Материал: JP-NOVA-XXI_era_vek_2020

ЯПОНИЯ XXI NOVA: эраи век

говорится о существенном и необратимом изменении состояния. В русском языке для такого значения нет грамматическихсредств выражения.

Всё же для японского языка (как и для многих других языков) идет постепенный процесс выработки более адекватных описаний тех или иных его явлений и освобождения от решений, навязываемых русским или каким-либо другим языком иного строя. Не всегда этот процесс быстро проникает в учебную литературу и преподавание, но постепенно это происходит.

Еще хочется поговорить о современных процессах в японистике в нашей стране. Более тридцати лет назад ныне покойный академик В. Н. Топоров писал о русскояпонских культурных взаимоотношениях: «Настоящее время — тот рубеж, после которого (и тут не надо быть пророком) взаимное знакомство двух культур, роль литературных связей, появление новых форм культурных контактов и взаимопроникновение — взаимообогащение этих культур будет возрастать очень быстро» [10, с. 49]. «Вероятно, с точки зрения XXI века все, что достигнуто пока, будет отнесено к предыстории русско-японских культурных связей или к самому начальному периоду их истории» [10, с. 51]. Он в духе того времени считал, что главным препятствием для развития этих взаимоотношений были советская власть и коммунистическая идеология. Теперь же произойдет быстрый переход от «предыстории» к «истории». Однако прогноз оказался слишком оптимистичным. Более того, по ряду параметров дело сейчас, пожалуй, обстоит хуже, чем в лучшие времена: в 60-70-е гг. Тогда интерес наблюдался с обеих сторон. А теперь?

Падение интереса особенно очевидно с японской стороны. Раньше для Японии и многих других государств русский язык, помимо непосредственных потребностей

20

«ISSUES OF JAPANOLOGY, vol. 8» St-Petersburg State Univ 2020

коммуникации, был связан с тремя культурными факторами. Мы можем условно говорить о роли русского языка как «языка Ленина», «языка Гагарина» и «языка Толстого». Приверженцев имели в Японии идеи не только Ленина, но и Бакунина, Кропоткина и того же Л. Толстого. А успехи СССР в науке и технике приводили к тому, что, как мне говорили сами японцы, в 60-е гг. большинство студентов по естественным специальностям старались выучить русский язык. И русскую классическую литературу знали и переводили.

Теперь свежие взгляды на социальное устройство мира идут, во всяком случае, не из России. Успехи современной России в науке, разумеется, бывают, но прорывов, какие были при СССР, нет. А что касается классической литературы, то она, конечно, остается ценностью, но вот диалог из японского фильма 2000-х гг., действие которого происходит в 1950-е гг. Спорят два персонажа. Один говорит: «Я был на войне, а ты не был». Другой отвечает: «Зато я читал русскую литературу». То есть сейчас русская литература — такое же прошлое, как вторая мировая война. И есть ли хоть один современный русский писатель, столь же авторитетный, какими были русскиеклассики?

А культурный интерес к Японии в России, разумеется, есть, но часто имеет «точечный» характер, а прежние приоритеты уходят. Стали очень популярны анимэ, но японское игровое кино, которое любили многие в 60-80-е годы, сейчас практически неизвестно. Снизился и интерес к современной художественной литературе (в меньшей степени, пожалуй, это свойственно классической). И видим возврат к практике конца XIX в.: снова японская культура (в широком смысле) приходит к нам через английский язык. Культурные связи с Японией при всех трудностях в советскоевремя шли напрямую.

21

ЯПОНИЯ XXI NOVA: эраи век

А теперь? В Москве нередко можно встретить вывеску: Суши-бар. Люди обычно знают о японском происхождении этого блюда, но попробуйте найти суши даже в Большом японско-русском словаре 1970 г.: нет суши, а есть суси. Это слово так пишут в поливановской транскрипции, и японисты до недавнего времени так и говорили, но оно вытеснено словом суши, представляющим собой кириллическую транслитерацию написания этого слова в английском языке. И это уже закономерность.

Теперь японские по происхождению культурные явления в основном приходят к нам через массовую культуру глобализации. Она интернациональна по происхождению своих элементов, но формируется и конструируется из них в США. Я почти 20 лет назад, выступая, говорил, что в этой культуре кубик Рубика пришел из социалистической Венгрии, сауна из Финляндии, йогурт из Турции, и особенно много всякого пришло из Японии, близкого американского союзника. Естественно, возникает вопрос: что может сюда прийти из России. Одна из присутствующих сказала: «Русская литература». И всего через несколько дней мне попались в газете рассуждения Нины Хрущевой, правнучки Никиты Сергеевича, живущей в США. Она писала, что русская литература — не то, что Россия может представить миру. Вот если бы в России изобрели хорошийрецепт сыра!

Поэтому любовь в современной России к суши или к восточным единоборствам не означает того «взаимопроникновения» и «взаимообогащения», о котором мечтал покойный академик. А обучение японскому языку, количественно, безусловно, возросшее (это особенно заметно не в Москве или Петербурге, а в менее крупных городах), тем не менее, всё больше отстает от овладения английскимязыком.

22

«ISSUES OF JAPANOLOGY, vol. 8» St-Petersburg State Univ 2020

И всё-таки важно продолжать готовить специалистов, владеющих японским языком, используя, в том числе, достижениялингвистической науки.

Список литературы

1.Щерба Л. В. Очередные проблемы языковедения// Известия АН СССР, серия литературы и языка. Т. IV,

вып.5., 1945.

2.Stanlaw J. “For Beautiful Human Life”: the Use of English in Japan // Re-Made in Japan. Everyday Life and Consumer Taste in a Changing Society. New Haven – London, 1992.

3.Бенвенист Э. Категории мысли и категории языка // Бенвенист Э. Общаялингвистика. М.: Прогресс, 1974.

4.Смирнов Д. Руководство к изучению японского языка.

СПб., 1890.

5.Алпатов В. М. Изучение японского языка в России и

СССР. М.: Наука, 1988.

6.Фельдман Н. И. Об именительном самостоятельном в современном японском языке // Труды Военного института иностранныхязыков. Т. 1. М., 1945.

7.Конрад Н. И. Синтаксис японского национального литературного языка. М.: Издательское товарищество иностранныхрабочихв СССР, 1937.

8.Наврон-Войтинская Е. Л. Личная форма японского глагола. Кандидатская диссертация. М.: Институт востоковедения, 1946.

9.Алпатов В. М. Нестандартные видовые категрии в современном японском языке // Типология вида. Проблемы, поиски, решения. М.: Языки русской культуры, 1998.

10.Топоров В. Н. Россия и Япония на встречных путях // Народы Азии иАфрики, 1989, №5.

23

ЯПОНИЯ XXI NOVA: эраи век

XXI век и новые тенденции в японском языке

Первые десятилетия XXI в. в Японии ознаменовались появлением и закреплением в японском языке ряда новаций в фонетической, лексической и грамматических системах. Некоторые из этих новых для японского языка явлений были зафиксированы ранее, в конце XX в., но развитиеполучили ужес наступлением текущего столетия. Другие, несомненно, зафиксированы уже в XXI в. и характеризуют сегодняшнее состояние японской языковой системы. Эпоха Хэйсэй, начавшаяся в 1989 г. и продолжавшаяся до апреля 2019 г., богата различными языковыми изменениями. Можно предположить, что именно этим объясняется, что ещё в 2012 г. один из номеров известного в японских лингвистических кругах журнала «Нихонгогаку» («Японское языкознание») был полностью посвящён изменениям в японском языке эпохи Хэйсэй1. При этом обращает на себя внимание то, что в статьях, которые представлены в указанном номере журнала, не затрагиваются вопросы, связанные с функционированием в современной Японии т. наз. «новых диалектов» синхо:гэн, рануки котоба (глагольные формы страдательного залога, при образовании которых эллиптируется слог ра в суффиксе рарэру), стяжённых форм глаголов и ряда других особенностей современного общего языка кё:цу:го, о которых японскими и отечественными лингвистами написано немало работ. Можно предположить, что эти тенденции, хотя и продолжают своё существование, уже не воспринимаются как нечто новое, а, следовательно, неявляются новациями и не могут описываться в качестве таковых для периода

1 2012 9 vol. 31-11 .

24