Утром мы с Молоковым прилетели в Уэлен.
Только сели, началась пурга. Как хорошо, что лагерь челюскинцев уже ликвидирован!
Пурга задержала нас в Уэлене пять суток . На шестой день мы вернулись в Ванкарем с бензином. Тут уже начали летать все самолеты.
Большую роль в спасении челюскинцев сыграли жители Чукотского полуострова. Они помогли организовать авиабазу в Ванкареме, перебрасывали на собаках и оленях бензин, вывозили челюскинцев из Ванкарема.
Двадцать первого мая мы покинули берега Чукотки. Во Владивостоке нас встречали сотни тысяч людей.
Над пароходом летали самолеты, а с них на палубу сыпались цветы...
Через трое суток мы выехали специальным поездом в Москву.
От Владивостока до Москвы сто шестьдесят остановок. И всюду, где бы ни останавливался поезд, нас встречали с цветами, со знаменами, приветствовали и без конца просили, чтобы мы рассказали о лагере, о полетах. На одной станции, где поезд не остановился, а шел тихо, рядом с вагоном бежала старушка лет семидесяти. В руках она держала узелок и кричала:
— Детки, что же вы остановились? Я вас ждала, я
вам ппирожков напекла!
Челюскинцы не раз смотрели смерти в глаза. Несколько месяцев они боролись с природой, и их не покидали мужество и твердость. А когда обрели у себя на Родине теплую, радостную встречу, не раз на глаза навертывались слезы.
Девятнадцатого июня 1934 года приехали в столицу нашей Родины. Челюскинцев встречала вся Москва.
ХАСАН
(1938 г.)
АНАТОЛИЯ ГАЙ
РАССКАЗ О ЧЕТЫРЕХ ГРАНАТАХ
...Уже закат над озером гас, Тускнел небосвод вдали, Когда у Хасана в пятый раз
290
Японцы на нас пошли.
Но дорого стоил им наш окоп! За сутки обжившись в нем, Мы встретили их озверелый скоп Опять лобовым огнем.
Мы били фронтом в двадцать шагов, Насколько хватал блиндаж, А с фланга Корнеев косил врагов Лихой запевала наш.
Он с выбора их на мушку брал Слегка налитым зрачком, Он бил на счет, как будто играл Своим спусковым крючком!..
Но что-то ударило в локоть вдруг И пало к его ногам.
Не выпуская приклад из рук, Он вниз посмотрел, а там — Граната вражья, и срок ей дан — Каких-нибудь пять секунд,
И вот взлетит смертельный фонтан, Смешав и людей, и грунт.
Но в тот же миг он ее со дна Отбросил вперед швырком, И в самой гуще врагов она Взвилась громовым столбом!
Он видел, как ливнем на них опал Камней и осколков град, И вновь к прикладу щекой припал, Счастливой удаче рад.
Но только успел прищурить глаз, Уже изловчась стрелять,— Как сбоку еще граната легла Тяжелым шлепком опять.
И эту он назад второпях Вернул свободной рукой —
И новый взрыв в японских цепях Пробил коридор сквозной!..
Они смешались, припав к камням, Таясь позади бугра.
Но гнали их офицеры к нам, Похлестывали унтера.
Уж рядом чуял Корнеев их — За сумеречной синевой.
И тотчас — третьей гранаты вихрь
10*: |
291 |
Возник впереди него...
Хмельной азарт своим холодком До пят его пронизал:
Он кверху вынес ладонь лотком — И с лета гранату взял!
И через блиндажный крутой настил, В широкий его просвет — В упор японцам ее пустил И лихо присвистнул вслед.
И чтобы докончить вражью цепь, Не дать передышки ей, Четвертой гранатой ударил в цель, На этот уж раз — своей!..
И вот огонь, впереди взвихрясь, Как бешеный смерч, взлетел И вскинул к небу песок и грязь, Обрывки костей и тел.
Тогда с командиром своим вперед Всем взводом рванулись мы — И смяли остатки японских рот Еще до вечерней тьмы.
А на ночь вернулись в свой блиндаж. И снова —-от пыли бел, Еще в дыму — запевала наш Веселую песню пел.
А мы, смеясь, вспоминали все, Костер обступив толпой,—
Как трижды смерть он встречал совсем И трижды ей дал отбой!
И в очередь мы обнимали его, Качали наперебой, И первый — пылающий, огневой —
Несли котелок с едой...
А он, смущаясь, смотрел вокруг:
— За что же такой почет?
Тут только и надо что ловкость рук Да точный во всем расчет.
...И будто верно: какой пустяк — Секунды уметь считать.
Но смерть в бою обуздывать так Лишь нашим бойцам под стать.
292
ЮЛИЯ ДРУНИНА
ПОСЕЛОК СМИРНЫХ
Влесу, на краю дороги,
Влесу, на краю страны, Задумчивый, юный, строгий, Стоит капитан Смирных.
Змеится дороги лента, КамАЗы в лесхоз спешат. С гранитного постамента Не может сойти комбат.
Но помнят доныне сопки Команду его — «Вперед!»; Отчаянным и коротким Был бой за японский дот...
Все той же дороги лента, И августа синий взгляд.
Лишь сдвинуться с постамента Не может теперь комбат.
Сквозь строй ветеранов-елок Он смотрит и смотрит вдаль — На тихий лесной поселок, Которому имя дал.
АЛЕКСАНДР АРТЕМОВ
ХАСАН
На ветру осыпаются листья лещины И, как яркие птицы, несутся в простор. Покрываются бронзой сухие лощины И горбатые древние выступы гор.
Над кривым дубняком, на крутом перевале, Опереньем сверкая, взлетает фазан.
В окаймленье вершин, как в гранитном бокале, Беспокойное озеро — светлый Хасан —
Расшумелось у сопок, шатая утесы, Поднимая у берега пенный прибой.
293
И волна, рассыпая тяжелые слезы, Бьется глухо о камин седой головой.
Так о сыне убитом, единственном сыне, Плачет старая мать, будто волны у скал, И в глазах ее выцветших долгая стынет Напоенная скорбью великой тоска.
Молчаливые горы стоят над Хасаном, Как тяжелые створы гранитных дверей, И повиты вершины белесым туманом, И разбиты утесы огнем батарей.
И на склонах исхлестанной пулями сопки, ■ На камнях обомшелых, в покое немом, Под косыми камнями ржавеют осколки
Отвизжавших снарядов с японским клеймом.
Угасает закат, ночь идет на заставы. Грозовое молчанье тревогу таит. Нерушимой вовек, будто памятник славы, Высота Заозерная гордо стоит.
НИКИТА КАРАЦУПА
ЖИЗНЬ МОЯ —ГРАНИЦА
(главы из книги)
Первая схватка
...Я вошел в |
кабинет военкома и сразу же |
попросил: |
|
«Направьте меня в пограничные войска». |
|
||
Военком разгладил пышные усы, |
оглядел меня, щуп- |
||
лого, низкорослого, усмехнулся: |
перебирать |
какие-то |
|
— Мал ты |
ростом,— и стал |
||
маги, не обращая на меня внимания.
Я чуть не расплакался от досады, но взял себя в руки: не уйду, пока своего не добьюсь, так решил и сказал военкому:
— Так это даже лучше, что я мал ростом: наруш ли не заметят, когда я буду в дозоре.
— Что?— Военком поднял голову, внимательно на меня посмотрел и весело засмеялся.— Находчивый ты парень! Находчивый,— повторил задумчиво, провел осто-
294