Материал: Khrestomatia_po_istorii_Dalnego_Vostoka_Kniga_2

Вспоминается осень 1929 года, военный конфликт на

К.ВЖД. Ранен командир роты. Беру командование на

себя. Как ни велик был численный перевес белокитай-

цев, бойцы удержали мост до подхода главных сил.

— Ну, Белобородов, ты сам не знаешь, как облегчил

нам задачу. Орлы у тебя в роте, орлы! — сказал после

боя комдив 36-й Забайкальской Баранович.

— Дальневосточники, товарищ комдив, — ответил я.

— Орлы — твои солдаты! Все достойны награды!

И в самом деле, из двадцати двух бойцов, награ

денных за храбрость в полку, половина была из нашей

роты. Тогда и я получил первый боевой орден — Крас-

ного Знамени.

Но,

пожалуй,

самое

трудное

испытание

дальневосточники

в

грозном

1941 году в битве под Мо-

сквой, где решалась судьба страны. Здесь они проявили

отличительные черты своего характера — мужество,

выдержку, стойкость, смекалку. Об этих жарких,

незабываемых днях расскажу подробнее.

дивизия,

В памятное

лето

1941 года

78-я стрелковая

которой

я

тогда

командовал,

находилась

в

Хабаровск

а потом — на границе. Все наши усилия были направ-

лены на совершенствование боевой выучки частей для

действий в условиях Дальнего Востока. Никто из нас не

думал, конечно, что очень скоро 78-й придется сра-

жаться в Подмосковье.

На Дальнем Востоке дивизия дислоцировалась до

середины

октября 1941 года.

Мы жадно ловили вести

с фронтов,

рвались в бой. Как сейчас помню 14 октября.

Проводились учения,

на них и застала нас тревога.

Здесь представитель штаба 35-й армии вручил мне ди-

рективу

Ставки о включении дивизии в состав

дейст-

вующей армии.

К 17 октября части дивизии закончили

погрузку в эшелоны и отправились к месту назначения.

Дни дороги, полные тревожного ожидания... Послед-

ней октябрьской ночью1941года дивизия выгрузилась в

лесах юго-западнее города Истры,расположившись по

обеим сторонам железной дороги и Волоколамского

шоссе.3

ноября

меня

вместе

с

комиссаром

дивизии М. В. Бронниковым вызвали в штаб 16-й армии,

нахо-дившийся в Новопетровском. Нас приняли команду-

ющий

армией Константин

Константинович

Рокоссов-

ский и член Военного совета дивизионный комиссар

Алексей Андреевич Лобачев. Я доложил о состоянии

дивизии.

говоришь,

у тебя? — умные, проница

—■ Сибиряки,

тельные глаза Рокоссовского потеплели.

— Сибиряки, товарищ генерал-лейтенант.

— Это хорошо. Зима на носу. А сибирякам москов-

ская зима не в тягость. А вот немцам — да. Значит, и

будем их бить по холодку.

Впоследствии

я немало воевал под командовани

Рокоссовского и сохранил о нем самые приятные вос-

поминания. Он глубоко вникал в любое дело, разбирал-

ся во всем до мелочей, отличался деловитостью, рас-

судительностью, спокойствием. В тот тревожный но-

ябрьский день Рокоссовский интересовался всеми дела-

ми укомплектования снаряжения, подготовленности

дивизии к предстоящим тяжелым боям. Затем знакомил

нас с обстановкой на фронте и поставил дивизии бое-

вую задачу. У меня сохранилась краткая запись этой

беседы.

Константин Константинович неторопливо,

Говорил

четко, заставляя глубоко осмысливать свои слова.

— Если вы обеспечите постоянную активную раз-

ведку, ■ — продолжал командарм, — будете иметь за

каждым стыком обеспечивающие их силы и средства, то

излюбленная тактика врага будет бита. Поскольку нем-

цы имеют большое преимущество в танках, то танки

дивизии в обороне выгоднее располагать в глубине, за

пехотой, и использовать их в засадах для расстрела

противника с места. Оборудование противотанковых

районов и прикрытие боевых порядков противотанко-

выми средствами — важнейшее требование в любой об-

становке. Противотанковые средства следует массиро-

вать на танкоопасных направлениях и располагать их на

всю глубину обороны дивизии.

На прощание он крепко пожал нам руки и сказал, что

не сомневается в боеспособности нашей дивизии, как и

других прибывших с Дальнего Востока частей и

соединений.

— Уверен, что в самое короткое время оделахбоевых

дальневосточников узнает вся страна.

генерал-лей

—■ Не

подкачаем,

товарищ

О стремительности

натиска

дальневосточников

одном из боев свидетельствует такой,

например, факт.

Путь атакующим преградила река Озерна — еще не

замерзшая. Солдаты замешкались. В это время про-

тивник силами до пехотного полка, с танками, при

поддержке шести дивизионов артиллерии, начал

контратаку. Тогда командир седьмой стрелковой роты

коммунист лейтенант Илья Андреевич Иванов с

возгласом «За Родину!» бросился в ледяную воду и

своим примером воодушевил остальных. Его рота,

переправившись

на

противоположный

берег,

стремительно атаковала противника во фланг. Ее

поддержал батальон коммуниста капитана Ивана

Никаноровича

Романова.

Взломав

оборону

вынес с поля боя

270 раненых

бойцов и командиров.

Он был награжден орденом Ленина.

Вечером 4 ноября, возвратившись в штаб дивизии, я

по телефону тут же доложил о результатах боя. Выслушав

мой доклад, начальник штаба 16-й армии Михаил

Сергеевич Малинин от имени командования поздравил

дивизию с боевым крещением и пожелал ей дальнейших

успехов в борьбе с врагом. Дальневосточники ответили

на это новыми подвигами.

В ночь с 4 на 5 ноября рота лейтенанта Галича вне-

запно напала на противника и уничтожила около 200

гитлеровцев. Во время второго налета истребила расчеты

семи пулеметов, зенитного орудия и взорвала машину с

боеприпасами.

А вот еще пример. Санитар-красноармеец Ольначев за

один день под ураганным огнем вынес с поля боя

двадцать пять раненых. Уже темнело, когда он спешил на

помощь двадцать пятому. И вдруг окрик:

— Рус, сдавайся! Руки вверх!

Ольначев сначала растерялся. Потом краешком глаза

увидел справа трех фашистов. Не раздумывая, он

выхватил из-за пояса гранату и швырнул ее под ноги

гитлеровцам. А потом спокойно собрал их оружие и

документы, нашел и вынес раненого бойца. Среди тро-

феев Ольначева оказался дневник рядового Рудольфа

Мильса из 252-й немецкой пехотной дивизии. За час до

своей гибели гитлеровец писал:

лежать под огнем

«Долго ли мы

будем