Живой контакт между социологом и членами семьи при опросе и наблюдении втягивает их в систему межличностных отношений со всеми вытекающими отсюда последствиями для результатов опроса. Это значит, что возможно неконтролируемое взаимодействие даже при наличии стандартизированных бланков наблюдения и вопросников формализованных интервью. Непосредственное общение способно привносить особый смысл в восприятие и трактовку вопросов, сказы- ваться на интерпретации ответов. К сожалению, это общение «лицом к лицу» трудно изобразить схематически, поэтому все вышеизложен- ное относительно сбора данных при опросе и наблюдении заставляет поменять местами УН и ОН в схеме (1), так что теперь взаимодействие выглядит следующим образом: СН ↔ (ОН ↔ УН) (3).

На этапе завершающего анализа данных по проверке гипотез исчеза- ет живой контакт во всех типах социологического исследования. Вновь, как и на первом этапе, актуализируется блок СН—УН, но только с той разницей, что теперь социологу нельзя изменять УН (инструментарий и процедуры). Если какие-либо изменения все же происходят, то это уже прямая подтасовка данных. Здесь задают тон лишь УН, вобравшие в себя информацию об ОН и переадресующие ее аналитику. Полученный раз- ными методами материал о подтверждении — опровержении рабочих ги- потез может влиять на установки ученых, заставлять пересматривать свои теории в выводах (что случается огорчительно редко). Итак, тип взаимо- действия становится совершенно другим из-за перестановки мест элемен- тов схемы и в связи с противоположной направленностью воздействий: (ОН → УН) → СН (4). Таким образом, наиболее подверженными не- контролируемым влияниям оказались (2) и (3) типы взаимодействий, наи- менее - (1), что следует помнить при выборе методов реализации целей исследования. Анализ документов уменьшает потенциальное искажение

117

данных благодаря сопротивлению самого материала и отсутствию живо- го контакта между исследователем и исследуемыми. Напротив, метод опроса удваивает и даже утраивает деформацию результатов.

Диспозиционная регуляция поведения респондента при опросе

119

В соответствии с данной схемой можно рассматривать не только поведение опрашиваемого, но и интервьюера, анкетера. Социолог ра- ботает в какой-либо организации, его мотивация профессиональна, он прямо заинтересован в проведении интервью. Мотивация респондента к участию в опросе не столь четкая, даже если это участие каким-либо образом оплачивается.

В теоретически ориентированных исследованиях обычно апеллируют к научной и социальной значимости выявляемых мнений, тем не менее полученное согласие на участие в опросе остается неясным по своим побуждениям. Социолог, «уговорив» человека стать респондентом, при- ступает к делу в надежде, что по мере заполнения вопросника кое-что прояснится. Обычно считают, что инициируют сама семейная темати- ка, желание человека поделиться наболевшим, поговорить по душам, исповедаться. Именно здесь возникает вопрос о месте проведения оп- роса: проходит он на дому или по месту работы. В советские времена по приказу начальства люди отрывались от работы и независимо от того, выгодно это было им лично или нет, приходилось участвовать в опро- сах. Нужность этого мероприятия вышестоящим инстанциям опреде- ляла и ценность самого исследования, и отношение к ученым.

Опрос же на дому требовал от социологов большей изобретатель- ности в смысле уговаривания: ведь отнималось много времени от до- машних дел, от заботы о детях (с которыми кто-то должен был зани- маться, если это дошкольники), от ухода за больными и т. д. Но вме- сте с тем согласие участвовать в опросе в этих житейских обстоятель- ствах означало наличие мотивированности самих респондентов. Это подтверждается фактом более высокого процента заполнения и возврата оставлявшихся на дому анкет в сравнении с заполнявшимися на рабо- те. Таким образом, решение об участии в опросе есть итог действия механизма определения ситуаций, когда просьба социологов и какие- либо личные побуждения делают ситуацию опроса приемлемой (по- скольку возможность отказа всегда имеется даже у тех, кто предпочи- тает подчиняться воле начальства).

В процессе заполнения анкеты диспозиционный блок принятия решений работает активно, так как не по каждому из задаваемых рес- понденту вопросов у него есть готовое, уже сложившееся мнение. А поскольку в анкетах требуется отвечать на все вопросы без пропусков, то значит, приходится формировать некоторые мнения «на ходу». С этим связаны разного рода курьезы, когда респондентами начинают оце- ниваться несуществующие фильмы, книги, люди, товары и т. д. Вклю- чая подобные провокационные вопросы, социологи пытаются тем са- мым измерить степень осведомленности опрашиваемых. К примеру, поместив в список методов контрацепции несуществующую «мерлиа-

120

цию» и мало кому известную вазектомию, можно получить примерно одинаковые ответы об «эффективности» этих способов, последний из которых означает стерилизацию. В итоге выясняется картина слабой информированности населения о насущных проблемах, дополняемая представлением о действительно имеющем место процессе формиро- вания мнений при заполнении анкеты.

Любая анкета представляет собой больший или меньший по объе- му свод головоломок, кроссвордов и ребусов, приводящих в действие всю систему диспозиций, но прежде всего блок определения ситуаций, принятия решений о высказывании тех или иных мнений. Каждый воп- рос — новая задачка, каждый ответ — результат решения, каждое мне- ние - продукт активизации установок и ориентации личности. При опросе человек становится респондентом, т. е. исследователем экспе- риментальных ситуаций, «решателем» лабораторных задач. Исходя из сказанного, будем различать мнения, формируемые в ходе анкетиро- вания, и мнения, уже сложившиеся до опроса.

В связи с этим инструментарий опроса следует оценивать по соот- ношению этих двух типов мнений. Чем больше в анкете вопросов о том, личное отношение к чему отсутствует, тем менее профессиональ- ным является исследование. Если опрос направлен на выяснение мне- ний о демографической ситуации в стране и мире, о методах контра- цепции или лечения бесплодия, то надо позаботиться об уменьшении головоломок. Многие не имеют своего суждения о тенденциях изме- нения института семьи, о демографическом положении страны, о тре- бующихся действиях государства, поскольку это далеко от личного опыта или может даже противоречить ему. Если же изучается конкрет- ное семейное поведение, в котором участники разбираются хорошо, то важно уметь зафиксировать установки и убеждения людей, смещен- ные в сторону их семейной практики, связанные с невольной зашитой привычного опыта семейной жизни.

3.3. Специфика изучения формирования и выражения мнений при использовании опроса в области семейного поведения

Распространенность опроса при повышенной его ненадежности может стать в социологии и демографии семьи лазейкой к просачива- нию обиходных интерпретаций. Поэтому на этапе теоретической раз- работки программ исследований следует четко оговорить все ожидае- мые погрешности данных в связи с отмеченными особенностями 2-й и 3-й схем взаимодействий в системе условий наблюдения.

Необходимо также рассмотреть в контексте этих особенностей ряд проблем, относящихся к сложности формирования, выражения и фик- сации мнений при опросах разного рода. Фамилистические мнения бы- вают трех видов: 1) Мнения об истории семьи, о своем семейном пове- дении, о семейных взаимоотношениях; 2) Мнения о положении семьи в стране и в мире либо о региональной ситуации; 3) Мнения о суще- ствующей или предлагаемой семейной политике государства, губернии, района или других стран, мнения о рекомендуемых респондентом мерах семейной политики.

Мнения могут выявляться у любых членов семьи: у родителей и детей, мужей и жен, братьев и сестер, а также у родственников по ли- нии жены и мужа. Опрос может проводиться одновременно всех чле- нов семьи или порознь. Наконец, мнения могут фиксироваться лишь у лидеров семейных мнений либо у индивидов, доминирующих в тех или иных семейных ситуациях, или у так называемых глав семьи (как это было прежде в ряде «всесоюзных» переписей населения). Чаще всего в опросах (социологических и демографических) обращаются к жен- щинам и крайне редко к мужчинам и детям.

Социальная ситуация опроса является разновидностью социального поведения людей и строится по всем законам диспозиционной регуля- ции поведения (термин диспозиция означает предрасположенность к каким-либо ценностям, убеждениям, мнениям, действиям, поступ- кам)¹³. Диспозиции опосредуют взаимосвязь между возникающими си- туациями и иерархией потребностей личности, между ставшей актуаль-

¹³ Ядов В. А. О диспозиционной регуляции социального поведения лич- ности//Методологические проблемы социальной психологии. М., 1975.

118

ной и этой иерархии потребностью в связи с той или иной конкретной ситуацией. Схематически это выглядит так:

ПОТРЕБНОСТИ — ДИСПОЗИЦИИ — СИТУАЦИИ

При опросе активизируются те или иные потребности личности, связанные с самовыражением, желанием как-то подчеркнуть свою при- надлежность к каким-либо социальным группам, и т. д. Мотивы учас- тия в опросе могут быть разнообразными, сама ситуация опроса может интерпретироваться как угодно широко, и, разумеется, высказывание мнений будет зависеть не только от искренности или намерений рес- пондента, но и от возможностей, создаваемых социологом, использую- щим условия и средства исследования, микроситуации самого интервью- ирования или анкетирования. Центральным блоком является опреде- ление респондентом предлагаемых ему в анкете вопросов-ситуаций ис- ходя из актуализировавшихся мотивов, ценностных ориентации, пред- почтений своего Я. Схема 3.1 показывает процесс выработки и высказы- вания мнений, когда конечным результатом «респондентского поведе- ния» оказывается целый ряд ответов-мнений. Задача социолога состоит в том, чтобы установить достоверность мнений о каких-то аспектах се- мейного поведения респондента. Важно, оказались ли эти мнения сфор- мированными в процессе опроса или они выражают давно сложившие- ся убеждения, либо в ответах содержатся уже измененные по сравне- нию с прошлым мнения. Схема также показывает, что в ходе опроса уже высказанные и зафиксированные в анкете мнения (как результаты по- ведения) оказывают в свою очередь воздействие на определение ситуа- ции опроса, на интерпретацию вновь задаваемых в анкете вопросов.

Схема 3.1.

В социологических опросах на семейные темы следует создавать все возможности для высказывания респондентами имеющихся у них мне- ний. Сужение зоны этих возможностей вследствие дилетантизма или элементарной предвзятости существенно искажает результаты. На схе- ме 3.5 показано, что на пути получения надежной информации имеет- ся много препятствий. Социолог должен уметь контролировать осе эта- пы достижения достоверности мнений по степени их адекватности, искренности, возможности выражения и точности фиксации.

Схема 3.5 ориентирована на выявление самого сложного вида мне- ний — о своем собственном поведении о семье, о семейных взаимоот- ношениях и о жизненной истории семьи и семейных поколений. (Мне- ния о семейной политике исключены как менее сложные, поскольку

121

Схема 3.2.

Достоверность выявления мнений при опросе

122

через них не выявляются никакие иные поведенческие феномены.) В нижнюю часть схемы включается все то, о чем высказываются мне- ния. Этот блок схемы очерчивает семейную реальность, существую- щую вне всяких научных исследований, и там функционируют мнения членов семьи, высказываемые в общении друг с другом и не высказы- ваемые вслух, умалчиваемые («подумал, но не сказал»).

Семья - арена непрерывных интерпретаций, никем специально не фиксируемых с точки зрения их адекватности реальному ходу событий. Проблема достоверности появляется только при специальном исследо- вании, в жизни расхождение ожиданий с действительными ситуациями оборачивается стрессами, размолвками, конфликтами и т. п. Разумеет- ся, подобный разнобой в интерпретациях лучше всего исследовать с помощью документов разного рода, так как мнения о взаимоотноше- ниях и о своей роли в них смещены в сторону защиты своего Я.

Однако, если задача состоит в изучении технологического процес- са достижения того или иного результата, если исследовательская за- дача сугубо инструментальна, то возникает проблема достоверности высказываемых респондентом мнений о тех поведенческих феноменах, которые содействовали полученному результату. Если же стремиться к системному изучению семейных мнений, к выявлению всех мнений, в том числе и внеинструментальных (неверных с точки зрения ото- бражения семейных событий, но интересных именно своей субъектив- ностью), то рассмотрение подобных мнений по критерию достовер- ности и обоснованности отпадает. Эти мнения оказываются уже дос- товерными, так как сами по себе важны. Поэтому в схеме 3.2. к ним относятся лишь проблемы измерения по блокам надежности, возмож- ностей выражения и высказывания мнений.

Блок формирования мнений и оценки их с точки зрения адекват- ности и обоснованности относится только к инструментальным ис- следованиям. В схеме различаются «защитные» и «подлинные» моти- вы поведения. Их нельзя трактовать как ложные и истинные, это об- ласть глубинной психологии. Наибольший интерес вызывает при этом защитный мотив, который, согласно польскому психологу К. Обухов- скому, содержит противоречие между провозглашаемой целью и при- меняемыми для ее достижения средствами, так что конкретные дей- ствия обнаруживают иную, часто скрытую от самого человека цель¹⁴. Мотив как побуждение к некоему действию или результату всегда ин- струментален, и если результат явно отличается от ожидавшегося, то при отсутствии видимых препятствий или усилий по их устранению можно говорить о наличии подспудной цели.

¹⁴ Обуховский К. Психология влечений человека. М., 1972. С. 28-35.

123

К этому надо добавить, что выдвигаемая цель может быть сколь угодно ложной, иллюзорной, фантастической, но если она есть, про- возглашается, то, значит, по успеху ее реализации положено оценивать предпринимаемые действия. Ясно, что, за исключением криминальных и патологических случаев, декларируются социально одобряемые цели (рационализации). Однако фактические действия на самом деле опре- деляются другими целями, осуждаемыми или неприемлемыми лично. Арена семейных интеракций перегружена защитными мотивами и ла- тентно (скрытно) действующими целями. Поэтому любой опрос на се- мейные темы чреват столкновением с защитным поведением респон- дентов.

Например, в интервью о «причинах» различия числа детей в семь- ях социолог столкнется с людьми, высказывающимися о своих репро- дуктивных мотивах защитного и подлинного характера. Как тут быть с адекватным формированием мнений? Возьмем интервью, ориентиро- ванное на анализ результата (инструментальная направленность). Здесь важно знать, что действительно побудило к итоговому числу детей в семье, и поэтому все, уводящее в сторону, следует устранить как не- адекватное. Поэтому требуется оценить адекватность мнений о под- линных и защитных мотивах рождения, допустим троих детей в семье. И необходимо уметь отличить от них неадекватные мнения о тех же подлинных и защитных мотивах.