Материал: National_Pantheon_of_New_China_Heroes

Высший эшелон руководителей КНР

отслеживался его жизненный путь. Так, например, в 1994 г. вышла серия плакатов, на которых был представлен Дэн Сяопин в разные периоды своей жизни.

Нередким является обращение к высказываниям Дэн Сяопина, которые размещаются в виде текста на плакатах.

Важно подчеркнуть, однако, что не все из ближайших соратников Мао Цзэдуна находились в составе пантеона высших руководителей КНР на протяжении всего рассматриваемого периода, что имело своим следствием и отсутствие их образов на пропагандистских и агитационных плакатах, выпускавшихся в КНР.

К примеру, в годы культурной революции 1966-1976 гг. из пантеона высших руководителей КНР был фактически удален Лю Шаоци, китайский революционер, государственный, политический и партийный деятель Нового Китая. Будучи одним из руководителей Коммунистической партии Китая (КПК), в 1959-1968 гг. он занимал пост Председателя КНР. Долгое время был официально признанным наследником Мао Цзэдуна, но во время культурной революции подвергся репрессиям.

В1968 г. ЦК КПК объявил Лю Шаоци виновным в «контрреволюционной деятельности». На XII пленуме ЦК КПК был представлен доклад «О расследовании преступлений изменника, провокатора и штрейкбрехера Лю Шаоци». Лю Шаоци был исключен из КПК и смещен со всех партийных и государственных постов, после чего оказался в тюрьме. По официальной версии Лю Шаоци умер в спецтюрьме г. Кайфын 12 ноября 1969 г.

Вгоды культурной революции в КНР было выпущено большое количество пропагандистских и агитационных плакатов, посвященных «разоблачению» врагов Великой пролетарской культурной революции, к которым был причислен и Лю Шаоци. Соответствующими были и провозглашаемые лозунги: «Решительно сокрушите лидера партии, ведущего на капиталистический путь, - Лю Шаоци!», «Предатель и ренегат Лю Шаоци должен быть навсегда исключенным из коммунистической партии!», «Хватит демагогии, вор Лю, мы будем драться до последней капли крови!», «Возьмите ручки в качестве оружия и сосредоточьте свой огонь для нанесения ударов по Лю Шаоци и Дэн Сяопину!», «Долой Лю Шаоци! Долой Дэн Сяопина! Поднимите великое красное знамя идей Мао Цзэдуна – Великое собрание, чтобы всесторонне критиковать реакционную капиталистическую линию Лю и Дэна», «Полностью разгромите класс капиталистов и реакционную линию Лю и Дэна!», «Уничтожьте капиталистический штаб Лю и Дэна!» и др. Аналогичные плакаты своими лозунгами были нацелены и на других «врагов» Великой

пролетарской культурной революции (Пэн Дэхуай, Ло Жуйцин, Тао Чжу, Уланьфу и многие другие)16.

Периодически проводились параллели между различными ревизионистскими, с точки зрения руководства КНР во главе с Мао Цзэдуном, группами китайских политических детелей и Н.С. Хрущёвым: «Китайские Хрущёвы, идите к черту!», «До основания критиковать китайского Хрущёва с политической, идеологической и теоретической точки зрения!», «Поднимите высоко красное знамя великой мысли Мао Цзэдуна – Поднимите новую волну великой революционной критики – Встречайте новую атаку китайского Хрущёва лицом к лицу!». В первую очередь, под «китайским Хрущёвым» подразумевался Лю Шаоци, которого первоначально, в 1966 г. обвинили в том, что он является «верховным лидером чёрной банды», в 1967 г. заклеймили как «партийного деятеля № 1, идущего по капиталистическому пути», а в 1968 г. официально объявили «ренегатом, предателем и паршой, скрывающейся в партии, лакеем империализма, ревизионизма и гоминьдановской реакции».

В 1980 г., уже посмертно, Лю Шаоци был реабилитирован, возвращен в пантеон высших руководителей КНР и в настоящее время упоминается в ряду выдающихся деятелей Китайской революции.

Национальный пантеон героев Нового Китая

Кроме того, в годы культурной революции 1966-1976 гг. дважды (в 1967-1973, 19751976 гг.) в опале оказывается Дэн Сяопин, которого тогда сняли со всех постов, заключили под домашний арест, а затем и вовсе изгнали из Пекина.

1 апреля 1967 г. в «Жэньминь жибао» Дэн Сяопин был назван «вторым [после Лю Шаоци] самым крупным лицом в партии, находящимся у власти и идущим по капиталистическому пути».

В1975-1976 гг. в Китае развернулась еще одна политико-идеологическая кампания – критика Дэн Сяопина и борьба против «правоуклонистского поветрия за пересмотр правильных выводов культурной революции», руководство КНР вновь обратилось к средствам наглядной агитации – пропагандистским и агитационным плакатам: «Вести борьбу с правоуклонистским поветрием до конца!», «Критикуйте ревизионистскую линию, противодействуйте правому уклону за пересмотр правильных выводов!», «Считайте классовую борьбу ведущим принципом, реализуйте борьбу с правоуклонистским поветрием за пересмотр правильных выводов!», «Продолжать борьбу до конца, чтобы противостоять правоуклонистскому поветрию за пересмотр правильных выводов!», «Полностью закончить борьбу, контратакуя правоуклонистское поветрие за пересмотр правильных выводов!», «Противодействовать правоуклонистскому поветрию за пересмотр правильных выводов, увеличивать промышленное производство!», «Углубить критику Дэн Сяопина, ударить правоуклонистскому поветрию за пересмотр правильных выводов!» и др.

Политическая реабилитация Дэн Сяопина, а также назначение его на высокие посты в

системе государственной власти КНР и, как следствие, возвращение в пантеон высших руководителей КНР, - все это состоялось в 1977 г., уже после смерти Мао Цзэдуна17.

Некоторое время, в 1950-е годы, в состав пантеона высших руководителей КНР входил Пэн Дэхуай (1898-1974)18, видный государственный, военный, политический и партийный деятель Нового Китая, участник Северо-западного (Великого) похода 1934-1936 гг., Войны сопротивления китайского народа японской агрессии (1937-1945 гг.), Гражданской войны в Китае (1946-1949 гг.), командующий частями китайских народных добровольцев во время Корейской войны 1950-1953 гг., в 1954-1959 гг. – министр обороны КНР, маршал КНР (1955

г.).

В1959 г. Пэн Дэухауй несколько раз выступал с резкой критикой политики «большого скачка». Критические выступления были сделаны по поводу «левацких ошибок» при проведении политики «большого скачка». Это произошло после того, как он совершил поездку по стране и увидел катастрофические последствия политики «большого скачка». На Лушаньской конференции (VIII Пленум ЦК КПК) 1959 г. Мао Цзэдун подверг Пэн Дэхуая и его позицию, осуждающую политику «большого скачка» уничтожительной критике. На Пэн Дэхуая было навешано множество политических ярлыков: «буржуазный демократ», «попутчик в демократической и оппозиционер в социалистической революции», «спекулянт, пролезший в ряды партии», человек «поддерживающий тайные связи с заграницей (т.е. с

СССР)», «организовавший военный клуб», пытавшийся «заставить Мао Цзэдуна отказаться от власти» и т.д.

Открытая конфронтация Мао Цзэдуна с Пэн Дэхуаем и его сторонниками привела к травле последних во времена культурной революции. Сам же Пэн Дэхуай был снят со всех постов, в т.ч. с поста министра обороны КНР и фактически оказался под домашним арестом,

азатем и вовсе изгнан из Пекина. В годы культурной революции Пэн Дэхуай был арестован, заключен в тюрьму, постоянно подвергался допросам, пыткам и издевательствам (хунвэйбины водили его на «Митинги борьбы с Пэн Дэхуаем», где публично избивали). В 1974 г. Пэн Дэхуай скончался. Реабилитация Пэн Дэхуая (посмертно) была осуществлена в 1978 г. на III пленуме ЦК КПК 11-го созыва

С другой стороны, во время культурной революции пантеон высших руководителей КНР был фактически расширен за счет включения в него целого ряда других государственных, политических и партийных деятелей Нового Китая.

Высший эшелон руководителей КНР

Так, в годы культурной революции в качестве ближайшего соратника и официального преемника Мао Цзэдуна рассматривался Линь Бяо (1907-1971)19, государственный, военный, политический и партийный деятель Нового Китая, участник Северо-западного (Великого) похода 1934-1936 гг., Войны сопротивления китайского народа японской агрессии (19371945 гг.), Гражданской войны в Китае (1946-1949 гг.), в 1959-1971 гг. – министр обороны КНР, маршал КНР (1955 г.), в связи с чем в 1960-е годы в КНР часто можно было встретить пропагандистские и агитационные плакаты, на которых рядом находятся Мао Цзэдун и Линь Бяо. После IX съезда КПК с 1969 г. Линь Бяо официально становится единственным заместителем председателя ЦК КПК и определяется как «преемник» Мао Цзэдуна.

Однако, в 1970-е годы ситуация изменилась. В 1971 г. Линь Бяо вошел в конфликт почти со всеми влиятельными членами Политбюро ЦК КПК и, в первую очередь, с так называемой группировкой «шанхайских радикалов», во главе которой стояла жена Мао Цзэдуна Цзян Цин. Наиболее жесткие конфликты происходили у Линь Бяо с Чжан Чуньцяо, возглавлявшим партийную организацию Шанхая. «Шанхайцы» стремились не допустить прихода Линь Бяо на высшие посты государстве.

Вскоре органы государственной безопасности раскрыли, якобы готовившуюся попытку заговора сторонников Линь Бяо. Речь, в частности, идет о так называемом «Проекте 571». «Проект 571» (кит.: ) – программная декларация и оперативный план государственного переворота, составленный в 1971 г. группой китайских военных – сторонников маршала Линь Бяо (название происходило от китайского звучания «571» –– «вооружённое восстание»).

Авторы документа резко критиковали политику культурной революции, лично Мао Цзэдуна и его ближайших сподвижников.

Верхушка маоистского режима обвинялась в «искажениях марксизма-ленинизма», «социал-фашизме», «феодальной автократии», «контрреволюционности», «некомпетентности», «расправах и убийствах».

Мао Цзэдун, который в тексте документа фигурировал под кодовым обозначением «В 52», характеризовался как «современный Цинь Шихуанди», потворствующий «троцкистам», как «самый большой покровитель насилия», «параноик и садист», «самый жестокий феодальный тиран в китайской истории», превративший «китайскую государственную машину в мясорубку по уничтожению людей» (при этом делался прозрачный намёк на его возрастную недееспособность).

В документе говорилось о бедственном положении различных социальных групп населения КНР – нищете крестьян, эксплуатации рабочих, превращении хунвэйбинов и цзаофаней в «пушечное мясо».

Изменить сложившееся в Китае положение предполагалось военным мятежом – «насильственной революцией, которая остановит эволюцию к деградации». Заговорщики анализировали, какие воинские части могут оказать им поддержку. Расчёт делался в основном на подразделения, находившиеся в прямом подчинении Линь Бяо. Выражалась уверенность в массовой поддержке КПК и НОАК и намерение начать переговоры с Советским Союзом. С большой откровенностью было сказано о предстоящей расправе с «шанхайской бандой».

В общих чертах обсуждались варианты устранения Мао Цзэдуна. Один заключался в том, чтобы поднять в воздух целый авиационный корпус для бомбардировки спецпоезда Мао Цзэдуна. Другой предусматривал взрыв нефтехранилища около аэропорта Хунцяо в Шанхае

втот момент, когда к нему подойдет железнодорожный поезд Мао Цзэдуна. Третий состоял

втом, чтобы устроить аварию на мосту около Сучжоу, на магистрали между Шанхаем и Нанкином.

Национальный пантеон героев Нового Китая

Непосредственная организация заговора осуществлялась лишь узким кругом ближайших сподвижников Линь Бяо во главе с его сыном – лейтенантом ВВС КНР Линь Лиго.

После раскрытия заговора, 3 сентября 1971 г. Линь Бяо вместе с семьей попытался бежать на самолёте из КНР в СССР, однако самолет при невыясненных обстоятельствах потерпел авиакатастрофу в Монгольской Народной Республике (МНР), разбившись при попытке совершить посадку в Ундерхане. Все находившиеся на его борту люди погибли.

20 августа 1973 г., уже после гибели Линь Бяо, ЦК КПК принял решение о посмертном исключении Линь Бяо из КПК как «интригана», «предателя», «буржуазного карьериста», «контрреволюционного двурушника», «национального изменника».

На Х съезде КПК была изложена официальная версия гибели Линь Бяо: «Он [Линь Бяо] дошел до того, что в августе 1970 г. на 2-м пленуме ЦК КПК 9-го созыва предпринял неудавшуюся попытку контрреволюционного переворота, в марте 1971 состряпал план контрреволюционного вооруженного переворота – “Тезисы об объекте 571” и затем, 8 сентября, организовал контрреволюционный вооруженный переворот, тщетно пытаясь совершить покушение на жизнь великого вождя председателя Мао Цзэдуна и создать свой Центральный Комитет. 13 сентября, после провала своего заговора, он незаконно взял самолет и вылетел на нем, чтобы переметнуться к советским ревизионистам, изменив партии и родине, но разбился на территории Монгольской Народной Республики в районе Ундерхан».

ВКитае после гибели Линь Бяо была начала новая, весьма масштабная политикоидеологическая кампания, которая проходила под лозунгом «Критиковать Линь Бяо! Критиковать Конфуция!» (1973-1974 гг.).

Критика Линь Бяо и Конфуция представляла собой политико-идеологическую кампанию, которая была развернута в Китае в течение 1973-1974 гг. По всей стране распространялись пропагандистские материалы, в которых имя Линь Бяо ставилось в один ряд с именем Конфуция, в эпоху культурной революции ставшего символом косности и ретроградства. Линь Бяо и некоторые другие партийные лидеры обвинялись в исповедовании философии Конфуцианства. В более широком контексте эта кампания была нацелена на

искоренение из сознания народа тех конфуцианских представлений, которые были несовместимы с идеалами, взятыми из учения Мао Цзэдуна20.

Всвязи с этим, в 1973-1974 гг. стали появляться пропагандистские и агитационные плакаты, призывавшие к осуждению деятельности Линь Бяо и содержащие соответствующие лозунги: «Осуждать чудовищные преступления отступника и предателя Линь Бяо!», «Тщательно критикуйте контрреволюционную ревизионистскую линию ренегата и предателя Линь Бяо!», «Мы должны продолжать делать хорошую работу по исправлению курса Линь Бяо!», «Безжалостно критикуйте Линь Бяо за «воскрешение личности, восстановление обрядов», решительно идите по пути социализма!», «Безжалостно критикуйте нынешнего Конфуция Китая – Линь Бяо!» и др.

Вотличие от многих других политиков, осуждённых при Мао Цзэдуне, Линь Бяо в дальнейшем так и не был реабилитирован. После 1971 г. образ Линь Бяо на пропагандистских и агитационных плакатах, выпускавшихся в КНР, практически не появлялся.

Кроме того, в эпоху культурной революции наблюдалось возвышение членов Группы

по делам Культурной революции при ЦК КПК (кит.: ), представлявшей собой орган ЦК Коммунистической партии Китая, осуществлявший политику «Великой пролетарской культурной революции», в течение 1966-1968 гг. – ключевая структура партийно-государственной власти КНР, формально подотчетная Постоянному комитету Политбюро ЦК КПК, реально подчинённая только лично Мао Цзэдуну. Состояла из наиболее радикальных маоистских руководителей, ближайших сподвижников Мао Цзэдуна. Организовала перестройку аппарата КПК на маоистской основе, кампании политических

Высший эшелон руководителей КНР

репрессий и массового террора. Впоследствии, была расформирована после выполнения поставленных задач. Ведущую роль в Группе по делам Культурной революции при ЦК КПК играли Цзян Цин (1914-1991)21, а также Кан Шэн (1898-1975)22 и Чэнь Бода (1904-1989)23 и

другие идеологи культурной революции.

Фактически, в эпоху культурной революции, когда культ Мао Цзэдуна достиг своего апогея, сформировались также культы личности Цзян Цин – супруги Мао Цзэдуна, Чжоу Энлая, Линь Бяо, Кан Шэна, Чэнь Бода и др.24.

Примечательным в связи с этим является один из пропагандистских и агитационных плакатов, выпущенный в 1967 г. («Да здравствует победа пролетарской революционной линии во главе с Председателем Мао!», «Вслед за Председателем Мао, совершающем пролетарскую революцию!»). На нем представлена группа главных идеологов культурной революции во главе с Мао Цзэдуном. Причем, и супруга Мао Цзэдуна – Цзян Цин, и Чжоу Энлай, Линь Бяо, Кан Шэн и Чэнь Бода, – все они держат в свои руках «цитатники Мао», демонстрируя свою верность учению Мао Цзэдуна, являясь проводником его политики.

Данный плакат был разработан в августе 1967 г. Сотни его экземпляров были вывешены на самых важных улицах Пекина. В конце сентября – начале октября 1967 г. дизайнер Ван Хуэй скопировал и увеличил изображение до размеров 22 на 9 метров, после чего репродукция плаката была вывешена на западной стороне площади Тяньаньмэнь и использовалась во время празднования Дня образования КНР.

Из группы радикально настроенных деятелей культурной революции выделялась супруга Мао Цзэдуна Цзян Цин. В 1960-е годы Цзян Цин заняла доминирующее положение в сфере культурной политики. С ее именем связывают процессы по ликвидации китайских традиционных культурных ценностей и травле творческой интеллигенции. По ее инициативе была осуществлена радикальная реформа Пекинской оперы, когда на смену традиционным постановкам пришли «образцовые революционные спектакли» – революционные оперы и революционные балеты, которые венчали собой явления «нового искусства».

Таким образом, с 1962 г. вышла на политическую арену. Мао Цзэдун поручил ей контроль над сферой культуры. С конца 1962 г. она стала выступать режиссером «образцовых революционных спектаклей».

Цзян Цин решила начать реформирование культуры с критики пьесы У Ханя «Разжалование Хай Жуя». В 1965 г. Цзян Цин выехала в Шанхай для подготовки публикации критической статьи. В Шанхае она встретилась с Чжан Чуньцяо и Яо Вэньюанем. Публикация готовилась в течение семи месяцев, и все это время Цзян Цин была связующим звеном между шанхайскими руководителями и Мао Цзэдуном. Статья появилась 10 ноября 1965 г. в шанхайской газете «Вэньхой бао» и стала сигналом к новому массовому движению, получившему вскоре название «Великая пролетарская культурная революция».

Еще большую роль в процессах в общественно-политической сфере Цзян Цин стала играть с начала культурной революции в 1966 г. Де-факто она возглавляла Группу по делам Культурной революции при ЦК КПК, хотя официально она являлась заместителем ее формального руководителя Чэнь Бода. Одним из первых процессов культурной революции стала критика пьесы «Разжалование Хай Жуя» и Цзян Цин входила в число организаторов кампании. Приняла участие Цзян Цин в гонениях на Лю Шаоци и Дэн Сяопина и в партийной борьбе с ревизионистами и идущими по «капиталистическому пути», организовывала первые отряды «красных охранников» и нередко направляла их на погромы. В 1969 г. Цзян Цин вошла в состав Политбюро ЦК КПК.

Обладая серьезным влиянием, в 1974 г. Цзян Цин, по аналогии с идеальными «маоистскими моделями» развития промышленности (Дацин) и сельского хозяйства (Дачжай), выбрала свою собственную модель для подражания: деревню Сяоцзиньчжуан, расположенную недалеко от г. Тяньцзинь, где была предпринята попытка реализации «идеологической революции» в деревне. Здесь было реализовано утопическое видение