да бен Мубарака, руководившего ранее секретариатом ВНД. Эта кандидатура вызвала яростный отпор со стороны лидера «Ансаруллаха», прямо обвинившего президента Хади в следовании указаниям посольства США1. Поэтому премьером стал независимый кандидат, уроженец южной провинции Хадрамаут Халид Махфуз Бахах, работавший ранее в правительстве на посту министра нефти и природных ископаемых, а затем послом Йемена в ООН. По настоянию «Ансаруллах» и ряда других партий, впервые правительство страны было сформировано не по принципу долевого раздела кресел между партиями, а по профессиональному признаку.
В середине декабря 2014 г. новое правительство в составе 36 членов с большим трудом получило вотум доверия в парламенте, в котором дирижерское место осталось за бывшим президентом Салехом. Салех использовал эту процедуру, чтобы увязать согласие своей фракции на признание нового кабинета в обмен на гарантии, что санкции ООН, наложенные на него, будут проигнорированы. Новый премьер заявил, что его правительство «будет работать, соблюдая дистанцию от всех партийных элементов, и проведет страну через этот период...»2.
Первые месяцы деятельности «Ансаруллах» в роли «стража» йеменской революции, несмотря на сохраняющиеся риски в зоне сектантского конфликта и признаки нестабильности институтов государства, ознаменовались появлением хрупких ростков консолидации реформаторских кругов общества на платформе решений ВНД. Эти признаки можно было увидеть в следующих тенденциях:
– хуситам удалось переломить ход военной кампании на фронте борьбы с радикальными проислахскими группировками в свою пользу и установить эффективный контроль на территории восьми провинций севера с большой вероятностью дальнейшего развития успеха в Марибе и Бейде, в которых не прекращаются попытки создания ударных группировок с участием АКАП для разжигания братоубийственной войны грандиозного масштаба;
1Ghobari M. Yemen PM appointment rejected by rebels holding capital // Reuters, Oct 7, 2014. URL: http://www.reuters.com/article/2014/10/07.
2Yemen cabinet wins parliamentary approval amid heightened tensions // Al-Akhbar, December 18, 2014. URL: http://english.al-akhbar.com/node/22935.
331
–заняв идеологическую позицию, близкую к идее создания «общего йеменского дома», основанного на исконных йеменских ценностях и приоритетах йеменской революции 2011 г., сближающих население всех регионов страны, лидеры «Ансаруллах» добились относительного укрепления своего лидирующего положения на этом важнейшем фланге политического противоборства;
–приоритет, отдаваемый проблемам безопасности и восстановлению системы правосудия на территориях, подконтрольных хуситам, их готовность сотрудничать с государственными структурами и передавать им всю полноту власти, как только они получали уверенность в их способности самостоятельно контролировать положение, получили горячую поддержку большей части населения этих областей и позволили им консолидировать свое влияние в этих районах;
–концентрация «Ансаруллах» на проблемах восстановления дееспособности государственных органов, создании нового технократического правительства взамен расколотого на враждебные фракции «правительства согласия», показывает адекватное понимание ими характера главных источников угроз для успеха вывода страны из кризиса;
–авангардная роль «Ансаруллах» в процессе вывода Йемена из кризиса путем реализации основных лозунгов революции может увенчаться формированием новой политической коалиции, ориентированной на национальное примирение и открытие нового этапа
вдиалоге «север – юг».
К концу 2014 г. ситуация на севере Йемена уже не выглядела столь тупиковой, как это было на протяжении трех предыдущих лет. Но удастся ли лидерам «Ансаруллах» наладить контакт с президентом Хади и урегулировать разногласия с ведущими внешними спонсорами и кураторами, чтобы сдвинуть застопорившийся процесс урегулирования в направлении реализации намеченных реформ, остается неясным. Не менее сложным препятствием реального перехода Йемена к фазе урегулирования остается идейнополитический раскол в рядах «Хирака», тормозящий поиск эффективного решения «проблемы юга» и открытие нового этапа в диалоге «север–юг».
332
18 января 2015 г. «Ансарллах» импульсивно отреагировали на попытку президента Хади провести без обсуждения проект новой конституции, содержавший спорное решение об образовании шести субъектов федерации в составе будущего йеменского государства. Против этого деления однозначно выступали лидеры «Хирака» и многие представители политических сил Севера. Лидер «Ансаруллах» потребовал проведения полноценного обсуждения проекта новой конституции до его утверждения на Конституционном совете. Милиция «Ансаруллах» окружила резиденцию президента и президентский дворец в Сане, а также заблокировала выезд из Саны всем членам кабинета, имевшим южное происхождение, включая премьер-министра Бахаха. 22 января 2015 г. президент Хади и глава нового кабинета Бахах подали в отставку в знак протеста против действий хуситов, воспринятых ими как переворот.
В Сану прибыл специальный посол ООН Дж. Беномар, чтобы вновь усадить все стороны урегулирования за стол переговоров. Лидер «Ансаруллах» приветствовал отставку президента Хади и призвал всех к участию в срочном восстановлении утраченных институтов власти. Начавшиеся переговоры проходили на фоне нараставшей напряженности на Юге и в Марибе, но быстрого решения не нашлось. Тогда 6 февраля 2015 г. «Ансаруллах» принял так называемую Конституционную декларацию, в которой власть предлагалось передать на переходный период Революционному комитету с одновременным созданием расширенного парламента из 551 мест за счет включения в него депутатов от новых политических сил, не представленных в давно «просроченном» парламенте. Прежний парламент предлагалось распустить. По состоянию на 20 февраля 2015 г. стороны договорились создать Народный переходный совет (маджлас аль-шааб аль-интикали) из 250 человек, оставив существующий двухпалатный парламент (Совет депутатов и Консультативный совет). Это решение в случае реализации, как полагают, позволит вывести ситуацию из нового тупика.
* * *
Революция 2011 г. в Йемене и введенный тогда же план мирного урегулирования кризиса (Инициатива ССАГЗ) под эгидой СБ ООН стали катализатором не только всех давних политических
333
конфликтов в этой стране, но и послужили стимулом к формированию альтернативной повестки дня для их разрешения и выхода из политического тупика. Более чем трехлетний опыт (2011–2014 гг.) параллельного ведения переговоров и конфронтации друг с другом всех йеменских акторов помог высветить наличие общих национальных проблем, не поддающихся решению в масштабах отдельно взятой части страны, а также начать поиск новой платформы для консолидации общества на пути претворения в жизнь решений ВНД.
Социокультурная специфика Йемена сыграла свою роль в сближении всех политических сил страны, создала основу для их объединения на платформе противодействия импортным идеологиям, создавшим почву для экстремизма в Йемене и успевшим внедриться в ткань йеменского социума с целью его разрушения и фрагментации. Защита общего социокультурного наследия народа Йемена, независимо от региона проживания и местных особенностей, может дать стимул к преодолению множества противоречий, мешавших прогрессу урегулирования ранее. Заключение нового базового «Соглашения о мире и национальном партнерстве» 21 сентября 2014 г. на базе итоговых решений ВНД может рассматриваться как важный шаг в этом направлении и, одновременно, как серьезная заявка на коррекцию положений Инициативы ССАГЗ применительно к йеменскому кризису, который все еще далек от завершения.
Глава 11
ЗАПАДНОСАХАРСКОЕ «ЯБЛОКО РАЗДОРА»
Истоки конфликта
Территорию Западной Сахары традиционно заселяли кочевые племена, причислявшие себя к арабо-мусульманскому миру, говорившие на одном из диалектов арабского языка (сахрауи) и почитавшие мусульманские обряды. Современная история Западной Сахары уходит своими корнями в сложный переходный период борьбы народа региона с колониализмом, поскольку с 1884 по 1976 г. территория Западной Сахары была оккупирована Испанией. Особый интерес к этой проблеме обусловлен необычайной сложностью и многофакторностью конфликта, развернувшегося на этом пространстве Северной Африки и вовлекшего в себя несколько государств региона, вследствие чего Западная Сахара превратилась в настоящее «яблоко раздора».
В многолетнем споре за эту территорию взаимопереплетаются как политико-экономические, так и регионально-территориальные противоречия, которые еще больше усугубляются устремлением различных политических игроков, преследующих здесь собственные интересы.
Марокко ставит своей целью воссоединить земли, которые, как считают в королевстве, исторически принадлежат ему, что является вопросом геополитического престижа, средством поднятия имиджа короля Марокко Мухаммеда VI, но также и способом получить значительную экономическую выгоду от эксплуатации сухопутной и прибрежной территории Западной Сахары, богатой минеральными и рыбными ресурсами. В свою очередь, Алжир, для которого остается неприемлемым усиление роли Марокко на региональном уровне, поддерживает право населения Западной Сахары на самоопределение и создание независимого суверенного государства, рассчитывая также укрепить собственные политические и экономические позиции в данном регионе. Ведь в случае обретения Западной Сахарой полноценной независимости Алжир станет одним
335