1989 г. Профессор, а затем заведующий кафедрой экологии и физико-химических проблем
1990 г. Разработана программа государственных исследований «Нефтегазовые ресурсы»
1990 г Руководство экспертной комиссии Госкомприроды СССР по проекту Тобольского нефтехимического комплекса
1992 г. Издан тематический обзор: Лунин А.Ф. и др. Защита воздушного бассейна от выбросов углеродсодержащих соединений М.: ЦНИИТЭнефтехим, 1992 – 44 с.
28.11.1993 г. Скончался после тяжелой болезни Александр Федорович Лунин. Похоронен в Москве на Ваганьковском кладбище
25
ВОСПОМИНАНИЯ КОЛЛЕГ, УЧЕНИКОВ, ДРУЗЕЙ О ЛУНИНЕ А.Ф.
О.П. Лыков
профессор кафедры технологии химических веществ для нефтяной и газовой промышленности РГУ нефти и газа имени И.М.Губкина
Я познакомился с Александром Федоровичем Луниным, страшно сказать, в далеком 1957 году. Я был уже студентом пятого курса, а Саша учился на втором. Обычно студенты-старшекурсники не знают студентов младших курсов, если они не живут в общежитии, и если, конечно, это не привлекательные девушки. Но у нас была территория соприкосновения – спорт. Я был чемпионом института по легкой атлетике – бег на 400 и 800 м, выступал за сборную института по лыжам, а Саша играл за институтскую команду в футбол. Но знакомство было шапочным.
Затем после окончания института я работал в знаменитой теперь организации НПО «Энергия» С.П. Королева и в институте не бывал: каждый день в 9 часов утра – проходная предприятия – вход и в 17.30 – выход. В аспирантуру Московского нефтяного института я поступил в 1960 г. и почти сразу встретил Сашу. Разговорились. Я очень аккуратно – секретность все же – рассказал ему о своей работе. Потом он сказал: – «У нас на факультете образовалась новая кафедра – технологии нефтехимического синтеза. Заведует ей Ярослав Михайлович Паушкин. Он предложил мне работать на кафедре. Как думаешь, стоит мне туда идти?». Я знал профессора Я.М. Паушкина, слушал его курс лекций, он мне нравился. И хотя я смутно представлял себе, что такое нефтехимия и чем конкретно занимается новая кафедра, я сказал – «Иди к Паушкину, думаю, что там будет интересно работать». Так почти в одно время мы начали заниматься научной работой, но на разных кафедрах: Саша – на кафедре НХС, а я – на ка-
26
федре ТХВ – технологии химических веществ. Наши пути снова разошлись. Кандидатскую диссертацию Александр Федорович защитил в 1965 году, я – в 1966. Вероятно, Саша стал любимым учеником Я.М. Паушкина, он первым среди молодых преподавателей кафедры стал доцентом.
В 1970 году я возвратился из Алжира, где читал лекции, в том числе и курс технологии нефтехимического синтеза и был принят на кафедру НХС на должность старшего преподавателя. Я быстро вписался в молодой коллектив кафедры, поскольку многих из тех, кто там работал, в том числе и Александра Федоровича, знал раньше по учебе в аспирантуре и даже в студенческие годы. Надо сказать, что Ярослав Михайлович умел отбирать для работы на кафедре энергичных и талантливых молодых людей, благо выбор у него был широкий – в аспирантуру стремились многие, а продолжать потом работать на кафедре считалось большой удачей.
Наши маршруты, едва соприкоснувшись, снова разошлись. Александр Федорович занимался очень перспективной в те годы проблемой – органическими полупроводниками, а я – присадками к топливам. Молодые преподаватели много работали и все продвигались в рамках своих научных направлений примерно с одинаковой скоростью, но Саша Лунин был все же, как говорится, на пол-корпуса лодки впереди. Все преподаватели были друг с другом на «ты», и эта привычка сохранилась у многих до сегодняшнего дня.
После смерти заведующего кафедрой НХС профессора Ю.Б. Крюкова, сменившего Я.М. Паушкина, в 1973 году руководство института долго не могло решить вопрос с заведующим кафедрой. Реальных претендентов было двое – доценты А.Ф. Лунин и П.С. Белов. Оба активно занимались общественной работой – П.С. Белов был членом парткома института, А.Ф. Лунин – секретарем партийного бюро факультета. Большинству молодежи импонировал Александр Федорович, энергичный, остроумный, отличный организатор, сам из молодо-
27
го поколения преподавателей. Ректорат приказом назначил его исполняющим обязанности зав. кафедрой и, как оказалось, надолго (1973–1977 гг.), при этом не допуская его – доцента – на избрание по конкурсу на эту должность.
Руководить коллективом, где с одной стороны – твои учителя (Т.П. Вишнякова, С.В. Адельсон), а с другой – твои товарищисверстники, не такое простое дело. Александр Федорович с этим справлялся легко, обиженных не было. В это время он активно занимался научной работой. Небольшая по численности научная лаборатория – Александр Федорович никогда не тянул «одеяло на себя», – активно работала, талантливые молодые ребята защитили кандидатские диссертации. А.Ф. Лунин в полной мере проявил себя как ученый. Кафедра жила полноценной жизнью – учебный процесс, научная работа.
Группа А.Ф. Лунина славилась умением готовить к праздникам и юбилеям так называемую «клюковку» – разбавленный до сорока градусов этиловый спирт, настоянный на толченой клюкве, а затем отфильтрованный.
Когда же практически одновременно А.Ф. Лунин и П.С. Белов защитили докторские диссертации (1977 г.) выбор ректората кандидатуры на заведование кафедрой НХС пал на П.С. Белова, а Александр Федорович был избран заведующим кафедрой органической химии и химии нефти. Наши пути снова расходятся.
После возвращения из Афганистана А.Ф. Лунин купил «Волгу», получил права, но, как ни странно, водил машину неуверенно. Он иногда просил меня поехать с ним за рулем, т.к. я водил машину уже больше 15 лет. Запомнилась одна из таких поездок. Я за рулем, Саша рядом, делаем левой поворот у здания Манежа. И я вижу двойную сплошную линию справа – это очень плохая примета – я заехал на встречку. Тут же обозначился гаишник. Выходим оба. Я предъявляю свои права, Саша – свои, а потом он делает мне знак сесть в машину.
28
И я слышу разговор: – «Да, мы, конечно же, виноваты. Но вы знаете, кто за рулем? Это один из крупнейших ученых страны. Таких в Союзе всего-то человек 8–10. Мысли, понимаете, заняты государственными проблемами, завтра доклад в Кремле, немного ошибся». Гаишник козырнул, мы уехали – даже без штрафа. Вот такой он был.
Когда я иду по коридору между первым и вторым корпусами Университета, то прохожу галерею выдающихся ученых РГУ нефти и газа. Там много знакомых лиц, и работающих и уже ушедших из жизни, которые внесли свой вклад в развитие Университета и нефтегазовой отрасли. Но там нет фотографии А.Ф. Лунина. А жаль.
И.А. Голубева
профессор кафедры газохимии РГУ нефти и газа имени И.М.Губкина
Я познакомилась с Александром Федоровичем Луниным сразу же после окончания института, придя на кафедру нефтехимического синтеза в качестве аспирантки в 1962 году. Мы работали над своими диссертационными работами в одной комнате – № 718, за соседними столами. Это было большим везеньем для меня – Саша работал над очень интересной, перспективной темой «Синтез полимеров с сопряженными кратными связями – органических полупроводников», а я занималась синтезом ферроценсодержащих полимеров, тоже направлением новым и интересным. Видя, с каким увлечением работает Саша и как одобрительно к его результатам относится его руководитель – профессор Ярослав Михайлович Паушкин, я поинтересовалась у Саши его конкретными результатами и подумала; «А почему бы мне не повторить его реакции на других объектах – производных ферроцена и изучить свойства полученных полимеров». И это оказа-
29