Чтение как образовательная практика английской леди во второй половине XVIII века
К.А. Созинова
Аннотация
Эпоха Просвещения связана с формированием новой концепции чтения, широко известной как революция чтения. В данной статье автор обращается к роли данного феномена в изменении подходов к женскому образованию во второй половине XVIII века. В этот период английские интеллектуалы и интеллектуалки выпускали для воспитания "идеальных" леди многочисленные педагогические трактаты и сочинения, в которых обсуждались проблемы женского образования и рекомендовались "идеальные" списки для чтения. Особый взгляд на роль женского чтения отстаивали М. Уолстонкрафт, Э. Шапон, К. Маколей, С. Пеннингтон, Х. Мор, Э. Дарвин и др. Относительно полезности в образовательном процессе той или иной литературы часто по-разному высказывались и сами интеллектуалки. Не все были готовы предложить юным леди книги философского содержания, камнем преткновения стал также вопрос о пользе и вреде чтения романов. Важное значение в данном контексте обретает формирование правильных читательских привычек.
Ключевые слова: революция чтения; практики чтения; М. Уолстонкрафт; Х. Мор; К. Маколей; Э. Дарвин; женское образование; эпоха Просвещения образование чтение женский
K. A. Sozinova
Reading as an English Lady's Accomplishment in the Second Half of the 18th Century
The Age of Enlightenment is associated with the formation of a new concept of reading, which is widely known as the Reading revolution. The author of the article focuses on the role the Reading revolution played in changing attitudes to female education in the second half of the 18th century. In the late 18th century, British intellectuals, both male and female, issued various pedagogical essays and treatises for the benefit of ideal ladies. In these essays and treatises, British intellectuals of the time discussed urgent problems of female education and compiled book lists of recommended reading. M. Wollstonecraft, H. Chapone, K. McAuley, S. Pennington, H. Mor, E. Darwin, etc. expressed their own unique views on female reading. Female intellectuals also expressed their views on the educational potential of female reading. Some intellectuals suggested that young ladies should read philosophical works, others argued whether or not young ladies should be allowed to read novels. The formation of good reading habits was generally understood to be important.
Reading revolution; reading practices; M. Wollstonecraft; H. Mor; K. McAuley; E. Darwin;female education; Enlightenment era
Введение
В эпоху Просвещения формируется новая концепция чтения, получившая название "революции чтения". Изменения в структуре занятости и рост благосостояния отдельных слоев населения позволили чтению занять прочную позицию в повседневной жизни англичан и англичанок во второй половине ХУШ века. Столь стремительное распространение печатного слова не могло оставить неизменным существующие традиционные образовательные модели, особенно глубоко укоренившиеся в женском образовании, где все еще чрезмерное внимание уделялось пению, музицированию, живописи, танцам и рукоделию. Женское образование носило достаточно прагматичный характер и было направлено на поиск спутника жизни [Подробнее см.: Созинова, 2015]. Появление британского феминизма также тесно связано с проблемами женского образования, особенно если обратиться к трудам таких ранних основоположниц феминизма, как М. Уолстонкрафт и К. Маколей. Авторы учебных программ ХУШ века утверждали, что учебная программа для девочек должна соответствовать их потребностям, и диктовали, какие книги и предметы они должны читать и изучать в соответствии с гендерной иерархией. Исходя из этого определенные жанры и практики чтения считались неподходящими для женских умов, поскольку цель женского образования состояла в воспитании добродетельных и набожных жен и матерей, которые смогут поддержать семейный очаг, успешно управлять домашним хозяйством и стать наставницами и воспитателями для своих детей. В соответствии с этими целями учебные программы рекомендовали определенные книги для женского чтения.
Цель данной статьи - исследование роли чтения в женском образовательном дискурсе второй половины ХУШ века и выявление специфики программ для чтения, рекомендованных будущим леди. Для этого следует обратиться к текстам, которые формировали образовательный контекст эпохи - дидактическим трактатам-наставлениям, проповедям, книгам советов, учебным планам по обучению мальчиков и девочек, содержащих рекомендации и списки для чтения, а также проанализировать существующие практики чтения.
Историография вопроса
Историографическая традиция, посвященная истории книги и культуре чтения, содержит множество методологических и теоретических подходов. В 2001 году Р. Дарнтон концептуализировал два общих методологических подхода к истории чтения - макро- и микроаналитический [Damton, 2001, p. 162]. Если первый подход мог лишь дать ответы на вопросы, кто, что, где и когда читал в контексте культуры чтения, то второй уже позволял ответить на вопросы, как и почему отдавалось предпочтение тем или иным книгам и как их читали (непосредственное исследование практик чтения).
Важное значение в контексте данного исследования приобретает теория о революции чтения, которую впервые предложил Рольф Энгельзинг и которая привела к культурным изменениям в европейском обществе во второй половине XVIII века - переходу большинства европейцев от "интенсивного" чтения небольшого числа преимущественно религиозных произведений к "экстенсивному" чтению большого количества светских произведений. Он "описал процесс, в ходе которого в XVIII в. интенсивное и повторяющееся чтение маленькими частями знакомых и канонических текстов, которые воспроизводились, комментировались и оставались неизменными на протяжении всей жизни, - как правило, это были религиозные тексты, и особенно "Библия", - переросло в современное, экстенсивное чтение светских, новых и разнообразных текстов" [История чтения, 2008, с. 361]. Далеко не все историки согласились с концепцией Энгельзинга, так как разные люди в разные жизненные периоды выбирали разные жанры и практики чтения. Любая общая теоретическая категоризация их чтения вряд ли адекватно охватила бы весь спектр исторических практик чтения. Однако Р. Виттман отмечает, что "даже если возникает желание избежать употребления термина "революция чтения"", то неоспоримым остается факт, что в конце королевского правления читающей публики во всей Европе становилось все больше, привычки и особенности чтения новых читателей отличались в количественном и качественном отношении в зависимости от регионов, в которых они проживали, и их социальной принадлежности" [История чтения, 2008, с. 361]. Таким образом, можно констатировать, что, хотя читатели эпохи Просвещения и находились под влиянием стратегий, толкующих правильные читательские практики, предлагаемые им текстами, и дискурсом, связанным с чтением, у них всегда был выбор среди конкурирующих читательских стратегий. Р. Виттман, утвердительно отвечая на вопрос о существовании революции чтения в XVIII веке, также отмечает, что к началу XIX века "массовое воспитание чтением потеряло свою актуальность, так как с 1800 г. публика стала разнородной, разобщенной и, что называется, неизвестной. Одним словом - современной. Читатели уже больше не читают то, что им рекомендует власть предержащие и идеологи" [Там же, с. 398].
Непосредственно культуре чтения англичанок в исследуемый нами период посвящена коллективная монография "Практика и репрезентация чтения в Англии" под редакцией Н. Тэдмор [The Practice and Representation, 1996], исследования М. Рейнольдс [Reynolds, 1964], А. Ричардсона [Richardson, 1994], Дж. Рэйвена [Raven, 1998], А. Виккери [Vickery, 1998], Ж. Пирсон [Pearson, 1999], П. Майклсон [Michaelson, 2002], Я. Джексона [Jackson, 2004] и др. Основной акцент исследователи делают на широких возмож-ностях, открывшихся в этот период английским аристократкам, благодаря печатному слову, что позволило женщинам практически на равных с мужчинами участвовать в общественных дебатах и публичной жизни.
В отечественной историографии проблемам женского образования англичанок и бытующих образовательных текстов в более ранний период посвящена работа Т.Л. Лабутиной [Лабутина, 2016]. Важное значение имеют также работы, в которых рассматривается место и роль женщины в английском обществе в эпоху Нового времени: исследования Д.Б. Вершининой [Вершинина, 2010], И.М. Эрлихсон [Эрлихсон, 2011], Н.С. Креленко, Л.Н. Черновой, А.К. Костиной [Креленко, 2018] и др.
Рекомендации для женского чтения
Эпоха Просвещения в английском обществе была отмечена разными подходами к вопросам женского образования. Наряду с консервативными, религиозно-моралистическими идеями, высказывались и либерально-демократические суждения. Первый подход нашел свое отражение в популярных в то время разного рода наставлениях и проповедях, которые транслировали традиционный консервативный мужской взгляд на место женщины в георгианском обществе. К примеру, в "Наставлениях молодым девицам" пресвитерианский священник Дж. Фордайс превозносил такое качество, как женственность, которое, по его мнению, приведет к моральной реформе общества и национальному превосходству англичан [Fordyce, 1809]. Почетное место в ряду нравоучительной литературы для юных леди заняло "Отцовское наставление дочерям" Дж. Грегори [Gregory, 1775]. Оба автора были солидарны в том, что романы наносят непоправимый вред для неокрепшего юного ума и настойчиво призывали к чтению религиозной литературы, которая могла бы украсить собой книжную полку любой юной леди.
Второй, достаточно демократический подход к женскому образованию, основанный на широком круге чтения, представляет работа Э. Дарвина, английского натуралиста и врача, который выступал за доступное женское образование. В наставлениях по поводу воспитания юных леди он рекомендует обширный список литературы для чтения, основу разделов которого составляет предметная область: обучение чтению, грамматика, французский и итальянский языки, арифметика, география, история Англии, естествознание, искусства и науки, религия, языческая мифология, а также пьесы, романы, поэмы, трактаты, нравоучения и отдельный список для формирования вкуса, состоящий из выборочных статей из журнала "Зритель" известных публицистов Д. Аддисона и Р. Стиля [Darwin, 1798, p. 174-183]. М. Уолстонкрафт и К. Маколей и вовсе выступали за равные образовательные возможности для обоих полов. Свои педагогические воззрения на роль чтения в женском образовании и воспитании М. Уолстонкрафт изложила в "Мыслях об образовании дочерей" [Wollstonecraft, 1787] и "Читательнице" [Wollstonecraft, 1789], К. Маколей - в "Письмах об образовании" [Macaulay, 1790].
Для анализа рекомендуемых книг нами было выделено несколько показательных категорий из женской программы чтения: художественная литература, Слово Божие, естественные науки и философия, история и языки. Наименее спорной категорией книг для чтения были книги религиозного содержания, при этом все авторы сходились на том, что женщинам не стоит читать специальные теологические трактаты. Религиозная практика была неотъемлемой частью образовательной стратегии. Представители любого религиозного направления поощряли благочестивое чтение и для мужчин, и для женщин. Данное чтение требовало гораздо больше предписаний и рекомендаций в отличие от других видов чтения. Дж. Грегори настоятельно просил своих дочерей не читать книги, которые могут поколебать их веру в важные религиозные вопросы. Чтобы не оказаться в бесконечном лабиринте самых разных мнений, утверждал он, не стоит идти дальше Священного Писания [Gregory, 1775, p. 14-15]. М. Уолстонкрафт была с ним солидарна и указывала, что "богословские книги" не подходят юным девушкам, которых нужно обучать религии через примеры из жизни и Библию [Wollstonecraft, 1787, p. 53]. Э. Дарвин в какой-то степени разделял мнение Уолстонкрафт. Сообразно возрасту и полученному образованию юные леди могли узнать о необходимости и пользе религии из "Писем барона Галлера к его дочерям об истинах христианской религии", "Советов дочерям" С. Пеннингтон, "Обязанностях женского пола" Т. Гисборна и "Обзора христианских свидетельств" У. Пейли. Однако в конце списка рекомендуемых Дарвином книг на религиозные темы была сделана пометка о том, что женщины не должны читать спорные религиозные произведения [Darwin, 1798, p. 84]. Чтение противоречивых религиозных трактатов считалось более опасным для девушек, нежели юношей. Например, в каталог для чтения мальчиков за 1752 год был включен отдельный раздел - "Божественность и противоречие" ("Divinity and controversy") [Education of children..., 1752, р. 29].
Основополагающее значение для образования как мальчиков, так и девочек отводилось истории. Содержание данного раздела списка для чтения, наряду с чтением религиозной литературы, также не вызывало особых дискуссий. Известные исторические труды были включены в оба списка. "Древнюю историю" Шарля Роллена, выходившую в Париже между 1730 и 1738 годами, рекомендовали для девочек и мальчиков Э. Шапон [Chapone, 1773] Эстер Шапон (Hester Chapone, 1727-1801) - английская писательница, автор "Писем об образовании ума, адресованных юной леди" (1773). Являлась членом общества "Синий чулок", выступала за расширение возможностей интеллектуального развития женщин., К. Маколей [Macaulay, 1790], Э. Дарвин [Darwin, 1798], только для девочек Д. Фордайс Дэвид Фордайс (David Fordyce, 1711-1751) - шотландский философ и просветитель, автор педагогических трактатов, наиболее известный из которых "Диалоги об образовании" (1745-1748). [Fordyce, 1757] и только для мальчиков Дж. Крофт [Croft, 1784] Джордж Крофт (George Croft, 1747-1809) - англиканский священник и писатель, автор "Плана образования, к которому приложено Письмо к юному джентльмену, предназначенное для университета и Святых орденов; и краткое размышление о положении учителей и предъявляемым к ним требованиям" (1784). Э. Шапон также особо подчеркивала, что необходимо составить план для чтения исторической литературы и не смешивать древнюю и современную историю [Chapone, 1773, p. 182-183]. К. Маколей и Э. Дарвин включили в свои списки "Сравнительные жизнеописания" Плутарха [Macaulay, 1790, p. 130 ; Darwin, 1798, p. 121]. Кроме того, среди предложенных ими книг можно было найти работы Сары Триммер по истории Англии,
Греции и Рима и, конечно, по истории Греции, Рима, Англии и Шотландии О. Голдсмита "История Англии с ранних времен до смерти Георга II", "Римская история" и др. Следует отметить, что все авторы особо выделяли древнюю и современную историю, практически оставляя без внимания историю средних веков.
Если в обучении истории многие авторы были единодушны в своих рекомендациях для обоих полов, то в изучении языков наметились серьезные расхождения. Педагоги неизменно поощряли чтение на древних языках, греческом и латыни, а также иврите для мальчиков, тогда как девочек предлагали обучать современным языкам - французскому и итальянскому. Так, Э. Дарвин рекомендовал чтение романа "Телемак" Ф. Фенелона на французском и итальянском [Darwin, 1798, p. 178]. Писательница К. Рив Клара Рив (Clara Reeve, 1729-1807) - английская писательница, автор "Плана образования" (1792) и исследования истории романа как жанра - "Становление романа" (1785). также включала этот роман в свой список "Книг для юных леди", опубликованный приложением к ее работе "Становление романа" (Reeve, 1785, p. 103), как и Д. Фордайс в книге "Диалоги об образовании" [Fordyce, 1757, p. 138]. К. Маколей же считала данный роман полезным для молодежи любого пола [Macaulay, 1790, p. 130]. Х. Мор подчеркивала, что женщины всегда должны помнить "справедливое замечание Свифта, "что, несмотря на все свои достижения, женщина вряд ли достигнет тех же высот в том, что называется обучением, в отличие от обычного ученика мужского пола"" [More, 1799, p. 169]. П. Булл отмечает, что "обучение" в данном контексте означало способность читать на латыни и здесь, как нигде ранее, видна пропасть между мужским и женским образованием [Bull, 2012, p. 81]. Хотя, как известно, некоторые английские интеллектуалки знали латынь, например К. Маколей, чья первая работа была переводом с латыни, и К. Рив.
Принципиальные различия в программах для мальчиков и девочек наиболее ярко нашли свое отражение в разделе по натурфилософии (предшественницы физики). Примечательно, что многие авторы считали натурфилософию, а также изучение природы и вселенной, неподходящими для девочек. По мнению Э. Шапон, предмет "слишком широк" для молодых женщин. Она писала: "Натурфилософия, в самом широком смысле этого слова, - это слишком широкое поле для вас (девочек), чтобы за него браться, но изучение природы, насколько это может удовлетворять вашим способностям и возможностям, станет для вас наилучшим развлечением" [Chapone, 1773, p. 136]. Профессор истории образования Р. Уоттс утверждает, что натуфилософия в этот период была исключительно мужской наукой [Watts, 2007, p. 62]. Каталог книг для обучения мальчиков за 1752 год содержал категорию "Книги по натурфилософии, которые могут быть поняты без математики", в которую вошли: "Физико-теология" и "Астро-теология" Уильяма Дерема, учение Франческо Альгаротти, "Рассуждения о множественности миров" Бернара Фонтенеля, натурфилософия Вольтера, "Диалоги об астрономии" Джона Харриса и т. д. [Education of children..., 1752, р. 29-30]. Безусловно, обширные списки книг по натурфилософии чаще рекомендовались мальчикам, чем девочкам. Однако в этой категории было несколько книг, которые присутствовали в обоих списках. Например, работы Уильяма Дерема, теолога и натурфилософа, были включены в списки рекомендуемых книг для обоих полов. К. Рив рекомендовала Б. Фонтенеля для девочек [Reeve, 1785, p. 104], Д. Фордайс - Франческо Альгаротти [Fordyce, 1757, p. 141], написавшего работу под названием "Ньютонизм для дам, или Диалоги о свете и красках" (1737) с целью помочь молодым женщинам изучать натурфилософию. Тем не менее эта область все еще была ограничена для женщин, не допускавшихся в научные сообщества университетов и других учреждений. Кроме того, героиня Альгаротти из "Ньютонизма для дам." не отличалась умом и была совершенно неспособна заниматься математикой [Watts, 2007, p. 71]. Таким образом, хотя в каком-то виде натурфилософия могла быть частью предписанной учебной программы для юных леди, активное погружение в эту область не поощрялось отчасти потому, что некоторые считали, что женский разум несовместим со строгими научными рассуждениями.