристики ряда деяний, посягающих на собственность. Так, в частности, в этом акте впервые мошенничеству посвящается целый раздел – четвертый раздел главы об имущественных преступлениях. В качестве мошенничества определялось «всякое посредством како- го-либо обмана учиненное похищение чужих вещей, денег или иного движимого имущества».

Вразделе седьмом Уложения было названо большее, чем в Своде законов уголовных, число преступлений против «имущества и доходов казны»: похище-