Материал: I_Busygina_M_Filippov_-_Politicheskaya_moderni

и. бусыгина, м. филиппов. Политическая модернизация государства в России

строена вся желаемая модель. Более того, издержки будут возрастать с каждым шагом, поскольку старые правила уже перестают действовать, новые же еще не действуют в полном объеме. Проблема перехода усугубляется еще сильнее, когда все формальные институты и законы уже устоялись (как в России)

икаждый из них представляет уже сформировавшиеся устойчивые интересы. С учетом того что многие могут выигрывать от одних реформ, но терять от других, компромиссы и половинчатые решения неизбежны. Однако половинчатые меры, как правило, недостаточны для того, чтобы запустить весь механизм игры по новым правилам. В комбинации с сопротивлением «ранних победителей» от частичных реформ ожидаемые положительные плоды реформ могут быть получены только после продолжительного времени.

В-третьих, в том случае, если выбор новой модели государства мотивирует политиков и чиновников отвечать на вызовы глобализации (а этот вызов, по нашему мнению, неизбежен), это обязательно приведет к изменению экономической политики России. Что означает появление больших групп пострадавших – по крайней мере, в краткосрочном и среднесрочном плане. Пострадают, в частности, крупные неконкурентные отечественные бизнесы, которые государство перестанет держать на плаву всеми средствами, как это было в ходе последнего глобального финансового кризиса, а значит, пострадают и большие группы наемных работников, в этих бизнесах занятые.

Указанные выше проблемы являются общими для всех стран, проводящих политические и экономические преобразования. К сожалению, в российском случае добавляется целая комбинация особых, почти драматических осложнений. Это прежде всего отсутствие единства в обществе по поводу желаемого политического будущего страны (на вопрос Левада-Центра «Государством ка-

кого типа вы хотели бы видеть Россию в будущем?» 21% россиян в начале 2012 года ответили «социалистическим государством типа СССР», 31% – «государством, подобным странам Запада» и 41% – «государством с совершенно

особым устройством и своим путем развития»3). Это также чрезвычайно протяженная и неравномерно развитая территория, и национальные проблемы,

идо сих пор не решенные проблемы федерализма. (Социально-политическое пространство нашей страны неоднородно настолько, что можно уже вполне обоснованно говорить о существовании по меньшей мере «трех Россий», как это сделал Кирилл Рогов4, или даже четырех, как чуть ранее предложила Наталья Зубаревич: первая Россия – это Россия больших городов, «Болотная»; вторая – провинциальная, «Поклонная»; третья – традиционалистская, вклю-

3Цит. по: Третий срок Путина: логика политического выживания» из газеты // Ведомости. 2012. 19 апр. URL: http://www.vedomosti.ru/opinion/news/1659349/logika_ politicheskogo_vyzhivaniya. Динамика ответов на этот вопрос доступна на http://www. levada.ru/books/obshchestvennoe-mnenie-2011

4См.: Рогов К. Общественный договор: Стратегия «Россия-1» // Ведомости. 2012. 8 февр. URL: http://www.vedomosti.ru/opinion/news/1497088/strategiya_rossiya1

10

Глава 1. стагнация и потеря статуса в мире или адаптация к мировым вызовам

чающая этнические республики и аграрные территории; и у Зубаревич отдельно выделена «дотационная индустриальная Россия»5. Как заметил в этой связи Булат Столяров, «страна не только существует одновременно во многих эпохах. Ее многие части движутся по оси времени в разных направлениях: одни

вбудущее, а другие и в прошлое»6). Это отсутствие в истории России какойлибо либеральной традиции7. Значительно осложняет перспективы политической трансформации и «ресурсное проклятие», а именно зависимость экономики страны от продажи энергоносителей и отсутствие традиции налогообложения граждан и подотчетности государства перед налогоплательщиками.

Список российских особых обстоятельств можно продолжать. Это и коррупция, ставшая нормой ведения бизнеса и взаимодействия российского гражданина с государством. Это и многовековая традиция концентрации всей власти

вруках «царя», принявшая современную форму суперпрезидентского режима при крайней слабости двух палат парламента. Это, наконец, наличие ядерного оружия, позволяющее все еще претендовать на статус великой державы во внешней политике и дающее возможность политическому руководству ухо-

дить от ответственности, играя на чувствах «великодержавности» и «антиамериканизма»8. А в итоге мы имеем значительную часть общества, готовую всерьез рассматривать Россию как особую цивилизацию или даже как «крепость-Россию», как Россию, «встающую с колен», и искренне видеть в этом альтернативу модернизации «западного» типа.

Мы обсуждаем эти специфические для России трудности в ряде глав в контексте и в связи с порождаемыми ими издержками и рисками, возникающими при реформировании государства. Тем не менее мы подходим к российской проблематике с общетеоретической логикой, применимой и для других стран. Поэтому в книге уделяется особое внимание современной мировой

5Зубаревич Н. Перспектива: Четыре России // Ведомости. 2011. 30 дек. URL: http:// www.vedomosti.ru/opinion/news/1467059/chetyre_rossii

6Столяров Б. Повестка развития: время, вперед! // Ведомости. 2012. 2 июля.

7Как справедливо замечает Андрей Зубов, успешные либеральные демократии устанавливались десятилетиями, а то и веками. В Великобритании либеральной демократии предшествовала «Великая хартия» и парламент; во Франции – Декларация прав человека и республиканская форма правления; в США – война за независимость, Конституция 1787 года, Билль о правах, принцип федеративного государства: «Потому что именно прошлое, те самые древние хартии, билли, конституции, декларации – это фундамент настоящего и будущего» (Зубов А. Откуда нам плыть // Ведомости. 2012. 5 мая. URL: http://www.vedomosti.ru/opinion/ print/2012/05/05/1715237).

8Притом что в основном этот «антиамериканизм» носит показной характрер, рассчитанный на внутреннее потребление. Так, Николай Злобин указывает, что если посмотреть на реальные шаги Владимира Путина, то «они очень здорово отличаются от его риторики. Поэтому, когда говорят про его внешнюю политику, важно понять, что антизападный Путин существует только внутри страны» (Деловой Петербург. 2012. 11 июня. URL: http://www.dp.ru/a/2012/07/09/Nikolaj_Zlobin_Posle_che/).

11

и. бусыгина, м. филиппов. Политическая модернизация государства в России

политологической и политэкономической литературе по проблемам реализации политических реформ. Мы поставили перед собой цель по возможности полно представить мировой опыт и выработанные теоретические подходы и потому пошли на неизбежное упрощение, ведь российская действительность представляет собой, безусловно, более многомерную картину, чем может предложить любой набор теоретических выводов относительно сложностей политических реформ. Несомненно, привязка общетеоретических выводов к российской действительности необходима, и в тексте мы стараемся указывать на возможность такой привязки теоретических положений к российской истории и современной практике. Такая привязка к конкретным направлениям может стать фокусом будущих исследований. Мы надеемся, что наша книга пригодится коллегам в их более детальных разработках и сможет послужить для дальнейшего сопоставления теоретических результатов с российской практикой.

Наши основные выводы таковы.

1. В краткосрочном (и, быть может, в среднесрочном) плане современное политическое и экономическое состояние – статус-кво, сложившееся в России, – представляет собой так называемое институциональное равновесие. Это значит, что основные политические и экономические силы не заинтересованы в существенных изменениях политических и экономических правил игры либо сильно расходятся во мнениях по поводу направлений желательных изменений. При этом многие социальные группы успешно встроены в существующую систему правил и недовольны прежде всего тем, что государство не может гарантировать стабильность этих правил и их соблюдение.

2.Находясь в «плохом» институциональном равновесии, Россия не может естественным образом (то есть эволюционным путем) генерировать пошаговые изменения в направлении трансформации, в том числе в ответ на новые вызовы. В данном контексте отсутствие значимых перемен – это следствие устойчивого равновесия, а не только результат порочности системы. «Плохой эквилибриум» потому и называется плохим, что им очень многие недовольны. Не только «демократы» или «либеральные» экономисты, но и многие российские экономические и социальные группы. Однако существующий порядок потому и называется институциональным эквилибриумом, что недовольство текущими правилами игры (ведущими к бесперспективному состоянию дел во

многих областях экономической, политической и социальной жизни) тем не

менее не выливается в спрос на изменение этих правил.

3.Направленные институциональные изменения в экономике и политике России (то есть изменение правил игры для бизнеса и политики) не случатся сами по себе, под воздействием «невидимой руки». Следовательно, если трансформации быть, она должна принять форму перехода от одного устойчивого состояния (эквилибриума) к другому, от одних правил игры к другим. Политико-экономический анализ показывает, что для этого содержание ре-

12

Глава 1. стагнация и потеря статуса в мире или адаптация к мировым вызовам

форм должно находиться в согласии, по крайней мере, с политическими интересами тех, кто контролирует политическую власть в стране.

4.Поскольку положительные результаты проявят себя только в среднесрочной и долгосрочной перспективах, политические интересы и возможности агентов реформ должны простираться на это временнóе расстояние.

5.В долгосрочном плане существующая политическая и экономическая модель неперспективна. Она не удовлетворяет требованиям сохранения и упрочения статуса России в мире и не способна решить задачу повышения конкурентоспособности страны в глобальной экономике.

6.В отсутствие способности политической и экономической системы к эволюционной адаптации разрыв между наличным институциональным состоянием и тем, которое соответствовало бы быстро развивающимся производственным технологиям и, следовательно, процессам глобализации, со временем будет только нарастать.

7.Увеличивающееся с течением времени институциональное отставание будет требовать все более и более кардинальных изменений, сопряженных со все более нарастающими краткосрочными потерями и среднесрочными политическими рисками.

Наши выводы подчеркивают важный парадокс – кардинальные политические и экономические реформы России необходимы, однако в краткосрочном плане только избегая значимых реформ существующий политический режим сможет оставаться достаточно популярным и стабильным и обеспечивать территориальную стабильность страны и экономический рост. Это тем более верно при условии сохранения внешнего спроса на энергоресурсы и другое сырье, продаваемое Россией. Мы убеждены, что никаких непосредственных при­ чин, а тем более непосредственных серьезных угроз, которые могли бы вынудить существующий политический режим в России начать значимые политические реформы, сейчас не существует. Что вовсе не исключает косметических изменений или даже вынужденного согласия режима на какие-то уступки в политической сфере. Точно так же сегодня нет никаких существенных оснований требовать реформ и у основных групп населения Россия. Те, кто пытаются призывать к реформам, запугивая угрозами революции, распада федерации, национализма или экономического коллапса, лукавят, хотя, возможно, с лучши-

ми намерениями. Напротив, риски политической нестабильности и угрозы

территориальной целостности страны будут возрастать по мере нарастания глубины проводимых политических преобразований.

В основе этого парадокса лежит то обстоятельство, что все наиболее серьезные проблемы России и все возможные их решения носят среднесрочный и долгосрочный характер. Более того, в основном это проблемы, возникающие на стыке отношений с внешним миром. Именно необходимость для России сохранять экономическую и политическую открытость перед внешним

13

и. бусыгина, м. филиппов. Политическая модернизация государства в России

миром ставит под большой вопрос возможность поддержания существующей политической и экономической модели в стране в долгосрочной перспективе. Все это значит, что мотивация для реформ может быть только стратегиче­ ской, исходящей из долгосрочных целей сохранения положения России и россий­ ских элит в мире. В этом заключается особенность российской ситуации, и это, к сожалению, делает необходимые России реформы особенно трудными, долгими и рискованными.

С одной стороны, крайне трудно решиться на реформы и заручиться общественной поддержкой, когда еще «все не так плохо», а с другой – даже решившись на реформы, положительные результаты можно будет получить (даже если все сложится удачно) только в будущем. Прежде всего, высока вероятность того, что трудные и непопулярные реформы будут в очередной раз свернуты на полпути. Если же отложить реформы до «лучших времен», то проблемы будут нарастать и их будущее возможное решение будет связано с еще большими трудностями и рисками.

Ключевой посыл нашей работы заключается в том, что сформированная к кон­ цу нулевых годов модель российского государства сегодня стала неадекватной задачам сохранения статуса России в мире и новым вызовам мировой экономи­ ки. Мы готовы признать, что «вертикаль власти», заложенная Владимиром Путиным, возможно, проявила некоторую эффективность применительно к целям поддержания стабильности политического режима. К сожалению, оборотной стороной выстроенной модели государства стало то, что сегодня она серьезно уменьшает привлекательность России как для потенциальных союзни­ ков в глобальном мире, так и для внешних и внутренних инвесторов.

Для сегодняшней России закрыты оба пути: наша страна не может стать сильнее и влиятельнее ни через формирование альянсов с потенциальными союзниками, ни самостоятельно, быстро умножая свою экономическую мощь. В условиях современной мировой взаимозависимости (глобализации) Россия проигрывает прежде всего вследствие тех политических рисков и неопределенностей, которые порождены непредсказуемостью существующей модели российского государства.

Ниже мы более подробно обсуждаем мировые вызовы для России и выстраиваем наш главный аргумент, заключающийся в том, что необходимым условием успешной адаптации России к вызовам мировой политики и эконо­ мики в условиях современной глобализации является политическая модерни­ зация существующего в России государства. Более того, мы попытаемся доказать, что ключ к модернизации российской экономики лежит именно в полити­ ческой сфере, а вызовы глобализации требуют прежде всего нового качества российского государства.

Таким образом, в основе нашего анализа оказывается существенная связь положения России в глобальном мире с тем, что происходит внутри страны. С одной стороны, мы утверждаем, что политическая модернизация государства

14